Пепел после тебя

Глава 47.3

Та-ак... Я смогу... Всё будет нормально...

Уперевшись ладонями в стену, глубоко вдыхаю и выдыхаю. И никак не могу нажать на чёртов звонок.

Либо пан, либо пропал — вот как будет.

Всё, собрался!

Вдавливаю пальцем кнопку. За дверью раздаются шаги, и щёлкает замок. Столяров скрещивает руки на груди.

— И почему не в школе?

— Мне очень нужно с Вами поговорить.

— Так срочно, что ты с уроков ушёл? — хмурит брови.

Вообще-то, я там и не был. Но говорить ему об этом, наверное, не нужно.

— Да, это очень срочно. Впустите?

— Заходи.

Он нехотя смещается в сторону, и я вхожу в квартиру.

— Ох, у нас гости? — замечает меня баба Валя. — А Алина где?

— Она ещё в школе, — говорю, разуваясь.

— Будешь есть?

— Нет, спасибо.

— Егор пришёл ко мне, — вклинивается тренер. — Оставь нас, пожалуйста.

Поджав губы, баба Валя покидает кухню, оставив свой сериал, орущим на полную мощь. Столяров хмурится, вырубая телик.

Я достаю документы из внутреннего кармана куртки и прохожу на кухню.

— Что это? — смотрит на файл с бумагами Столяров.

— Документы на машину. Хочу на Вас переоформить.

— Не понял... — с недоумением на лице опускается на стул.

Я тоже сажусь.

Пан или пропал...

— Продал БМВ, купил Вольво, — демонстрирую ему ПТС. — Всё легально. Но мне нельзя сейчас машину на себя оформлять.

— Почему?

— Дело в том, что я был в программе по защите свидетелей, — начинаю с самого начала.

Судя по лицу тренера, он ничего об этом не знал. Ну я и вываливаю ему всё остальное. Два месяца взаперти, новый паспорт, этот город, чтобы свалить подальше от врагов отца. А теперь я раскрыт. И Алина, возможно, тоже в опасности. Но у меня есть решение этой проблемы...

Дослушав меня, он рявкает:

— Ни хрена! Не отпущу, понятно?!

— Геннадий Степанович...

— Нет!

Твою ж мать! Походу, всё-таки пропал...

Поставив локти на стол, утыкаюсь лбом в ладони и испускаю болезненной стон. Я в тупике и в каком-то мраке. И никто, блин, не хочет помочь мне выбраться оттуда.

Я ведь хотел по-хорошему! Хотел поступить правильно! А теперь что? Просто забирать её, и всё?

— Тебя не смущает, что Алине семнадцать?

— Уже совсем скоро будет восемнадцать, — выдавливаю из себя, теряя остатки душевных сил. И терпения...

Походу, я сейчас быкану, мы наговорим друг другу всякой дичи, а завтра Алина просто не вернётся из школы домой... И кому будет лучше в итоге? Ей? Мне? Ему?

— Давайте договариваться, — оторвав руки от лица, смотрю на него. — Мы будем жить в съёмной квартире, которую снимете именно Вы на своё имя. То есть Вы будете знать, где Алина находится. Вы переведёте Алину на домашнее обучение, я сменю школу и тоже доучусь удалённо. И мы будем не так уж и далеко. В каких-то ста пятидесяти километрах отсюда. Машина на Вас, квартира на Вас, нас никто не найдёт. Алина не пострадает, обещаю.

— А может, она будет в большей безопасности, если ты просто будешь достаточно далеко от неё?

Своим вопросом он вскрывает меня до мяса. Потому что он прав...

С трудом сглотнув, киваю.

— Да. Скорее всего, так и есть. Но я не могу...

Мой голос просаживается и совсем пропадает.

— Чего не можешь?

— Без неё... Не. Могу.

В моих глазах наверняка стоит боль, когда я говорю о возможной разлуке с моей девочкой. Столяров это считывает. И он крайне недоволен.

— Вы слишком молоды... — начинает свою обычную проповедь.

— Нет. Стоп! — перебиваю его. — Не хочу слушать эту хрень. Вы молоды и ни черта не понимаете в жизни... И вы заблудились где-то там в юношеских чувствах, которые приняли за любовь... Сразу — нет! Мы полностью отдаём себе отчёт в том, что происходит. Я люблю Вашу дочь. А она готова уехать со мной.

