Осколки зеркал

Волчок Часть 2

После зимней спячки город оживал на глазах. В лужах, еще недавно бывших снегом, отражалось весеннее солнце. Птицы чирикали так многообещающе, точно завтра уже лето. На каждой улице хозяева лавок что-то красили, мыли и скребли, придавая своим заведениям свежий вид.

Не удержавшись, Митя глянул и на дом аптекаря. Последний год на двери его висела кособокая вывеска «Сдается» и каждый раз при взгляде на эту надпись внутри мага все замирало. Он вспоминал и последние минуты Никифора Ивановича, принявшего яд лишь бы избежать сердечной тоски, и Вареньку, его приемную дочь. Где теперь та Варенька? Жива ли? Томится в застенках столичных магических казематов? Ответов Мити не находилось.

Однако ж и тут его ждала перемена. Хоть дом все еще выглядел покинутым и неряшливым, при всем при том же, табличка исчезла. Отметив про себя, что нужно будет узнать, кто новый жилец, Митя пошел дальше.

Детвора пускала кораблики или гоняла колесо. Важные извозчики проносились мимо, обдавая талой водой. Железные ходоки, поскрипывая, несли тюки с товаром.

И то верно, с началом лета откроется большая ярмарка, вот торговцы и спешат подготовиться к ней, чтобы в самом начале срубить куш поболее других.

Солнечный зайчик сверкнул, отразившись от механического протеза, не прикрытого перчаткой и проходившие рядом гимназистки взглянули на Митю, заохали, точно стая птичек –невеличек. Маг почуял, как начинает печь уши, ускорил шаг и поспешил затеряться в толпе.

Путь его лежал на выселки. Следовательно, через весь Крещенск. Возможно стоило взять паровик или нанять извозчика, но вдыхая весенний воздух Мите хотелось прогуляться. Так сказать, проветриться, стряхнув с себя кабинетную пыль.

Сунув руки в карманы сюртука, дабы не смущать горожан, маг в задумчивости продолжил свой путь. По дороге заглянул в пекарню и купив крендель, с пылу с жару, тут же съел его. Затем зашел в ресторацию, где половой тут же лисой метнулся к нему и принялся нахваливать нынешние кушанья.

— Чего изволите, господин маг? Имеется отменная стерляжья уха с расстегаями, ботвинья с осетриной, а на второе вырезка из судаков с белыми грибами или битки пожарские из кур с горошком можно взять.

— Кофе имеется? — уточнил Митя, снимая цилиндр.

— Для вас лучшей варки, — заверил половой и тут же умчался выполнять заказ.

Едва маг устроился за столом, и задумался не взять ли еще битков, как купец из-за соседнего стола вдруг рыкнул не по-людски, а после, схватившись за голову, резко вскочил. Да так, что стул, на котором он сидел, с грохотом опрокинулся, схватился за голову.

— Аааа голова моя, головонька! Куда ж ты родная котишься. Люди добрые, помогите! — кричал он, раскачиваясь из стороны в сторону страшно пуча глаза.

В зале на миг стихли голоса посетителей, а после наоборот зашумели, загалдели. Кто-то спешил к выходу, другие кинулись к мужчине.

Тут же крутились и половые, хватая пропойцу за руки и таща прочь из общей залы.

Митя привстал, пытаясь понять, что происходит. Тут же подле него появился давешний половой и с вымученной улыбкой пояснил:

— Не извольте обращать внимания, гость лишнего испил, такое бывает.

— И что же, он так много принял? — нахмурился маг, разглядывая, как купца, все еще орущего о потерянной голове, уводят прочь.

— Да не то что бы, — смутился половой, — однако ж место у нас такое, нет-нет, да с кем приключится оказия.

— И часто оказии приключаются? — уточнил Митя.

— За неделю вторая, — признался юнец, — и гости вроде бы приятные. А поди ж ты, может солнце нонче греет сильнее? Как знать, — и не дожидаясь новых вопросов, половой умчался прочь, а через миг вернулся, оставив перед Митей чашку черного дымящегося кофе, да сахарок колотый на блюдце и пышки, припорошённые сладкой пудрой, словно первым снегом.

Однако ж аппетит у мага отчего-то пропал. Наскоро выпив кофе и не притронувшись к пышкам, Митя покинул ресторацию, размышляя о дальнейшей судьбе бедолаги. По всему выходило, что доставят его в лечебницу, а уж если не очухается, так в дом призрения направят. Решив для себя попозже уточнить о самочувствии купца, маг выбросил происшествие из головы и свернул в проулок ведущий к выселкам.

