Пепел после тебя

Глава 25

Гроз

— Всё! Ты меня потерял, бро!

Положив руки на стол и уткнувшись в них лицом, я кайфую от оглушительной музыки и фирменного коктейля «Гудок», который здесь подают. Клуб носит такое же название — «Гудок». Никто из моей компании особо не пьёт. И мы не по куреву тоже. Это типа немодно. Но сегодня я в ауте, бл*ть, и мне хорошо!

Дан взъерошивает мне волосы.

— Да хорош, бро! У меня сейчас, глядя на тебя, стресс начнётся! Не привык я видеть, как ты рефлексируешь! Это вообще не твоё.

Упираюсь подбородком в стол. Смотрю на Аверьянова в упор.

— Я не рефлексирую, а веселюсь.

— Твоё веселье выглядит отстойно. А тяга к такому веселью, — стреляет глазами в пустой бокал, — это следствие загонов. Ну не верю я в эту вашу любовь... Что может сделать одна, чего другие не могут? Не лучше ли оттяпывать от каждой по кусочку, мм? Ты посмотри, сколько чик кругом! — разводит руками. — Давай подцепим кого-нибудь погорячее и оторвёмся.

Дан выехал ко мне, как только я позвонил. Пропилил триста километров, и вот мы здесь.

Короче, я сдулся. Человеку нужен человек. А не только кот, с которым я безвылазно провёл два дня, прогуливая школу.

Мне элементарно нужно с кем-то поговорить. Возможно, Даньчик не самый подходящий персонаж для этого, но сейчас мне заходит его цинизм. С тёлками он не церемонится. Пусть убедит меня, что Алина — это просто юбка, которая мне не дала. Ведь именно так он и думает.

Однако я залил в себя слишком много коктейлей, поэтому вообще не вникаю в его слова. И в каждой девушке на танцполе мне чудится она. Брюнетка, блондинка — неважно. Я вижу только её.

Дан прав, я пи*дец, как загнался!

Вроде только моргнул — а очухиваюсь уже в шумной компании. За наш столик подсело человек пять. Все женского пола. Какая-то блондинка устроилась на моих коленях и дёргает бёдрами в такт музыке. Мои руки на её талии. Перехватив за горло, тяну лицо девчонки к своему.

Это же так просто... Толкнуться в её рот языком, испытать какие-то ощущения... и хотя бы чисто физически утолить свой голод. Но когда наши носы соприкасаются, и я вижу её глаза, мне становится до блевоты дурно. Потому что эта блондинка — полнейший антипод моей мышки. Серо-голубые глаза, совсем другие волосы и, тем более, совершенно иной запах. Моя кареглазка пахнет тонко, чем-то свежим. А от этой несёт тяжестью приторно-сладкого парфюма.

— Всё, пошла отсюда, — отталкиваю её.

Девушка неловко приземляется рядом и бьёт меня по плечу микроскопической сумкой.

— Сразу бы сказал, что по парням!.. — брезгливо говорит она.

Дан, сидящий напротив, напрягается.

— Вали отсюда, шалава!

Говорю же, не церемонится он с бабами.

Девчонка уносится прочь. Её подружки нерешительно переглядываются. Дан отсылает и их.

— Может, в другой клуб? — внимательно разглядывает меня.

Хрен его знает, как я выгляжу, но чувствую себя паршиво.

— Давай лучше домой, — уныло обвожу взглядом танцпол, потом встаю. — Иди тачку грей, я в сортир.

Пробираюсь несвойственной для меня походкой к туалету. Я всё ещё в хлам. Долго умываюсь холодной водой, пытаясь придать мыслям ясности. Краем зрения вижу, что одна из кабинок открывается, и какой-то тип встаёт к соседней раковине. Тщательно моет руки, стряхивает воду, выдёргивает бумажное полотенце, вытирается...

Хрен знает, почему так тщательно я его разглядываю... Но когда наши глаза встречаются в зеркале, понимаю, почему... И уже в следующую секунду сжимаю ворот его рубашки и хорошенько встряхиваю Ромчика...

— Мышку мою решил забрать, да?! — рявкаю ему в лицо.