— И совсем скоро я не смогу влиять на её решения, так? — ужесточается его голос. — Ты это хочешь мне сказать? Что Алина так и так уедет с тобой? Не сейчас, так в марте?

— Да. И я пришёл, потому что хочу, чтобы Вы сами смогли сделать выбор. Не заставляйте её решать. Она не хочет Вас потерять. И я тоже не хочу. Мы плохо начали, но я бы хотел всё исправить.

И я говорю искренне. Так, как чувствую.

Столяров впадает в какой-то ступор. Его расфокусированный взгляд смотрит в пространство за моей спиной. Я застываю в ожидании. Наконец он отмирает и берёт бумаги на машину. Вчитывается. Присвистывает от цены Вольво. Кладёт бумаги обратно на стол.

— Так ли безопасно снимать квартиру на моё имя? — спрашивает Столяров.

Булыжник в груди, который мешал мне дышать со вчерашнего дня, становится ощутимо меньше. Кажется, тренер согласен сотрудничать.

— Не лучше ли найти какого-то левого человека? — продолжает он свою мысль. — Если тебя всё-таки ищут и будут искать здесь, то наверняка узнают и про Алину. Ну и проверить её родственников — не проблема. Откуда у обычного тренера такая машина? Соответственно, и квартиру, которую я сниму, тоже быстро найдут.

Вообще-то, он прав.

— Но у меня больше нет никого... — признаюсь ему.

— С этим можно решить. В конце концов, бабушка Валя не является ни мне, ни Алине кровным родственником. Квартиру можно арендовать на её имя, — на лице тренера появляется садистская улыбка. — Понимаешь, к чему я веду?

Вообще-то нет. Или?

Да бл*ть!

— Она поедет с вами. Вот тогда я согласен, — подводит он жирную черту под нашим диалогом. — А машину оформим на кого-нибудь из моих пацанов. Я так понимаю, ты без проблем потом впишешь себя в страховку.

На кого-то из его пацанов?

На кого, блин?

Если скажет, что на Тимофея, мне кажется, меня порвёт. Ни моей девочки, ни моей тачки даже чисто формально у него не будет!

— И на кого же?

— Разберёмся. Когда ты хочешь уехать?

— Завтра.

— Завтра? — охреневает он.

Да, надо завтра утром. До того, как явится Громов.

— Мы уедем, а Вы решите вопрос с переводом Алины на домашнее обучение.

— Вы поедете с бабушкой, так?

— Получается так, — соглашаюсь, скрипя зубами.

Ничего не имею против бабы Вали, но мне хотелось жить только с Алиной. Ага, размечтался!

— Вы оба получите аттестаты, так? — напирает тренер.

— Получим.

— Поступите в вузы!

— Само собой.

— И не будете форсировать с началом интимной жизни, пока Алина не станет совершеннолетней!

Эта тема чуть ли не самая болезненная. Потому что ждать всё сложнее и сложнее. Однако я обещаю ему:

— Мы не будем торопиться.

Нам обоим неловко от этой темы, между прочим. Но, видимо, он просто не мог промолчать.

Провожая меня, Столяров вдруг признаётся:

— Мне действительно жаль, что ты так влип из-за отца. И мать твою жаль. Но я не думаю, что ваша семья распалась из-за моей старшей дочери. Не она, так был бы кто-то другой.

Я это тоже понимаю. Мой отец просто не хотел мою мать, Юлиана просто вовремя попалась ему на глаза.

— Ладно... Пойду заберу Алину из школы, — жму на кнопку лифта.

Квартиру, которую мы можем арендовать, я нашел ещё утром. Агент ждёт моего звонка с подтверждением и оплату за три месяца. Договор будем оформлять, когда мы приедем.

С тачкой так быстро не получится. Кого тренер так шустро сюда пригонит?..

А вот я могу пригнать. Дан!

Три часа и он будет здесь. Почему я забыл про друзей?

Вылетаю из подъезда, набираю ему. Сажусь в тачку. Прижав телефон плечом к уху, коротко излагаю Аверьянову то, что мне от него нужно, параллельно мчась к школе.

Полдня без Алины — это ад.

Скоро мы будем вообще неразлучны.

Либо пан, либо пропал. Но я не пропал, а попал в семью. В гораздо лучшую, чем у меня была.