От солдата до генерала: воспоминания о войне. Том 5

Баловнев Георгий Григорьевич ПУЛЕМЕТЧИК

Я родился в небольшом старинном городке Данкове, стоящем на реке Дон на севере Липецкой области 9 октября 1922 года. В 1939 году поступил в Московский автодорожный институт и к 1941 году закончил два курса. В июне, закончив производственную практику, я уехал к родным на каникулы, но они были непродолжительными. В воскресенье 22 июня меня рано утром разбудили и сообщили — началась война, немецко-фашистские войска вступили на нашу землю, самолеты бомбят Львов, Минск, Киев.

Вскоре всех студентов отозвали с каникул в Москву, семестр начался в августе. Дела на фронте шли плохо, и немецкие полчища продвигались вглубь страны, оккупируя наши западные земли. К середине октября создалось угрожающее положение под Москвой. Передовые части фашистов подошли к городу на 30 км и готовились к штурму нашей столицы. Правительство всеми силами решило отстоять город. Партийные и комсомольские организации призвали москвичей на оборону города. Было сформировано несколько дивизий из московских добровольцев для непосредственной обороны города и уличных боев. В Москве тогда было 25 районов, и каждый из них должен был сформировать по батальону. Эти батальоны потом были сведены в 3-ю Московскую коммунистическую стрелковую дивизию (3МКСД). В нее вступали разные жители, московские студенты и даже ученики старших классов, седовласые профессора, много было рабочих московских заводов. В эти дни поэт Михаил Матусовский написал в стихотворении, посвященном москвичам-добровольцам:

По призыву Коминтерновского РК ВЛКСМ группа студентов МАДИ вступила в батальон этого района под командованием капитана Верстака (имя и отчество не помню). 15 октября 1941 года мы явились на Трубную площадь, где во дворе бывшего «Дома крестьянина» построились бойцы Коминтерновского батальона. После обычных команд вперед вышел молодой коренастый лейтенант и спросил: «Кто хочет быть отважным пулеметчиком? Два шага вперед». И все наши студенты (а из МАДИ было около 40 человек) не сговариваясь, шагнули вперед. Так появился «студенческий» взвод в нашей пулеметной роте под командованием лейтенанта Хачатряна, ставший впоследствии известным по всей дивизии.

Вообще студентов в дивизии было много, в том числе и студентов МИМЭСХ, как тогда назывался наш институт (нынешнее название — МГАУ). Но они входили в 1-й полк, а мы во 2-й, поэтому контакты были, но мимолетные. Командиром нашего полка был капитан Довнар (имя и отчество не помню). Уже после войны, придя работать в МИМЭСХ, я познакомился с двумя ветеранами 3МКСД. Это были Беднякова Александра Васильевна, доцент кафедры эксплуатации машинно-тракторного парка, и Желтоводов Петр Иванович, преподаватель кафедры черчения.

В нашем батальоне было немало отважных бойцов, но о двух необходимо сказать особо. Это были две девушки — снайперы, прикомандированные к нашему подразделению, Наташа Ковшова и Маша Поливанова. Их имена золотыми буквами вписаны в историю нашей дивизии. Каждая из них уничтожила более двухсот фашистских солдат и офицеров. В одном из боев девушки не могли продолжать стрельбу. Окруженные врагами, они взорвали гранаты, погибнув сами и унеся с собой жизни десятков окруживших их врагов. Посмертно Наташе Ковшовой и Маше Поливановой были присвоены звания Героев Советского Союза. Их именами названы улицы в Москве, школы и корабли флота.

Боевой путь дивизии начался под Москвой, в боях за освобождение Солнечногорска, Наро-Фоминска, Клина и многих других населенных пунктов. В начале 1942 года дивизия получила номер 130 и была направлена на Северо-западный фронт.

В декабре 1941 года до нашего батальона дошло известие о воинах 316-й стрелковой дивизии, героически сражавшихся под командованием генерал-майора Панфилова в Московской битве. 28 героев-панфиловцев во главе с политруком В. Г. Клочковым в четырехчасовом бою недалеко от Волоколамска подбили 18 танков противника, почти все погибли, но не пропустили врага. Их подвиг служил примером для бойцов нашего батальона. Мы понимали, что под Москвой решается судьба всей страны.

Как известно, морозы зимой 1941/42 года стояли жестокие. Плохо приходилось и нам и фашистам. Морозный воздух обжигал легкие, иней мгновенно вырастал на бровях, сосульки свисали с усов и бород бойцов. Но, несмотря на это, бойцы должны были отогревать кострами, долбить промерзшую землю, строить укрепления, т. к. зачастую от надежности укрепления зависела наша собственная жизнь и жизнь страны. Белоснежная пелена снега то тут, то там была запятнана следами от взрывов снарядов. Эти воронки мы тоже использовали как укрытия. Патроны приходилось экономить, поэтому очередями стреляли редко, по возможности старались стрелять короткими очередями.

