Общество и хозяйство в Римской империи

Производство масла в Италии не было так защищено, как производство вина. Напротив, расширение оливковых насаждений шло на побережье Далмации, в Испании и Африке без всяких ограничений, и мы уже знаем, что эти страны постепенно превратились в главные центры империи по производству масла. Значение этой отрасли для Африки и стремление императоров превратить всю страну в оливковую рощу проявляются в законе Адриана о залежных землях, изданном в Африке и предназначенном для Африки; о том же говорят и археологические раскопки, которые показали, что юго-западная часть страны во II–III вв. представляла собой гигантскую оливковую рощу, протянувшуюся в прибрежных и внутренних областях страны на много миль.

Защитительные меры Домициана спасли хотя бы до некоторой степени италийское виноделие, однако они не стали спасением для прогрессивных методов сельского хозяйства Италии и для их носителя — среднего землевладельческого сословия. В ходе кризиса конца I в. главным пострадавшим оказалось среднее сословие. Упадок промышленности и торговли, не защищенных императорской поддержкой, ускорил их постепенную деградацию. Вдобавок рабочая сила, и в особенности рабский труд, на котором основывалось систематическое сельское хозяйство, все время дорожали. Неудивительно, что городская буржуазия Италии была не в состоянии выдержать конкуренцию столичных крупных капиталистов, чья деятельность действительно означала полный отказ от методического ведения сельскохозяйственного производства.

Было бы излишним подробно останавливаться на этом пункте. Крупные землевладельцы, вроде Плиния Младшего, возможно, знали толк в коммерческих делах и понимали, как соблюсти свой интерес при покупке и продаже земли, при выдаче денег в долг и т. п. Но они совершенно не разбирались в том, что нужно было делать для успешного развития сельского хозяйства. Они никогда подолгу не задерживались в своих поместьях, так как были заняты городскими заботами, и их доходы никогда не зависели исключительно от прибылей, получаемых от какого-то определенного поместья, как это, вероятно, было в прежние времена у многих представителей городской буржуазии. Эти люди, как уже говорилось, жили на ренту. Главное, что они хотели, — это чтобы им поменьше докучали разными делами; ради этого они готовы были мириться с уменьшением своего дохода. Самым надежным способом получения хорошего, хотя и скромного, дохода было не планомерное культивирование своего поместья при помощи рабского труда, которое требовало хозяйской заботы, а сдача земли в аренду. Этот метод предпочитали еще крупные аграрии I в. до Р.Х. И он снова стал широко применяться, когда пришла в упадок городская буржуазия; ее представители из числа ветеранов революционных армий во времена Августа явились на смену магнатам I в. в центральных и северных областях Италии. Передача земли в руки арендаторов означала, конечно, конец методического хозяйствования. Арендатор редко бывает хорошим земледельцем, и уж тем более — виноградарем. К тому же в условиях постоянной нехватки зерна хлебопашество в Италии по прибыльности вполне сравнялось с виноградарством; хлебопашество было связано с меньшим риском и требовало меньше личного внимания со стороны владельца и арендатора.