Раскол или единство

Глава 26

Тронный зал Императора был мрачен и темен. А ещё он оказался куда меньше, чем я представляла.

Вдоль серых каменных стен стояло несколько ингисов, видимо, достаточно важных, чтобы им нужно было посмотреть на студентов Академии Астрокварты. Все как один надменно-равнодушные, отстраненные.

Мой взгляд так и притягивало возвышение в центре, у дальней от входа стены. Краем глаза я видела и ступени, и высокий трон, и сидящую на нем фигуру… Но смотреть прямо на него пока была не готова.

Как назло, нас попросили встать в несколько рядов. Я собиралась остаться где-нибудь сзади, но как-то так вышло, что в итоге меня протолкнули вперед, в самый первый рад, ближайший к Императору.

Не смотреть на него становилось сложнее, но я справлялась. Очень надеялась, что выгляжу достаточно бесстрастно и равнодушно, когда изучала взглядом унылые стены и лица стоявших неподалеку ингисов.

Но целую вечность избегать очевидного было невозможно.

Я чуть приподняла голову, чтобы увидеть Торра, да так и замерла. Он словно ждал этого, с таким напряжением он глядел мне в глаза.

Меня словно обожгло изнутри, сразу целой бурей самых разных чувств. И ослепительная радость, от того, что он наконец рядом, вот, всего в нескольких метрах! И тревога: парень выглядел бледным и даже чуть осунувшимся… И почему-то повзрослевшим.

И, конечно, гнев. Гнев сжал ребра, свел быстрой судорогой мышцы по всему телу. Если он так ярко, так жадно на меня смотрит сейчас, что тогда происходило все эти месяцы⁈

Торра хотелось одновременно и обнять, и побить. Эта странная смесь желаний так меня удивляла, что я, наверное, должна была выглядеть достаточно спокойной.

Но самое главное… Мне стало тепло. Рядом с ним, под его взглядом я словно закуталась в пушистое одеяло после месяцев на ледяном ветру.

Надо же было так влюбиться…

Торрелин встал, отведя от меня взгляд, и дышать сразу стало проще. Я и не заметила, что задержала дыхание.

— Я рад приветствовать вас…

М-м-м! Я не удержалась и прикрыла глаза, вслушиваясь. Как же я соскучилась по этому голосу, по хриплому рокоту в каждом слове… Этим звучанием хотелось наслаждаться и наслаждаться.

Словом, приветственную речь я пропустила и на Громарисе. Но, кажется, разговор шел о сотрудничестве и важности обучения, так что я вряд ли прослушала что-то важное.

Мы с Торрелином снова столкнулись взглядами. Плечи дрогнули и у меня, и у него.

Я бы очень хотела подойти к нему прямо сейчас, и пообнимать, и покричать, и выслушать… Но вокруг было слишком много и студентов Академии, и ингисов.

Нет уж, прилюдно я такой разговор заводить не буду.

Я собралась уже развернуться к выходу и пойти вслед за Амдиром и Вистрой, когда заметила то, что мне явно не стоило видеть… или, наоборот, нужно было?

Откуда-то из толпы ингисов появилась высокая красивая девушка, с цепким взглядом… и цепкими руками. Одну из этих самых рук она расслабленно положила на плечо Торрелина и заговорила. Голос у неё был звонкий, уверенный и громкий, я слышала каждое слово:

— О Вашей свадьбе так ничего и не слышно, Император! Может быть, Вы всё-таки рассмотрите мою кандидатуру?

Ах, он кандидатуру на свадьбу тут выбирает⁈

Воздуха мгновенно перестало хватать. Мне даже показалось, что я услышала хруст, с которым треснуло что-то важное, что-то хрупкое, но необходимое в моем сердце. Больно было настолько, что я всерьез испугалась, что сознание потеряю. Прямо здесь, на радость этой… «кандидатуре».

Я отвернулась, чтобы не видеть эту парочку, и быстрым шагом нагнала ждавших меня у дверей друзей.

