Пепел после тебя

Глава 5

Алина

Мне на почту прислали все фотографии с фотосессии. И удачные, и неудачные. К счастью, удачных оказалось больше. А ещё утром позвонил Роберт и попросил о встрече. Сказал, что подъедет к школе в течение дня и наберёт меня, чтобы я вышла. Это удобно. Не придётся тащиться в такую погоду бог весть куда.

А погода сегодня ещё хуже. Тщательно наматываю на себя шарф, чтобы закрыть не только шею, но и рот с носом. Оставляю лишь маленькую щёлку для глаз, чтобы хотя бы дорогу видеть. И вроде бы школа уже совсем рядом, но я всё никак не могу дойти до неё из-за ветра и снега, бьющего в лицо.

— Пошли быстрее, новенькая, а то опоздаешь.

Сначала я слышу голос возле виска, а потом сильная рука берёт меня под локоть и уверенно ведёт к школьным воротам. Смотрю на своего сопровождающего. Купидонов собственной персоной. Как там его? Кажется, Максим.

Мы заходим в школу, и он сразу отпускает меня. Разматываю шарф и стряхиваю снег с шапки, молча взирая на Купидонова. Благодарить его за помощь мне почему-то не хочется. Несмотря на безупречную внешность парня — высокий рост, крепкое телосложение, серо-голубые глаза на симпатичном скуластом лице — он кажется мне скользким типом. А его помощь выглядит неоднозначной.

— В выходные хотим потусить в клубе. Ты с нами? — довольно небрежным тоном говорит он.

Расстёгивает куртку, встряхивает её, словно невзначай играя мышцами мускулистых рук и плеч.

— Не веди себя как немая, — усмехается он. — Я знаю, что ты умеешь разговаривать.

— Умею, — наконец отмираю я. — А в каком клубе?

— «Галактика». Могу скинуть тебе адрес.

— Хорошо. Я подумаю.

Иду в раздевалку. Максим — следом за мной.

— А чё тут думать? Вообще-то, в нашей компании довольно весело.

«Я не доверяю малознакомым людям», — хочется сказать мне. Но с подчёркнутой вежливостью произношу другое:

— Спасибо за приглашение. Но у меня могут организоваться другие планы.

Нет у тебя никаких планов, Алина. И перестань прятать голову в песок. Что может быть плохого в ночной вылазке в клуб? Ничего!

Хотя отец вряд ли меня отпустит. А вот бабушка разрешит пойти, если я немного поканючу. К тому же ничто не помешает мне убежать из дома после того, как она ляжет спать. Спит бабуля крепко. И плохо слышит.

Я вешаю куртку, засунув шапку и шарф в рукав. Максим пристраивает свой пуховик на соседний крючок. Демонстративно встав передо мной, достаёт из кармана телефон и что-то там делает. В рюкзаке раздаётся пиликанье моего телефона.

— Я скинул тебе адрес, — говорит Максим. — Мы собираемся в субботу в одиннадцать. Могу заехать за тобой на такси, чтобы ты не заблудилась.

Вот уж не надо!

Но я не успеваю ответить, потому что к нам подходит Милана. Своими выразительными глазами оленёнка она молча смотрит то на меня, то на Купидонова.

— А что здесь происходит? — произносит наконец.

— Пригласил новенькую на нашу тусовку, — беззаботно усмехнувшись, Максим притягивает Милану к себе. — Ты против?

— Да нет, но сначала это нужно было обсудить со мной.

Купидонов пожимает плечами.

— Прости, малышка. Я заглажу вину.

И вдруг они начинают целоваться. С такой жадной откровенностью, что я краснею до кончиков ушей. Мне почему-то стыдно за них. Стыдно за эти чавкающие звуки, которые они издают.

Оставив парочку лизаться, выбираюсь из раздевалки и тут же натыкаюсь на запыхавшуюся Машу.

— Привет, — с некоторой настороженностью здороваюсь с ней.

Вчера, после новости о том, что я делаю проект вместе с Коршуновым, Маша от меня отгородилась. Теперь я не уверена, что она захочет со мной общаться.

