Ни единого шанса

35 глава. Ванечка

— Мам, никуда я не пропал — я у Вероники ночевал!

— Я знаю, что у Вероники. Но до этого, где-то же ты нашёл неприятности на свою голову! У мальчика, которого ночью оперировали, было ножевое ранение! Полицейский папе звонил утром, потому что узнал, что он хирурга присылал в больницу из своего центра! Ты понимаешь, что это серьёзные вещи? Тебе тоже в полицию придётся идти и давать показания!

— Ну, если надо, пойду и дам! — бурчу в ответ, прижимая щекой к плечу телефон — неудобно за рулём разговаривать, особенно если спешишь куда-то. Может, кстати, и нужно так сделать, в полицию обратиться, чтобы эти козлы больше не навредили Софии?

— Смелый какой! Ввязался снова во что-то опасное! Это из-за той девочки, что у нас ночевала? Мне сразу показалось, что у тебя будут проблемы с ней!

— У меня с нею нет проблем, — огрызаюсь я. Хочется просто отключиться, сделав вид, что связь прервалась. Но я хорошо знаю мать, она будет звонить всем — Веронике, пацанам моим, Захару, — пока не узнает досконально, где я, что со мной и когда планирую быть дома.

До "Востока" остается минут десять пути, поэтому стараюсь аккуратно завершить разговор.

— Мамуль, давай я завтра вечером, когда домой приеду, всё-всё тебе расскажу? В подробностях! Ладно? Я за рулём просто… Дорога скользкая…

С чего бы ей скользкой быть, если сегодня тепло? Но угроза моей жизни — лучший способ отвлечь мать!

— Хорошо, — нехотя соглашается она. — Будь осторожен, сынок!

…На крыльце встречаю Захара. Он выходит из дома. Как-то подозрительно смотрит. Невольно осматриваю себя тоже — ну да, заскочил домой и переоделся, пока родители на работе!

— Весь в крови был. Пришлось даже куртку снять, — зачем-то оправдываюсь я.

Неожиданно в голову приходит мысль, что София, увидев меня, подумает, что я выпендриваюсь! Начнет сейчас загоняться, что я слишком… Какой? Модный? А она… Идиот! Мог бы попроще вырядиться! Но я, если честно, даже не подумал о том, что Софии может не понравится мой внешний вид! В том смысле, что она будет считать себя на моей фоне ущербной.

— Не-не, нормально все! Не загоняйся! Наряд, что надо, — смеется Захар, видимо, по моему лицу поняв, о чем думаю. — Там, в больнице, ночью к Димке полиция приходила. Я рассказал все, что знаю. Но я-то и знаю немного. Я им ситуацию обрисовал, что отморозки какие-то к девчонке пристают. Сказали, что ей нужно заяву накатать. Короче, будем разбираться по ходу… Они тебе позвонят, я твой номер дал. Не звонили еще?

— Ну да, будем, разбираться, — задумчиво тяну я. — Но мне пока никто не звонил.

— Позвонят. Ну ты иди!

Смотрю на него с удивлением. У меня такое чувство, что Захар чего-то ждет от меня — не уходит, куда там он направлялся, а, наоборот, берется за ручку входной двери, пропуская меня внутрь. Оборачиваюсь в его сторону — улыбается как-то странно. Прикол, что ли, какой? Заходит следом, глазами делая знак, мол, ты иди-иди! Пожимаю плечами — какой-то Захар сегодня странный…

Разуваемся молча. В дверном проеме мелькает Вероника — услышала, что хлопнула дверь и выбежала встречать пришедшего. Но, увидев меня, она буквально на бегу разворачивается и, не сказав ни слова, уносится прочь. Кошусь с подозрением на Захара — да что здесь елки-палки происходит? Он делает серьезное лицо, но глаза выдают — смеется зараза!

Качаю головой — дурацкие шутки снова! Эти двое — любители поприкалываться! Шагаю в гостиную. Главное, чтобы не опозорили меня перед…

— Ва-а-ау! — еле слышно шепчет сбоку Захар.

Ну, это примерно то же самое, что думаю и я. Только речевой аппарат не слушается, и я не могу выдать ни звука.

Вероника смеется. Дети пищат. Слышу их отдаленно, как будто из другой комнаты.

София стоит к нам лицом, улыбается. Платье черное с блеском на тоненьких бретелечках струится по телу. Оно чуть выше колен, и, может быть, с таким хрупким телосложением, как у Софии, можно было бы и покороче, но длина его с лихвой компенсируется высокими каблуками модных туфель. Плечики гордо развернуты — у нее осанка такая, что просто ах!

Волосы завиты локонами, чуть прихвачены сзади и с боков и рассыпаются каскадом… Она подкрашена — это видно. Сестричка постаралась — глаза кажутся просто огромными. Губки покрыты блеском — пухлые, манящие…

Я понимаю, что не дышу и не моргаю только тогда, когда Захар хлопает по плечу. Вероника тут же начинает тарахтеть:

— Так, София, пакет для бабушки я в прихожей поставила. Там же кроссовки и куртка для тебя. Ванечка, туфли ее возьмете с собой! Сейчас с Захаром метнетесь к Софии домой, возьмете у соседки все, что она просила и коляску для Лилечки! Потом в больницу быстренько съездите. А потом… Потом можете погулять! Только учти, братец, недолго! И чтобы привез Софию в целости и сохранности! Понял?

Киваю, с трудом удерживая взгляд на сестре — его магнитит совсем в другу сторону. Понял. Чего ж тут не понять? И я, как бы, четко знаю, что нужно делать — подойди, за руку взять и вести за собой! Можно еще шутку какую-нибудь выдать, чтобы, значит, разрядить обстановку. Но это легко в теории, а реально я вдруг неожиданно для себя самого смущаюсь рядом с девушкой… Всё, финиш, Князь!