Рысюхин, зачем вам восемнадцать дюймов?

Глава 12

Кстати, о городах и городских удобствах.

Мало кто из жителей городов задумывается, что трубы, выйдя из дома, не растворяются плавно в недрах земли со всем своим содержимым, а должны это самое содержимое куда-то вынести, и там с ним нужно будет что-то делать. Жители Минска, правда, задумались шесть лет тому, лондонцы тоже лет так тридцать назад взвыли, но то частности. Мы же решили эту проблему на потом не откладывать, а просто не дать ей возникнуть. Потому и проложили канализационные магистрали по всему будущему посёлку, и вывели их не в чисто поле и не в Умбру – не хочется гадить в реку, из которой ешь рыбу, да ещё и выше по течению, чем сам живёшь. Вообще, дед рассказывал, что где-то в его мире просто и элегантно решили проблему с нежеланием предприятий тратиться на очистку сбросов: провели закон, согласно которому водозабор каждой фабрики или завода должен располагаться ниже по течению, чем водосброс. И всё – никто почему-то не захотел получить себе обратно собственные неочищенные отходы.

Так, отвлёкся я.

В общем, в реку гадить не стали, тем более, что до неё пришлось бы прокладывать трубу длиной километров восемь, а если выводить всё же ниже Пристани – то как бы не девять. Нашли в километре от купола низинку, из которой вытекала небольшая речушка, что впадала в озеро Верхнее где-то на полпути между нынешним и прошлым местами истечения Умбры. От истока до устья речки по прямой было двенадцать километров, а длина реки при этом получалась около тридцати. Да, текла навстречу большой реке, такие вот причуды рельефа. И что с того? Она и сама себе навстречу текла во многих местах, для равнинной реки это скорее норма, чем исключение.

Вот туда, к этой речке, трубу и вывели.

Нет, не прямо в неё, чтобы загадить и речку, и, чуть позже, озеро. Просто в низинке выкопали два здоровенных колодца, один из них перекрыли крышей, второй - открытый. В эти колодцы запустим особые микроорганизмы, свои для каждой ёмкости, и микроводоросли. Ну и, разумеется, чтобы всё это работало как надо, а не как получится – в стенки колодцев встроены специальные артефактные устройства, обеспечивающие и перемешивание, и аэрацию, то бишь – снабжение воздухом, и бурный рост за счёт магической подпитки. В первом колодце, как мне объяснили, отфильтровывается «гуща», она же – «твёрдая фракция» и тут же перерабатывается, во втором – чистится и перерабатывается жидкое содержимое, а оттуда вода, через цепочку прудов, где тоже не всё так просто, стекает в реку. По утверждениям разработчиков и изготовителей системы, вода на выходе «вполне питьевого качества», но в ответ на прямой вопрос, пробовали ли они сами её пить отвечали уклончиво.

Спросите, не будут ли местные обитатели резко враждебно настроены против всей биологической начинки, которая родом с Лица мира? Не будут, система проверенная, у нас в Академии, кстати, похожая стояла, только калибром побольше. И вода с неё шла на поля, как поливочная. Агрессия начинается с определённого не то размера, не то уровня развития организма, учёные всё никак договориться не могут, эксперименты ставят - например, заставили амёбу вырасти до размера сливы, чтобы проверить, как на неё будут реагировать обитатели Изнанки. Не знаю подробностей, не интересовался, но в журнале, откуда я про это и узнал случайно, аккуратно писали, что «результат получился неоднозначным». То есть, в переводе на человеческий, полная фигня у них с этим экспериментом вышла. Так или иначе, но на одноклеточные водоросли с Лица мира твари Изнанки не нападают.

Разумеется, результатом бурного роста бактерий и водорослей получается большая масса последних, а ещё – активное газообразование. Газ, точнее – смесь газов, которую дед называет «ценным сырьём для органического синтеза», изрядно попахивает, мягко говоря. Зато многие её компоненты – горючие. Так что из-под купола, который для того и построен, газ откачивается в трубу, на конце которой стоит горелка, и всё это банально сжигается. И как бы дед ни ругался про бесхозяйственность и экологический вред – разрабатывать технологию и оборудование для разделения смеси газов, их хранения и дальнейшего использования я и пытаться не буду. Даже не так – я в принципе не буду смотреть, какие именно там газы и кто что пытался с ними делать, кроме как сжигать.

А вот водоросли, которых каждый день может вызревать до нескольких тонн, использовать можно по-разному: и как добавку в корм скоту, там много чего полезного и питательного, и как удобрения, а если хорошенько высушить и спрессовать – то как топливо. Но жечь это я точно не буду, животноводством заниматься – тоже, как и уговаривать кого-то другого покупать у меня такую добавку, а вот парники удобрения примут в любом разумном количестве. Если же вдруг окажется лишним - пески в Викентьевке ещё очень и очень далеки от понятия «плодородная почва».

