Пепел после тебя

Глава 16

Гроз

Я выхожу из аккаунта Коршунова и вхожу в «Егора Грозного». И охреневаю... От количества сообщений, заявок в друзья, фоток, на которых я отмечен. Чат с Алиной приходится искать довольно долго.

Убираю её имя из чёрного списка и пишу сообщение.

«Ты готова доделать проект?»

По моим расчётам Алина должна была уже пробиться в свой телефон. И увидит уведомление о моём сообщении. Надеюсь, ответа не придётся ждать слишком долго.

Но Алины в сети нет. Ни в десять утра, ни в двенадцать. Закрадывается подозрение, что она куда-то слиняла из дома. Однако в светлое время суток подглядывать в окна практически бесполезно. Нихрена не видно.

Слоняюсь по квартире без дела. Мой путь пролегает от тренажёра до брусьев, потом до кухни и обратно. Чёрный следит за мной глазами, развалившись на диване.

— Думаешь, я спятил, да? — обращаюсь к нему. — Что ж, ты не одинок в своих подозрениях, друг. Я реально умом по ней тронулся. Понимаешь...

Сажусь рядом с котом. Меня пробирает смех, потому что я на самом деле это делаю — говорю по душам со своим лохматым другом, мать вашу!

— Понимаешь, она меня предала. Да. И я её ненавижу. Но моя ненависть появилась намного позже, чем симпатия. Что-то светлое и настоящее зародилось намного раньше. И это не вычеркнуть. Это никуда не девается. И вот когда я её вижу... когда смотрю в самую глубь её шоколадных глаз, я не могу её ненавидеть. Всё, о чём я могу думать рядом с ней — это как сильно хочу её обнять. И чтобы она обнимала меня в ответ... Однажды она обнимала меня так. Я не заставлял её. Она просто хотела утешить. Словно почувствовала мою боль... Наверное, тогда меня и торкнуло. Я стал безумным, жаждал её внимания. А она...

Зевнув, Чёрный кладёт морду на диван и закрывает глаза.

Твою мать!

— Ясно, тебе пофигу на мои душевные излияния. Да пошёл ты!

Вскочив с дивана, сажусь на греблю и херачу на ней с полчаса. Мерный и мощный стук сердца заглушает на время мысли об Алине, но после душа меня вновь накрывает.

Она так и не ответила.

Промаявшись до часа дня, набираю её номер. Слушаю гудки. Ответа нет.

Бл*ть!

Вот так, в метаниях от любви до ненависти проходит ещё пара часов. Наконец я решительно одеваюсь и выхожу на улицу. Огибаю дом, подхожу к её подъезду. Если мне повезёт, то сейчас кто-нибудь выйдет, и я смогу войти.

Через несколько минут дверь подъезда действительно открывается. Сначала я вижу собаку — песочного лабрадора. Потом мужика в бушлате.

— Вильям! — орёт он псу, который бросается за кошкой.

Я успеваю просочиться в подъезд, прежде чем дверь захлопывается. Еду на лифте на девятый, без раздумий нажимаю на звонок и замираю в ожидании. Наконец слышится шорох шагов у двери.

— Кто там? — раздаётся старческий голос.

Прокашливаюсь.

— Добрый день. Я одноклассник Алины.

Дверь немедленно открывается. Бабушка Алины осматривает меня с головы до ног.

— У неё что-то с телефоном. Не могу дозвониться.

Вашу мать... Я сама любезность.

— Телефон? Алина телефон дома забыла, — говорит старуха. — Ты, милок, погромче говори. Я плохо слышу, — подставляет своё ухо.

Стараюсь говорить чётко.

— Где Алина?

— На работе. Скоро вернётся. Что-то случилось?

— Проект. У нас совместный проект, — выговариваю чуть ли не по буквам.

— А? Да ты заходи. Подождёшь её.

Бабулька отходит в сторону, приглашая меня в квартиру. Даже так? Хм...

— Спасибо, — улыбаюсь, как сытый кот.

Прохожу в тамбур. Здесь две двери. Нам в ту, что слева. В узкой прихожей снимаю куртку и вешаю её в шкаф. Ставлю обувь на обувницу.

— Чайку? — спрашивает меня бабушка.

— Можно.

