Осколки зеркал

Жмурки Часть 3

Увидев хозяина, Добряк, спавший тут же в прихожей, замолотил хвостом и привычно прильнул к ноге.

— Привет, мой хороший, — поприветствовал его Митя, — что тут у нас, гости что ли? — пес заскулил. — Понимаю тебя, даже очень, — заверил его маг, — ладно, пойду разберусь какими судьбами.

Еще раз похлопав собаку по спине, он, оставив цилиндр и сюртук тут же на вешалке, пошел по коридору в сторону гостиной и почти сразу же услышал голос Лебедевой:

— На завтрак сделай мне гренки да кофе с молоком и джем, если имеется, а если нет так купи, обедать я стану в городе, а вот за ужином лучше что-то легкое: овощной салат, телятину или суп прентарьер, можно, конечно, и консоме, но уж понаваристей. Подушки три штуки надобны, да проследи, чтобы перина взбитая была, у меня сон чуток.

— Это очень интересная подробность, — сказал Митя входя в комнату. — Добрый вечер, Лукерья Ильинична, — поздоровался он сперва с прислугой, видя как та, поджав губы, теребит в руках край передника, — вы оставьте нас с Еленой Александровной на минуточку, разговор имеется.

— Как скажешь, господин маг, — буркнула прислуга и поспешно удалилась на кухню. Точно поверженный солдат с поля битвы.

— Вы так рано вернулись, Дмитрий. Вот уж не думала, что у вас в департаменте график не блюдут. В Санкт –Петербурге с этим строго, — пожурила его Лебедева.

— Устал давеча. Вот и решил послабление себе сделать, — признался Митя, — возвращаюсь домой, а тут такой сюрприз. Какими судьбами к нам, Елена Александровна?

Волшебница смущено отвела взгляд. Затем глубоко вздохнула и, посмотрев на Митю, призналась:

— Понимаю, Дмитрий, вы можете негодовать по поводу моего появления в вашем доме, но поверьте, жить в тех меблированных комнатах, куда вы меня направили, нет никакой возможности! Вы видели тамошние условия? Это же ужас! А соседи? Дмитрий, голубчик, они же оборотни!

— И очень приличные оборотни, надо сказать, — перебил ее маг, — высокообразованные и воспитанные.

— Что не играет роли, потому как рядом с вервольфами я, потомственная волшебница, жить не буду! — Елена поднялась с кресла и вскинув подбородок посмотрела снизу вверх на Митю.

— Тогда я прямо скажем не знаю где вы станете жить, — заявил маг, чувствуя себя донельзя не ловко. — Может у вас тут знакомые имеются или скажем друзья?

— Кроме вас я в городе не знаю ни одной живой души, — четко ответила Лебедева и вдруг, словно устав, вновь опустилась в кресло, отвернулась и произнесла тише, глядя в окно, — а посему, остается идти жить на улицу. Вот куда завела меня доля вдовы, в чужой город, с чужим уставом. Не переживайте, Дмитрий, я сейчас покину вашу обитель и увидимся завтра на работе, если, конечно, я доживу до утра в Крещенске.

Митя набрал в легкие воздуха, чтобы дать отпор, но почуял, что ему нечего сказать. Выглядело все и впрямь преотвратно. Одинокая женщина, вдова, приезжает в новый город. Да, она не хочет жить в меблированных комнатах, у себя в столице поди особняком владеет со слугами, а тут что? Остается только с оборотнями чай пить? И куда она идет? Правильно, к своему новому начальнику, а он и рад глумиться, выставляя ее за дверь.

— Как вы вообще узнали, где я живу? — зачем-то спросил маг, прикидывая, как сообщить Стешке о новой соседке, чтоб ведьма не превратила его в козла.

— Давешний городовой сообщил и даже проводил по адресу. Поэтому-то я и оказалась здесь, но вижу мне тут не рады, посему я сейчас уйду.

— Оставайтесь уж, — махнул рукой Митя, не желая выглядеть тираном и кровопийцей, — мы подыщем вам более удобное жилье, а пока можете расположиться в комнате для гостей.

