Проект "Женить Дракона". Дедлайн: вчера!

Глава 10

— Так ты отправишь ему ее имя? — спросил Физз. Его маленькие чёрные глазки блестели тревогой в свете единственной свечи. Он нервно перебирал цепкими лапками по шершавому краю дубового стола, словно пытался найти точку опоры в моем молчании. — Скажешь, что нашла идеальную кандидатку?

— Нет, — отрезала я, и слово повисло в тяжёлом воздухе комнаты над таверной, как приговор.

Я сидела перед своим столом, заваленным рабочими материалами, которые в моём мире выглядели бы как реквизит для исторического фильма. Два свитка пергамента лежали в центре этого хаоса. На одном, длинном и исчерканном, темнел список дисквалифицированных претенденток. Десятки имен, перечеркнутых с безжалостными пометками: «Слишком льстива», «Ищет выгоду», «Недостаточно образованна», «Боится высоты» (немаловажный пункт, учитывая резиденцию клиента и особенности его возможного телостроения во второй ипостаси). На втором, коротком и девственно-чистом, красовалось одно-единственное имя: «Баронесса Изольда фон Штейн». Напротив него стояли аккуратные галочки по всем восьми пунктам технического задания: знатное происхождение, острый ум, невосприимчивость к лести, финансовая независимость, язвительность в пределах светских приличий, любовь к уединению, внушительная личная библиотека и полное отсутствие интереса к героическим подвигам. Идеальное резюме. Идеальное попадание в ТЗ.

Идеальный, стопроцентный провал для моего проекта.

Потому что мой проект — не просто найти ему пару. Это была бы задача для свахи, а не для кризис-менеджера, выдернутого из двадцать первого века. Мой проект — решить его проблему. Вывести ключевой актив из состояния вековой стагнации. А Изольда была не решением. Она была симптомом, первопричиной всей его столетней самоизоляции, живым напоминанием о той катастрофе, что заперла его в башне. Свести их снова вместе — это как лечить головную боль гильотиной. Эффективно, но с необратимыми побочными эффектами.

— Но почему? — взвизгнул Физз, его голос срывался от недоумения. — Она же… она же то, что он просил! До последней буквы! Умная, язвительная, не интересуется деньгами! Он сам описал её, не называя имени!

— Она — его прошлое, Физз. Возвращение к прошлому — это не развитие. Это стагнация. Регресс, — я с силой потерла виски, пытаясь унять подступающую мигрень. Мой корпоративный жаргон звучал в декорациях фэнтези-таверны особенно нелепо, но по-другому я мыслить уже не могла. Мозг, привыкший к KPI, SWOT-анализу и дорожным картам, цеплялся за знакомые конструкции в этом мире магии и драконов. — Он не просил «верните мне мою бывшую». Он дал список качеств, которые когда-то ценил в ней. Но за сто лет люди — и нелюди — меняются. Или не меняются, и это еще хуже. Изольда — это не просто набор качеств. Это набор триггеров. Каждый её жест, каждое слово будет тянуть его назад, в ту самую воронку, из которой мы пытаемся его вытащить.

Я взяла перо. Его кончик на мгновение замер над чистым пергаментом. Это был рискованный ход. Нарушение прямого указания клиента, который, к слову, мог испепелить меня одним небрежным выдохом. Но хороший менеджер не тот, кто слепо следует ТЗ, а тот, кто добивается нужного результата, даже если для этого нужно скорректировать сам запрос. Я здесь не для того, чтобы поддакивать, а для того, чтобы работать.

Я макнула перо в чернильницу и начала выводить строчки. Кратко, сухо, по существу. Никаких эмоций, только факты и профессиональные выводы.

«Отчет по этапу 1: Первичный отбор.

Кому: Лорд Каэлан Игнис. От: В. Петрова, менеджер проекта.

Резюме: 1. Проведено тестирование N-го количества соискательниц (точная цифра нерелевантна для итогового вывода). 2. По итогам отбора выявлена одна кандидатка, формально соответствующая всем 8 пунктам предоставленного ТЗ (см. Приложение 1, запечатано отдельно). 3. Рекомендация менеджера проекта: отклонить данную кандидатуру.

Обоснование: Несмотря на полное формальное соответствие, кандидатка является носителем высокого риска для эмоциональной стабильности и психологического прогресса ключевого актива. Её интеграция в текущий проект с высокой вероятностью может привести к рецидиву деструктивных поведенческих паттернов столетней давности, что нивелирует цель проекта. Предлагаю считать этап 1 неуспешным и перейти к разработке альтернативной стратегии поиска, сфокусированной на новых типажах, способствующих развитию, а не регрессии.

Ожидаю вашего решения по данному вопросу.

В. Петрова».

— Вот, — я аккуратно свернула свиток, запечатала его воском без герба и протянула Физзу. — Отнеси это в башню. Положи на пороге. И беги. Не жди ответа. Не оглядывайся.

Хорек, разумный и говорящий, умеющий читать на всеобщем, пробежал глазами по строчкам. Его усы задергались от ужаса, а мех на загривке встал дыбом.

