Резидент КГБ. Том 2

Глава 18

Под скалой располагалась ровная площадка, явно рукотворная. На ней стояли три машины: «Альфа Ромео» генерала Томазо, обогнавший меня в лесу чёрный «Мерседес» и ещё БМВ, хозяин которой приехал сюда раньше остальных. Разглядеть номера машин отсюда не получалось.

В скале был пробит тоннель. Сразу внутри его, освещённые бьющими сверху фонарями, виднелись металлические ворота. Выглядели они мощно. Сбоку от ворот виднелась небольшая сторожка с узкими окнами-бойницами. По площадке между машинами и тоннелем прохаживались двое бойцов в армейской форме. На плечах у них висели автоматы.

Судя по тому, что бойцы бродили туда-сюда, а не стояли у ворот по стойке «смирно», все боссы уже успели пройти внутрь бункера. Что там у них было запланировано за совещание, мне оставалось только гадать.

Я занял наблюдательную позицию на границе леса и замер в ожидании.

Ворота бункера оставались без движения. Зато кое-что интересное выяснилось в другом месте. Оказалась, что снаружи территорию охраняли не только эти два автоматчика. Ещё как минимум двое патрулировали периметр. Поверх формы на них были брезентовые плащи, а на головах — фуражки наподобие тех, что носили полицаи в Великую Отечественную. Эти ребята внезапно показались среди деревьев, недалеко от дороги. Придерживая висящие на шеях автоматы, они прошагали к своим товарищам. Их ботинки гулко застучали по каменной поверхности. Бросив взгляды на автомобили и на ворота, бойцы перекинулись с коллегами парой неслышных мне фраз — и отправились на дальнейшее патрулирование.

«Как бы эти ходоки не обнаружили мою машину», — подумалось мне с тревогой. Потом я решил, что так далеко они забредать не должны.

Потянулись минуты ожидания.

Ждать пришлось немало, около двух часов. Всё это время я не сводил глаз с площадки перед туннелем и воротами бункера. И размышлял о том, как бы мне проникнуть внутрь. Вариантов было не много, и все сплошь авантюрные. Но это было лучше, чем вообще ничего. Бродящие по лесу патрульные появлялись у скальной площадки ещё четыре раза. Потом они снова уходили. Про себя я отметил, что перемещались они одним и тем же маршрутом.

Наконец ворота в глубине тоннеля лязгнули и отворились. Первым из бункера выскочил толстяк в военной форме. Судя по его мельтешению и суетливости, он был незначительного звания. Следом за ним стали выходить боссы. Сначала люди в дорогих костюмах, двое. Свет фонарей падал на лица, и лица те были мне незнакомы. Но выправка и манера держаться не оставляли сомнений: это были люди при чинах.

Потом показался ещё один человек, и это был мой давнишний знакомец — Рональд Старк.

Последним из бункера вышел генерал Томазо.

Все четверо постояли с полминуты у машин, о чём-то переговариваясь. Младший чин топтался в сторонке. Видимость была так себе, но я на всякий случай достал из рюкзака фотоаппарат и сделал несколько снимков. Скоро бункерные посетители стали разъезжаться. Старк и ещё один залезли в БМВ, они отбыли первыми. Потом отчалил хозяин «Мерседеса». Уезжали они с некоторым интервалом — видимо, для конспирации.

Когда с места тронулась генеральская «Альфа Ромео», пришла пора действовать. Я отступил за деревья и двинулся к новому месту. Бесшумно ступая по мягкой лесной подложке, я оказался на маршруте патрульных автоматчиков. Выбрал подходящее дерево, встал позади него и устроил засаду.

Вскоре послышался шорох листьев и голоса. Между деревьями замелькал свет фонарика. Вояки, похоже, уже увидели, что высокое начальство наконец умотало, и заметно расслабились. Они не скрываясь топали по лесу. Передний светил себе под ноги и без умолку рассказывал о своих отношениях с женой соседа, второй завистливо подхихикивал.

Я дождался, пока они пройдут мимо, потом шагнул за ними. Заднего я слегка придержал за шиворот и рубанул пистолетом по тому месту, где шея соединяется с плечом. Он коротко вскрикнул и сразу обмяк. Его напарник остановился, начал оборачиваться, поводя фонарём — и тут в подбородок ему ткнулось что-то прохладное. Это был пистолетный глушитель.

— Давай автомат, — приказал я и отступил на пару шагов.