Нужный дом удалось найти не сразу. Тут на краю города не имелось прямых улиц и четкой нумерации, оттого каждая избушка стояла, как придется. Поди сообрази, какая нужна.

Измаявшись искать то, не знаю что, Митя приметил трех мальцов, играющих в ножички.

— Доброго дня, юноши, — поздоровался он, приближаясь к ним, — а не подскажете ли где находится улица Боброва шесть?

Пацанва, прекратив игру, удивленно уставилась на мага. Еще бы, такой франт по здешним меркам, редкая птаха.

— А вам, дяденька, зачем? — наконец подал голос один из них, с лицом в рытвинах от перенесенной оспы.

— Имеется дело, — признался Митя, прикидывая стоит ли доставать зеркало с императорским знаком или это только спугнет ребят.

— А чаво нам будет, ежели покажем, а? — вмешался другой, беззастенчиво ковыряя в носу.

Митя задумчиво пригладил волосы и мальчишки замерли, приметив его протез.

— Можно потрогать? — отчего-то шепотом спросил рябой.

— А дом-то покажете? — уточнил маг, опуская руку так, чтобы пацанва могла дотронуться.

— Ага, — в один голос произнесли мальцы, по очереди прикасаясь к блестящему металлу.

— Вы же Зеркальщик, да? — наконец спросил третий, сивый и лопоухий, до этого он крутил в пальцах ножик и молчал, — мне тятька сказывал, что у колдуна рука железная.

Его друзья тут же отпрянули, а сопливый даже принялся вытирать руку о замызганную рубаху, точно испачкался, прикоснувшись к протезу.

— Все верно, глава Зеркального Департамента, — представился Митя, — если будет необходимость, приходите, — и не дожидаясь пока мальчишки убегут, напомнил: — итак, где нужный мне адрес?

— Идемте покажу, — позвал сивый, убрав ножик в карман и отвернувшись зашагал вперед, шлепая по грязи босыми ногами.

— Тебе не зябко? — поинтересовался Митя, ощущая себя одетым не к месту.

— Привык, — буркнул мальчик.

Через пару свороток он остановился и ткнул пальцем:

— Вот ваш шестой, и это, не бродили б вы тут один, у нас чужих не любят.

— Даже магов? — уточнил Митя.

— Спрашиваете, — скривился мальчуган и, прежде чем маг успел предложить ему за помощь рубль, убежал, только пятки засверкали.

Шестой дом по Бобровой улице отличался от других. Просторный, с яркими наличниками, он будто хвастался своей красотой. По сравнению с притулившимися рядом кособокими избушками, дом и впрямь выглядел царем улицы.

Калитку открыл бородатый мужичок. Низкорослый и широкоплечий, он хмуро глядел на пришедшего мага.

— Долго ж ваша контора жалобы смотрит, — посетовал он, едва Митя представился.

— Большой поток, — отозвался Митя, оглядывая двор, — ну так где корова?

— Какая корова? — не понял мужик.

— Та, что волки задрали, — пояснил маг, доставая из кармашка медное зеркало и используя силу, ища следы чужой магии. Никаких откликов не случилось и Митя поморщился, не то следы стерлись за давностью, не то сюда приходил не обычный волчок.

— Тю, так это когда было! Дней пять назад, нету уж той коровы-то, — усмехнулся хозяин.

— Куда же она делась? –поинтересовался маг.

— Часть съели, часть продал, кости псы растащили, такие дела, господин маг.

— Подождите, но шкура-то осталась? — Митя чувствовал себя глупо.

— Да вот еще, волк ее, конечно, попортил, у шеи зубами порвал, а брюхо что твоими ножами рассек, но и на такой товар покупатель нашелся. — Бородач развел руками. — Была коровенка, да сплыла. Так что ж, господин маг, будет мне помощь какая? Все ж не по-людски это, когда волк в весеннюю пору, да почитай в центре города, единственную кормилицу задирает.

Словно насмехаясь над хозяином, из сарая, что стоял в дальней части, донеслось разноголосое протяжное мычание.

Глянув на поле, начинающееся аккурат за забором, Митя вздохнул:

— Увы, сударь, без предъявления улик помочь ничем не могу. Вот видал бы шкуру, другое дело, а теперь разрешите откланяться.

Мужик сердито засопел:

— Спасибо, что наведывались, только проку-то с вас, тьфу. — Он скривился, точно и впрямь собираясь сплюнуть на землю, но не решился и зло посмотрела на мага.