— О, как я вам благодарна, Дмитрий! — Елена вспорхнула с места и одарила мага улыбкой. — Вы просто мой спаситель, считайте, что меня здесь нет. Я сама незаметность и тактичность, не переживайте. Мои вещи уже в комнате, так что до ужина мне будет чем заняться. — И тут же повысив голос, Елена крикнула, — Лукерья, душечка, не забудьте натереть зеркало в моей комнате, а то оно столь мутное, что я себя не вижу! Не гоже в таком беспорядке зерцала держать, — еще раз улыбнулась она ошеломлённому магу и плывущей походкой покинула гостиную.

Митя шлепнулся в кресло и, прикрыв глаза, прижал пальцы к вискам. Он уже представлял, что будет, когда явится Стешка. Да и в целом, находится днем и ночью в окружении враждующих между собой женщин — это хуже, чем залезть в бочку с ядовитыми змеями!

Как он и ожидал, Стешка разве что молнии не метала из-за новой соседки, да и Лукерья Ильинична ходила мрачнее тучи и бросала на Митю такие взгляды, что впору было бежать из дома куда глаза глядят. Хоть бы и на работу, там и то спокойнее выходило чем нынче дома.

От одной мысли, что завтра с этим же коллективом ему предстоит находиться весь вдень в департаменте, маг мысленно взвыл, и, не придумав ничего лучше, поспешил запереться в своем кабинете. Авось и пронесет.

Если ужин прошел в напряжении, то за завтраком от накала страстей у Мити волосы на шее встали дыбом.

— Да уж, казалось бы, обычные яйца пашот. А и те по всем правилам приготовленые не отведать, — вздыхала Лебедева, — что ж вы, Лукерья, не упражняетесь? Если уж вам выпало жить в таком небольшом городке, это не значит, что не стоит оттачивать умения готовки. Вы ведь не абы кому, а зеркальному магу служите. А вы, Дмитрий, следили бы за тем как прислуга присматривает за домом. Я давеча паука видала, да и вода в умывальнике точно лед, — пожаловалась волшебница.

— Жуткие условия, что и не говори, — перебила ее Стешка. — наверняка в меблированных комнатах получше будет, а уж если вернуться в Петербург и вовсе душа возрадуется.

Лебедева, будто и не чуя острот в голосе ведьмы, вздохнула:

— Ах голубушка, я бы и рада уехать. Но служба привела меня к вам, а мы, маги, что солдаты на войне, находимся там, где командование прикажет. Остается служить Родине да быть на страже покоя мирян, — пафосно заявила Елена Александровна. — Хотя это не значит, что маги могут себе позволять небрежность в делах, мыслях или внешнем виде. У вас вот на рукаве платья пятнышко, неужто вы так и пойдете на службу? Я бы со стыда умерла, заметь кто за мной подобную оплошность.

— Учту, — холодно ответила ведьма.

Лебедева поднесла к губам чашку, но чай, ставший льдом, застыл в кружке.

Стешка отвернулась, и Митя был уверен, что она лишь скрывает улыбку. Да и Лукерья фыркнула так, что стало ясно — это заговор.

Волшебница оставила чашку. И, убрав с колен салфетку, поднялась из-за стола. Поднялся и Митя, но, прежде чем уйти, добавил:

— Елена Александровна, задание вам будет. Посетите госпиталь да выслушайте, что главного врача беспокоит, а мы покамест.

— Вы уж простите меня, Дмитрий, но на сегодня у меня другие планы, — перебила его волшебница, — в столице ждут отчет по ревизии, и значит, этим я и займусь.

— А я вот с удовольствием навещу лечебницу, — отозвалась Стешка. — Послушаю, что у них да как, может чем помочь смогу. Так что, когда вернусь в контору не знаю.

— Что ж, замечательно, — кивнул Митя, ощущая себя несостоятельным до такой степени, что подчинённые слушаться отказываются.

Лебедева изъявила желание отправиться в департамент порталом, и, хотя Митя был не против, надеясь, что тогда у него будет чуть больше времени без общения с волшебницей, осуществить задуманное не вышло.