В общем-то, уже можно с ним и не разговаривать. Я и так всё поняла…

Жаль только, что мне снова так невыносимо холодно…

Она ушла… Глянула на короткое мгновение яркими глазами, полными боли, и ушла…

И забрала с собой надежду. После такого представления оправдываться будет ой как сложно…

Торрелин перевел взбешенный взгляд на смертницу. Та либо наивно ничего не поняла, либо же поняла всё слишком хорошо и того и добивалась. Уж больно широкая и довольная улыбка у неё была.

Торр зло улыбнулся. Кажется, девушек бить нельзя, да? Он впервые в жизни испытал страстное желание одну черноволосую девицу основательно, от всей души поколотить.

Но он сдержался. Вместо исполнения своего кровожадного желания он очень аккуратно, почти что брезгливо, буквально двумя пальцами, убрал с плеча чужую руку.

— Если ещё хоть раз, — медленно процедил он, — ты посмеешь лезть в мою личную жизнь, — любым способом! — я велю тебя казнить. Сразу же.

— З-за что? — не совсем глупа… напряглась и перестала мило улыбаться.

— Повод придумаю, — бросил он, собираясь уходить.

— Это напрасно! Ингисы никогда не примут друису! — вдруг выпалила черноволосая, показывая, что всё понимала и всё-таки спектакль был поставлен для конкретной зрительницы.

— Придется. Потому что я приму только её.

Торрелин, не глядя по сторонам, ушел к себе, надеясь, что больше наглую девушку не увидит. Если она действительно умна, то к нему больше не полезет.

После встречи с Алатиэль ему нужно было немного успокоиться. Хоть они и не сказали друг другу ни слова, он чувствовал такой прилив сил и чувств… Собственно, он впервые за эти месяцы действительно дышал.

Единственное, что его тревожило, — её бледность. Может, она приболела? Или ей нехорошо на Грромарисе? Нужно будет понять, что случилось с его друисой…

И очень качественно прийти в себя. Разговора — тяжелого и болезненного — не избежать, и нельзя всё испортить. И без того их хрупкие отношения трещат по швам…

Правда, в его комнате обнаружился гость. Гостю врачи пока вставать запрещали, но он с поразительным упорством это делал, да ещё и уходил, куда считал нужным.

— Ты слишком обгорел, чтобы так много расхаживать, — укоризненно сказал Шионассу Император, тщательно закрывая за собой дверь. Горький опыт раз и навсегда отбил охоту оставлять доступ в его пространство.

— Зато услышу о встрече студентов из первых уст! Рассказывай, есть толковые?

— Есть, — Торр вздохнул, усаживаясь напротив брата. — Целая компания очень решительных и умных ребят… А с чего вдруг такой интерес? Не помню, чтобы раньше тебя интересовали студенты Астрокварты.

— Нам нужны специалисты, — Шионасс пожал плечами и тут же скривился от боли. — Было бы неплохо наладить с ними контакт и после их выпуска переманить на Громарис. О, слушай… Это же были первокурсники, да? Ты с ними учился?

Торрелин кивнул. Учился, было дело. И не только… В перерывах между весьма бодрой жизнью они успевали учиться — так точнее.

— Тогда для тебя не должно быть проблемой поговорить с кем-то из них.

— Да, я как раз хочу кое-кого уговорить остаться здесь насовсем, — медленно кивнул Торр, думая немного о другом.

Его браслет тихо зажужжал, уведомляя хозяина о новом сообщении. Его сердце на миг сбилось с ритма…

Нет, не она. Амдир.

«Если будет время, сможешь вечером по старой дружбе подсказать расположение нескольких разделов в вашей библиотеке?»

Торр одобрительно улыбнулся. Хоть его друг и не знал о прослушке — да откуда ему? — он писал ровно так, чтобы не привлекать ненужное внимание. Не зря этот фригус на Инновии считался гением.

