Общество и хозяйство в Римской империи

На Востоке в греческих городах еще сохранился буржуазный тип эллинистических времен. Этот класс, состоявший частью из греков, частью из эллинизированных представителей коренного населения, пополнился во времена римской республики выходцами из Италии. Во времена империи число переселенцев с Запада было сравнительно небольшим. Несколько колоний римских ветеранов в Малой Азии оставались некоторое время италийскими островками среди сплошного эллинистического окружения, но затем, подвергшись греческому влиянию, они постепенно тоже эллинизировались. Поэтому состоятельная буржуазия в основном была представлена коренными жителями.

На вопрос о том, какие колебания происходили в составе этого высшего слоя городского общества и какова была его численность, ответить трудно. Постоянное появление новых городов во всех частях империи и блестящее развитие городской жизни, в основе которого лежало богатство буржуазии, служат достаточными доказательствами того, что в I и II вв. по Р.Х. этот класс рос и увеличивался. Однако так же, как у сенаторского и всаднического сословий, увеличение его численности происходило, по-видимому, не благодаря естественному росту родового древа семей, а за счет притока снизу, в особенности из числа коренного населения и вольноотпущенников. Высшие слои муниципального населения были, как это представляется, зачастую столь же неспособны продолжить свой род, как сенаторское сословие в Риме. Очень часто аристократические семейства городов вымирали через одно-два поколения или сохранялись только через усыновление и увеличивались лишь за счет вольноотпущенников из числа своих рабов. Только этим, кажется, и можно объяснить, отчего романизация и эллинизация всех слоев городской буржуазии, не исключая ее высшего слоя, носили такой поверхностный характер; достаточно вспомнить, какое большое значение в цивилизации провинций приобретают во II и III вв. по Р.Х. местные элементы, что особенно заметно на Востоке, но относится также и к Западу. Присмотримся хотя бы к местной одежде, которую можно видеть на провинциальных надгробных памятниках и религиозных изваяниях, или вспомним о происходившем в то же время возрождении местных культов! Характерно также, что Септимий Север говорил по-латыни с чужеземным акцентом, а его сестра и вовсе не понимала латынь. Это явление не должно нас удивлять, поскольку процесс романизации и эллинизации раз за разом должен был начинаться с самого начала в новых семьях и среди вольноотпущенников, которые занимали место членов старых семей.