Медведище и его выбор

Глава 24. На вес золота

Николай с трудом вспомнил, чего ради вообще в этот раз приехал в Карелию…

— Коля! У Андрея же сборник выходит! — напомнила мама, изо всех сил скрывая улыбку. — Завтра отец приезжает, сам Андрей, Женя.

— А! Ну, да-да, точно! — Николаю было глубоко наплевать на всю музыку среднего брата вместе взятую, правда, ровно до того момента, как он осознал, что, во-первых, она нравится Даше, а во-вторых, что, как это ни удивительно, чем-то созвучна его настроению.

Услышалось в звуках что-то непривычное, лёгкое, практически невесомое, но важное и нужное ему самому. Правда, выразил он свои впечатления типично для себя:

— Кто бы знал… вот колотил ты, колотил по клавишам. Всё детство изводил классикой, вон оно как повернулось, — что-то этакое пробурчал Николай Андрею, видимо, в виде поздравления.

— Ну ты и медвежуть! — хмыкнул в ответ тот, — Хоть Дашку не оттолкни — это ж ещё умудриться надо, целых два дня с тобой общаться, не испугаться твоего мерзкого характера и сходу не сбежать!

— Да куда уж мне до тебя! Вот у кого характер-то повышенной ядовитости, — не остался в долгу Николай, хмуро покосившись на среднего брата. — Милана — героиня, раз тебя терпит!

— Ага! Короче, мы с тобой друга друга стоим! — рассмеялся Андрей, не позволяя себе хоть как-то обидеться на этого невозможного типа.

Если честно, он не верил, что Даша всерьёз может воспринять его братца, но, понаблюдав на ними некоторое время, он ощутил, что его брови уже к волосам подбираются от изумления!

— Я никогда не видел, чтобы он так с девушками общался… — недоверчиво присматривался Андрей к брату. — Главное, чтобы не спугнул! Может же и сорваться! Как разрычится — кто же это выдержит!

И Николай, разумеется, сорвался, да ещё как!

После торжественного обеда, на котором родные поздравили Андрея с выходом диска с его музыкой, Николаю позвонили… он принял вызов, помрачнел, ушел от дружной компании в соседнюю комнату.

Но даже это не спасло…

— Что? Нет, это прекрасно, что вы мне позвонили, но почему не позвонил он сам? Что значит, не принял машины? Как заканчивается основа? На сколько хватит? Меньше, чем через двое суток? Спасибо, что сообщили!

На короткий промежуток времени рык, от которого тряслись стены, стих, и было слышно лишь невнятное бормотание. Это Николай уточнял обстоятельства у подчинённых. Но эта передышка стремительно закончилась, стоило только Николаю дозвониться до виновника — нанятого перед поездкой управляющего.

— Как там у вас дела? — эту фразу можно было и не расслышать, если не вслушиваться, сказана она была вполне нормальным тоном.

Грубо говоря, её только Андрей и различил, зато продолжение светской беседы услышали уже все присутствующие, а также, возможно, даже ближайшие соседи-Брылёвы.

— Интересно, у него смартфон в руках развалится или переживёт этот рык? — с любопытством уточнил Женя, приехавший к Андрею на праздник.

Он снова был один, без спутницы, но в данный момент этому только радовался — не хватало ещё Ирине демонстрировать этакий полёт семейного темперамента!

— Ээээ, кто его знает, — пожал плечами Андрей, — Но если выдержит, надо будет присмотреться к модели!

Лидия Андреевна переглянулась с мужем и немного нервно покосилась на Дашу.

Да, последние два дня старший сын только на девушку и смотрел, вёл себя максимально мягко, из-за чего Винь потерял всякий стыд и попрошайничал уже в открытую. Понимал хитрец, что сейчас можно воспользоваться моментом. Всё равно хозяин видит только вооон ту людскую особу, а не его ввинчивание во все тарелки.