«В 9 вечера,» — коротко назначил он в ответ.

Амдир не пойдет в библиотеку один, это очевидно. С ним явно будут Вистра и Алатиэль. И хоть такой разговор лучше бы проводить совсем наедине… Уж лучше компания друзей, чем толпа посторонних.

К 9 вечера ему нужно будет собрать всё своё красноречие. Которого толком не было.

Надо только всё подготовить до конца.

— Вот как этими уговорами я и займусь… Шионасс, ты нашел те записи в журналах, которые мы обсуждали? Сегодня они будут мне необходимы.

От увиденного даже через несколько часов мутило. Было так тоскливо и больно, что я просто лежала на узкой кровати под одеялом в выделенной мне комнате, и мечтала забыть… хотя бы эту сцену. Чужую женскую руку на его плече, уверенный красивый голос… Та девушка куда больше подходила Торрелину. Статная, сильная, совсем немного ниже его, явно знающая, как добиваться своего…

Скромная и замкнутая я, другой расы и совсем не такая красивая, и близко не стояла.

— Алатиэль… Там вроде обед… Пойдешь? — мягко звала меня Вистра.

От одного только слова «обед» стало тошно.

Там будет слишком много… всех. А может, ещё и сам Торрелин. А то и эта девушка. Нет уж, ноги моей там не будет!

— Я не голодна, — тихо ответила я подруге.

— Мы хотим вечером наведаться в библиотеку, как всегда, — Амдир попытался мне улыбнуться, но изучающий взгляд ледяных глаз был слишком уж серьезен. — Составишь нам компанию? Или пока отдохнешь от тайн Спесии?

Я вздохнула. Вот в поисках информации им могла пригодиться моя помощь… А ещё в библиотеке явно не будет любопытной толпы.

— Схожу с вами. — Я выразительно накрылась одеялом. — Разбудите, хорошо? Пока отдохну после полета.

— Приятных снов, — отозвалась каркарема, качая головой.

Судя по тому, как она вздохнула, она не совсем мне поверила, но настаивать не стала. Где-то в душе я была ей за это благодарна. Но слишком много отчаянных, злых, тяжелых эмоций кипели на душе.

Проблема была в том, что практика на Громарисе проходила непосредственно на глазах у Императора и нескольких Генералов. И я не представляла, как спокойно заниматься делом, когда мне в спину будет устремлен знакомый взгляд. У меня же всё из рук валиться будет…

А как я вообще без него буду?.. Торрелин был добр ко мне с первой же минуты. Он единственный предложил мне компанию, когда все друисы отвернулись от изгоя. Он научил меня, как постоять за себя, спасал и мою жизнь, и репутацию… Обнимал, когда было грустно, целовал, когда было холодно и страшно… Вот его поцелуя мне сейчас остро не хватало, да!..

Правда, я тут же представила, как он целует ту черноволосую девушку-ингиса, и снова стало мерзко и тошно.

Под весом миллиона давящих мыслей я всё-таки уснула. Мне снилось тепло и уют, забота и любовь… Но даже во сне я знала, что такая картина уже становится нереальной.

Просыпаться я всё равно не хотела: пусть у меня хоть где-то будет семейное счастье! — но Вистра была настойчива. Пришлось подниматься и, наскоро приведя себя в порядок и поправив косу, отправляться вслед за друзьями в библиотеку.

— Доступ туда открыт всем и всегда, — объяснял по пути Амдир, — поэтому нет никаких проблем с тем, чтобы зайти внутрь. Вот с тем, чтобы найти нужные разделы, придется повозиться… Но нам же не впервой? — парень задорно подмигнул нам с Вистрой.

Он, в общем-то, был прав: не считая архива Астрокварты, это было уже третье книгохранилище, куда мы влезли.

Никакого волнения я уже не чувствовала. Просто поход в библиотеку за секретной, во многом утерянной информацией. Ничего необычного, проходите мимо.