— Я занесу это в протокол, — пообещал Митя, сверкнул зеркальцем, убрал его на место, и поспешил покинуть предприимчивого хозяина.

Впрочем, на всякий случай обойдя дома, он вышел на поле и огляделся. Снег еще не везде сошел, отчего земля напоминала пятнистую шкуру. Пучки бурой прошлогодней травы топорщились клоками то тут, то там, словно облезлая сапожницкая щетка. Пройдя вперед, Митя приметил скудную речушку, впрочем, при обильных дождях такая могла затопить половину выселок. Поежившись от налетевшего ветерка, маг еще раз глянул на местность сквозь пенсне и как прежде не нашел магических следов.

Митя уже собирался уходить, когда приметил в грязи у самого берега отпечаток лапы. Однако понять, принадлежит ли он крупному псу или мелкому оборотню, возможности не было. Не солоно хлебавши, маг покинул место преступления и вновь очутился на извилистых улочках окраины.

Переменчива погода в апреле. С утра совсем по-летнему светило солнце и вдруг наползли тучи, поднялся холодный ветер.

Не желая мерзнуть, Митя решил добраться до людных улиц, а там взять паровую машину. Давешнее поле оставило в его душе волнение. Вся эта трава, да ноздреватый снег, напомнили события годовой давности. Когда из-за него пострадала Катерина, да и он сам едва не погиб, спасибо Вареньке, что спасла. Впрочем, может было б лучше, чтоб она бежала, так бы он не чувствовал свою вину за ее арест, за то, что девушка словно исчезла, после ареста магическим департаментом. Где она, жива ли?

Маг поморщился. На виске затюкала венка обещая головную боль, да и плечо заныло, реагируя на непогоду. Погруженный в свои мысли, Митя шел вдоль очередного забора, когда почувствовал удар. Несильный, но тем не менее.

Остановившись чтобы оглядеться, он тут же получил еще пару шлепков в спину. В нос ударил неприятный запах. Посмотрев под ноги Митя увидел на земле комья свиного навоза, которые некто кидал в него, прячась за досками.

За забором послышался приглушенный смех и шорох.

Не задумываясь Митя развернулся и кинулся к импровизированному укрытию. На ходу он поймал отблеск от протеза и призвав силу послал вперед сгусток света.

Щепки брызнули во все стороны. В образовавшуюся дыру маг увидел перепуганных мальчишек, тех самых, у которых он давеча спрашивал дорогу.

Сообразив, что дело плохо, мальцы, обгоняя друг друга, стремглав бросились прочь. Митя скользнул было за ними, но к несчастью зацепился сюртуком за гвозди, торчащие из разбитых досок. Послышался треск и добрый лоскут клетчатой ткани на рукаве, откинулся, обнажая подкладку.

— Ах ты ж, — ругнулся Митя, останавливаясь, чтобы аккуратно отцепить материал. Когда он освободился из случайной ловушки, мальчишек и след пропал, разве что валялся поодаль оброненный перочинный ножик. Подобрав его как трофей, маг снял испорченный сюртук, перебросив его через руку вернулся на дорогу.

Ветер дул в спину, точно прогоняя его прочь с выселок, и Митя, подчиняясь, ускорил шаг.

Первым дома мага встретил Добряк. Лохматый пес с лаем бросился к хозяину и запрыгал вокруг него словно щенок, предлагая начать игру или пойти на прогулку.

— Прости, дружище, сейчас не могу, может вечером, — вздохнул Митя, потрепав собаку по загривку. Добряк тем временем потянулся к свернутому сюртуку и обнюхав его попятился назад, недовольно мотая лобастой башкой. — Полностью с тобой согласен, — ответил маг, кладя сверток на стул, — но что поделать, не заладился у меня день.

— А у кого заладился, у нас с псом что ли? — кухарка Лукерья Ильинична вышла в коридор, привычно вытирая руки о край передника. — У всех нонче не заладился, вон, пожалуйста, крыша потекла. Утром встала, на кухне потолок мокнет, да еще аккурат над тазом с тестом, пришлось все сызнова начинать. Позвала Ерёмку, пущай чинит, нам удобство, ему копеечка. — Она взяла сюртук и развернув его скривилась. — Господин маг, что ж у тебя все не как у людей? Такую вещь попортил, да еще и воней в дом натащил, фу, где ж это ты валяться изволил?

— Мальцы хулиганили, — отозвался Митя, проходя в гостиную, — на выселках.

