Ни единого шанса

19 глава. София

Три пакета с вещами, рюкзак с учебниками и гитара на плечах оттягивали руки так, что казалось, вообще оторвутся скоро! Но я упрямо шла, считая шаги от столба к столбу. Мобильный так и не нашла. Мать не призналась, но я была уверена, что это её рук дело…

Наивно было думать, что я успею на пары.

А ещё… Наивно думать, что у бабушки они меня не найдут. Мать же и сдаст. За бутылку водки запросто. Или даже просто так, чтобы ей и её ненаглядному Мишке не угрожали. Так что вопрос времени, когда они придут… И лучше, чтобы меня у бабушки к тому моменту не было, иначе могут и ей с Лилькой навредить!

А куда мне пойти? Из родни только бабушка и дядька, материн старший брат. Но к нему не вариант вообще. Он мою мамашу на дух не переваривает, мы и не знакомы почти, так пару раз виделись, кажется, в последний раз у отца на похоронах…

К Майе — подружке по колледжу? Ну, мы не настолько близки, чтобы вот так пожить завалиться. К Димке? У него я иногда бывала в гостях, но оставаться ночевать… Перед Димкиной матерью неудобно…

Ладно, сегодня к бабушке, а завтра решу…

Прислонив к двери пакеты, сую свой ключ в бабушкину дверь. И ещё до поворота ключа дверь неожиданно открывается. С площадки слышу Лилькин плач. Ну, что тут ещё случилось?

Бросаю в прихожей вещи, гитара, звеня струнами, падает на пол плашмя, и чуть ли не бегом, на ходу скидывая ботинки, несусь в комнату. С порога пытаюсь осознать то, что видят глаза.

Бабушка на диване лежит. Странная, с перекошенным синеватым лицом, с неестественно выгнутой рукой, закинутой за голову. Живая. Глазами смотрит на меня, рот открывает, но сказать ничего не может.

От шока, наверное, у меня прорезается речь:

— Когда? — громко и чётко говорю я.

— Утром… Утром р-рано ещё голова у н-нее б-б-болела, — заикается Лилька. — А недавно легла отдохнуть… и в-всё!

— Скорую вызвала? — выдыхаю чужим сиплым голосом.

— Тётя Света вызвала-а-а, — начинает рыдать снова сестра. — Она скорую пошла встречать!

Тетя Света — бабушкина соседка… Как мы с нею разминуться могли? Не понимаю. Хотя, может, она на лифте? Может, его починили, а я не знала и по лестнице шла?

Но что с бабушкой? Инсульт у нее? Что в таких случаях делают?

— Ба, — тормошу её за плечо.

Смотрит и молчит. В глазах у неё такой дикий страх, что меня начинает трясти. Ну, как же ты так, ба? Ну, что же мне теперь делать с тобой?

Бегу к её коробке с лекарствами. Высыпаю всё на стол. Что можно? Что нельзя ей сейчас? Вообще не понимаю! Инсульт — это же, когда сосуд в мозге лопается? Сосуд же от давления наверное, лопается? С чего бы ему ещё? Беру бабушкины таблетки от давления. Они отдельно, на подоконнике, лежат.

Эх, сейчас бы в интернете посмотреть, что ей дать, но где его, интернет этот, взять?

Несу с водой вместе. Приподнимаю ей голову. Пытаюсь запихнуть в рот. Рот у неё тоже странный, на одну сторону перекошенный. А вдруг не инсульт? Вдруг таблетку эту нельзя? Впрочем, хуже вряд ли будет…

Засовываю. Пытаюсь залить воду. Она течёт по подбородку, по шее бабушки. Смешиваясь со слезами, текущими почему-то только из одного её глаза. Вроде бы глотает. Обессиленно сползаю на пол, уткнувшись в свисающую правую бабушкину руку.

— Сонь! Там в п-п-подъезде идут! — разворачивает к выходу из комнаты свою коляску Лилька. Я входную дверь не закрыла, шаги, действительно, слышно.

Бегу в подъезд. Поднимаются двое — мужчина и женщина. У него в руках оранжевый чемодан с нарисованным на нём красным Крестом. За ними еле поспевает тетя Света — она полная, ноги больные, по ступенькам ступает тяжело.

— Сюда! — выдавливаю из себя, чувствуя, как с непривычки саднит горло, словно слова прежде чем выскочить, иголками впиваются в связки.

Осмотрев и сделав какие-то уколы, они на носилках выносят бабушку из квартиры.

— Спросите, куда её и что нужно? — шепчу причитающей что-то там о бедных сиротках и о тяжелой бабушкиной судьбе тете Свете.

— А куда вы её забираете? — говорит она. — И что нужно?

— В первую скорую на Золотой. Приезжай туда, — кивает мне женщина, пока мужчина с поднявшимся к нам водителем скорой выносят бабушку. — Через часок. Возможно, за ней ухаживать будет нужно. А у вас… хм, родители есть?

Качаю отрицательно головой. Мы сами. Никого нет.

— Из родственников найди кого-нибудь, чтобы с девочкой был или найди, кто в больнице с бабушкой согласится.

Уже у двери, останавливается.

— Но вообще, у неё геморрагический инсульт скорее всего. Это практически не лечится…

Лилька заходится в плаче. Я осуждающе смотрю на врача — зачем при ней говорила?

— Извините, — говорит она и выходит, оставляя нас одних. Тетя Света отправляется за ними.

— Соня-я! — причитает сестра, закрывая узкими ладошками лицо. — Как мы теперь? Что де-елать?

Сажусь на колени перед её коляской. Утыкаюсь в узловатые худенькие коленочки лицом и, кусая губы, усиленно думаю, к кому обратиться за помощью, пока Лилька ласково гладит меня по голове…