Рысюхин, зачем вам восемнадцать дюймов?

Глава 2

За время бала ещё несколько раз подходили к курским универсалам, даже немного разговорили их. Вообще, интересно получилось и познавательно. Не знаю, это в Курске планка пониже, или к универсалам, как редким специалистам, особое отношение, но Марту взяли на обучение с потенциалом два и шесть. Или, как вариант, надеются в процессе обучения «вытащить» её на заветную «тройку»? У Родиона, хоть он и младше сестры, потенциал оказался побольше, три ноль две. И они решили учиться так, чтобы создать взаимодополняющую пару: брат будет делать упор на порталы, а сестра - на печати. Маги печатей, если кто не знает, это те, кто могут закрепить какое-либо плетение на объекте или на местности, сделав его постоянно действующим. Либо, наоборот, наложить печать запрета на какое-либо действие. Собственно, все артефакторы вынуждены либо в той или иной степени осваивать искусство наложения печатей, либо нанимать магов с этой специализацией. Так что семейный подряд выглядел многообещающе: Родион пробивает портал, Марта его стабилизирует, и все деньги – в семье. Другое дело, когда один из них женится, а вторая замуж выйдет. Но, опять же, она может найти такого мужа, что согласится в её род войти.

Та, не туда меня понесло, будущая семейная жизнь Щавелёвых – их и только их дело, я про магию. Да, в теории универсал может сам и портал открыть, и печать наложить. На практике же это очень сложно и затратно, как по силам, так и по энергии, и требует большого опыта, поскольку портал всё это время нужно удерживать. Так что, как правило, таким образом работают только люди, имеющие профессиональный стаж лет двадцать-двадцать пять. Тот же Лопухин мне портал на нулевую Изнанку пробил и зафиксировал довольно легко, а вот с «нуля» на «единицу» – уже с трудом и подсобными инструментами: артефактом, что помогал поддерживать портал и довольно большим накопителем. А вот с первого уровня Изнанки на второй он даже пытаться не будет всё сам делать, поскольку – без шансов. При том, что просто портал пробить он может до пятого уровня Изнанки, как и просто закрепить, скорее всего, тоже, просто не знаю, насколько он в эту тему глубоко ушёл. Вообще глубина, куда может пробиться порталист, напрямую зависит от его уровня, а вот печать в теории можно накладывать без ограничений. Да, в чистой теории возможна такая умозрительная картина, что печатник с уровнем чуть больше единицы закрепит портал со второго на десятый уровень Изнанки. Но сколько времени, ресурсов и энергии это потребует – страшно представить. Но в случае Родиона и Марты всё почти идеально: она сможет закрепить любой переход, который он сможет открыть.

Если вспомнить плач Суслятина о том, как мало новых Изнанок открывается, то можно подумать, что семейная бригада Щавелёвых без дополнительных подработок будет с хлеба на квас перебиваться, в ожидании заказа, но это не так: старых-то Изнанок масса, а он постоянно требуют таких специалистов: где-то пробить новый ход, где-то сместить точку входа или выхода. Например, от моста в Буйничах проложат новую, широкую дорогу, что вполне логично, на ней перекрёсток, стоянки и прочее, что дед называет «транспортной развязкой» и окажется, что грузовые ворота речного техникума строительству мешают. На самом деле они там далеко, но для примера, какая может быть ситуация. Это надо, чтобы портальщик взял портал под контроль, потом печатник снял блокировку, аккуратно его погасить, поставить маячок в новом месте, заново пробить и заново закрепить. Кстати, если просто печать снять и ждать, пока сам погаснет – он и бабахнуть может. Может и не бабахнуть, но это не та лотерея, в которой хотелось бы участвовать. Да и просто печати подновить, проверить возможность пробоя в нужном месте и прочее, прочее, прочее. Не говоря уж о разведке Изнанок или сопровождении охотничьих экспедиций, это дело опасное и ближайшие лет десять-пятнадцать им непосильное.

Кстати, пока не забыл! Я же вспомнил, что мне «царапало череп изнутри», когда соседи-бароны жаловались на дороговизну содержания дружины для охраны портала! Я ещё неделю назад вспомнил, узнал, соседям информацию для размышлений подбросил и отложил в сторону, сейчас вот вспомнил опять. А именно – то, как несоразмерно слабо охраняются грузовые ворота на изнанки, занимаемые всеми ВУЗами, что мне доводилось посещать. А причина простая – купол высокого уровня.