Фонарик упал и стал светить в сторону, на ветви кустов. Лицо патрульного перекосило от изумления и ужаса, это было заметно даже в лесном сумраке, при отблесках рассеянного света. Не издав ни звука, он потянул лямку и передал мне своё оружие. Он был средних лет — видимо, к охране этого важного объекта допускались только офицеры. Автомат был итальянского производства. Я отстегнул «магазин», щёлкнул затвором и передал оружие обратно. Испуганный человек в плаще недоумённо сжал руку на автоматном стволе.

Я подтолкнул его к дереву, развернул туда лицом:

— Стой пока здесь.

Тот безропотно замер у тёмного древесного ствола.

Я по-быстрому стащил с его напарника плащ, надел на себя. Подобранный автомат повесил за спину, чтобы не мешался. Нелепая фуражка, упав, откатилась к кустам, я нашёл её и пристроил себе на голову. Подошёл к захваченному, ткнул ему в спину пистолетом:

— Теперь пойдём.

Пленник испуганно и понуро поплёлся вперёд. Я взял фонарь и пошагал впритык за ним.

По пути я рассказал пленнику, что ему следует делать, если он хочет пережить своё сегодняшнее приключение. А также предостерёг, чего делать ни в коем случае не следует.

Мы вышли из-под полога деревьев и направились к скальной площадке. Человек впереди меня ступал напряжённо, но геройствовать, кажется, не собирался. У сторожки прохаживался только один охранник, второго видно не было. Плохо, но ладно.

Я двигался, держась за спиной пленника, чтобы по моей походке и комплекции не опознали подмену. Мы подошли поближе. Встретивший нас охранник стал говорить о том, что больше нам можно по лесу не бродить, все чины уже уехали. Я шагнул к нему и навёл фонарик прямо ему на лицо.

— Ну что ты маешься дурью, — закрылся он ладонью от слепящего света.

И тут же рухнул под ударом пистолетом по голове.

Из сторожки высунулся второй — вот где он был, ну вот и хорошо.

— Что тут у вас такое? — пробурчал он. — Косулю, что ли, подстрелили?

Этому я тоже светил в глаза, и он не мог увидеть, что же это лежит у меня под ногами. Я шагнул к нему и вырубил его так же, как только что его напарника. Он с глухим звуком свалился у двери сторожки.

Мой пленник дёрнулся, но тут же замер под лучом фонарика и при виде направленного на него пистолетного дула.

— Живо к воротам! — скомандовал я.

Мы подошли к воротам. Ещё издалека я заметил на отполированной скальной стене переговорное устройство. И попросил своего пленника, чтобы он обязательно сказал туда только правильные слова. Потому что слова неправильные станут для него последним, что он произнесёт в жизни. Я не сомневался: от пришедшего откуда-то из лесу свирепого мужика с непонятным акцентом эта угроза прозвучала убедительно.

Трясущийся палец охранного человека попал на кнопку не сразу. Из динамика пикнуло. Мы замерли в ожидании.

— Чего надо? — раздался наконец как будто издалека недовольный хриплый голос.

Пленник набрал воздуха, раскрыл рот, но слова оттуда почему-то не выходили. Я приободрил его тычком пистолета в бок.

— Э-э… — начал-таки он. — Здесь командиры вернулись. Просят открыть.

— Как вернулись?..

Я показал пленнику, что больше ничего говорить не нужно. Динамик тоже молчал. Неужели не поверили? Тогда дело худо, и придётся уходить ни с чем. Надо было напасть на машину генерала, когда он отсюда уезжал. Устроить ему засаду. Здесь, в лесу, это вполне получилось бы. И у него могли быть с собой какие-нибудь документы — из тех, которые мне нужны…

Тут я все эти рассуждения отбросил: за воротами что глухо заскрежетало. Тут же они начали открываться.

Я отступил и чуть пригнулся, скрывшись за пленником. Из бункера могла высунуться не туповатая офицерская физиономия, а, например, автоматный ствол. Может, у них здесь оборудовано и камерами — я этого не заметил, но мало ли.

Но нет, за высокими бронированными воротами оказался просто служака. В форме, при погонах и в фуражке с кокардой. Был он озабочен и заранее напуган непонятным возвращением большого начальства. Оружие при себе он если и имел, то держал его где-то далеко в кобуре. Порядки здесь царили достаточно безалаберные, боялись только начальства, о диверсантах и нападениях никто и не думал.

