Пепел после тебя

Пролог

— Это чё за попсятина? Выруби нах**!

Я убавляю громкость, метнув злой взгляд на распоясавшегося в моё отсутствие Дана.

— Ну ладно, раз тебе нравится такое... — пожимает он плечами, уловив мой месседж. — Ты надолго вообще? Или опять свалишь? Новый год без тебя был отстойным.

— Приехал попрощаться, — выдавливаю я каким-то скрипучим голосом.

Отвык я от Аверьянова. Отвык от Макса... Вообще от всей тусовки. Последние два месяца провёл в полнейшей изоляции под присмотром спецслужб. За мной ведётся охота, потому что из-за меня арестовали отца. Этот арест подставил много крупных шишек, теперь под них копают и ФСБ, и ОБЭП, и всякие другие службы. Ну и, естественно, меня хотят линчевать, распять, растерзать, разорвать... Просто в назидание моему отцу, который не смог вовремя справиться с проблемой.

— Попрощаться? Ты рофлишь, чел? — охреневает Дан. — Ты, типа, не вернёшься, что ли?

Вообще-то, проблем у него было не меньше. Дёргали всех моих друзей, пытаясь отыскать меня. Мира его брат-альфач вообще в ссылку в какой-то хренов пансион отправил. И за Макса пришлось его бате разруливать. Но сейчас всё более-менее улеглось, и всем нам позволили жить дальше. Но здесь меня больше ничто не держит. И невидимым магнитом тянет совсем в другое место. Тянет к ней...

— Давай только без драматизма, бро, — хлопает по моему плечу Дан. — Конечно, ты не насовсем уезжаешь. Как мы жить-то без тебя будем?

— Нормально, выживете, — сухо бросаю в ответ. — Просьба у меня к тебе будет.

— Какая?

Пару минут молчу, ещё раз всё обдумывая. Но, кажется, все точки невозврата я уже прошёл, так что...

— Передай привет Столярову.

Сгребаю с заднего сиденья папку с доками. Протягиваю Дану.

— Столярову? Это который тренер?

— Да.

— И что тут? — трясёт бумагами Даньчик.

— А это... Это то, чего он так сильно хотел. То, ради чего оставит наконец свою доченьку без присмотра.

Дан хищно ухмыляется.

— Ещё что-то передать?

— Да. Скажи, что это подарок от спецслужб.

— Сделаю.

Вскоре Дан покидает мою тачку и перебирается в свою. Наше прощание получилось скомканным и каким-то нелепым. Наверное, я навсегда разучился выражать свои чувства. Или просто перестал что-либо чувствовать. Во мне будто бы всё перегорело.

Снова нахожу ту песню на магнитоле и прибавляю громкость. Попсятина, как выразился Аверьянов. Вообще-то, весьма популярный трек. В последнее время меня просто на нём зациклило.

Смотрю, как Дан уезжает, поморгав мне аварийкой. Пару раз ослепляю его дальним. Он показывает мне средний палец, высунув руку в окно. Мне уже не хватает этого придурка...

Гоню к выезду из города, не обращая особо внимания на хвост, следующий за мной. Меня до сих пор сопровождают. Долбаная защита... Пофигу! Врубаю громкость на всю и бормочу себе под нос, повторяя слова песни:

— Я был прав, но не счастлив

Разбуди меня огнём.

Может встать, попытаться,

Можешь поделиться сном.

Everyday перетяги

Дышу музыкой назло.

Я тону в этой саге,

Пока дымится нутро...

На автомагистрали выжимаю из бэхи предельную мощность. До своего нового дома ехать мне не меньше пяти часов, но я долечу за четыре.

— Ведь нас можно было вернуть, пока не погасли звёзды...