Защитные купола, они не только по диаметру ранжируются, но и по тому уровню Изнанки, на который рассчитаны. Так, у меня на нуле поставлены «по умолчанию» купола нулевого же уровня, которые в теории могут сдержать монстров до второго уровня включительно. Это на случай прорыва из глубины, которые и на Изнанках тоже случаются. Поскольку у меня глубже первого ничего нет, прорываться неоткуда, то и этого – с запасом. В учебных заведениях по регламенту ставятся купола как минимум уровня «плюс два», то есть на нулевой изнанке – не ниже второго уровня, способные какое-то время сдерживать тварей четвёртого, на первом – третьего, и так далее. Так вот, для изнанок, где стоят такие «избыточные» купола, требования по охране портала резко снижаются! Если на "запасном выходе" поставить шестидесятиметровый купол первого уровня, то хватит трёх вооружённых бойцов на охране и пятерых - в готовности прийти на подмогу, а при куполе второго уровня достаточно будет поставить пару бывших полицейских с револьверами и одного отставного таможенника для проверки на контрабанду! Двоих на Изнанке и одного вахтёра на Лице, просто чтобы не пускать посторонних. Обустройство будет дороже, вместо шестнадцати тысяч придётся отдать двадцать пять или тридцать пять соответственно, но потом позволит здорово сэкономить на содержании. Но тут нюанс: дороже обойдётся мне, а экономить будут Шипунов с Клёновым. Но тут можно договориться: или они скинутся на разницу в цене куполов, или арендную плату можно поднять, за повышенную безопасность, меня и то, и другое устроит.

Ни разговоры с курянами (так, вроде, называют жителей Курска?), ни воспоминания о делах, ни тем более беседы со столичными знакомыми не могли помешать празднику. Правда, я больше старался праздник для жены устроить, а сам постоянно отвлекался, но всё равно, отрешился от большинства сиюминутных забот и неплохо разгрузил голову. Правда, до конца бала Ульяна не выдержала: оказалось, что обязательные на сегодня танцевальные перемещения по залу утомляют намного сильнее, чем того можно было ожидать, так что уже за полтора часа до официального завершения бала супруга пожаловалась, что ноги не держат совершенно. Я, если честно, тоже давно уже хотел принять горизонтальное положение, задрав нижние конечности вверх, так что мы тихонько покинули бальный зал и ушли в свою спаленку.

На следующий день всё же пришлось давать пояснения по отчёту, даже дважды. И если с личным помощником Государя, задававшего вопросы по существу дела и по ожидаемым срокам исполнения оставшихся задач, всё прошло довольно быстро и плодотворно, то вот попытки детального разбора той самой инвентаризационной ведомости с гвардейским полковником, как я понял – собирающимся формировать аналогичное подразделение уже в гвардии и его тыловиком затянулись надолго. Наконец, мне надоело пытаться описать словами незнакомые собеседникам предметы снаряжения и их применение, тем более, что они явно представляли их себе как-то не так. В итоге получались попытки описать при помощи запаха цвет предмета.

– Господа, предлагаю способ лучше, нагляднее и в чём-то проще. Давайте вы, и те, кого сочтёте нужным с разрешения Государя взять с собой, приедете ко мне в имение, и я там вам всё это покажу: и на складе, и на бойцах или технике, и как оно применяется. А по журналам материальной отчётности – посмотрим фактический расход всего, что вас заинтересует, в зависимости от времени года и выполняемых подразделением задач.

Вначале господин полковник изволили фыркнуть, но ещё через четверть часа в процессе попыток понять, что такое «цапфа привода левого фальшборта (малая)» плюнул, чуть ли не натуральным образом, и поручил своему адъютанту согласовать время и маршрут. Хотел уже уходить, когда я попросил по возможности раньше уточнить численность делегации.

– Что, господин капитан, боитесь не разместить всех?

– Из-за набора людей форты, конечно, несколько переполнены, но это не проблема, решения есть, даже несколько. В том числе – разместить вас в гостевых комнатах имения. Маршрут может зависеть от численности делегации.

– Как это?

– Если не более пяти человек – в имении есть взлётно-посадочная полоса, способная принимать лёгкие аэропланы. Во всяком случае, «Сапсан-6» прилетал и улетал несколько раз уже, и без проблем. Ну, а если будете ехать на поезде, мне нужно знать, сколько и каких автомобилей высылать к вокзалу, может быть, и вовсе автобус задействуем.

– Взлётная полоса?! В имении?! Ну, надо же... А зачем?!

– И мне проще в тот же Могилёв или во второе имение по воздуху добираться, и пожарная охрана использует для своих нужд с моего разрешения. Ну, и ещё кое-какие гости бывают.

– Ну, надо же, бароны пошли... Что ж там за имение такое… – бурчал под нос полковник, но я всё же расслышал.