Я шагнул из-за спины своего пленника и сунул в нос офицеру пистолет. Его худое лицо вытянулось от неожиданности. Подталкивая перед собой пленника, я задвинул всех внутрь бункера и вошёл туда сам. Внутри негромко гудела вентиляция. Тоннель за воротами продолжался, он был так широк, что там вполне могли разминуться два грузовика. С высокого потолка лился тусклый подрагивающий свет. В воздухе витал запах металла и сырого камня.

— Не стреляйте, — попросил мой лесной пленник безнадёжным голосом.

— Не буду, я же обещал, — сказал я.

И тут же вырубил его ставшим уже привычным движением пистолета по голове.

Тело с глухим звуком повалилось на бетонный пол. Не отводя нацеленного на офицера пистолета, я оттащил патрульного в сторону и уложил за тумбой. Офицер громко сглотнул и втянул голову в плечи. Я выдернул у него из кобуры «Беретту», сунул в карман. Уставился на бункерного обитателя.

— Сколько человек на объекте? — спросил я строгим, не терпящим сопротивления голосом. — Здесь, внутри?

— Четверо, — выдохнул офицер, — это вместе со мной…

Ясно, база законсервирована. Пока её используют только для тайных встреч с американцами. На это я и рассчитывал, и встретить здесь роту солдат было бы неудачным поворотом.

— Хорошо, — кивнул я. — Где сейчас остальные трое?

Допрашиваемый на секунду задумался.

— Двое в комнате отдыха. А начальник смены… Он, наверное, у себя в кабинете.

Я всмотрелся в его испуганные глаза. Было похоже, что врать он не думал.

— Понятно, — сказал я, закрывая и запирая ворота. — Давай не будем никого из них беспокоить. Веди меня туда, где заседали генералы.

По лицу моего нового пленника пробежала тень. Не давая зародиться в его голове неправильным мыслям, я помахал пистолетом:

— Ну, вперёд. Или мне поискать самому?

Человек в армейской форме вздрогнул. Потом развернулся и понуро побрёл по широкому коридору. Его голова в форменной фуражке отбрасывала на стену причудливую тень.

На развилке мы повернули налево. Справа, в проёме приоткрытых ворот, я заметил притаившиеся в темноте несколько бронетранспортёров. Вот, значит, как. Это не просто замаскированный командный пункт, но и воинская часть, пусть и небольшая. Задумка понятна. Выступив в нужный день, при параличе власти и разброде в армии можно и малыми силами обеспечить успех военного переворота. Приходу к власти левых сил некоторые здесь готовы противодействовать любыми путями.

Мы подошли к высокой, оббитой металлом двери.

— Ключи? — я протянул руку.

— У меня нет…

Это вполне могло быть правдой. Что ж, не беда.

Я достал из кармана свою универсальную отмычку. Замок сопротивлялся недолго. Я раскрыл дверь и втолкнул пленника внутрь. Нашёл выключатель, на потолке вспыхнули яркие продолговатые лампы. Прикрыв двери, я усадил пленника на диван и велел ему держать руки на виду. Затем огляделся.

Да, похоже, в этом кабинете и встречались чины из армии и спецслужб со своими американскими кураторами и советчиками. Посредине стоял добротный овальный стол. На нём в пластмассовой подставке виднелись два маленьких флажка: один трёхцветный итальянский, другой звёздно-полосатый. Кроме флажков и стопки разбросанных чистых листов на столе больше не было ничего. Разве что круглые коричневые следы от кофейных чашек. Вокруг стола приткнулись кожаные кресла на колёсиках. На стене висели три большие карты: Европа, Италия и город Рим с предместьями.

Но самое интересное для меня было сбоку, под стенами. Шкаф с немногочисленными папками на его полках. И один небольшой сейф.

Я скинул со спины рюкзак, приготовив его для приёма добычи. Сунул пистолет за пояс — и приступил к осмотру

Постоянно прислушиваясь к тому, не раздадутся ли шаги или голоса за дверью, я проверил содержимое шкафа. Выдернул оттуда папки и стал их быстро просматривать.

В основном там были списки.

В первой папке: фамилии, должности, характеристика лояльности. Речь, видимо, шла о тех должностных лицах и армейских чинах, кто готов поддержать предполагаемое выступление консервативных сил. Вторая папка содержала перечень граждан и должностных лиц, которые считались неблагонадёжными. То есть врагами тех, кто заседал в этом бункере. Коммунисты, социалисты и другие, кого подозревали в левых взглядах. Оба списка содержали сотни имён.

