Принцесса Пустоши

Глава 3. Три петли

Ответ в тумане шара скрыло?

По картам пальцем поводи…

Но узнаешь о том, что было,

А не о том, что впереди…

И на этот раз карта не подвела Ретока — по часам в комнате управления караван пришел к малой крепости поздним вечером. А точнее, к постоялому двору. Герцог легко догадался, почему это сооружение именуют «малым» — крепость не дотягивала даже до размеров конюшни замка Арлей. Но зато на низких стенах и башенках орудий было больше, чем у пяти караванов. Так что вокруг постоялого двора образовалась мертвая зона.

Что же до понятия «вечер» или «ночь» — все это было условно. Ни солнца, ни луны, ни звезд… Просто светло-серое небо. Всегда. Пустошь…

— Эгей! Лекан-пустынник! Отворяй ворота! — потребовал Реток, когда караван еще и на километр не подъехал к цели.

— Это кто там такой умный командует?! — отозвался недовольный голос.

— Откроешь — узнаешь!

— Могу и не открывать! Может, мне не интересно?!

— Тебе не только интересно станет, но и печально! Караван герцога Арлея с инспекцией!

Как понял Дэйран Арлей, таким вот нехитрым способом Реток пытался предупредить смотрителя о возможных проблемах. Но тот не внял или сделал вид, что не понял.

— Почему так поздно заявились?! Раньше ждал! Может, я спать уже собрался?!

— Сейчас проснешься, Лекан! Пиво готовь для дорогого гостя! — сделал конюх еще одну попытку. — Лучшее! Как для короля!

— Да неужто сам Реток?! — недоверчиво спросил смотритель, и его восторженные ругательства потонули в шуме и треске. — Ах ты, старая жертва Пустоши! Чего это тебя с караваном понесло?! У Арлея нормальные люди закончились?!

— Да он сам…

Реток резко оборвал фразу, потому что увидел у своего носа увесистый кулак герцога.

— Что?!

— Белая напасть нас задержала!

«Да уж… — подумал герцог. — Больше часа потеряли!»

***

Второй перекресток, как и обещал Реток, они прошли куда проще, чем первый. Хотя странности были. Повозки после поворота вставали чуть ли не параллельно прежнему пути, так что весь караван виден был. А потом, вместо команды «вперед», Реток почти шепотом приказал:

— Всем стоять. Не шуметь! Напасть белая прет…

To, что конюх именовал напастью, было и вправду белым. Несколько разновеликих, казавшихся бесконечными полос сливались, расходились и текли поперек дороги каравана. В перекрестии прицела шлема герцог Арлей отчетливо видел, что эти реки и ручейки состоят из небольших пушистых зверьков.

— Что это? — тихо спросил герцог.

— Страшная вещь сейчас, — ответил Реток. — Вообще-то их технологи как домашних зверьков держат. Говорят — добрые и ласковые. Но когда они от места спаривания к гнездовьям идут… Даже повозку сметут и в Пустошь утащат. Безумная сила…

***

— …Ну, так повезло, что не переехала! У камней переходи на ручное! Как обычно!

— Платформы отцеплять снаружи?! — спросил Реток и покосился на герцога.

— Не возитесь! Никого больше нет! И так все поместитесь с запасом!

В общем-то, Лекан не соврал. Из документов и чертежей герцог прекрасно знал, что малая крепость или просто трактир легко вмещал до четырех средних караванов. Другое дело, что по правилам платформы, как с грузом, так и пустые, положено было оставлять за воротами — мало ли что могло к ним прицепиться! Но нарушение это Арлей счел мелким, незначительным и решил не заострять на нем внимания.

Как только караван остановился под огромной низкой крышей двора, вдоль повозок пробежались трое молодых караванщиков, внимательно осматривая днища и груз платформ. А ведь ворота, как отметил герцог, еще не закрылись!

— Все чисто!

— Отдыхаем! — отдал команду Реток, и повозки опустились на землю. Лишь после этого раскрылись двери, и караванщики вышли наружу. Их встретили трое: два совсем молодых парня и огромный седой мужчина с металлической клешней вместо левой кисти.

— Ты, Реток, смотрю, мало, что на обе ноги хром, так еще и законником заделался!

— хохотнул он и шагнул на встречу конюху.

