Ни единого шанса

57 глава. София

Ванечка!

В толпе танцующих он кажется мне невозможным, нереальным!

Зажмуриваюсь на мгновение, сбиваясь с ритма. Не может быть! Столько раз мне чудилось, что я его вижу, но потом приглядывалась — нет, другой человек, только отдаленно похожий на Ванечку.

Открываю глаза. Он! Не может быть! Может, не ко мне? Ну, не ко мне же точно! Хотя… у него в руках цветы! Да не может этого быть!

И вдруг он поднимает глаза, и мы встречаемся взглядами! Ко мне!

— Ванечка! — шепчу ему дрожащими губами. Руки напрочь забывают мелодию, пальцы зависают над струнами, не касаясь их.

Хмурится. Гипнотизирует взглядом. Показывает мне в сторону выхода, туда, откуда меня когда-то (кажется, что очень давно, хотя прошло всего две недели) забрал Саницкий.

Взглядом спрашиваю у Димки разрешения. Вижу, что он уже все рассмотрел и понял. Закатывает глаза к потолку и кивает в сторону выхода — отпустил!

Куда-то пристраиваю гитару — даже не запоминаю, куда. И на дрожащих ногах несусь за кулисы!

Выхожу первой. Понятно, что ему через толпу сложнее и дольше будет пробираться. Стою спиной ко входу из зала. Повернуться просто не могу — боюсь выдать свои настоящие чувства, когда он войдет. Да что там… Просто боюсь кинуться ему на шею от радости. Стою и трясусь. Поверить не могу, что ОН здесь!

Кажется, что музыка играет где-то далеко, и все эти пьяные крики, смех, шум — в другой реальности, я их почти не слышу. А здесь, рядом — тишина, и я на каждый шорох реагирую. Вот он прикрыл дверь, войдя. Вот практически неслышно двигается в мою сторону. Но я чувствую… Вот стоит совсем рядом, кажется, я даже слышу, как стучит его сердце! Или это мое?

Рукой хватаюсь за стол — ноги стали какими-то ватными. На этот же стол тут же падает букет невероятных сладко пахнущих розовых цветов. Касаюсь их лепестков кончиками пальцев.

— Ванечка! — какое счастье, что голоса все еще нет!

Рывком обнимает сзади. Чувствую, как целует волосы на затылке.

— Какая же ты… жестокая, Сонечка! Я так тебя ждал, а ты не пришла ни разу, — обжигает горячим шепотом кожу за ухом.

И я совершенно не помню все свои доводы, почему там мне нельзя к нему, почему у нас с ним нет ни единого шанса быть вместе! Мне стыдно… За то, что он ждал, а я не пришла.

Оборачиваюсь. Обнимаю ладошками любимое лицо. Мне чудится, что он бледный и сильно похудевший. Мне чудится, что у него глаза, как при лихорадке, блестят. Или не чудится…

Мне столько всего ему сказать хочется. Только слов нет.

Ты навсегда ко мне пришел, Ванечка? Или… или попрощаться?

— Ты все еще не разговариваешь? — тревожно смотрит в глаза.

Киваю. Руки переползают на лацканы его куртки. Мне и больно, и сладко, и страшно… И хочется, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось!

— Тогда я спрашивать буду, а ты отвечай.

Слежу за его губами. Они такие… чувственные, красивые… Меня в жар бросает от его близости, от того, что его горячие ладони поглаживают мою спину, обжигая через тонкую ткань кофточки, от вида его губ… от того, как они двигаются…

— Ты скучала по мне?

— Что? — из-за своих переживаний не успеваю собраться и услышать я.

Прищуривается, сверкает глазами. «Злится» — читаю Ванечкины эмоции я. И во мне вдруг словно плотину прорывает, словно рвется что-то… то, что держало крепко-крепко и не давало до этого показывать ему все свои чувства, все то, что есть у меня внутри… Счастьем бескрайним затапливает! Ванечка ко мне пришел! Встаю на цыпочки и целую его! Губы, заострившиеся скулы, брови его целую! Прикасаюсь своими губами к его уху, шепчу:

— Скучала. Скучаю. Люблю…

Отстраняется. Недоверчиво заглядывает в глаза.

— Правда?

Чувствую, как краска смущения заливает лицо и шею, но выдерживаю его недоверчивый взгляд. Киваю. Правда. Самая настоящая. А ты, Ванечка? Ты меня…

Со стоном облегчения крепко-крепко прижимает к себе.

— Всю душу мне вытрепала! Если бы ты знала, как мне тошно без тебя было… И как ты могла уйти тогда из больницы! Хотя я, конечно, догадываюсь, кто тебе помог… Но все равно ты не должна была уходить! Могла хотя бы поговорить со мной! Могла дождаться…

Ловлю ладонью его губы, не позволяя продолжать. Ну, не о том же! Не это я слышать хочу! И я требую просто! Потому что, если не скажешь… Потому что, если не любишь…

— Люблю тебя, Сонечка моя…