Мой бывший дракон — предатель

17

— Не обсуждается? — задыхаюсь я от его напора и наглости.

— Не обсуждается, — в отличии от меня Норман спокоен как дракон, впавший в спячку. — Или твоя метка с запястья пропала?

Я поднимаю руку и закатываю рукав, демонстрируя все тот же черный браслет, который никак не хочет исчезать с моей руки.

Метка никуда не делась, увы.

— Мое нахождение в академии как-то поможет ее убрать?

— Возможно. Но пока я ничего не могу тебе обещать. Конкретики у меня нет.

— Тогда смысла возвращаться в академию я не вижу. Я нужна здесь дочке.

— Зачем? — вопрос, произнесенный с таким холодом, заставляет мою кровь вскипеть.

— Что значит «зачем» — возмущаюсь я.

— Посуди сама. София в крепком сне. Ей сейчас никто не нужен. Единственное средство, которое может ее спасти, будет готово через пять дней. Мистер Дейл изготовит артефакт и лично передаст твоем маме — дело нехитрое. Это время, за которое я решу проблему с вашими браслетами. Вместо того, чтобы поправлять одеяльце на кровати, ты послужишь расследованию общего дела. И вернешься ровно к тому моменту, как София проснется. Даю слово.

Цинизм. Это точное слово, которое может описать то, о чем говорит Норман. Пока мое сердце рвется на куски, он предлагает просто переключиться. Снова оставить Софи на попечение мамы и отправиться в академию, где творится что-то непонятное и явно не доброе.

Или в нем говорит здравый смысл? Ведь Софи и правда крепко спит.

— А вдруг…— начинаю, но Норман жестко перебивает:

— Никаких вдруг не будет, — он запросто угадывает, какие мысли меня тревожат: — Рядом с Софией будут мои люди. Лучшая сиделка и качественная охрана. Если случится что-то из ряда вон выходящее, мне сообщат.

С силой закусываю губу, размышляя над всем, что сказал Норман.

Больше всего мне хочется закрыть дверцу его кареты, в котором мы сейчас сидим, уйти в свой дом и больше никогда не видеть Нормана.

Но это, пожалуй, единственное, чему действительно не суждено сбыться.

— Разве Софии нужна охрана? — в задумчивости смотрю в небольшое окно кареты. На темное небо, сплошь утыканное россыпью звезд. — У нас спокойный район. Более чем.

— Все изменилось, — в темноте кареты я едва различаю силуэт Нормана.

Я не вижу его глаз, не вижу выражения лица, с которым он это говорит. Но я бы хотела. Взглянуть в его глаза, чтобы попытаться увидеть там, что он думает по этому поводу. Он рад? Печален? Принял это как неизбежность? Ох, последнее едва ли вероятно.

Норман отнюдь не из тех, кто просто плывет по течению, принимая повороты судьбы как должное. Он поворачивает все в то русло, которое нужно ему.

Так поступит и с нами…

Возможно, именно поэтому мне стоит вернуться в академию. Пробыть там какое-то время, недалеко от Нормана. Попробовать его переубедить. Я не могу всерьез думать, что дракон решил забрать мою дочь.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Будь по-твоему. Я приеду завтра в академию. Проведу там время до того, как будет готов амулет для Софии.

— Сегодня, — отрезает Норман.

— Что, прости? — мне не сразу удается ухватить суть.

— В Академию ты приедешь сегодня. Со мной. Иди домой и собирайся. Я подожду.

— Это лишнее, Норман. Завтра утром я чудесно доберусь и без твоей помощи.

— Тебе так нравится спорить со мной?

— Не более, чем тебе — указывать, что мне делать.

Внутри кареты вдруг становится слишком тесно. Воздух вокруг нас сгущается, мы оба тяжело дышим и схлестываемся горящими в темноте взглядами.

— На утреннем дирижабле всегда полно народа, — Норман выдыхает едва заметно, разряжая атмосферу. — К тому же, если ты переночуешь в Академии, успеешь с утра к кастелянше за формой. И за учебниками. Простая логика, Энни.

С которой я, как ни пытаюсь, не могу не согласится.

— Дай мне десять минут, — сдаюсь, ведь добраться с Норманом и вправду удобнее.

— Я жду.

Мои сборы не занимают много времени. Большую часть я трачу на объяснения с мамой и прощание с дочкой. Благо, на этот раз совсем ненадолго.

— Надеюсь, в следующую нашу встречу мы уже сможешь проснуться, — шепчу ей на прощание и целую в сладкие щечки.

А после спешу вновь в карету к Норману, которая ждем на том же месте.

— У тебя есть какой-то план? — спрашиваю, разбавляя повисшее в пространстве между нами молчание. — Чтобы выяснить, чья это затея с изменением цветов браслетов адептов…

Мы уже миновали черту города, но основной путь еще впереди.

— Есть, — коротко кивает Норман.

Он отрывает глаза от бумаг, которые изучает все время в пути, подсвечивая их небольшим светильником, вмонтированным прямо в стену кареты.

— И? — я нетерпеливо ерзаю. — Поделишься?

— Позже.

— Почему не сейчас? Мы одни, нас никто не услышит. Или ты не считаешь должным делиться со мной?

— Я поделюсь, когда посчитаю нужным, Энни. Наличие у нас общего ребенка и части прошлого не ставит тебя на ступеньку выше.

Сглатываю эту колкость и отворачиваюсь к окну. Даю себе обещание никогда не забывать, что между мной и Норманом пропасть, которую нам наверняка никогда не преодолеть.

Пропасть, через которую нам придется перешагивать каждый раз, по крайней мере ради Софи.

Оставшуюся до Академии дорогу я дремлю под мерное покачивание. Материализую тот момент, когда дочка будет здорова, и мы сможем снова наслаждаться жизнью. Возможно, даже уедем куда-нибудь. К морю, например, которое она так мечтала увидеть.

— Приехали, Энни, — ощущаю легкое касание на своем плече. — Выходим.

Открываю сонные глаза и пытаюсь сфокусировать взгляд: ночь, Норман и Академия оказываются в поле моего зрения.

Дракон подхватывает меня под локоть и шагаем вместе со мной, удивительным образом подстраиваясь под мой сбивчивый шаг.

В нос пробирается знакомый запах сырости и свежего пергамента. Так пахнет в старейшей Академии.

Я ни секунды не сомневаюсь, что Норман проводит меня в мою прежнюю комнату, а потому, когда мы останавливаемся у совсем незнакомой двери, я удивленно распахиваю глаза.

— Сегодня переночуешь у меня, — голос Нормана чуть хриплый, а тон все тот же: не предусматривает возражение. — Уже поздно, и я не могу сказать точно, какие из комнат в женском крыле свободны.

«Вот и вернулась, Энни» — говорю себе мысленно.

Провести ночь бок о бок с Норманом? Да я лучше буду спать на полу в любой из аудиторий! Но у дракона, кажется, другие планы…