Во втором бассейне процесс должен идти менее бурно, с на порядок меньшим выходом газов, которые, к тому же, должны быть в разы менее вонючими. Так что благодаря расположению очистных сооружений с учётом рельефа и розы ветров, эти газы если и будут долетать до жилого купола, то редко и сильно разбавленными, а если ещё, как дед советует, по краю котловины деревья посадить, высокие да пахучие, типа той же можжевёлки, то и этого не будет.

Вообще это вот всё рытьё, прокладка и выравнивание столько сил, средств и времени отняли, что оторопь берёт. Но дед сумел убедить, что сделать сейчас кое-как, а потом переделывать обойдётся куда дороже, и сложностей создаст неимоверное количество. Как в том же Минске. Никто же не думает, что я ставлю у себя что-то такое, чего столица Великого княжества себе позволить не может, так что от Свислочи откровенно вонять стало? Там очистные, которые всё же построили ниже слияния Свислочи и Лошицы, на будущее, чтобы город туда уж точно не дотянулся, наших на два поколения новее, в разы продуктивнее, и так далее. Вопрос весь в том, как городские стоки туда доставить, особенно болезненный в центре города и прилегающих кварталах. Там же сплошь то родовые владения, особняки, что являются чьим-то имением сотни лет, то частная собственность, а то и какой-нибудь завод на пути стоит, который в сторонку не переставишь и под ним тоже особо не подкопаешься. Хотя, если собрать большую бригаду сильных магов Тверди...

И ставить много маленьких очистных тоже не получается: чтобы вся эта био-маго-механика заработала как следует, требуется некий минимальный объём и бака, и стока, и этот минимальный бак – двадцать метров диаметром и восемь в глубину. И их надо два – где попало не поставишь. Так что в Минске к новой системе подключили то, от чего можно вытянуть радиальные трубы к магистрали, что охватывает город эдакой полу петлёй, но и так уже стало несравненно лучше. По крайней мере, по Полицмейстерской можно ходить, не задерживая дыхание и не прикрывая нос платком, хоть прогулки по берегу реки ниже ипподрома всё ещё удовольствия не доставляют – говорят, нужно чистить дно, выгребая многие сотни тонн ила, который вобрал в себя и запахи, и их источники. Или ждать лет так тридцать-пятьдесят, и, судя по всему, городские власти именно на этот вариант и делают ставку.

Кстати, эти вот беды и проблемы в нашей столице и убедили меня лучше всего прочего, что лучше сразу сделать все подземные коммуникации. Но навозюкались с ними… Одно скажу: закончили с магистралями только десять дней назад, при этом тем, что дед называет «нулевым циклом» занимались вообще все профессиональные строители и все артельщики, а из бойцов гвардии – все, кому хватило места и инструмента. Казармы строили только оставшиеся не у дел на основном участке – и построили больше половины! Но только казарм, и только построили, там ещё много вопросов с отделкой и отоплением. Потому переселение ещё не идёт, а только начинается, и уже есть неожиданные проблемы: некоторые просто не хотят выселяться из мобильных жилых модулей! Объясняя тем, что кубрик в казарме ничем почти не отличается, зато здесь нет соседей за стенкой и не надо бегать туда-сюда по лестницам. Вот уж не было печали… Это, конечно, не проблема, поскольку решается просто приказом, но интересный сигнал, который осталось только расшифровать: не то модули получились очень уж хорошо, не то неверие в способность коллег построить нормальную казарму.

«Или в казарме им будет труднее бегать в самоволку».

«Дед, в какую самоволку, куда?! Они на Изнанке, через портал просто так не пройдёшь!»

«А что, в Пристани и Панцирном разучились самогонку гнать?»

А вот на это мне ни ответить, ни возразить оказалось нечего. С другой стороны, не пойман – не пьянь самоходная.

Ещё одна проблема с очистными, которая делает их весьма специфичной конструкцией для Лица мира – это их прожорливость. Для нормальной работы магического контура и подпитки контура биологического энергии нужно много, даже очень много. Да, у нас она почти бесплатная, почти – поскольку ресурс накопителей из животных макров ограничен, количество циклов перезарядки зависит от уровня и качества кристалла, а также – от режима использования: если вставить в, например, сторожевой артефакт, который будет тянуть понемногу энергию, иногда переходя от потребления «по капельке» на «крупные капли», то даже кристалл из кенгуранчика прослужит долгие годы, а если вытягивать всё едва ли не махом, как в тактических ударных чарах, например, то и кристалл пятого уровня долго не протянет.

Кристалл, сформованный под накопитель, на Изнанке заряжается сам, под куполом – медленнее, вне его – быстрее. Ещё быстрее в специальном зарядном устройстве, которое денег стоит, пусть и не слишком больших, да к тому же нуждается в обслуживании и, время от времени, в ремонте. Так вот, есть вариант этого устройства, который напрямую питает какое-либо устройство, и таких вот алтарей на первом колодце поставили три штуки, каждый из их мог бы одновременно заряжать четыре накопителя третьего уровня! Правда, на полную мощь они должны были бы выйти только при пиковой нагрузке, которую определили так: взяли максимальное количество отходов от полутора тысяч человек, добавили к этому осадки с таким расчётом, что в этот момент пошёл тропический ливень, и умножили всё на полтора. Надеюсь, этого хватит в любом случае, даже если посёлок разрастётся больше запланированного размера – за счёт строительства многоэтажных домов, например.