— Вы же не оставите меня одну проводить ревизию? Я не знаю, что и где у вас находится, — пояснила ему Елена Александровна.

— Ну так я на столе папку оставил, откроете да прочтёте, — предложил Митя.

— Дмитрий, я слишком хорошо воспитана, что бы лазить по чужим бумагам, даже если это разрешает их хозяин, поэтому мы оба идем через портал, или едем на паровике, или на чем вы там собрались, — Лебедева, вздернув подбородок, наградила Митю таким взглядом, будто он предложил ей прибраться на кухне.

Лукерья, убирающая со стола, только ехидно усмехнулась, и маг еще больше осерчал. Вот и прислуга над ним смеется, а и поделом ему, раз не может отпор дать.

— Идемте порталом, что время терять? — заявил он и широким шагом вышел в коридор, потрепал Добряка по лобастой голове, взял перчатки и цилиндр и, не дожидаясь Лебедеву, первым шагнул сквозь стеклянную гладь зеркала.

Открыв двери департамента, маг направился в свой кабинет, ежась от утренней свежести, царившей в здании. Безусловно, неплохо было бы спуститься в подвал да запустить паровой нагреватель. Но никак руки не доходили, вот был бы денщик — другое дело, а так.

— Зябко у вас тут, конечно, — как бы читая его мысли пожаловалась Елена Александровна, вслед за ним заходя в кабинет. — Вы же не против, если я подыщу служащего?

— Ни в коем разе, — кивнул Митя, желая, чтоб волшебница занялась чем угодно. Только не им.

— Вот и славно, а теперь давайте поговорим об артефактах.

— Давайте, — Митя сел за стол и, открыв папку, протянул ей лист бумаги. — Вот пожалуйста, после прежнего начальника принято девять артефактов, исполняющий на тот момент обязанности главы господин Исмагилов, зеркальный советник седьмого ранга, переписал и засвидетельствовал.

— Очень интересно, — нараспев произнесла волшебница, принимая у него бумагу и вкладывая в свою папку, — вы ведь не будете против, если и я их осмотрю?

— Вся контора в вашем полном распоряжении, только прошу, чтобы данное занятие не мешало приему посетителей, — попросил Митя.

— Тогда предлагаю вам открыть сейф и временно перейти в мой кабинет, — предложила Лебедева, — там я вас точно не потревожу.

Митя замялся. С одной стороны, звучало разумно, с другой, оставлять малознакомого человека с магическими артефактами и важными бумагами.

— Знаете, я, пожалуй, приобщусь к вашей ревизии, — предложил он, — заодно и сам больше вникну в суть происходящего, вы же не против?

— Вы начальник, вам и решать, — улыбнулась Лебедева. — Начнем с тех, что хранятся вне сейфа, -решила она и, указав пальцем на первую строку, произнесла, — окоматограф одна штука.

В следующий час Митя чувствовал себя отнюдь не руководителем, а мальчиком на побегушках. Принеси то, подай это, включите чтобы работало, уберите обратно.

Лебедева только делала пометки и изредка качала головой.

— Ну кто же так хранит зазеркальное блюдо? Оно у вас, Дмитрий, грязное. А подобному артефакту это не на пользу, чем больше помех, тем сложнее ему отталкивать отрицательную энергию. Понимаете?

— Чего уж непонятного, — соглашался Митя, — вот вы его и приведите в порядок, а то, боюсь, я по незнанию еще испорчу ценную вещь.

— Бесценную, Дмитрий, бесценную! — поправляла его волшебница и переходила к следующему пункту.

Когда все девять наименований были названы, Митя облегченно вздохнул, однако же оказалось, что обрадовался он рано.

— Это все? — спросила Елена Александровна, недовольно хмурясь.

— Ну как видите, — маг пожал плечами. — Девять наименований и девять предметов, не больше не меньше, документы по ним имеются, в чем вы сами удостоверились, так что придраться не к чему.

— Это не совсем так, — Лебедева постучала по списку. — У меня по бумагам отмечено, что ваш департамент владеет десятью артефактами, понимаете?

— Понимаю, наверное, какая-то ошибка, — Митя пожал плечами.