И я ведь уже говорила, что чувствую себя чужой абсолютно везде?..

— Привет. Подожди меня, Алина! — говорит девушка. Торопливо заходит в раздевалку, вешает куртку и сразу выбегает обратно. Берёт меня под руку. — Я решила, что есть определённые плюсы в том, что ты уже общаешься с Коршуновым. Ты будешь нам рассказывать о нём.

Мы идём к лестнице и поднимаемся на второй этаж.

— Кому и что я должна рассказывать о своём партнёре по проекту?

Представляю, как вокруг меня собираются кружочком какие-то девицы, и я делюсь с ними тайнами о новом ученике, который вот-вот к нам присоединится. Это так смешно и глупо... Никаких тайн о Егоре я не знаю и не узнаю. Мы с ним вряд ли сблизимся так, как думает Маша.

— Ну... — она останавливается возле кабинета английского и задумчиво разглядывает дверь. — Ну ты же сделала о нём хоть какие-то выводы? Какой он?

— Не знаю, — развожу руками. — На его страничке ВК нет фотографий. Я так же, как и вы, не знаю, как он выглядит. Ничего о нём не знаю.

Лишь то, что он любит органом ниже пояса...

Маша обиженно поджимает губы. По её лицу легко понять, что она мне не особо-то верит.

— Не хочешь говорить — и не надо.

Резко развернувшись, почти хлещет хвостом своих волос меня по лицу, но я успеваю вовремя отпрянуть. Она заходит в класс, я иду следом. Натыкаюсь глазами на Таню, и мы опять обмениваемся взглядами.

Вот с ней я бы пообщалась. Таня кажется спокойной и уравновешенной. И я уверена, что ей плевать на Коршунова.

Хотя кто мне может помешать с ней разговаривать? Долбаные правила этого класса? Да мне плевать на их правила!

Подхожу к её парте и останавливаюсь. Таня не сводит с меня взгляда.

— Привет, — говорю я. — Хочешь сегодня вместе пойти в столовую?

Она отводит глаза. В кабинет как раз вплывают Купидонов с Миланой, держась за руки. Заметив, что я говорю с изгоем класса, они ошарашенно застывают на месте. Самой доброжелательной улыбкой в мире одариваю сладкую парочку и вновь обращаюсь к Тане.

— Ну так что? Сходим вместе перекусить?

— Да, можно, — произносит она наконец.

Хорошо, что Таня согласилась, и я не успела почувствовать себя глупо. А на то, что все одноклассники удивлённо затихли и наблюдают за нами, мне вообще наплевать.

— Тогда договорились.

Улыбнувшись Тане, иду к своей парте под шепотки ребят. Теперь я тоже стану изгоем?

Это всё настолько глупо, мелочно... Эти детки и понятия не имеют, что такое настоящие проблемы. Какого это — знать, что предаёшь одного человека из-за другого. Какого это — влюбиться по уши, взлететь от этой любви до небес, почувствовав себя самой счастливой, а потом рухнуть вниз и разбиться. Ничего они не знают.

Начинается урок английского. Потом физика, химия... Некоторые одноклассники продолжают общаться со мной. Видимо, Милана ещё не дала им указаний на мой счёт. В основном разговаривают со мной хоккеисты. А Таня по-прежнему держится особняком.

В столовке я решаю это изменить и решительно веду её от буфета к центральному столику. К нам никто не подсаживается, многие даже бросают в нашу сторону откровенно брезгливые взгляды.

— Расскажешь мне, что с тобой случилось? — начинаю без всяких предисловий.

Таня делает глоток своего какао, задумчиво чешет кончик носа.

— Максим попросил с ним позаниматься, — говорит она ровным голосом. — Английским. Я согласилась. А потом они с Миланой выставили всё так, будто я к нему клеилась.

— А на самом деле клеился он, так?

Таня кивает, отводя взгляд. Но мне кажется, что всё было намного хуже, чем она рассказала.