Но, если честно, с перебором это всё, можно было сделать всё намного проще и дешевле. Например, как в Рысюхино на Лице мира, где выгребные ямы выгребаются, вывозятся и закапываются в удалённом месте для «вызревания», а потом, через пару лет, это всё вывозится на поля, а освободившиеся ямы заполняются заново. Можно было сделать централизованную канализацию, а из накопительных колодцев – вывозить и закапывать. Но как-то на меня повлияло сразу всё: и рассказы о том, какую уникальную воинскую часть мы создаём, и желание избежать если не всех, то главных градостроительных ошибок, и чтобы полностью построенный мною… Ладно, ладно, под моим руководством построенный посёлок был лучшим среди… Да среди всех, нам известных!

Да, если хотите – тщеславие, хотя здесь о тщете речь не идёт. Желание не уронить честь рода, а лучше – прославить его, так будет правильнее сказать. В том числе и за счёт того, что принадлежащие мне – нам – сёла, местечки и городки будут самыми удобными, самыми уютными и самыми чистыми, насколько только это возможно. Чтобы у следующего поколения стало привычным и само собой разумеющимся то, что в других местах доступно в принципе не всем, а то и немногим. Чтобы моё баронство стало образцом для зависти и подражания, а имя Рысюхи в связи с моей фамилией звучало часто и хвалебно. Да, вот такой я нескромный и несдержанный в своих амбициях человек.

В Военно-инженерной академии я, будучи там в библиотеке для изучения конструкций затворов и автоматики как стрелкового оружия, так и орудий, изрядно задолбал местное начальство, что дало плоды. Во-первых, я продавил то, что мне зачли весь блок занятий, посвящённых тыловому обеспечению. Не просто так, не из приложения к диплому в зачётку, ибо пытались убедить меня в некоей особой специфике. Так что решили напугать комплексным зачётом. Ха! Это после формирования с нуля гвардейской воинской части и нескольких дальних рейдов с моей родовой гвардией?! Которые проходили на возимых запасах и «подножном корме»?! Не просто сдал, а ещё и доказал устарелость некоторых учебных пособий: например, методика статистического прогнозирования складских остатков по Раушенбаху здесь была вообще не известна, а ведь удобнейшая вещь в некоторых случаях! Ну, и рассказал три простых и эффективных способах обойти ошибочно считающийся здесь совершенно надёжным способ контроля расхода печного топлива, и тут же рассказал, как таких умников можно доказательно уличить в махинациях. После этого, кстати, один из экзаменаторов пробормотал что-то неразборчивое себе под нос и оставшееся время нетерпеливо ёрзал на месте, пока не сбежал сразу после оглашения результата. А до экзамена был самым вредным и скептично настроенным. Честно сказать, экзамен перестал быть таковым где-то на середине, потом он превратился в своего рода семинар по обмену опытом.

И, да – сакраментальная фраза о том, что мне стоило бы попробовать преподавать кое-что из курса тылового обеспечения прозвучала! Ну, и стоило столько времени сопротивляться самой идее досрочной сдачи этого направления?! Надо будет Уставы через деда заучить наизусть, точнее – загрузить в дедову библиотеку с каталогом и потом тоже сдать всё оптом. Думаю, если начать цитировать главами и страницами с любого заданного места…

Ну, и насчёт следующего зачёта договорённость обновили: срок двадцатое марта остался, но поменялось то, что именно я там буду сдавать, а поскольку тема была уже более интересная, касающаяся сапёрного дела, то и пару консультаций себе выторговал, пусть у меня в гвардии и так было с кем посоветоваться в этой области. Но – пусть видят, что я не просто заучиваю, а пытаюсь понять и усвоить, дед подсказал.

Потом, правда, оказалось, что под сапёрным делом понималось то, что касается военного строительства и копания земли. Окопы, траншеи, эскарпы, контрэскарпы, переправы наплавные и паромные… Вспоминая все манёвры, которые пришлось пройти в ходе испытаний и принятия на вооружение миномётов – я запросто дополню учебный материал сведениями о том, какое сооружение чем и как быстрее всего снести и какого количества боеприпасов сие действие потребует. Но потом увидел, что дальше есть более интересное: инженерная разведка местности, например, в частности – разведка бродов и переправ, ну и прочее, про ту же геодезию и геодезические приборы. А вот то, что я раньше по недомыслию считал сапёрным делом относится, как выяснилось, к делу минно-взрывному.

Главное, когда и если буду его сдавать – не наговорить лишнего из дедова опыта и знаний иного мира. А то я не уверен, что у нас всё из этого в принципе хоть кому-то известно, а если известно, то не засекречено. Объясняй потом, откуда я знаю скорость детонации октогена, например. И какие есть сложности с его производством и хранением. А забавная, кстати, штука… Но – нет, ну его лесом! Мне пока и тротила хватит.