Причина и следствие

ГЛАВА 15

ТРЭ

За пределами полицейского участка я достаю телефон и открываю семейный чат. Здесь чертовски холодно, но я не могу больше находиться рядом с Боровом. Боюсь, что могу сделать что-то, что окажусь в камере вместе с Тессой.

Трэ: Я задержусь.

Мама: Что сейчас случилось?

Младшая сестра: Я слегка беспокоюсь о твоих навыках выживания.

Трэ: Хорошие новости, я выиграл вчера конкурс по распитию гоголь-моголя.

Младшая сестра: Не верю. Фотки или не было.

Мама: Окей…

Трэ: Машину эвакуировали за ночь.

Младший Брат: Она же прокатная, брось ее.

Трэ: Вторую водительницу арестовали после того, как она нахамила копам.

Младшая сестра: Я обожаю эту женщину. Скажи, что везешь ее на Рождество.

Трэ: У нее свои планы.

Что-то внутри меня екает, когда я печатаю эти слова и думаю о том, что Тесса, возможно, будет делать с другим мужчиной, чтобы встретить этот рождественский сезон.

Младший Брат: Брось ее и приезжай домой. Сегодня же день сахарного печенья.

Мама: День сахарного печенья может подождать.

Младший Брат: МАМ!

Мама: Хватит вести себя как четырехлетка.

Трэ: Простите, ребята.

Папа: Мы все понимаем. Это достойно уважения — убедиться, что эта женщина доберется до места. В отличие от твоего брата.

Мама: Папа прав. Твои усилия того стоят, когда ты доберешься. Но поторопись.

Трэ: Я стараюсь. Обещаю.

Мой телефон издает звук нового сообщения, которое я пока игнорирую.

Мама: Мы любим тебя и береги себя.

Трэ: Я вас тоже люблю.

Я перехожу в сообщения, чтобы посмотреть, кто только что написал, и вижу, что это моя младшая сестра.

Младшая сестра: Какая она?

Трэ: Кто?

Младшая сестра: Девушка, тупица.

Трэ: Она не девушка.

Младшая сестра: Хватит уворачиваться.

Трэ: Она милая.

Младшая сестра: Дерзит, да?

Трэ: ОНА ПРОСТО НЕ СТЕСНЯЕТСЯ ВЫСКАЗЫВАТЬ СВОЕ МНЕНИЕ.

Младшая сестра: Звучит так, как будто такой человек тебе нужен в жизни.

Трэ: Мне нужно идти.

Младшая сестра: Однажды, старший брат, однажды это случится.

Трэ: Не надейся. Пока. Увидимся через несколько дней.

Младшая сестра: Ты такой невеселый.

Трэ: Я солдат. Я не должен быть веселым.

Младшая сестра: А вот тут ты ошибаешься. Увидимся.

Я кладу телефон в карман куртки и смотрю на маленький городок Рождество, штат Вайоминг. Не уверен, что даже знал название этого городка, но теперь название B&B «Рождественские Шарики» обретает больше смысла.

Плюс, здесь есть Закусочная «Олень», Кафе «Красная полоска» и Шоколатье «Гора Омелы». Я люблю Рождество, но триста шестьдесят пять дней в году… я не так в этом уверен.

Спускаясь по ступенькам, я понимаю, что есть только одно место, куда можно пойти — обратно к миссис Крингл, или как там ее настоящее имя. Дверь B&B звенит, когда я открываю ее.

— Миссис Крингл, — зову я от стойки, нажимая на маленький колокольчик.

— Трэ? — она выходит из кухни, вытирая руки кухонным полотенцем. — Вы же должны были уже уехать.

Я вздыхаю.

— Тессу арестовали. Похоже, Боров не слишком доволен, что я выиграл тот конкурс с гоголем-моголем.

— О, Боров Джонсон. В каждом городке есть гнилая ягода. Он — наша.

— Он сказал, что ей нужно предстать перед судьей, а это будет не раньше понедельника.

Она кивает, понимая затруднительное положение.

— А сегодня суббота… — она на мгновение поджимает губы. — Это значит, судья Салливан играет в боулинг в «Юлтайд Лаунж». Мистера Крингла ты тоже там найдешь. Если он будет тебе препятствовать, скажи, что я тебя послала. Клянусь, этот Боров и его компания… — она качает головой.

— Спасибо. Не возражаете, если я оставлю наши вещи здесь? — я указываю на скамью в прихожей.

Она отмахивается.

— Вы можете занять ту же комнату.

— Нам нужно уехать сразу, как только я ее вызволю, так что я просто оставлю их здесь, если вы не против. — я подхожу к скамье.

— Конечно. Удачи. Мне нужно нанести последние штрихи на печенье для ярмарки сегодня вечером.