— А у тебя, Лекан, все еще правая цела, — откликнулся сграбастанный в охапку Реток.

А вот тут герцог оказался просто не в силах помешать конюху прошептать что-то на ухо трактирщику. Тот быстро и цепко через плечо Ретока оглядел караванщиков, отстранился от друга и что-то коротко приказал своим помощникам.

Проблема у Лекана-трактирщика, конечно, была: все караванщики одеты почти одинаково, и определить среди них герцога представлялось весьма затруднительным. Но, как признал Дэйран Арлей, пройдоха выкрутился просто и красиво. Едва помощники встали рядом, Лекан поклонился всем повозкам разом и громко сказал:

— Ваша светлость герцог Арлей! Господин наш! Смотритель малой крепости с помощниками приветствуют вас!

Не подкачали и молодые — в момент согнулись в поклонах. И, пожалуй, даже ниже положенного.

Тянуть паузу герцог не стал. Шагнул вперед и произнес:

— И тебе, смотритель Лекан Тар, привет. И твоим помощникам. Спокойна ли Пустошь?

— Все хорошо, ваша светлость! И Пустошь спокойна! Прошу вас в отдельную комнату на ужин! Лучшее, что есть, будет подано…

— Мне накроешь со всеми! — оборвал Лекана герцог. — И подашь то же самое, что и всем. Не забудь — Реток просил лучшее пиво! А после ужина мне будет нужна комната со столом, учетные книги и документы за последние три года и ключи от всех помещений крепости. Да! Чуть не забыл. Почему не провели таможенный досмотр каравана? И разгрузку до утра не проводить!

To, что трактирщика расстроит такой поворот дел, Арлей предполагал. А вот что заставило поморщиться Ретока? Неужто пиво здесь плохое?

***

Кашу — с вкраплениями копченого мяса, обильно политую маслом — герцог нашел вполне приемлемой. Хотя думать о происхождении этого мяса совсем не хотелось. Хлеб свежий, да и пиво оказалось вполне на уровне. Если не учитывать лишнюю воду, конечно. Салат и какие-то вареные бобы Арлей даже пробовать не стал — караванщики ели их с удовольствием, и этого было достаточно.

Когда герцог встал из-за стола, попытались вскочить и все остальные. Но Арлей остановил:

— Сидите! Вижу, что мешаю вам наслаждаться едой, и потому… Все вполне вкусно,

— сказал он уже смотрителю. — Если оно всегда так — хвалю. А мне пора заняться делом.

— Может быть еще что-то, ваша светлость?! — засуетился Лекан. — Скоро булочки сдобные дойдут! А если почивать изволите, так есть хорошая комната! Не все ж вам по походному спать!

— Нет, — отказался Арлей. — Я в повозку за документами, а потом покажете мне, где ваши учетные книги.

— В конторе, — вздохнул Лекан вслед герцогу. — Ну, что притихли? — Трактирщик без радости посмотрел на караванщиков. — Ешьте, пейте! Завтра меня точно повесят… Да и из вас кто-то составит мне компанию.

Он покачал головой и направился вслед за герцогом. По дороге Лекан хлопнул по плечу одного из своих помощников и назидательно произнес:

— Вот видишь, что бывает с человеком, когда у него нет хорошей доброй жены. Он становится злым, придирчивым, несет его в Пустошь… Скоро своих и чужих путать начнет!

И тут же перед трактирщиком в косяк двери с треском вонзился нож. Лекан отпрыгнул в сторону, схватился за пояс и резко повернулся к своим гостям.

— С ума сошли?! На смотрителя лапы подняли?! Кто?!

— Это я, — спокойно ответил Реток. — В язык метил, да промахнулся. Старый стал…

— А мы помоложе будем, — угрожающе сказал кто-то из караванщиков.

Лекан нахмурился и убрал руку от игломета.

— Не так поняли. Это я о себе. Будь жива моя… Да разве ж я бы связался с вашими делишками?! Давно бы тихо в домике жил…

И вышел, в сердцах хлопнув дверью.