Пью компот и поверх стакана оглядываю столовую. Все одноклассники таращатся на нас. У Миланы весьма угрожающий взгляд. К чёрту её!

— Ладно, не парься, — говорю я Тане. — Эти неудачники, — киваю на парочку Купидонов плюс Савельева, — не представляют никакой угрозы. Пройдёт немного времени, и класс перестанет вестись на их провокации.

— Да мне всё равно, если честно, — отмахивается девушка. — Доучиться бы спокойно.

Вот и я такого же мнения.

— Расскажи о себе.

И Таня рассказывает мне свою историю. Она жила в Англии, училась в русской школе. Её родители развелись. Она выбрала маму и переехала с ней сюда. Отца ей очень не хватает. И друзей тоже.

Звонит мой телефон. Это Роберт.

— Минутку, — говорю я Тане и принимаю вызов. — Да?

— Я подъехал. Можешь выйти?

Смотрю на часы над дверью столовой. До конца большой перемены осталось пять минут.

— Могу, но у меня есть не больше двух минут.

— Окей, жду. Увидишь возле ворот чёрный внедорожник.

— Хорошо.

Скинув вызов, смотрю на Таню.

— Мне нужно на пару минут отлучиться.

— Я на урок пойду. Иди, я отнесу твой стакан.

— Спасибо.

Схватив рюкзак, вылетаю из столовой. Охранник у входных дверей не задаёт никаких вопросов, когда я надеваю куртку и выбегаю на улицу. Он вообще выглядит так, словно ему плевать на то, что происходит вокруг.

Заметив чёрный внедорожник около школьных ворот, стремительно иду к нему. Забираюсь в салон, и Роберт сразу переходит к делу. Он протягивает мне какие-то документы.

— Вот! Прочти и подпиши.

— Что это?

— Твой контракт на год. Годовой гонорар прописан вот тут, — тычет пальцем в цифры. — Завтра съёмка для магазина спортивной одежды.

Я просто в шоке... И от самой новости, и от суммы гонорара. Он очень приличный...

— А для чего нужен контракт? Ведь в прошлый раз я ничего не подписывала.

— Скажем так: в течение этого срока ты не сможешь отказаться от съёмок. Но не волнуйся, формат съёмок тут тоже прописан. Ничего неприличного тебе предлагать не будут.

Это радует, конечно...

— Могу я изучить контракт дома?

Роберт хмурится. Потом нехотя сдаётся.

— Ладно. Отдашь завтра. Пришлю тебе адрес, куда подъехать.

— Спасибо.

Скрутив документ трубочкой, убираю в рюкзак.

— Я могу идти?

— Да. До завтра.

Продираясь сквозь метель, бегу обратно к школьному крыльцу. Даже на урок успеваю до звонка. Вот только когда захожу в класс, понимаю, что Тани нет. И ухмыляющиеся лица одноклассников мне совсем не нравятся. Подхожу к Маше.

— Где Таня?

Девушка фыркает и демонстративно поворачивается к Милане:

— Кто-то что-то сказал? Или мне показалось?

Класс взрывается хохотом.

Очень, блин, смешно... Какие же идиоты!

Вопросительно смотрю на одного из хоккеистов, Руслана Халидова. Он пожимает плечами, но хотя бы взгляд не отводит. Прохожу к своей парте и падаю на стул, кипя от злости. А Тани всё нет. И когда приходит учитель, она тоже не появляется.

У меня очень плохое предчувствие... Тяну руку.

— Можно выйти?

— Перемены не хватило? — недовольно поднимает брови учитель.

— У неё недержание, — роняет Боярский.

Все хохочут, а я встаю и иду на выход. Таню нахожу в женском туалете. Лицо у неё заплаканное. Бросаюсь к ней:

— Что случилось?

Девушка выключает воду, вытирает руки и лицо салфетками, потом наконец поворачивается ко мне и произносит:

— Слушай, Алина, я не планировала заводить подруг. Поэтому оставь меня в покое.

После чего она обходит меня и покидает туалет.