Даже молодому парню было трудно передвигаться по глубокому снегу в тяжелых, негнущихся валенках, ватнике и шинели, завязанной шапке-ушанке, рукавицах, да еще тащить на себе тяжелый «максим» с патронами, хотя при переходах он и разбирался на два узла (станок и ствол), каждый из которых весил 60 кг. Вообще за орудием было закреплено 8 человек: № 1 — стрелок (солдат Николаев), № 2 и подносчики, в обязанности которых входила своевременная доставка патронов к пулемету. Я был вторым номером. Помимо того, что мне приходилось носить пулемет, в мои обязанности входила также настройка подачи ленты. Все эти 8 человек составляли одно отделение, хотя возможно, что по штату положено и больше.

В феврале 1942 года наше подразделение в составе 1-й Ударной армии участвовало в боях на Демянском плацдарме, освободив Павлово, Свиридово и еще несколько населенных пунктов. Первым из них был хорошо укрепленный немецкий узел — село Новая Русса.

Бой был ночью. Через поляну мы пытались подойти к селу, которое находилось на холме. На самой вершине этого холма была колокольня, в которой занял позицию немецкий пулеметчик. Долго мы пытались его сбить, но безрезультатно. Вскоре подошла артиллерия. Буквально с пары выстрелов вражеский пулеметчик был уничтожен, после чего нам удалось войти в деревню. На фоне почерневших от старости деревянных домов наши белые маскировочные халаты очень выделялись. В деревне пулемет не применялся, поскольку для его установки необходимо было оборудовать специальную точку. Мы оставили свой пулемет и, взяв винтовки, продолжали бой. И вот здесь мы с приятелем попали под прицельный огонь фашиста, в результате чего мой друг получил ранение в грудь, а я — в ногу. Судя по количеству и точности выстрелов, в нас стрелял немецкий снайпер. Это было мое первое ранение. Оно было несильным, поэтому вскоре я снова оказался в строю.

На войне случаи бывали разные: и героические, и трагические, и смешные, но об одном невероятном случае я хотел бы рассказать особо. Был у меня один приятель — тоже студент. В одном из мест, которые мы проходили на своем боевом пути, он остановился переночевать в деревенском доме. Внезапно началась авиационная бомбежка. Одна из авиационных бомб, пробив крышу и разрушив, по сути, весь дом, но не разорвавшись, упала рядом с моим товарищем, при этом повредив ему ногу стабилизатором. Парень остался жив и даже впоследствии вернулся в строй. Он был очень дружен с девушками снайперами Наташей Ковшовой и Машей Поливановой. Сейчас, к сожалению, его уже нет в живых.

Упорные бои развернулись в районе опорных пунктов Павлово, Сидорово и др. В боях на этом направлении было истреблено несколько тысяч гитлеровцев. Весной 1942 года в сражении за село Сидорово я получил тяжелое ранение в грудь. Несколько часов пролежал в воронке среди убитых товарищей. Очнувшись на рассвете, я пытался остановить кровотечение и, превозмогая боль, пошел к своим. Зашел в какой-то дом, где меня и подобрали санитары. Санитары пришли ночью, помогли мне добраться до повозки и отвезли в медсанбат, где меня лечили около двух недель. Затем я был переведен в эвакогоспиталь в городе Старая Русса, потом — в Москву и Ульяновский эвакогоспиталь, из которого был отправлен в госпиталь по месту жительства, т. е. в Москву. В Москве был признан негодным к службе и демобилизован из армии.

Между тем в декабре 1942 года наша дивизия была преобразована в 53-ю гвардейскую стрелковую. Она успешно воевала на Рижском и Тартусском направлениях и получила название 53-я гвардейская Краснознаменная Московско-Тартусская стрелковая дивизия.

После излечения я вернулся в институт и в 1947 году закончил МАДИ с отличием. На следующий год поступил на работу на кафедру сопротивления материалов бывшего МИМЭСХ и уже более 55 лет работаю на этой кафедре, в том числе 25 лет заведующим кафедрой, а сейчас — профессором. За участие в Великой Отечественной войне награжден:

— орденом Великой Отечественной войны (№ 5154628), медалью «За боевые заслуги»,

— юбилейной медалью «100 лет со дня рождения В. И. Ленина»;

— «60 лет обороны Москвы» и др.