Где бы, вашу мать, нам ещё встретиться?

— Получишь её только через мой труп! — несётся неконтролируемо из меня. — И раз мы оба здесь, предлагаю прямо сейчас начать друг друга убивать.

— Воу!.. Чел, ты о чём? — в его глазах охреневание. — Я тебя знать не знаю!

— Зато я тебя знаю. И Алина!

— Какая Алина? Ты чё несёшь?

Тщетно пытается оторвать мои руки от себя. Хотя прямо сейчас я не уверен, что вывезу эту драку. Ромчик твёрдо стоит на ногах, я — нет. Но когда я давал заднюю?

— Слушай, у меня там девушка очень ревнивая, — стреляет глазами в дверь. — А ты мне какую-то Алину приплетаешь.

Очень-очень медленно и болезненно его слова наконец-то просачиваются в мой мозг.

У него есть девушка.

Я разжимаю пальцы, делаю полшага назад. Шарю по карманам в поисках телефона. Этот тип смотрит на меня с состраданием. Его взгляд отчётливо транслирует: «Эй, брат! Может, помощь какая нужна?» Нахожу фотку, при виде которой у меня снова вскипает кровь, и показываю ему.

— Это ведь ты, да?

Готов по его лицу херакнуть телефоном.

Ромчик расплывается в улыбке.

— Ааа, Алинка... Ну да, я. Мы вместе работаем.

— Я в курсе, что вы работаете. Было у тебя чё-то с ней?

— Ты рехнулся? — выпучивает он глаза и вновь косится на дверь. — Моя только недавно мне эту фотку простила. Давай хоть ты не начинай.

— То есть постанова это?

— То есть недоразумение, — поправляет он. — Она уронила воду, я поднял.

— Пляяя... — с протяжным стоном выходит из меня.

Ромчик протягивает руку.

— Рома.

— Егор, — пожимаю в ответ. — Извини, — дёргаю подбородком на смятый ворот.

— Проехали. Хочешь, девушку свою покажу, чтобы у тебя сомнений не осталось? Я так понял, ты с Алиной?

— Ну пойдём, — оставляю второй его вопрос без ответа.

Выходим из туалета, пересекаем танцпол, подходим к столику в паре метров от того, который занимали мы с Даном.

— Дина, это Егор. Егор — это моя Дина, — говорит Ромчик. — Он — парень Алины. Той, что на фото.

После упоминания Алины и фотки смуглая брюнетка с копной чёрных волос стреляет в своего парня испепеляющим взглядом. Потом выдавливает: «Привет».

— Присоединяйся к нам, — добродушно предлагает Ромчик, садясь за стол и притягивая Дину к себе.

За их столиком ещё пара человек. И это совсем не моё общество... Мне срочно надо убраться отсюда и протрезветь. А потом встретиться с Алиной. И ещё Дан ждёт меня в машине.

— Нет, я поехал.

Мы вновь пожимаем руки.

— Алине привет, — говорит Ромчик и, кажется, получает локтем под дых.

Горячая штучка эта Дина...

Когда выхожу на морозный воздух, становится немного легче. В голове светлеет. Аверьянова нахожу в его машине, он с кем-то треплется по телефону. Развалившись на пассажирском, закрываю глаза. Ох, бл*ть... Карусель усиливается.

— На хату едем? — уточняет Дан.

— Угу.

Он сказал, что останется до завтра, потом уедет.

— Как там Макс, Дамир? — спрашиваю я, пытаясь побороть головокружение.

— Дамира не видел лет сто. Макс в порядке.

— Ну ок.

Кажется, меня всё-таки вырубает... Очухиваюсь в процессе транспортировки моего тела до квартиры. Даньчик буквально волочит меня на себе.

— Жалкое зрелище, бро... — посмеивается он, пыхтя от натуги.

— Да пошёл ты!

Но он прав. Это не я. Я ненадолго заблудился в себе. Но сегодня наконец увидел свет в конце тоннеля.

— Спасибо тебе, бро, — пристально смотрю на него, пока едем в лифте.

Дан усмехается.

— Целоваться не будем.

И мы тупо ржём, почти сползая по стенкам.