— В столице не допускают ошибок, — отрезала Лебедева, — а вот расхитительство на местах частое явление. Итак, вы уверены, что получили именно девять предметов?

— Это что, допрос? — Митя потер плечо, ноющее под механическим протезом.

— Что вы, это так, рутина, — отмахнулась волшебница. — Итак, уверены?

— Да и еще раз да. Не верите мне, свяжитесь с Марселем Маратовичем.

— Обязательно так и поступлю, потому как Слезы Морока я здесь не наблюдаю, — волшебница поджала губы.

— Что хоть за Слеза такая? — решил уточнить маг.

— Кристал горного хрусталя, с пол перста, выполнен в виде подвески, -точно не видали?

— Начальник украшений не носил.

— Может что-то хранилось у Игната Исааковича дома? Так нельзя, но кое-кто отступает от правил.

— Да я же вам говорил, — возмутился Митя, — что имелось, все доставили. Но ежели вы верить не изволите, то вот, пожалуйста, список вещей из его квартиры. Опять-таки принимал не я, ибо находился на лечении. Все перечисленное находится в подвале, в кладовой, секунду, — маг открыл левый ящик стола, выудил из-под бумаг ключ и положил его перед Лебедевой. — Вот, Елена Александровна, можете идти вниз. И все там изучить, но я о Слезе впервые слышу.

— Что ж, так и поступлю, — волшебница взяла ключ и, покачав головой, будто осуждая Митю за халатность, покинула его кабинет.

Маг устало опустился на стул, размышляя, что надо уточнить, волшебница ли Лебедева, а то силы пьёт, как мавка какая!

После общения с ней хотелось перекусить и отдохнуть. Митя даже представил кулебяку с пылу с жару и кофий крепкий, а к ним, пожалуй, каплунов парочку. Но увы, желаниям его не суждено было сбыться в ближайшее время, потому как за дверью уже ждали посетители, а значит рабочий день только начался.

Выглянув в коридор, Митя тем самым дал понять, что прием начался, и вернувшись за стол, встретил первого посетителя.

Старушка, божий одуванчик, села на край стула напротив мага и сразу призналась:

— Дед у меня кыхнулся.

— Может вам тогда в больницу обратиться, — предложил Митя.

— Какой там, — отмахнулась бабулька, — денно и нощно в кадку пялится, губы дует и мычит, навроде как с кем общается. Я вот и подумала, ходят слухи, что вы, маги, и через воду видеть можете, так вдруг его какая ведьма то и соблазняет?

Митя удивленно поглядел на посетительницу:

— Простите, а дедушке вашему сколько лет?

— А хто ж его знает, милок, ну уж не менее девяноста.

— И вы думаете у него роман с ведьмой? — уточнил Митя, делая на полях пометку.

— Мож с ведьмой. А может с колдовкой какой, но уж точно неспроста он в кадку пырится.

— Вы вот что, кадку крышкой накройте или платком, чтобы мужа не смущать. А будет время, зайду проверю.

Старушка мелко закивала. Затем продиктовала адрес и посеменила к выходу. Едва она тронула дверную ручку, как дверь распахнулась, и в кабинет влетел тощий мужчина, весь какой-то дерганый, угловатый, будто несуразная кукла, а за ним ввалился детина, да такой, что аж пригнулся, дабы в проем пройти.

Бабулька охнула и, крестясь, попятилась.

— Семен, выведи эту, — фыркнул мужчина, кривя губы.

Детина легко подхватил старушку и вышел за порог. Из коридора послышались робкие возмущения.

— Хозяину только спросить, — отбрил всех Семен и затворил за собой дверь.

Митя нахмурился:

— Кем бы вы не были, я попрошу вас покинуть кабинет и дождаться своей очереди.

— Вы не понимаете, — проговорил дерганый, мотнул головой, хрустнул пальцами, затем не садясь к столу прошел по кабинету и, встав за портьеру, робко глянул в окно.

— Что тут происходит, объяснитесь! — потребовал маг, начиная закипать.

— Происходит, и еще как, — согласился посетитель. Он вернулся к столу и, посмотрев прямо на Митю, сообщил, — у меня дома призрак.