Две другие папки были посвящены финансовым операциям. Фирмы, суммы, номера счетов. Иногда с комментариями: «Заинтересованы сотрудничать за вознаграждение», «Готовы оказывать любое содействие», «Контакты только через доверенное лицо».

Ещё в трёх папках информация содержалась в зашифрованном виде.

Всё это я просмотрел за полминуты. Оставил папки на столе, пока не решив, буду ли забирать какие-то из них с собой. Пленник сидел на диване и насуплено посматривал в мою сторону. За дверью было тихо.

Дальше я подступил к сейфу.

Эта железная коробка была не из тех, что не оторвёшь от пола, с толстенной дверцей и такими же стенками. В попытках открыть которые элитные воры-медвежатники просиживают часами. Скорее это был просто железный шкаф. Видимо, генерал Томазо с коллегами решили, что если сюда, в бункер, придут смотреть их секреты, то никакие сейфы уже не спасут. Логика в этом была. И всё же оказалось, что они прогадали.

Над сейфовым замком пришлось попотеть дольше, чем это было с дверью кабинета. Наконец внутри щёлкнуло, и дверца позволила себя открыть.

Ассортимент внутри сейфа оказался более разнообразным. Там было с десяток пачек долларов и три пачки растрёпанных итальянских лир. Израильский пистолет-пулемёт «Узи» плюс запасная обойма. Два австрийских пистолета «Глок» и патроны в коробочке, глушители лежали отдельно.

Всё это я трогать не стал.

А на верхней полочке сейфа виднелась одинокая кожаная папка. Я потянул её к себе и открыл. На первом листе сверху было напечатано: Операция «Гладио». Я полистал страницы. И понял, что забрался в этот бункер не зря.

Там, в папке, не было ни слова о премьер-министре Альдо Моро. Ни об акции по его похищению, ни о месте, где его сейчас держат. Но там было кое-что, может быть, даже более важное. Я понял, почему эту папку хранили здесь, в бункере. С собой такие материалы лучше было не возить и дома не держать.

Но это касалось местных заговорщиков и тайных американских агентов. Я же эту папку с радостью сунул в рюкзак. Стал быстро размышлять, не прихватить ли что-нибудь ещё. Деньги брать я не собирался, не в них счастье. А вот что-то из оружия…

Тут боковым зрением я заметил какое-то ненужное движение. Это была дверь. Она вдруг ни с того ни с сего открылась. И в проёме возник уже виденный мною полноватый офицер. Это он суетился на улице, провожая отсюда высокое начальство и американцев. Теперь он смотрел на то, что происходит в самой секретной комнате бункера, и челюсть его ощутимо свисала на грудь. Видимо, быстрой реакции их здесь не обучали. Вместо этого обучали бесшумно передвигаться по коридорам.

В руках у меня был рюкзак. Руки же пришедшего, что поначалу просто висели вдоль туловища, двинулись к поясу. Там у него висела кобура. Наши взгляды встретились. Бункерная тишина вспучилась напряжением, мы на секунду застыли… А потом наши руки одновременно метнулись к оружию.

Мои взятые напрокат рефлексы сработали как обычно чётко. Рюкзак ещё только коснулся стола, а я уже наводил пистолет на своего противника. А вот из него бравого ковбоя не получилось. Его кобуру заклинило. Он дёрнул её несколько раз, потом увидел наведённый на него ствол с глушителем — и поспешно поднял руки.

Зато появление старшего офицера придало смелости моему пленнику. В тот момент, когда его коллега поднимал руки, он вдруг подскочил с дивана и попытался на меня наброситься. Его самоубийственный наскок я встретил ударом ноги. Повстречавшись с подошвой моего ботинка, нападающий полетел обратно на диван и там затих.

Пора было уходить — пока сюда не прибежали остальные бункерные обитатели.

Подхватив и закинув на плечи рюкзак с ценной кожаной папкой, я подошёл к старшему. Развернул его к двери. Повозившись с его кобурой, таки открыл её и вытащил пистолет. Отбросил его под стол. Скомандовал обоим пленникам:

— Вперёд!

Они уныло взглянули друг на друга и побрели за дверь. Я двинулся вслед за ними.

У ворот, за тумбой, всё так же без сознания лежал вырубленный патрульный с пустым автоматом. Кроме него, никто меня здесь не поджидал. Однако покинуть бункер без дополнительных событий у меня не получилось.

Когда я протянул руку, чтобы отпереть ворота, со стороны тумбы вдруг пикнул сигнал. Потом сигнал повторился. Это было переговорное устройство. На улице у входа в бункер кто-то жал на кнопку вызова.