Вернулся довольно скоро и на вопросительные взгляды, поморщившись, ответил:

— Их светлость пожелали работать в одиночестве… Всем пива по этому поводу! Завтра не до тризны будет…

***

Герцог, конечно же, подозревал, что с делами не все в порядке, но не до такой же степени! Учетные книги велись из рук вон плохо, записи не соответствовали отчетам, и очень похоже было, что караваны герцога не осматривались вообще. Зато на полях страниц во множестве имелись странные пометки из букв и цифр. Шифр наверняка простой, но разгадывать его Арлей не стал. Он сделал проще. Сразу после ознакомления с содержимым помещений крепости герцог обыскал контору. И, конечно же, его надежды оправдались.

Сдвинув в сторону шкаф, Арлей обнаружил железную дверь с хитрым замком из рычажков и кнопок. А за фальшивым окном — небольшой сейф.

Жадность сыграла с Леканом злую шутку. Если бы он приобрел это за свои деньги… Но покупка прошла в счет налогов, и герцог, немного покопавшись в своем сундучке, нашел как вскрыть и дверь и сейф.

Золото и серебро он считать не стал. Понятно, что столько смотритель не смог бы заработать и за сто лет. А вот две коробочки с черными искристыми кристаллами и пару живых бриллиантов герцог положил на стол. Куда больший интерес вызвали документы, записки и учетная книга в тайной комнате. Здесь герцог Арлей провел все оставшееся до утра время, делая выписки и рисуя какие-то непонятные схемы.

***

Сразу после завтрака, прошедшего в мрачной тишине, Реток спросил:

— Так можно, ваша светлость, заняться торговыми делами? Выдать…

— Нет! — оборвал конюха Арлей. — К повозкам всем.

Во дворе крепости герцог снял с крюка бухту тонкой веревки и обратился к Лекану:

— Это веревка с вашего склада. Точнее, с моего склада! Так что возражений не жду.

После этого он бросил веревку под ноги молодого караванщика.

— Свяжи три петли! Чтоб до стропил дворовой крыши доставали!

Получивший столь страшный приказ даже попятился, но эту работу ему пришлось исполнить после окрика старшего караванщика Алекса:

— Делай, дурак, что велено! И радуйся, что не себе!

Наблюдая за тем, как парень дрожащими руками обрезает веревку и вяжет петли, Реток за спиной герцога пробормотал:

— Пацанов-то зачем? Да и смотреть за крепостью некому будет…

Но Арлей никак не отреагировал на эти слова. Он кивком одобрил работу и указал пальцем вверх:

— Одну туда.

Понуро стоящий напротив Лекан прерывисто вздохнул:

— Ну, хоть так… Спасибо, ваша светлость…

Мальчишки, помощники смотрителя, бросились к отцу, вцепились в одежду и готовы были разрыдаться.

— Все хорошо, ребятки, — успокаивал их Лекан. — По делам и длина веревки… Перезимуете, а там видно будет…

Когда петля уже болталась под стропилами, герцог Арлей громко сказал:

— Лекан Тар!

— Да, ваша светлость! Я готов!

— Эта петля твоя! За обман, воровство и ложь! Она останется пустой до моего особого распоряжения! Выплатишь все до медяка за последние два года! Золота у тебя хватит с избытком. А живые бриллианты и кристаллы тьмы я изымаю в качестве штрафа! Не по чину они тебе… Алекс и Реток!

— Здесь!

В голосе старшего караванщика слышалось облегчение и даже радость. А вот Реток выглядел мрачным и оказался более прозорливым.

— Мне было очень интересно узнать, что в этой крепости половина сделок проходит мимо моей казны! И что мои подданные водят меня за нос! Так что эти две петли ваши! Выбирайте, кому какая подойдет! А ты, — Арлей кивнул караванщику, который сделал петли, — веревку возьми с собой! Похоже, пригодится еще. Бумаги по разгрузке мне!

Караванщики засуетились, разгружая ящики, мешки и бочки, а герцог отдавал команды:

— Масло одну бочку! Две у него на складе есть… Муки три мешка! Солод не давать! Половина комнаты им забита! Один ящик соли!..

Разворачиваться повозкам не пришлось — караван ушел из крепости через другие ворота. Сыновья Лекана сами справились с проводами, а смотритель бессильно опустился на ящик, звонко щелкнул стальной клешней и пожал плечами:

— Могло быть и хуже… Пустошь меня забери!