— Ну вот и момент истины — испугается? Смутится? Кому приятно, что за тобой ухаживает, оказывается, этакий… сложный и громкий тип?

А Даша словно и не слышала сложносочинённых посылов, ураганом несущихся из-за плотно прикрытой двери.

— Да я ж вас предупредил, да? Предупредил — надо принять машины и разгрузить их! Так какого этакого и такого вы себе позволяете? Почему мне звоните даже не вы, а завскладом? Почему это она мне рассказывает, что линии скоро станут? Вы что, не знаете, что у нас заказов море? Что значит, потом приедут? Аааа, вы погрузчики куда-то отправили? А куда, позвольте спросить? Что вы молчите? Куда по вашему приказу уехали все мои погрузчики? Нет! Им не надо было техобслуживание проводить, как вы завскладом наврали, они новые! А вот то, что вы себе коттедж строите и стройматериалы массово завозите да разгружаете и себе, и нескольким соседям, это есть такое! А то, что вы мне цеха обесточите, нигде ничего не шевельнулось? Не болит голова? Это мои проблемы, да?

Хантеров, присутствующий в гостиной иронично поднял бровь и покосился на Петра Ивановича.

— Кадры — вечная проблема, — вздохнул тот негромко.

— Кадры-то кадрами, но… — Лидия просигнализировала мужу тревожным взглядом и кивнула на Дашу.

— Может, это и к лучшему! — шепнул ей муж. — Ты же в своё время не смутилась и не испугалась. Кстати, непохоже, чтобы её это как-то впечатлило. Самообладание выше всяких похвал.

Даша возилась с Тохтамышкой, начёсывая угольно-чёрную спинку, а на тревожный взгляд Миланы только безмятежно улыбнулась.

Когда разъяренный Николай, слегка позабывший о семейном сборище за дверью, эту самую дверь распахнул и вывалился в гостиную, общество моментально сделало вид, что ничегошеньки не слышало.

И только Винь спрятался под стулом — он уговорил покладистого Женьку на угощение и теперь заметался, опасаясь попасть под горячую хозяйскую лапищу.

Николай, который думал только о том, что если сейчас он не развернёт назад машины поставщиков и не разрулит эту ситуацию, то у него сорвутся поставки, внезапно осознал, что всё это звуковое безобразие слышали не только члены семьи и Хак — они-то ладно, они привычные, но и Даша…

— Экккссс… я влип… — мысль о том, что в самом начале ухаживания не стоит так уж демонстрировать крутой нрав мелькнула и растаяла в осознании того, что поздно-Коля-пить-боржоми.

Только вот Даша ничуть не выглядела смущенной. Она ему улыбнулась, похлопала ладонью по дивану рядом с собой, а когда Николай туда прибыл, вручила Тохтамышь — для антистресса и утешения.

— Расстроили? — сочувственно уточнила она.

— Ты слышала? Ну, в смысле, наверно, тут все слышали… — растерялся Николай.

— Да, уж, братец, вопил ты круто! — хмыкнул Женя.

— Нууу разве это круто, — рассмеялась Даша. — У меня папа примерно на такой громкости рядовые вопросы решает. Мама утверждает, что ему средства связи нужны постольку поскольку… он и так, напрямую всё выскажет, если что. Направленной звуковой волной.

Лидия Андреевна расслабленно прислонилась виском к плечу мужа, прикрыв глаза от мимолётного облегчения, а потом услышала его шепот:

— Девушек, которые росли с такими отцами как Иволгин, надо сразу на вес золота ценить!

— Мы будем ценить! — уверенно ответила ему жена. — Изо всех сил!

Она смотрела на старшего сына, который в этот момент, кажется, мог бы даже своего управляющего благородно простить. Конечно, предварительно открутив ему голову.

