Пепел после тебя

Глава 38

Алина

Мы не перешли с Егором черту... Сегодня... Нам и так было хорошо. Мы просто лежали, крепко обнявшись.

Именно сегодня я не чувствую, что слишком маленькая и неопытная для него. А раньше чувствовала... Что-то между нами необратимо изменилось. Но столько всего ещё нужно поменять… Решить проблемы с моим отцом, научится доверять друг другу…

— Ммм... Ты вкусно пахнешь, — мурлыкает Егор, воткнувшись носом в мой висок.

Ёрзаю на нём, слепо нажимая на кнопки ноутбука. Что я там печатала? Да, точно... Оптическая иллюзия.

— Не отвлекайся... Ты сделал «парящий куб»?

Егор демонстрирует мне элементы куба, вырезанные из ватмана. Они пока не склеены.

— Давай я пересяду.

Пытаюсь подняться. Так всё же жутко неудобно что-то делать.

— Стоять! — рывком притягивает обратно. — Сиди печатай.

Покорно стучу по клавиатуре, а Егор склеивает куб. Выходит кривенько, мы хохочем.

— Таак... Давай меняться.

Отдаёт мне оставшийся ватман и ножницы. Сам тянется к клавиатуре, зажав меня руками с обеих сторон. Время от времени его губы касаются шеи, мочки уха, но пальцы при этом не отрываются от кнопок. А я вот с трудом могу сосредоточиться на нашей поделке.

— Не отвлекайся, Алина, — с весёлыми нотками в голосе произносит Егор, вновь прикасаясь губами к моей шее.

Легко сказать...

Наконец склеиваю все части куба. Егор ударяет по клавише последний раз, ставя точку. Откидываюсь затылком на его плечо.

— Как думаешь, вычислят наше жульничество?

— Мы не жульничали, а вдохновились чужой работой, — успокаивающе гладит мои плечи. — Иногда можно быть немного плохой, мышка.

Кусаю щеку изнутри. Вообще-то, я и так худшая из людей, не надо мне становиться ещё хуже. И нужно рассказать Егору о том, что второй день ко мне стучится призрак из прошлого.

Тимофей...

Сначала я сбросила его звонок, потому что Егор был рядом. И оставшись одна, перезванивать не стала. Тим тоже не перезвонил. Правда написал, что очень хочет поговорить. Но на моё ответное смс «о чём?» он не ответил.

— Твой телефон, — внезапно шепчет Егор, и вся кровь отливает от моего лица.

Смартфон вибрирует, медленно сползая к краю стола. Я смотрю на него, как на бомбу замедленного действия.

— Не ответишь? — в голосе Гроза пробиваются нервозные нотки.

Ну вот такой он взрывной, да... Я уже привыкла. Однако не хочу быть причиной его взрывов.

Тянусь к смартфону. Там... отец.

Слава Богу!

— Алло?

— Алина, уже девять. Не поздновато для проекта? — недовольно.

— Прости, уже собираюсь.

Сползаю с колен Егора, он не удерживает. С отцом сейчас лучше не конфликтовать. Великое счастье, что он отпустил меня к Грозу.

— Темно уже. Я тебя встречу.

— Меня Егор проводит.

— А я всё равно встречу! — с давлением произносит отец. — Что, я встретить тебя не могу, что ли?

— Можешь...

— Выходи.

— Хорошо.

Скинув вызов, начинаю одеваться. Егор тоже накидывает куртку. Его челюсти плотно сжаты, взгляд снова горит от ярости. Уже полностью одетые, мы замираем в прихожей. Я беру Егора за руку и переплетаю наши пальцы.

— Он смирится, — обещаю ему. — Папа в конце концов обязательно смирится и оттает.

Пожимает плечами.

— Не хочу, чтобы наши отношения зависели от него.

— Понимаю.

Обхватив ладонью затылок, Егор прижимается лбом к моему лбу. Мы тонем в глазах друг друга.

— Так хочется тебя украсть, — говорит он звенящим шепотом. — Забрать и больше никуда не отпускать. Мне... так тепло и уютно с тобой.

У меня всё трепещет внутри от его слов. Открываю рот, чтобы ответить, но мой телефон вновь вибрирует. Похоже, отец уже ждёт на улице. Принимаю вызов.

— Пап, я бегу...

— Привет, Алинчик.

А это не папа... Кровь отливает от лица.

— П-привет...

— Отвлекаю? Попозже позвонить?