— А что так темно-то? — проворчал Амдир, едва мы вошли. — Сделали бы свет автоматическим… Искорка, ты выключатель видишь?

Пока они о чем-то переругивались, я сделала несколько шагов вперед, чуть приободрившись. Хоть в помещении и было темно, я чувствовала, что оно достаточно большое, по крайней мере, в несколько раз больше тронного зала. Это радовало: уж дворцовская библиотека должна внушать уважение и трепет. Смутные силуэты книжных стеллажей уходили куда-то в темную даль, так и манили вперед…

Я сделала ещё шаг вперед ровно в тот же миг, когда мои товарищи наконец включили свет. А едва глаза привыкли к нему, и я снова стала видеть, я невольно отшатнулась.

Торрелин стоял прямо напротив меня, облокотившись спиной на книжный шкаф и глядя на меня в упор, не отрываясь.

Внутри снова всё свело от яростной ревности, боли, тоски и нежности. Как бы с ума сойти от такого набора.

Но, наверное, надо поздороваться. Видимо, он ждал первого хода от меня.

Что ж, раз он вряд ли видит во мне кого-то близкого, привычное мне «Торр» будет уже неуместно…

— Добрый вечер, Император. Мы помешали? — вежливо уточнила я.

Торрелин поднял брови, словно чему-то удивился. И, не отрывая от меня взгляда, обратился почему-то вовсе не ко мне:

— Амдир, будь другом — убери с браслета прослушку.

Он снял с запястья зеленый браслет студента Астрокварты и протянул фригусу. Тот, не став встревать с комментариями (что было на него не очень-то похоже), просто забрал браслет и с Вистрой под руку отошел куда-то в сторону.

Эта парочка, кстати, ничуть не удивилась, увидев здесь Торрелина. Кажется, мои товарищи так и не избавились от привычки плести интриги за моей спиной. Нужно будет потом подробнее объяснить, почему меня это не устраивает.

Но пока что я молчала. Даже руки на груди сложила. Я вообще-то вопрос задала! Или он теперь из принципа любой мой вопрос игнорирует⁈

Торрелин между тем медленно, но неумолимо приблизился ко мне, так, что нас теперь разделял шаг. Меня окутало предательское тепло. Так и тянуло сделать этот последний шаг, обнять крепко-крепко и никогда уже не отпускать…

Ингис поднял руку, кажется, собираясь коснуться моего лица. А я… невыносимо этого хотела. Так, что щека начала гореть в одном только предвкушении прикосновения.

Но вместе с тем у меня ещё оставалась гордость и даже, надеюсь, немного разума. Превозмогая возмущение глупого сердца, я заставила себя наклонить голову, не позволив себе почувствовать тепло его ладони.

Просто знала, что если сдамся — уже не смогу злиться. А это неправильно. Я вообще-то имею право на полноценные объяснения.

— Злишься, — тихо-тихо пророкотал Торр.

Злюсь⁈

Я сжала руки в кулаки, так, что когти вонзились в кожу до крови.

Если сейчас я расцарапаю лицо Императору Громариса, меня заклюют. Дыши, Алатиэль, и в карах ограничивайся собственной фантазией, не больше.

А потом… Не знаю, чего я ожидала: какого-то заумного объяснения, или невнятных сомнений… Точно не того, что Император вдруг встанет передо мной на колени.

— Я не знаю, как это объяснить, — глухо заговорил он, мимолетно прикусив губу и глядя на меня снизу вверх. До чего непривычно… — Я… тебя обидел. Не раз. Я это понимаю. Я… хотел бы… ладно, я просто объясню, что я тогда думал. Я сглупил, как… в общем, очень глупо поступил. Я не запер дверь в свою комнату и оставил браслет на столе. И кто-то, пока я не видел, установил приложение мне на браслет… чтобы получать всё, что получаю и отправляю я. Наверное, прозвучит глупо… Но я… просто знаю ингисов. Мне устроили веселую жизнь, и я боялся… за тебя. Тебе могли угрожать или навредить. Я хотел… оградить тебя от опасности. Мне пришлось… делать вид, что ты для меня ничего не значишь, но клянусь тебе, это не так. Ты — единственная девушка, которая что-то значит для меня. Я дурак, но я просто пытался тебя защитить… как мог. Прости меня… И та сцена в тронном зале… Она её устроила специально, чтобы тебя задеть. Нас с ней ничего не связывает. И ни с кем другим. Мне нужна только ты. Алатиэль… прости меня.

