Ни единого шанса

42 глава. Ванечка

— Напомни мне, какого… мы сидим тут в засаде третий час? А-то я что-то начал терять веру, — стебется Стрелец, доедая купленный мной бургер на заднем сиденье.

Хочется напомнить ему, как в прошлом году я ходил к декану и просил не сообщать Костиной матери о том случае на паре по конституционному праву, когда Костян привязал к люстре, висевшей в аккурат над преподским столом, свою домашнюю паучиху Маську. Преподша — баба забубенная, с плохим зрением, совершенно не видела веревки, которая тянулась под потолком через всю аудиторию. А Маська трепыхалась, как могла. Потом, когда Костян начал снижать несчастную молчаливую паучиху, отпуская второй конец веревки со своего места, она выгнула лапы и не шевелилась совсем ровно до того момента, пока не коснулась "вороньего гнезда" (так звали девчонки прическу Людмилы Вениаминовны). Ох, как она визжала! Даже Маська прочувствовала — притворилась дохлой!

Весь поток, до этого казавшийся слепым и глухим, ржал так, что тряслись стены и сыпалась штукатурка! Преподша неслась к выходу так быстро, что, наверное, могла бы сдать нормы на золотой значок ГТО…

— Напоминаю: мы сидим здесь, потому что Князь хочет набить рожу заместителю начальника полиции, — нудным голосом чеканит Энигма.

— Может, нам проще сейчас Князя пристрелить? Иначе потом, боюсь, отдача и по нам срикошетит!

Стебутся, гады! Им всё шутки! А мне бы забить и забыть. Просто пустить все на самотек — эта девчонка сама ведь не хочет рассказывать, так и пусть решает свои проблемы как-нибудь без моей помощи! А вот не забывается! И покоя нет совершенно! И я с утра на посту — сижу в машине на стоянке возле отделения полиции. И сам не знаю, чего именно требовать от Бориса этого, когда он появится!

Пытаюсь выяснить о нем хоть что-нибудь, но Саницкий Борис Семенович ни в соцсетях, ни в поисковиках не отражается — разве что на официальном сайте отдела висит старая фотка в капитанских еще погонах.

А вообще, сегодня я обижен на Софию втройне! Мало вчерашнего случая, так утром, пока я спал, она свалила в больницу к Димке в сопровождении Захара! Как будто меня в доме не было! Как будто трудно было постучаться и сказать, куда ей нужно! Как будто я отказался бы ее везти!

Вот выясню с Борисом все и поеду домой к родителям! И вообще, пора бы уже показать этой заразе, что у меня есть гордость, и со мной надо бы вести себя получше, а не игнорить почем попадя! И совсем в "Восток" не вернусь больше! Пусть сама теперь ищет со мной встречи…

Обсудив мои намерения, Стрелец с Энигмой проехались по поводу моих же умственных способностей, а потом неожиданно перешли на Софию, видимо, решив, что я совсем оглох, раз не отвечаю на их приколы.

— Вот женится наш Князь на Сонечке, на свадьбе гулять будем… — мечтательно тянет Сашка.

— Нажремся… — с дебильной улыбкой ему в тон добавляет Костян.

— Тебе лишь бы нажраться, — кривится тот, кто сам вчера провел сильно нетрезвый вечер!

— Сонечка во вчерашнем платье была просто сногсшибательна, — прямо-таки вижу, хоть и смотрю на экран своего телефона, как нагло лыбятся, старательно меня провоцируя, эти придурки! Но держусь из последних сил!

— А ножки у нее, и правда, зачетные, — фигурально выражаясь, Стрелец заносит ногу над чертой, переступать которую на самом деле реально опасно — я и без их подколок на взводе!

— И не только ножки! — вкрадчиво и медленно добавляет Энигма.

С водительского кресла достать его можно только левой. И я заношу кулак! Потому что просто достали! Потому что это — моя девушка, а значит, эти ножки и не только ножки имею право рассматривать только я один!

Но ударить не успеваю — на стоянку поворачивает знакомая тачка! Только и движение мое не остается незамеченным. И когда я, дождавшись, когда Борис вылезет наружу, открываю свою дверь, слышу сдавленные смешки:

— Ты видел? Неадекват…

— Да, придурок просто… Шуток не понимает…

Разберусь с вами потом, когда вернусь.

Шагаю за Саницким, жестом приказав этим идиотам сидеть в машине.

Догоняю его на крыльце. Берусь за ручку двери первым, открывая ему. Поворачивает голову. Вчера в кожаной куртке и джинсах он напоминал мне обыкновенного бычару, какие часто служат в охране авторитетов, подобных Волкову. Но сегодня, в форме, в фуражке и начищенных до блеска дорогих кожаных туфлях, Саницкий всем своим видом дает понять — у него в руках власть и немалая, от него в нашем городе много чего зависит, если не все… Так, наверное, все продажные менты выглядят — умеют "держать лицо" и работать на два лагеря!

Поворачивает голову. Встречаемся взглядами. Узнает меня! Насмешливо поднимает бровь. И молча проходит в открытую дверь. Шагаю следом.

Навстречу ему из-за специальной, зарешеченной стойки, бросается дежурный лейтенант.

— Здравия желаю, товарищ подполковник! Молодой человек, вы куда?

— Здравствуй, Максим! Это со мной. Выпиши ему пропуск и направь в мой кабинет через полчаса.

Полчаса сижу напротив дежурки. Наблюдаю, как лейтеха Максим пьет кофе из термоса, пугливо поглядывая в сторону коридора с кабинетами. Допив, сверяется с часами.

— Эй, иди, можно уже! — командует мне, маша в сторону коридора. — Второй этаж, третья дверь справа. Имя на табличке написано…

Стучусь и захожу, не дождавшись ответа. Рот по инерции открывается, чтобы поздороваться, но так-то виделись уже — смысл теперь? Но чувство неприятное — типа, я такой невоспитанный… А он-то какой? Он же, вообще, на бандоса Волкова работает! Поручения его мелкие выполняет! И если об этом в отделе узнают…

Молчит. Внимательно рассматривает меня, как лягушку взглядом препарирует.

— Я хочу знать, куда и зачем вы возили вчера Софию Ростову!

Выдерживает театральную паузу и спокойно говорит:

— А я хочу знать, какое право имеет какой-то малолетний щенок задавать мне вопросы в таком тоне.

— Я пришел открыто. И задаю вопросы. А мог бы возле дома вечером дождаться и морду набить.

— Борзость на запредельном уровне, — с издевкой улыбается он. — Ладно, садись, защитник хренов.

Сажусь. Вижу, что он странным образом смягчился по отношению ко мне. Не понимаю абсолютно, как этот факт может быть связан с моими недавними словами, но чудится мне, что вот сейчас он мне всё расскажет!