Развод. В логове холостяка (СИ)

Глава 46

Кабинет Руслана поглощал свет и звук. Борис, прижав к груди перевязанную руку, казалось, пытался вжаться в спинку кресла, в то время как Руслан расслабленно сидел в кресле и потягивал рубиновый напиток из стакана.

- Во имя моей сестры, Борис, - голос Руслана был негромким, но каждое слово звучало как приговор. - И во имя Даши, ее памяти, и так быть и твоей шкуры, ты поможешь нам выманить его.

- К-как? – просипел Борис.

- Он должен поверить, что Полина мертва. Ты организуешь ему личную встречу. Скажешь, что хочешь передать нечто важное, оставшееся от покойной. А пойду на эту встречу с тобой я.

Руслан отпил из бокала, его взгляд был отрешенным, будто он видел не дрожащего Бориса, а призрак сестры.

- А… а как он поверит?

- Он поверит глазам. Вернее, фотографиям, ты их ему предоставишь.

Поздним вечером того же дня я, закутанная в темный плащ, лежала в неестественной позе у подножия старого вяза на окраине сада. Грим искусно имитировал синеву мертвенной кожи, а одежда была испачкана землей. Руслан, стоя на коленях, прицелился камерой.

- Не дыши, Поль и не шевелись, - тихо сказал он. – Еще пара кадров.

Вспышка ослепила на мгновение.

Лежать неподвижно, изображая труп, было леденящее душу упражнением. Я чувствовала холод земли сквозь ткань, и страх был настолько реален, что не требовалось игры.

- Готово, - Руслан помог мне подняться, его пальцы были теплыми и твердыми на моей ледяной руке. – Иди, отогрейся. Остальное мое дело.

Фотографию обработали, добавив зернистости и мрачного фильтра.

Я выглядела жутко убедительно.

Борис, трясясь, отправил их заказчику с сообщением: «Проблема решена. Хочу встретиться, чтобы отдать ее дневник и телефон. Боюсь, у меня за спиной ходят».

Ответ пришел почти мгновенно: «Завтра в 21:00. Старый пирс».

***

Напряжение предстоящего витало в воздухе, делая кофе горче, а круассан безвкусным, как пыль. После ужина Руслан провел меня в просторную комнату, где темное дерево панелей поглощало свет. Он задернул тяжелые шторы, оставив комнату в мягком полумраке, и указал мне на глубокое кожаное кресло.

- Садись. Устройся поудобнее. Главное не сопротивляться. Просто слушай мой голос и позволь образам приходить. Я буду с тобой все время.

Я кивнула, устроившись в кресле. Сердце колотилось где-то в горле. Я закрыла глаза, чувствуя, как его пальцы мягко касаются моих висков. Их прикосновение было успокаивающим.

- Готова?

- Кажется, да, - ответила я, чуть улыбнувшись.

- Тогда начинаем, Поль. Дыши глубоко и спокойно. Представь, что ты спускаешься по лестнице и с каждым шагом ты становишься все спокойнее. Твое тело тяжелеет, расслабляется… Первая ступень, вторая, третья…Полная релаксация…

Его голос стал ровным, бархатным, обволакивающим.

Он тек, как теплый мед, заполняя собой все пространство, вытесняя страх.

И я послушно пошла за ним, вглубь себя, навстречу призракам, которые так долго ждали этого часа.

- Ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда. Вернись назад, Поль. К самому началу. Пятая ступенька, шестая… На десятой ты обернешься, Полина и увидишь…Девятая…Десятая…Кто ты до пожара? Кто ты, Полина?

Тишина.

Пульсация в висках.

И вдруг вспышка.

- Конкурс… - мой собственный голос прозвучал глухо, будто из-под толщи воды. – Я играла «Лунную сонату». Было больно за инструмент, он старый, расстроенный… Но я победила. Мне вручали грамоту… а потом… потом пришли они.

- Кто, Поль?

- Женщина… важная. И мужчина с ней. Они говорили с директором. Смотрели на меня как на вещь. Женщина сказала, что мой талант пропадает зря, что они дадут мне все.

Я замолчала, по моей щеке скатилась слеза. Руслан мягко продолжил, его ладони сжали мою руку.

- Мне сделали другую внешность. Сказали, так будет лучше для карьеры. А потом стерли все. Все, что было до них. Имена, лица.

- Как им это удалось? Тоже гипноз?

- Нет. Я лежала в больнице. Мне кололи лекарства, они спасали меня.

Я затряслась, заерзала, нервничая.

Он снова сжал мои пальцы.

- С этим попозже тогда, оставим пока эту тему. Поля, тише, я рядом, все хорошо, слышишь?

Я кивнула.

Я все еще видела себя на лестницы, что спускалась в глубокое подземелье, в котором жили мои страхи прошлого. И с каждой новой ступенькой я вспоминала их все больше и больше.

- А Серафим? Когда ты встретила Серафима?

- У сына этой женщины было день рождение. Праздновали в огромном красивом доме. В таких домах я никогда не была. Она сказала, что я была смертельно больна, и что она спасала меня от неминуемой смерти. Забрала и заставила играть сутками, восполнять время, что забрала болезнь. А потом привела к сыну и сказала: Это твоя будущая жена. Познакомьтесь. Я была ей благодарна, я не осознавала, в голове туман, а он даже не улыбнулся. Он не любил музыку. Он любил только себя и свои темные пристрастия.

- А Даша, Поль. Что ты помнишь о Даше?