Общество и хозяйство в Римской империи

И тем не менее именно провинции, и в первую очередь восточные, испытали благотворные последствия нового режима. Не меняя систему провинциальной администрации, Августу значительно улучшить там практику управления. Во плаве провинций по-прежнему стояли представители сенаторского сословия. Они управляли от имени императора или под его постоянным контролем. Но господству сенаторского сословия как такового наступил конец, и одновременно улучшились и стали более гуманными методы управления. С окончанием гражданских войн прекратились реквизиции и контрибуции, а вместе с ними кончилось господство римских ростовщиков. Постепенно вводилось прямое налогообложение, и тем самым утратила свою привлекательность система откупа налоговых сборов. Римские компании по сбору налогов понемногу отмирали; их место заняли — например, в деле взимания введенных Августом налогов, которые должны были платить только римские граждане, — правительственные служащие, непосредственно имевшие дело с налогоплательщиками. Налоги не были снижены. Для некоторых групп населения они даже повысились. Но улучшенная система сбора налогов уже очень много значила для провинций. К тому же жители провинций знали, что они всегда могут лично или через представителей своих городов, ежегодно собиравшихся для торжественного отправления обрядов, связанных с культом императора, обратиться с жалобами к императору или сенату, которые будут благосклонно выслушаны, и вынесенное решение будет исполнено скорее и лучше, чем это бывало прежде. В случае же конфликта с наместником представительский орган провинции всегда мог обратиться к самому императору. И еще одно обстоятельство имело немаловажное значение: провинциалы отлично знали, что обо всем, что происходит в провинциях, император осведомлен через своих прокураторов, которые в качестве уполномоченных следили за соблюдением его финансовых интересов в сенатских провинциях, а в остальных — занимались сбором налогов.

Во всем, что относилось к внутренним делам, города восточных провинций — за исключением городов Египта — сохранили прежнюю независимость; вернее, получили такую независимость, какой никогда не знали раньше. Август не пытался вносить какие-либо изменения в социальные условия этих провинций, которые представляли собой не что иное, как комплексы греческих и эллинистических городов. Городская администрация с ее чиновниками и советом была настолько хорошим средством для осуществления связи с населением, что всякое вмешательство в естественный ход развития было бы неразумным шагом.