— Даже знать не хочу, на кой-черт вы туда отправились. Ясно, что по работе. — Прислуга вздохнула. — Нет, тут уж латай не латай, все равно для главного мага такой наряд не к месту. Щи будете? Или переоденетесь, да обратно в департамент пойдете?

Маг на мгновение задумался, а после кивнул:

— Подавай щи, отобедаю, а уж затем на службу.

Само собой, одними щами обед не ограничился. Лукерья расстаралась. Была тут и говядина, которую кухарка величала «Марбургской» и жаркое из рябчиков с зелеными бобами. На десерт же подала пунш из морошки да ватрушек с пылу с жару. Когда Митя, пресытившись, допивал чашку кофе, со стороны входа для прислуги зашел паренек.

Вихрастый и косоглазый, он выглядел примерно ровесником мага. Увидев, что хозяин дома, паренек, жамкая в руках шапку поклонился.

— Ты чего тут господина мага отвлекаешь? — налетела на него Лукерья. — Я ж велела на дворе дожидаться, как все сделаешь.

— Так я сделал, — пробормотал Ерёма не поднимая головы.

— Лукерья Ильинична, будет вам, юноша старался, трудился, покормите работника, да заплатите как следует, — улыбнулся Митя, вставая из-за стола, — снеди у вас на добрую армию хватит.

— Хватит тут, как же, потом еще Стешка придет, да не одна, а с Егором Поликарповичем вместе, да Добряк тоже ломоть урвать не промах, а вы говорите, армия!

— Лукавите, ой лукавите. — Маг покачал головой. — Вы ведь к ужину свежего наготовите, так что не будьте скрягой, угощайте гостя.

Парнишка впервые за весь разговор посмотрел на Митю и тут же вновь поклонился:

— Спасибо, господин маг!

— Полно тебе, вот, садитесь за стол, а мне пора. — потрепав по холке пса, лежащего у ног, он направился к выходу и уже за спиной услышал, как Лукерья Ильинична шикает на работника:

— Куда за господский стол метишься, идем, горе луковое, на кухне тебе накрою.

По возвращению в департамент Митя обнаружил, что Стешка отлучилась. А посему выходило, что с десяток посетителей, топтавшихся у входа, принимать ему.

Пройдя в кабинет, он принялся за работу. Мужчина жаловался на соседку, обвиняя ее в полетах на метле:

— Я ж каждый день вижу, как она с той метлой домой идет! — сердился он.

— А как летает-то видели? — не сдержался Митя.

— Разве такая покажет, — вздохнул мужик. На том и порешили, как увидит сразу доложит, а до этого повода к аресту не имеется.

Старушка утверждала, что слышала из колодца голос покойного мужа. Дама бальзаковского возраста требовала, чтоб проверили ее зеркало, мол она уверена, что за ней подглядывают.

— Занавес на зеркале есть? — уточнил маг.

— А зачем? — удивилась барышня. — Пусть смотрят, мне скрывать нечего, но все же неприятно, — тут же добавила просительница, — проверьте, а не то я жалобу в столицу напишу.

— Отчего ж не написать, пишите, только и я тогда укажу, что вы возможно саботируете работу Зеркальных магов, оставляя стекло открытым, — пообещал Митя.

Барышня вспыхнула щеками, и бросая на мага испепеляющий взгляд поспешно удалилась.

После нее зашел пацаненок. Мальчонка привел пса с просьбой проверить, не оборотня ли он поймал.

Мите, конечно, одного взгляда на куцую собачонку хватило, чтобы заверить мальца, что нет, обычный пес. Все с ним хорошо.

Однако ж сам запрос показался странным. Скорее всего хозяин коровы всем раструбил про волка–волколака, вот отсюда и охота.

— А ты оборотня-то для каких целей ловил? — поинтересовался Митя у мальчика.

— Знамо для каких, чтоб денежку дали, — поделился тот.

— А кто? — маг забарабанил пальцами по столешнице, что не укрылось от взгляда парнишки.

— Да так, один с выселок, вы его и не знаете, спасибо, дядь маг, — и не дожидаясь дополнительных вопросов и мальчик, и пес выскочили из кабинета.

Последним явился посыльный с запиской от Вульфов и указанием адреса:

— Меблированные комнаты Матвеева, не шибко дорогие и на окраине, — пробормотал маг, прикидывая отчего глава семьи выбрал такое место. Мало платят или сам по себе скряга? Ответа, конечно, не имелось и сунув записку в стол, он почти сразу о ней позабыл.