— У остальных может быть тоже, но они сюда не врываются, — поделился Митя.

— Они не я. Лазин Борис Прокопович, негоциант.

— Это мне ни о чем не говорит, — признался маг.

— А имя Игнат Исаакович говорит? — торговец, наконец, сел на стул, но тут же забарабанил пальцами по краю столешницы.

Митя насторожился:

— Безусловно, но при чем тут бывший глава зеркального отделения?

— А при том, что я въехал в его апартаменты, когда они освободились. Давно, надо сказать, на них посматривал, да такой дом, что мест нет, а тут так уж сложилось. Вот и воспользовался случаем.

— Допустим, и что с того?

— А то, что у меня в квартире кто-то бывает. Вещи сдвинуты. Не сильно, обычный человек и не заметит, но я педантичен и вижу разницу между тем, как я оставил коврик у двери, и как он стал лежать по моему приезду.

— Так все дело в коврике? — уточнил Митя.

— Вовсе нет, еще статуэтка на камине не под тем углом, каминные щипцы, да даже угли в камине, все иначе! — Борис Прокопьевич вновь вскочил с места и заметался по кабинету, — ходит, ходит кто-то по моей квартире и двигает вещи. А кто? Кто, я вас спрашиваю?

— Например, вор, — предположил Митя, — или конкурент вломился. У вас ничего не пропало?

— В том-то и дело, что нет, и уж поверьте, я каждую запонку в своем доме знаю, каждый лист и перо!

— И все же я бы посоветовал вам обратится в полицию. Наверняка они увидят, что поврежден замок или защелки на окне, — начал Митя.

— Мой знакомый сыщик уже все это осмотрел и ничего. Повторяю, ничего не нашел, понимаете вы или нет? — негоциант опять дернул головой, словно шейный платок душил его.

— Допустим, но скажите, при вас происходило странное? Ведь находясь дома, вы могли бы что-то заметить, скажем, в зеркалах, — маг, поглядывая на посетителя, начал делать записи.

— Тут такое дело. Я часто в разъездах, профессия обязывает. Отсутствую подолгу. Понимаю, вы скажете, вот и воспользовались этим злые люди, но, к слову, в доме имеется консьерж, он божится, что незнакомцы не заходили, и ко мне никого не пускали. Но вот сейчас я вам кое-что скажу. Давеча я вернулся из поездки раньше, чем хотел. Устав с дороги, лег спать, и сквозь сон услышал шорох, такой, будто кошка бродит, а у меня, как вы понимаете, кошки нет. Я встал с постели и, взяв револьвер, он у меня имеется, вышел в гостиную. И тут услышал шепот, и даже холодом дунуло, как если б окно отворилось. Я, конечно, зажег свет, позвал Семена, он у двери ночует, так что никто пройти не посмеет. Мы оглядели все кругом, но нет, нет не было там никого! — Борис Прокопьевич, выкрикнув последние слова, устало повалился в кресло и прикрыл глаза ладонями.

— А что же вам шептали, позвольте узнать? — полюбопытствовал Митя.

— Спросонья не разобрал, — негоциант убрал от лица руки и, не глядя на Митю, уставился в окно, — в одном я уверен точно. В доме призрак, и вы должны его изгнать. Немедля.

— Пару вопросов. Враги имеются?

— Разве что недоброжелатели, профессия такая. Тут купил, там перепродал, этих обошел, тех перекупил.

— Могли ли ваши недоброжелатели настолько осерчать, что прибегнуть к магии изгоев? –Митя обмакнул перо в чернила.

— А уж это вы сами разбирайтесь, не мое дело, — снова хруст пальцами.

-Что ж, господин Лазин, согласен, ситуация странная, обязательно навещу вас сегодня же после приема. А покамест отправляйтесь к себе и отдохните.

— Я, пожалуй, лучше обожду вас в приемной, — вздохну негоциант, устало вставая с кресла.

— Как будет угодно, адрес ваш я знаю, посему не задерживаю, — Митя встал и указал на дверь.

— Поскорее, пожалуйста, — потребовал Лазин, покидая кабинет.