Глаза Егора стекленеют. У меня слишком громкий динамик, чёрт возьми! Егор слышит, что это не голос отца. Тим!

— Да... отвлекаешь.

— Никак мы с тобой не созвонимся, — усмехается. — Ладно, набирай сама.

Скидывает.

Егор молчит, а у меня дрожат руки. Запихиваю телефон в карман куртки. Господи!.. Я чувствую себя так, словно меня поймали на измене. Но я ведь ничего плохого не сделала!

— Он... Он сказал, что хочет со мной поговорить, — с запинкой выдавливаю я.

Мне жарко. Тяну ворот куртки. Шея мокрая.

— Он? А он — это тот, о ком я думаю? — поднимает брови Егор.

— А о ком ты думаешь?

— Алина... — отшатывается, закатывая глаза. — Всё ты поняла!

— Да, это Тимофей, — признаюсь я. — Но это не то, что ты думаешь.

— А что я думаю? — вновь приближается вплотную. — Ты знаешь, о чём я думаю? — теперь его голос звенит от ярости.

Так, стоп!

Обхватываю его лицо ладонями, прижимаюсь губами к губам. Не отвечает, сжимая рот. Трусь носом об его нос, провожу кончиком языка по его губам. Поцелуй меня, пожалуйста...

Не целует.

— Егор... Я не знаю, что ему нужно. Хочешь, мы прямо сейчас перезвоним и спросим?

— Да.

Достаю телефон, яростно жму на кнопки. Ни в чём я не виновата! Не в этот раз!

— Да, Алин? Освободилась?

Включаю на громкую.

— Чего ты хотел?

— Воу! Как-то я не был готов к такому тону, — Тим явно ошарашен моей резкостью. — Что-то случилось?

— Нет. Просто скажи, что хотел.

Скорее всего, я обижаю Тимофея. Но мне очень важно сейчас остудить Егора.

Замерев возле меня, он осатаневшим взглядом смотрит на экран. Там ещё и фотка эта... Довольно улыбающийся Тимофей. Сто лет назад поставила её на его номер. Теперь у меня новый телефон, но фотка почему-то осталась.

— Я хотел спросить, не собираешься ли ты нас посетить. Ребята все соскучились. Может, рванёшь на выходные домой? Закатим вечеринку. У Севена как раз днюха.

— Нет, не получится.

— Так категорично? Я ведь не подкатываю к тебе. Просто дружба, помнишь?

И звучит это так двусмысленно, словно мы о чём-то с Тимом договорились.

Егор выхватывает телефон из моих рук. Выключает громкую и прямо в обуви идёт в спальню.

— Привет, футболист!.. — рявкает он.

Шарахает дверью. Я не слышу, что он говорит дальше, потому что в ушах у меня грохочет пульс.

Привалившись к входной двери спиной, сползаю на пол. Мне трудно дышать. Душно.

Я не понимаю, когда настанет наше "жили долго и счастливо". Мы такие разные. Он такой вспыльчивый, недоверчивый. А я — скрытная, да. Потому что боюсь сделать что-то не так.

Мне нужна помощь. С кем-то поговорить.

Сейчас мне особо остро не хватает мамы. Возможно она объяснила бы мне, как справляться со взрывными мужчинами. Что можно им говорить, а что нет. Научила бы меня женским хитростям. Она сто процентов это умела. Ведь она вышла за моего отца, а он совсем не подарок.

Через минуту или десять Егор возвращается, отдаёт мне телефон.

— Пойдём, провожу тебя, — тянет за руки, поднимает.

Распахивает дверь, выходит на площадку. А у меня ноги не идут. Не могу понять настрой Егора. У нас всё плохо опять, да?

Да сколько можно?

Едем в лифте. Егор поступает совсем нелогично, крепко сжав мою руку. А когда выходим из подъезда, обнимает меня и нежно, но очень коротко целует. Оторвавшись от губ, шепчет:

— Он тебя больше не побеспокоит.

— Алина! — к нам подходит отец. Его ноздри вздрагивают от недовольства. — Я уже десять минут тут торчу.

А я вот жалею, что сообщила отцу адрес Егора.

— До завтра, — смотрю на Гроза.

— Ага.

Но он не отпускает мою руку. Притягивает к себе и прямо при отце глубоко целует, забираясь языком мне в рот. А отстранившись, с вызовом смотрит на папу.

— Доброй ночи, — цедит, не разжимая зубов.

И заходит обратно в свой подъезд.