Поздним вечером после праздника и застолья на уютной кухне дома Андрея и Миланы, шумел чайник. Хозяин дома, умаявшись за последние дни, уже спал, Чегевара демонстративно вылизывал переднюю лапу на подоконнике, высокомерно разглядывая игрища, которые затеяли Несси и белая Дашина котомелочь, а у стола по душам разговаривали две подруги.

— Если такое дело… тебе же придётся котёнка Бортэ назвать… — рассмеялась Милана.

— Почему?

— Ну, как же… там у Николая котоорда получается. Все как на подбор.

Милана сказала и пожалела — Даша нахмурилась и примолкла, глубоко задумавшись.

— Вот, дура! Кто меня за язык-то тянул! Это же такое личное, а я со своим шуточками, — тут же поругалась на себя Милана.

А вслух сказала:

— Дашунь, извини. Я неудачно пошутила…

— Ты это о чём?

— У вас же ещё ничего непонятно, а я лезу.

— А… нет, я просто про имя думаю. Понимаешь, даже если всё получится, я всё равно не буду так её называть. Ни Бортэ, ни Ордынка, ни как-то ещё «в тему».

— Почему?

— Их же всех так называли, просто потому что им их имена подошли. И даже чёрная Колина кошечка — это просто вылитая Тохтамышь, иначе и не подумать про неё, но моей ничего этакое не подходит, а называть «по разнарядке» я не стану.

Дашка погладила белоснежную шёрстку маленького котёнка, урчавшего как дизельный двигатель.

— Характер, — улыбнулась про себя Милана. — У неё как раз подходящий для Николая характер. И вовсе не потому, что она к отцу привыкла и знает, как с ним управляться, а потому, что сама может строить свою жизнь, не подкладывая её кому-то под ноги, а так, чтобы рядом идти.

Ей страшно интересно было о чём Николай разговаривал с Дашей, спешно собираясь ехать домой — срочно приводить в порядок своё производство и подыскивать нового управляющего.

— Не спрашиваю — не спрашиваю! Вот, лучше кошачье имя буду придумывать! — твердила Милана себе. — Такт — это наше всё!

Она наблюдала, как Че вальяжно слез с подоконника и решил присоединиться к дружной компании, намекая Даше, что не только белых котят надо гладить, но и чёрные коты в этом очень даже нуждаются.

Несси, уставшая за день, уже мирно спала на тапочке Миланы, а на кухонном диванчике разыгрывалось целое представление.

— Нет, ну, ты посмотри, что эта нахалка творит! — Даша изумлённо смотрела, как пришедшее в себя и освоившееся дитятко изумительно точным движением укладывается на подлокотник дивана и непринуждённо съезжает на голову опешившего Чегевары.

— А вот так… и ещё раз на бис — с диванной спинки, — комментировала Милана.

— Бедный Че, кто бы мог подумать, что вот это маленькое и беспомощное существо, на самом деле зверюга страшная, от которой некуда деться! — впечатлилась Даша.

Чегевара попытался смыться — сам не ожидал, что всё это закончится столь упорным преследованием, но был пойман слабой белой лапкой, прижат невесомой лёгонькой тушкой и приспособлен под контрастную лежанку с подогревом.

— Ты смотри, мало того, что кота припахала, так ещё и замурлыкала — включилась, — переглянулись подруги, восхищенные целеустремлённостью белой крохи.

— Белоснежка какая-то! — сформулировала Даша.

— Почему Белоснежка? — изумилась Милана, пораженная неожиданной логикой подруги.

— А ты никогда не обращала внимание, что это была исключительно, просто потрясающе целеустремлённая девушка? Вот представь, мало того, что влезть без приглашения в чужой дом, мало того, что полностью перекроить там весь быт, которой до этого момента хозяев полностью устраивал, пообъесть их ужин, устроиться спать в хозяйских кроватях разом, так ещё и заставить их считать, что им жутко, просто исключительно ПОВЕЗЛО! Вон, как сейчас Че, глянь — расслабился, растёкся лужицей, сам подмурлыкивает. Короче, эта мелочь сделала его одной левой задней лапкой.