— Ты… ты советуешь ему отклонить единственную, кто подошёл?! Ты отказываешься даже назвать имя?! Вера, ты только что написала заявление на собственное сожжение! Он превратит тебя в горстку пепла и хрустальный пресс-папье!

— Я только что продемонстрировала, что думаю не о выполнении задачи, а о его долгосрочных интересах, — возразила я, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем я себя чувствовала. — Это называется «проактивный подход» и «построение доверительных отношений с клиентом». Или «профессиональное самоубийство». Узнаем в ближайшее время.

Физз схватил свиток зубами, посмотрел на меня как на героиню, идущую на эшафот, и беззвучно шмыгнул в приоткрытое окно, растворившись в ночной тьме.

Я осталась одна. Таверна внизу уже давно затихла, лишь изредка доносился пьяный храп случайного постояльца. Я подошла к окну и вгляделась вдаль. На фоне усыпанного звездами неба чернел зазубренный силуэт драконьей башни. Где-то там, в залитых лунным светом залах, он сейчас получит моё дерзкое, почти оскорбительное послание. И либо оценит мой стратегический ход, либо… Ну, опции были не слишком радужными. Я играла на повышение ставок, поставив свою жизнь на то, что столетний затворник оценит не рабское послушание, а дерзкую компетентность.

Ответ пришел не сразу. Прошел весь следующий день. Я провела его как на раскаленных углях, расхаживая по комнате и сводя Физза с ума. Я пыталась разработать ту самую «альтернативную стратегию», которую так смело заявила в отчете. Но все мысли утыкались в стену. Как найти кого-то, кто не будет похож на Изольду, но при этом понравится тому, кто сам, не осознавая, ищет именно её? Все это казалось нерешаемым уравнением. Мысли возвращались к одному: что, если он согласится с моим отчетом, а потом просто скажет: «Отлично. Альтернативы нет. Проект закрыт. Вы свободны… отправиться в небытие»?

К вечеру, когда я уже почти смирилась с мыслью, что меня просто игнорируют перед казнью, в дверь снова постучали. Короткий, сухой стук. На пороге стоял тот же гоблин-посыльный с непроницаемым лицом. Молча протянул мне свиток, перевязанный знакомой черной лентой.

Я развернула его дрожащими пальцами. Ответ был ещё короче моего отчета. Четкий, каллиграфический почерк, ни единой помарки.

«Ваши выводы приняты к сведению. Альтернативная стратегия не требуется. Этап 2 “Собеседование” состоится завтра в полдень. В моей библиотеке. Кандидатка — Изольда фон Штейн. Вы будете присутствовать. В качестве модератора.»

Я перечитала трижды. Потом ещё раз. Мозг отказывался верить. Он проигнорировал мою рекомендацию. Он вызывает на собеседование именно ту, против которой я его предостерегала. И заставляет меня это организовывать.

Это было не просто отклонение моей инициативы. Это было наказание. Изощренное, холодное, унизительное. Он заставлял меня собственными руками вести проект к провалу, который я сама же и предсказала. Он не просто сказал “нет”, он сказал: “Я всё понял, но сделаю по-своему, а ты будешь сидеть в первом ряду и смотреть”.

«Ах ты… манипулятор чертов», — пронеслось у меня в голове не самое цензурное определение для клиента. Он не просто играл. Он наслаждался процессом. Он хотел посмотреть, как я буду выкручиваться. Он хотел, чтобы я сидела там и наблюдала, как его прошлое триумфально возвращается в его жизнь, разрушая все мои планы.

Я скомкала свиток в кулаке. Азарт, который я чувствовала вчера, сменился холодной, злой решимостью. Ярость придала мыслям кристальную ясность.

«Хорошо, лорд Каэлан. Вы хотите шоу? Будет вам шоу. Вы назначили меня модератором? Отлично». Я расправила смятый пергамент на столе. «Модератор — это не статист. Модератор управляет дискуссией. Задает повестку. Выявляет риски. Вскрывает слабые места».

Я села за стол, отодвинула в сторону все старые наработки и взяла чистый лист. Настало время писать новый план. План завтрашнего собеседования. Это будет не просто встреча двух бывших в неловкой обстановке. Это будет перекрестный допрос под видом светской беседы. И я выжму из этой ситуации всё. Если уж мне суждено проиграть этот раунд, то я проиграю его с таким треском, что стены его башни задрожат.

Я не собиралась сводить его с Изольдой. Я собиралась на её примере, в её присутствии, наглядно показать ему, почему ему не нужна ни она, ни кто-либо похожий на неё. Я заставлю его самого прийти к тем выводам, которые отверг в моём отчете. Собеседование станет не тестом для неё, а тестом для него.

Это будет самая сложная, самая важная и самая опасная деловая встреча в моей жизни. И я шла на неё не как сваха, не как покорный исполнитель. Я шла на неё как адвокат дьявола. То есть, дракона.

Завтрашнее шоу будет незабываемым. И занавес подниму я.