— Ярмарки? — Я наклоняю голову.

— О да. Фестиваль Гоголя-Моголя знаменует начало всех рождественских мероприятий здесь. В старшей школе проходит большая рождественская ярмарка с карнавальными играми и призами для детей. Я бы предложила вам остаться, но знаю, что вам нужно ехать.

Я киваю.

— Да, но спасибо за все.

— Всегда милости просим. — она возвращается на кухню, а я выхожу через парадную дверь.

Я нахожу в сети «Юлтайд Лаунж», так как не знаю, где он находится, но оказывается, что я всего в двух кварталах от него, так что я иду, пока не замечаю слова «Юлтайд Лаунж», выжженные на деревянной вывеске. Есть несколько окон, но они загорожены неоновыми вывесками с рождественскими елками, лицами Санты и праздничными ягодами вместо названий алкоголя и пива.

Я открываю дверь и удивляюсь, что внутри не так темно, как я ожидал. Поскольку я не видел мистера Крингла прошлой ночью, я понятия не имею, кто он.

Я подхожу к стойке бара, и парень примерно моего возраста подходит.

— Мы еще не открылись для обычных посетителей. Могу я вам чем-то помочь?

— Да, я ищу…

— Эй, погоди, ты же тот парень, который выиграл конкурс по распитию гоголя-моголя. Как было возвращаться к обычной жизни? — он смеется.

— Ужасно. Кори…

— Корица. Да. Должно быть, было дерьмово. — он делает паузу, ожидая, что я отвечу на вопрос.

— Я ищу боулинг.

Из комнаты в дальнем конце доносится оглушительный раскат смеха.

— О, он там. Кого вы ищете? — он указывает на вход, откуда доносился шум.

— Судью Салливана.

Уголки его губ искривляются.

— Я кое-что слышал о том, что Боров опять буянил. Прости за это. Судья, не думаю, что еще в курсе, но слухи разнеслись быстро, когда вашу подругу арестовали.

— Как, черт возьми, все это так быстро разносится? — спрашиваю я.

Он смеется.

— Явно никогда не жил в маленьком городке.

— Как вы догадались?

— Как только вы вызвались на конкурс, стало ясно. Только Маленькая Бекки имеет на это смелость, потому что она ничего не боится.

— Принял к сведению. — должно быть, у нас на лбах было написано «ЛОХИ».

— Ага, — он подзывает пальцем подойти ближе, и я наклоняюсь через стойку. — Так, насчет вашей подруги…

— Да?

— Она ваша девушка?

Мое удивление заставляет меня замедлить с ответом. Но теперь пауза затянулась. Он поймет, что я лгу, если скажу «да», а я хочу это сделать, чтобы у этого парня не возникло никаких идей.

— Нет, не моя. — слова отдают горечью.

Он качает головой.

— Хорошие всегда заняты, да?

— Это правда. — я указываю в сторону коридора, без слов спрашивая, можно ли мне пройти туда.

Он кивает. Я иду по коридору, следуя за шумом, но, добравшись до комнаты, прихожу в замешательство от того, что вижу. Несколько телевизоров, перед ними мужчины сидят на раскладных стульях с контроллерами в руках. Они встают и бросают виртуальный шар, размахивая пультом. Один парень, должно быть, выигрывает для команды, потому что четверо пожилых мужчин хлопают друг друга по спинам и троллят другую команду из четырех человек. У всех у них седые волосы, если они вообще есть, одеты в рубашки на пуговицах и брюки с туфлями.

— Ты, — говорит один мужчина. — Ты, тот, кто пил залпом?

Я киваю. Разве не здорово быть известным как «тот, кто пил залпом»?

— Я искал судью Салливана, — говорю я, и все поворачиваются к мужчине, который только что выиграл игру для своей команды.

— Я не работаю по субботам, — говорит он. — Убирайтесь.

Боже, этот парень родственник Борова?

— Пожалуйста, — говорю я. — Всего несколько минут.

Он подходит ко мне, и хотя он сантиметров на десять ниже меня, он так же внушителен, как мои сержанты-инструкторы на базовой подготовке.

— Тедди, поставь на таймере две минуты.

— Понял. — мужчина из его команды с драматическим видом нажимает что-то на своих часах.

Две минуты, чтобы изложить свою позицию. Я справлюсь. Я заканчиваю до того, как прозвенит зуммер. Как только я произнес «Боров», на лице судьи появилась гримаса, намекающая, что он, возможно, примет мою сторону.

— Она не может трогать полицейских, — говорит он, когда я заканчиваю.

Я поднимаю руки.

— Я знаю. Просто у нас было несколько долгих дней в пути. Мы должны были быть в Портленде несколько дней назад, а все идет против вас, что только задерживает.