Он был искренним, я видела. Поверила как-то сразу, безоговорочно. Не получалось даже на миг усомниться. И понимала, как его терзало всё это.

Но, право слово, мне было что сказать ему в ответ…

— Почему ни разу тебе в голову не пришло спросить, что думаю я? — прошипела я.

Да, сорвалась, признаю. Не в таком тоне разговаривают с Императором. Но он заслужил!

— Что тогда, в истории о твоем отце, я всё узнала случайно и потом! Что сейчас ты снова принял все решения без меня! Какое-то странное отношение, знаешь ли! Я тебе что, игрушка? Зверек на выгуле, за которого можно всё решить, а потом сказать «ну прости»⁈ Знаешь что, я не ребенок и вполне способна оценить последствия любого, слышишь, любого действия! И если я тебе правда так нужна, как ты мне тут говоришь, тогда учись со мной обсуждать всё! Даже если кажется, что это опасно для меня, я имею право знать всё! Почему ты вообще смеешь…

На этом либо у него закончилось терпение слушать мои возмущения, либо он просто уже не смог удержаться от искушения.

Он резко дернул меня за колени, и я, не ожидая нападения, упала прямо на него.

Горячо. Жарко. Крепко. Как мне и было нужно.

Поцелуй — жадный. Отчаянный. Горький, но вместе с тем полный надежды.

И я растаяла, вслед за ним сдавшись страсти и нежности.

Ненадолго только.

— Какая у вас всех эпичная манера затыкать рот, — флегматично заметил Амдир где-то в стороне, видимо, припомнив собственное объяснение с Вистрой.

Он это проговорил достаточно очень негромко, но в библиотеке царила абсолютная тишина, и, конечно, мы с Торром его услышали.

Я невольно улыбнулась, а мой Император — мой, никому не отдам! — хрипло раскатисто рассмеялся, прижавшись своим лбом к моему.

Потом снова посмотрел мне в глаза, сосредоточенно, серьезно. Со всей положенной ингису суровостью.

— Как же я по тебе соскучился…

Ладно, с суровостью у него сегодня не задалось.

— Я тоже, Торр…

— Ты права насчет того, о чем сейчас говорила, — парень, переживая, опустил глаза вниз. — Я как-то не смотрел с такого… с такой точки зрения. Но я постараюсь об этом никогда больше не забывать!

Снова — глаза в глаза. И искры между нами, словно воздух насытили электричеством.

Так, нет! У меня был ещё один вопрос!

— Почему я читала про то, что ты с кем-то обсуждаешь свадьбу?

Торрелин закатил глаза и разом помрачнел.

Пока он, зло огрызаясь, рассказывал про ту девушку-ингиса, которая нацелилась на моего Торра, я внимательно за ним наблюдала. Не врал и от всей души негодовал, это было очевидно, и я о тех своих волнениях быстро забыла. Если это лишь слухи, пусть, есть проблемы поважнее. Меня тревожило другое.

Он в самом деле выглядел не слишком здоровым.

— Ты вообще спишь?

Кажется, я перебила его на полуслове.

Торрелин медленно моргнул.

— Ну… да. Недолго, правда…

— Ты жутковато выглядишь, — я кончиками пальцев осторожно, чтобы не поцарапать, провела по бледным щекам. — Измотанным…

— Меня 7 раз за это время убить пытались, — хмыкнул он, перехватывая мои ладони. — Как тут было не устать?