Помыв руки, сажусь за стол в маленькой, но уютной кухне. На стене орёт телевизор. Старушка немного убавляет звук, однако сериал, идущий по ТВ, постоянно отвлекает её, и она время от времени зависает на картинке.

— Меня зовут Егор, — представляюсь я.

— Валентина... Можно просто баба Валя. Вот, сырники покушай.

Она ставит передо мной тарелку с сырниками. Потом чашку с чаем. Садится напротив, спиной к телику, и пробегает подозрительным взглядом по моей шее. Кусок татуировки, выглядывающий из-под джемпера, безусловно, виден ей. Ну и мои запястья расписные тоже.

Впервые в жизни я чувствую себя неуютно из-за этих тату. Хрен его знает, почему. Вроде бы всегда делал их осознанно, и никогда они меня не стесняли.

— Вы с Алиной дружите? — спрашивает баба Валя.

— Да, дружим, — я киваю.

Но мне, блин, смешно. Потому что Алина вряд ли назвала бы наши отношения дружбой. Никто бы не смог дать им точную характеристику. Отвечаю. Даже психоаналитик.

— Друзья — это хорошо, — говорит она с грустью в глазах. Потом прищуривается. — Алина про тебя не говорила. Правда, из неё вообще ничего не вытянешь.

Вот тут я согласен. Мышка пипец какая скрытная.

— И что у вас за проект?

— Про любовь.

— Оо! — бабушка Валя довольно улыбается. — Как интересно!

Да мы вообще с Алиной оба интересные. Чёрт ногу сломит, пока будет разбираться в наших траблах. А разобраться очень нужно. Поэтому я здесь.

Вчера, когда выиграл тот хоккейный матч и навалял Купидону, я наконец понял, для чего я здесь. Разобраться. В себе. В ней. В нас...

Но это будет сложно.

В этот момент в дверном замке поворачивается ключ. Баба Валя, встрепенувшись, идёт в прихожую. Слышу, как она говорит своей внучке:

— У нас гости.

— Кто? — голос Алины звучит взволнованно.

— Твой одноклассник. Егор, — отвечает старуха.

Моя мышка ничего не говорит. Слышу, как медленно расстёгивается куртка. Потом шорох одежды, когда её вешают в шкаф.

Засовываю в рот сырник, делаю глоток чая. Хрен она меня выставит. Перед бабушкой постесняется. Я на этом сыграю.

Баба Валя возвращается на кухню. Вроде бы собралась мыть посуду, но опять залипает на телике. Находясь в некой прострации, она машет на дверь кухни.

— Сейчас Алина тебя позовёт.

Но я уже выхожу в прихожую. И успеваю застать момент, когда мышка залетает в комнату. Видимо, в свою. Но запереться она не успевает. Я врываюсь следом.

И снова попалась, чёрт возьми! Эта игра мне никогда не надоест.

— Егор... Что ты задумал? — она опасливо пятится к окну, пока я медленно наступаю. — Помни про мою бабушку. Я её позову, если что.

Словно по команде, телик на кухне начинает звучать ещё громче.

Усмехаюсь.

— Уверена, что она тебя услышит?

Нахмурившись, Алина поджимает губы. И тут я обращаю внимание на её вид. Одежда, макияж... Она явно была на съёмках. Похоже, карьера модельки процветает.

Бл*ть! Видимо, и сегодня не получится по-хорошему. Потому что ни при каких обстоятельствах я не желаю видеть её в этой профессии. Это слишком сильно напоминает об этой мрази — её сестре.

В два широких шага преодолеваю расстояние между нами. Обхватываю ладонями лицо девушки, чем явно её пугаю.

— Что ты..?

Свой вопрос она задать не успевает. Потому что всё, чего я так хочу, находится слишком близко. Невозможно отказаться от притяжения. Невозможно игнорировать эти импульсы.

Я прижимаюсь к её губам и замираю, задыхаясь от нетерпения. Глажу её щёки, не сводя взгляда с её глаз цвета шоколада, таких близких сейчас.

Алина не двигается. Не отталкивает, но и не целует в ответ. Кажется, она дрожит...

Неторопливо раскрываю её рот языком и углубляю поцелуй.

Давай же... Ответь мне. Ответь! Я сейчас сдохну, если ты не ответишь!