— Звучит так, будто что-то работает против вас.

— Согласен. — я киваю.

— Дай мне секунду позвать Тедди. — он делает паузу, а затем кричит. — Тедди!

Я чуть не зажимаю уши, хотя половина комнаты ведет себя так, будто даже не слышала его крика.

Тедди подходит, его седые волосы и темные усы слегка отросшие. Если присмотреться, можно увидеть краску вокруг волосяных фолликулов.

— Что нужно?

— Сегодняшняя ярмарка. Джонни все еще болеет гриппом? — судья Салливан смотрит прямо на меня, когда спрашивает. Думаю, он пытается запугать меня.

— Утром все еще болел. И Джесси тоже подхватила. — Тедди усмехается мне.

У меня в животе все переворачивается, и я гадаю, что это может означать.

— Скажем, я решу сегодня выйти на работу, пожертвовав своим выходным. Нам нужны Санта и миссис Клаус на сегодняшней ярмарке. Вы согласны?

Я провожу рукой по волосам.

— Нам действительно нужно ехать.

— Это маленький городок, и у всех в это время года есть свои обязанности. Представьте детей без Санты или миссис Клаус на ярмарке.

Наступает долгая пауза. Судья Салливан смотрит на Тедди, и они оба смотрят на меня.

При таких темпах я не доберусь домой к Новому году.

— Конечно, если вы сможете сегодня выйти на работу, мы с радостью вернем долг и будем Сантой и миссис Клаус.

— Вот это боец! — судья Салливан хлопает меня по плечу. — Что ж, мне нужно вернуться к своей игре в боулинг.

— Эм… — Тедди поднимает руку и качает головой.

— Я подожду в баре.

Я возвращаюсь и сажусь с барменом, который хочет встречаться с Тессой, что совсем не неловко. Я бы тоже с ней встречался, если бы… мой разум на мгновение пустеет. Почему бы я не стал встречаться с ней? Потому что она едет к кому-то другому, потому что мы полные противоположности, или потому что я давно отказался от отношений? Возможно, стоит разобраться.

Судья Салливан заканчивает свою игру два часа спустя. Я могу только представить, как Тессе сидится в тюрьме. Будь это тюрьма, она, вероятно, уже была бы в карцере.

— Готов? — спрашивает судья, проносясь мимо меня.

— Определенно. — я следую за ним.

Мы идем к полицейскому участку, не разговаривая. Боров и его прихвостень встают со своих стульев, когда он заходит.

— Судья Салливан, — говорит Боров.

Судья Салливан поднимает руку.

— Я сказал ему, что ему придется ждать до понедельника. — он указывает на меня. — Выпускайте женщину.

— Но… — говорит высокий.

— Не хочу это слышать. Мы уже договорились.

Боров хмурится, но ничего не говорит и исчезает в задней части участка.

— Самое время, — слышу я голос Тессы. Она выходит в оранжевом тюремном робе.

Голова судьи Салливана опускается, и он потирает переносицу.

— Вы надели на нее робу?

Оба офицера смотрят в пол. Должно быть, они думали, что в эти выходные им все сойдет с рук.

— Где моя одежда?

Высокий берет с ближайшего стола коричневый бумажный пакет и протягивает ей. Она выхватывает его из его рук.

— Я разберусь с вами двумя позже. Мисс, я бы хотел поговорить. — Судья Салливан разворачивается на каблуках и уходит в комнату, а Тесса следует прямо за ним.

Тем временем эти два придурка просто сидят с самодовольным видом. Я подхожу к длинной стойке.

— Знаете, забавно, как можно маскироваться, верно? Типа, я не знал, что ты полицейский, прошлой ночью, — я смотрю на Борова, который пожимает плечами. — В этом фишка гражданской одежды. Никто не знает твоего прошлого. Возьми меня, например. Рейнджер Армии, обученный быть экспертом в бою. Мы те, кто проникает на вражескую территорию, пока они об этом не знают. Вы сегодня наехали на нее, потому что ваши значки дали вам на это возможность. Если я узнаю, что кто-то из вас тронул ее или сделал что-то, что перешло черту, будьте уверены, будьте готовы ко мне. Но правда в том, что вы никогда меня не увидите, и вам следует знать, что я никогда не промахиваюсь.

Я стучу костяшками пальцев по стойке и отхожу, когда Тесса выходит из комнаты, а за ней идет судья.

Я смотрю на нее и киваю в сторону двери.

— Пошли.

Тесса оглядывается.

— Почему они такие бледные? — шепчет она.

— Давай просто уберемся отсюда.

Мы уходим и спускаемся по лестнице, отправляясь на наше следующее задание — стать мистером и миссис Клаус.