Ч-что?.. Он же не серьезно?..

7 раз⁈ Почему он не говорил⁈ Кто⁈

— Ты… сколько?.. — только и сумела выдохнуть я, задыхаясь от ужаса.

Одновременно с этим Торрелин замер, рассматривая мои окровавленные ладони. Верно, я же сама их себе и разодрала…

— Это что такое? — напряженно спросил он.

Я вырвала руки.

— Нет, подожди! Что значит 7 раз пытались убить? — голос у меня задрожал. — Ты… почему я ничего об этом не знала⁈

— Алатиэль, тебе надо руки обработать…

— Да какие руки, Торр⁈ А если бы кому-то это удалось⁈

Я даже не сразу поняла, что плачу. Осознала, только когда Торрелин стал стирать слезы с моих щек.

Кажется, слишком устав от переживаний последних месяцев, я провалилась в качественную полноценную истерику. Но Торр не пытался меня урезонить. Просто сидел рядом со мной, обнимая, гладя по спине и позволяя мне плакать, кричать, ругаться и цепляться за него, словно пытаясь убедиться, что он здесь, со мной.

Но стоило мне представить, что его в самом деле могли убить, как меня накрывало заново. Даже думать о таком исходе было больно.

В библиотеке мы просидели до самой ночи. Мне понадобилось неожиданно много времени на то, чтобы успокоиться.

— Пойдемте, — наконец, когда я выдохлась и просто устало сидела, прижавшись к его плечу, проговорил Торр. — Нужно всё-таки обработать руки Алатиэли… И мне есть, что вам всем рассказать.

— Мы хотели вообще-то… — попытался напомнить об изначальной цели Амдир, указывая на ряды библиотечных стеллажей.

— Здесь ничего не найдете. Все материалы о Спесии — у меня, хоть их и немного.

Торрелин не задумываясь поднял меня, одной рукой подхватив под спиной, а другой — под коленями. Оказалось неожиданно приятно.

Комнаты Торрелина были просторными, но полупустыми. В кабинете — всего-то широкий стол, пара стульев да шкаф. В спальне — вовсе только кровать и комод. Всё сдержанное, темное, без каких-либо украшений, разнообразия и хоть каких-то деталей, за которые мог бы зацепиться взгляд.

Видимо, перехватив мой взгляд, Торрелин пояснил:

— Такая обстановка временная. Когда будет возможность, я обставлю всё поживее. Мне самому здесь неуютно, но найти подходящую мебель и заняться своими комнатами пока не в списке приоритетов.

Я согласно кивнула. Торрелину, кажется, было действительно тяжело, и задумываться о подобных мелочах он был не готов.

Мы, дружно проигнорировав стол и оба стула, расселись прямо на полу. Кстати, полы дворца на Громарисе были единственным местом, где моим босым ногам было удобно и тепло — кроме родной Орионты, конечно.

— Итак, — с ленивым любопытством протянул Амдир, — рассказывай всё, что тут у тебя было. Сдается мне, много интересного у тебя скопилось… о великий Император!

— Я просил меня так не называть! — отчетливо скрипнув зубами, напомнил Торр.

Я и сама укоризненно покосилась на фригуса. Торрелин не хотел всего этого, ему, должно быть, тошно от этого обращения, зачем же его ещё больше ранить?

— Зануда… Рассказывай, Торр!

Торр стал рассказывать. Довольно кратко, без подробностей и переживаний, но по тому, как он сжимал зубы, морщился, напрягался или слишком сильно щелкал металлическими шариками (кто бы знал, как я соскучилась по этим звукам!), я догадывалась, что всё было вовсе не так легко, как он пытался обрисовать.

— Жестко они к тебе, — вздохнула Вистра после его рассказа.

У меня слов не нашлось. Я просто обнимала своего ингиса, пытаясь его хоть чуточку согреть и поддержать.