***

Герцог Арлей прекрасно выспался. Особенно если учесть, что до второй подвластной ему крепости, караван шел три дня. Дорога была на удивление прямой, пустошные твари не особенно досаждали, и свободное время Арлей посвящал заполнению дорожного дневника, изучению договоров и своих заметок. Немало бумаги ушло и ка черчение сложных схем обильно сдобренных цифрами.

В комнату управления герцог заходил чаще всего в отсутствии Ретока. Можно сказать, что они и не разговаривали. А однажды, отправляясь к своим схемам, Арлей услышал, как конюх сокрушенно бормотал за дверью своей комнатки:

— Петлю старому человеку подарил…

***

Как часто повторял сам Реток: «Любая дорога куда-то приведет. К цели или к смерти». До смерти дело не дошло. Даже несколько небольших бродячих смерчей прошли далеко в стороне и не пересекли дорогу каравана. Так что на третьи сутки, можно сказать, спокойного путешествия конюх вошел в комнату герцога и подчеркнуто уважительно произнес:

— Ваша светлость герцог Арлей! На горизонте Витые Столбы! Их еще именуют Великими Столбами или стоячими смерчами! Если вам это интересно…

— Интересно, — подтвердил Арлей. — А крепость действительно стоит между этими смерчами?

— Да, ваша светлость! Более ста лет. Я могу идти, ваша светлость?

— Конечно, Реток. И, пожалуй, я тоже посмотрю…

В шлеме Великие Столбы такими уж большими не казались — два выступа в дымке над горизонтом. Герцог оценил вид просто:

— Я читал, что они большие, но это…

— Нам еще шестнадцать часов ходу до крепости, — нехотя пояснил конюх.

Арлей снял шлем и с улыбкой спросил?

— А может, нам крепость объехать? Боюсь, что дела там ведутся ничуть не лучше, чем у Лекана… Могу и не сдержаться!

— Парни говорили, что этого смотрителя можно и без проверки придушить. А дорога идет только через крепость.

— Почему?

— Не знаю, — покачал головой Реток. — Когда-то пытались обойти Столбы, но там ловушек прорва и твари пошаливают. Потом выяснилось, что самая безопасная дорога, как раз между этими смерчами. И они вращаются. Только медленно очень… А позже и крепость поставили. Даже без крыши. Орлы пустошные и те боятся у Столбов летать.

— А люди?

— Нормально вроде… — пожал плечами конюх. — Человек тварь такая… Везде лезет, и ничто его не берет!

— Пожалуй, — согласился герцог. — Но не каждый человек — тварь… — Он встал, чтобы уйти, но задержался. — Мне кажется, Реток, что ты чем-то недоволен? Может быть, я что-то не так сделал? Поступил несправедливо?

Конюх хмуро молчал, а потом его прорвало:

— Это, ваша светлость, как посмотреть! Лекан-то смотритель что надо! Двадцать лет сидит на крепости, при положенных пяти! Там и сыновей родил, и жену схоронил! Ему бы вернуться да пацанов своих выучить и пристроить к делу! Еще и бабу хорошую нашел бы… А Алекс?! Он же, как и я, — верой и правдой…

— Вашу веру и правду я изучил по запискам и распоряжениям, которые, в том числе писал и ты, Реток! За такие дела не одна петля положена по закону, а кое-что еще!

— Ну… — конюх резко снизил тон. — Это Пустошь, ваша светлость. Здесь хочешь, не хочешь, а жить по ее законам приходится. И караванные пути не прямая линия

— приходится любые заказы брать, в сторону отклоняться… Только ваш интерес и караванщики, и я всегда соблюдали. Что вы нашли в крепости, так это оборот! Сегодня есть — завтра погрузили на другие караваны. Не нами начато… А петлю, которую вы мне подарили, я под подушкой храню. И сплю хорошо. Как мертвый.

— Оборот… — повторил герцог. — А в отчетах на это и намека нет! Мимо казны все идет! А ты знаешь, что на деньги за два живых бриллианта можно новую крепость в Пустоши поставить?!

— И то дело, — согласился Реток. — После Столбов придется неделю беспрерывно ехать…

Арлей махнул рукой и ушел к своим схемам. А конюх посмотрел в амбразуру и вздохнул:

— Пустошь не переделаешь. Она тебя сломает и переделает сто раз! А ты ее — нет…

По мере приближения каравана к Великим Столбам они как бы вырастали из земли, становились массивнее, подавляли. Примерно за час до прибытия в крепость, герцог приказал конюху связаться с другими повозками и строжайше запретил всем упоминать его титул.