— Так что? Она — Белоснежка? — хитро покосилась на подругу Милана.

— Нее, это слишком очевидно, простовато, а она уже сейчас хитрованка… Она не Белоснежка, а Белолиска. В сокращении Белис! Я как-то слышала такое имя у собаки в ближайшем парке и мне оно так понравилось… Да и собака очень славная — тоже белая и крайне предприимчивая.

Крохотная кошечка приоткрыла глаза и развернулась на боку Чегевары во всю длину — чтобы поудобнее было.

— Да уж… Белиска та ещё! — согласно закивала Милана, подумав, что несмотря на «неордынское» имя, если Белис попадёт в Орду, построит она всех дружными туменами и будет править твёрдой белой лапой только так!

Николай, доехав до дома, только и успел животных домой закинуть да покормить. А сразу после этого рванул в цеха, радуясь, что еще по дороге домой сумел вернуть партии сырья назад.

К моменту его приезда, всё уже разгружалось, принималось на складе, отпускалось в производство, а посреди всего этого возвышался недовольный управляющий.

— Он ещё и претензии имеет? — не понял Николай.

Оказалось, что да… имеет. Правда, не к директору — начальство он просто не заметил. Нет, претензии высказывались заведующей складом.

— У тебя вообще совесть есть? Ты зачем накапала? Выслужиться хотела, да? Тебе больше всех надо? Думаешь, тебе Миронов зарплату поднимет или премию выпишет? Да счас! Разбежалась! Это ж приехал такой богатейчик московский, капиталист недоделанный в нашу глушь и решил, что может нам платить по три копейки, да наживаться на чужом труде!

— Ты чего митингуешь? — рассердилась кладовщица. — Заняться нечем? Ты лучше бы подумал, как объяснишь то, что устроил. Ты же чуть поставки не сорвал и производство не остановил!

— Да и что такого? Мир бы рухнул? Ну подождали бы два дня с разгрузкой. Я ж договорился! Пааадумаешь, денёк постояли бы. Не разорился б этот миллионер, а и разорился — не велика потеря, небось, понял бы тогда, как простым-то людям живётся!

— Простым? Это кто у нас тут простой такой? У тебя же домина в три раза больше, чем у нашего директора! И с каких это ты трёх копеек это всё строишь, а? — установка рук в позицию руки-в-боки и грозный прищур глаз ничего хорошего управляющему не сулили, но Николай решил, что и так услышал вполне достаточно.

— Значится так… — голос московского богатейчика, прозвучавший из-за ближайшего угла, мигом стёр высокомерное выражение с лица управляющего. — Уважаемый революционер из простого народа, просьба на моей территории стачки за счёт коллег не устраивать.

— Почему это за счёт коллег?

— Да потому, что если мы продукцию не отгрузим, то платить мне людям зарплату будет нечем. Я так думаю, что они все будут вам очень-очень признательны! Странно, как при вашей должности вы этого не понимаете! И да… ваши действия мы обсудим в моём кабинете! Следуйте за мной!

Последующая «дружеская беседа» управляющему исключительно не понравилась, его вопли о жалобах в Трудовую инспекцию разбились об угрозу судебного иска о нанесении ущерба предприятию.

— Откуда такие берутся? И ведь в трудовой книжке всё роскошно было, и резюме ах какое, и на собеседовании вёл себя как умник. Хамелеон какой-то! — в полдвенадцатого ночи Николай наконец-то добрался до дома, на автопилоте выгулял Виня, покормил его и Тохтамышку и едва не уснул за кухонным столом, осознавая, что всё равно кого-то надо искать! Объёмы увеличиваются, сам он всё не потянет точно, а с учётом того, что у него появилась какая-то, пусть даже отдаленная перспектива личной жизни, управляющий нужен позарез! — А где его брать, а? Ну, где?