— Я Император, — не сдержав горькой улыбки, повторил Торр. — Обязан быть непоколебимым и сильным. Ингисы не терпят слабости, а если я хочу действительно происходящее в своей Империи, я должен заработать авторитет.

— Мне кажется, ты будешь прекрасным Императором, — вдруг вырвалось у меня.

— Хотелось бы…

Мы ещё немного помолчали. Я всё так же обнимала Торрелина, а Вистра и Амдир, хоть и не сидели вплотную, но мило переплели пальцы.

— А насчет Спесии… о ней сведений мало.

Торрелин положил на середину между всеми нами несколько плотных папок.

— Это журналы с космических кораблей. Всё, что нашлось на Громарисе. К сожалению, наше знакомство с ними было кратким… Мы наткнулись на Спесию лет 200 назад. Это была планета, по уровню технологического развития сопоставимая с нашим, но без военного устроя и с куда более мягким климатом. Планировалось наладить с ними связь, но не успели. На них напали… Империя Менд, как утверждается в этих журналах. Всё население увезли в их Империю, кого не взяли — убили. Ингисы не нашли потом никого живого.

— А тенебрий? — тут же уточнил Амдир.

— Ингисы тех времен о нем не знали, — Торр покачал головой. — Поэтому и не изучали этот вопрос.

— По-хорошему, на Спесию надо бы слетать, — фригус смотрел куда-то в пространство. — Посмотреть, что осталось от планеты. Мы слишком опираемся на старые и ненадежные воспоминания. А чтобы делать какие-то уверенные заявления, нужно обладать твердыми фактами.

— А что Империя Менд, о ней что-то известно?

Торрелин покачал головой.

— Я знаю только про стычки перед созданием союза Астрокварты. О чем Амдир в оранжерее рассказывал.

— А что, если…

Амдир умолк, а мы с Вистрой только ахнули, когда дверь вдруг резко распахнулась, являя нам ингиса. Лицо у него было жутко изуродовано алыми жжеными пятнами, а ещё он серьезно хромал.

— Братишка, я… Оу.

Пришедший, увидев нашу компанию, замер, приподнял брови и тут же чуть поморщился. Но меня куда больше заинтересовало его обращение.

Неужели…

— Кстати, забыл сказать, — спокойно произнес Торрелин. — Один из моих старших братьев выжил. Знакомьтесь, это Шионасс.

Я с недоумением посмотрела на брата Торра. Если он жив, то почему Император не он?

Впрочем, тот с таким же удивлением оглядывал нас. Да, Император, фригус, каркарема и друиса — странная компания. Особенно его глаза задержались на мне, поскольку я продолжала обнимать Торра.

— У меня есть к тебе вопросы, брат… И новости. Когда освободишься.

— Можешь спокойно говорить при них, — бесстрастно возразил ему Торрелин. — Это мои друзья, я им доверяю.

Шионасс снова покосился на меня.

— Ты… уверен? Нет желания обидеть твоих гостей, но это дела политические.

— Тем более! Говори.

Прежде чем Шионасс всё-таки расслабился и сел на стул, Торру пришлось объяснить ему, в какие потрясающие переделки мы всей компанией влезли. Только после этого он согласился с нашим присутствием.

— Собственно, новости с Инновии, — старший брат Императора покосился на Амдира.

Тот слегка вскинул бровь.

— Дай угадаю: очередное убийство члена Конгресса управления? — со вздохом спросил он.

— Двоих.

Мы напряженно переглянулись. Что-то здесь было не так, всё больше и больше…

— Они так скоро закончатся, — невесело хмыкнул Торр, нахмурившись.

И вдруг Вистра от души стукнула Амдира кулачком по плечу.

— И думать не смей! Я тебя туда не пущу! Это опасно!

Фригус тоже невесело улыбнулся.

— Вистра… Если кто-то и разберется, то только я. Опасно сейчас тянуть с этим. Я должен как можно скорее попасть в Конгресс, уже не дожидаясь окончания учебы в Академии.