— А как же к вам обращаться? — удивился старший караванщик.

— По имени! — отрезал Арлей. — Дэйран.

— Ну, хотя бы — господин Дэйран?

— Нет! И не вздумайте предупредить смотрителя, что я здесь! Веревки еще полно!

— Это вряд ли кто сделает и без вашего приказа, — усмехнулся Реток. — Смотритель на Столбах та еще тварь… Если ребяткам верить, конечно.

А когда связались с крепостью и предупредили о прибытии, смотритель многозначительно произнес:

— Заезжайте всем караваном, вместе с платформами. Караванщики Борика уже здесь. Удачно проскочили… И не торопитесь дальше ехать!

— Что ж так? — спросил Реток.

— Смертная роса…

— О! — оживился конюх. — Молодые караванщики на стену пойдут! А вы, ваша… Дэйран?

— Почему же нет? Надо посмотреть.

— Тогда и я прогуляюсь с вами…

Нарушения при въезде в крепость, как отметил герцог, были те же, что и в предыдущем случае: весь караван вместе с платформами втянулся во двор, а внешний осмотр повозок проводился при еще открытых воротах. Но если верить Ретоку, то и смысла в соблюдении правил не было никакого — не лезли пустошные твари к Великим Столбам. Да и сам Арлей заметил, что задолго до ворот крепости орудия на крышах повозок вообще прекратили огонь.

На трехметровую стену по каменной лестнице поднялись не меньше десятка молодых караванщиков герцога. Да и наверху оказалось примерно столько же. И было понятно, что это люди барона Борика, чьи повозки стояли во дворе.

Крыши над крепостным двором не было, и Дэйран Арлей сразу увидел, что Пустошь за Столбами сияет и переливается всеми цветами радуги, словно один гигантский живой бриллиант. Зрительная трубка ничем не помогла герцогу — длинные светящиеся полосы и всполохи пятен света не позволяли разглядеть ничего.

— Красиво, — с удивлением произнес Дэйран.

— И смертельно опасно, — звонким голосом заявил низкорослый караванщик в мешковатой кожаной одежде.

— А на крепость роса не упадет? — поинтересовался герцог. — Крыши-то — нет…

— Никогда такого не было и вряд ли случится. Близко к Витым Столбам даже смертная роса не подходит.

— Я смотрю, парень, ты все знаешь? — спросил Арлей. — Ну и сколько эта роса лежать будет? Когда можно дальше ехать?

Парень повернулся, и на герцога посмотрели голубые, как небо над Руатой в ясную погоду, глаза.

— Кто ж знает? Может два часа, а может и два дня. Не угадаешь…

— Это девушка… — пробормотал за спиной герцога Реток.

— Ох! — растерялся Арлей. — Прошу прощения, леди…

— Ну, какая же я леди?! — звонко рассмеялась она. — Я здесь работаю. — И тут же смутилась: — Всю жизнь… Только Столбы и росу видела. А вы, наверное, насмотрелись интересного в Пустоши?

— Как сказать… — пожал плечами герцог.

— Правду надо говорить, — вмешался Реток. — Не так давно Дэйран сбил орла! Да так удачно, что нам достались крылья и целая голова!

— Ой! Настоящего пустошного орла?! — Голубые глаза удивленно округлились. — Я никогда их не видела…

— Ну это легко исправить, — благодушно кивнул Реток и подозвал ближайшего парня из каравана герцога. — Отведешь девушку к повозкам и покажешь орла. Ну, что от него осталось. И смотри у меня! Если что — голого в Пустоши оставлю!

— Как зовут тебя, красавица? — тем временем без особого интереса спросил Арлей.

— Ритара, — снова смутилась девушка. — Но все зовут Ритой…

— Хорошее имя, — кивнул герцог и повернулся к Пустоши, где далеким неугасимым бриллиантом на весь горизонт сияла смертная роса.

А избранный конюхом в провожатые караванщик галантно пропустил Риту к лестнице.

— Болван! — сквозь зубы прошипел Реток. — Впереди надо идти, чтобы женщине было на что мягкое падать…