Полковник вместе с заместителем ушли, а мы с адъютантом быстро согласовали визит на двадцатое января и обменялись контактами служебных мобилетов, для согласования деталей, например, того же числа гостей и способа их прибытия.

А ещё перед отъездом я получил лёгкий нагоняй от Государя. Не лично, слава богам, иначе со стыда бы сгорел, а через Семёна Аркадьевича, но и это было крайне неприятно. За что? За дело. Точнее, за его отсутствие: за всей суетой я совсем забыл про учёбу военному делу, а между тем мой «академический отпуск», испрошенный через собственную, Его Императорского Величества канцелярию, заканчивается с новогодними каникулами, и следовало связаться с начальником кафедры, согласовать расписание. Они, оказывается, моего звонка уже с начала декабря ждут. Неловко получилось, что уж тут сказать? И дедово бурчание на тему «сами могли позвонить, если ждут» здесь, простите за каламбур, не в тему. Вся затея с обучением мне нужна, а не им – это раз, и они не могут знать, свободен ли я сейчас в принципе, или опять где-то на краю Империи выполняю приказ.

При посадке в поезд Ульяна снова опасалась, но на сей раз не гипотетических и маловероятных бандитов и грабителей, а гораздо более реальных пассажиров с детьми. Но – не было ни тех, ни других, и слава Рысюхе. А вот проводник оказался тот же самый, с которым мы вместе окровавленную дорожку спешно скатывали, узнал нас, и отнёсся с особой предупредительностью. Может, конечно, мне показалось, но такого вкусного чая в поездах ещё не получал. А в остальном – доехали буднично и скучно, а я подумал, что начинаю любить скуку гораздо сильнее, чем любые приключения. Кто бы мне такое в детстве сказал, да ещё так, чтобы я поверил…

После приезда домой, когда разбирали с Архипом Сергеевичем бухгалтерские сводки и подбивали итоги года по доходам и расходам, зацепился глазом за неожиданно, но приятно круглую сумму в графе «лицензионные отчисления по патентам». Львиную долю их составили, когда попросил развернуть эту статью подробнее, отчисления за детали автомобильной подвески и ходовой, а также от казны за батальонные миномёты: судя по бухгалтерским документам, их казённые заводы сделали сто восемьдесят штук. Если я правильно понимаю – это семь полковых комплектов, на двадцать восемь батальонов, но только две учебных батареи. Это по одной на дивизию, что ли? Или четыре полубатареи? Да, собственно, до утра гадать можно, перебирая варианты, и всё равно не угадать. Остальное – так, по мелочи. Хотя ещё пять лет назад я бы очень хотел дать в глаз тому, кто обзовёт такую сумму «мелочью».

– Выгодное это дело, ваша милость, изобретательством заниматься! – при проведении любых официальных действий мой давно уже не бухгалтер, а начальник финансовой службы, использовал исключительно официальное титулование, чтобы, по его словам, «отделять службу от светского общения». Причём если дело касалось снабжения гвардии, то я был «высокоблагородием», если финансов рода – «милостью», и только если разговор не касался напрямую денег я становился Юрием Викентьевичем.

– Не всегда. Точнее, не все изобретения нужны людям. Вот тот же дальталёт взять: ну, я летаю, ну, лесники наши. И всё! Даже в соседних лесничествах предпочитают у наших просить, чтобы «пролетели по краешку и одним глазом глянули». Даже не жалко, что чертежи и расчёты в журнал отдал для всеобщего пользования, всё равно бы ничего не заработал на этом.

– Да вы что, Юрий Викентьевич! Вы не знаете?!

– Не знаю чего?

– Как минимум две с половиной сотни их уже построено, это о которых я знаю или слышал! В прошлом году ещё ни шатко, ни валко, а в этом просто бум случился!

– Вы это серьёзно?!

– Минимум три артели постройкой ваших аппаратов занимаются, даже свои варианты придумывают: например, как у ваших пожарных: двухместный, с посадкой в затылок друг другу, но с закрытой кабиной и управлением ручкой.

– И что с ними делают?

– Где как. В степях следят за кочевьем стад и состоянием выпасов. На севере тоже, только кабину утеплённую соорудили: следят за миграцией северных оленей. Пограничники тоже кое-где используют.

– Ну надо же! Что-то не похоже на наше Министерство финансов, такая быстрая реакция, даже десяти лет не прошло. И такая щедрость.

– Что-то я такое вспоминаю… Там вроде как по подписке деньги собирали. Да! У них даже воздушный бой случился!

– Что?! С кем?!

– С контрабандистами на самодельном аппарате! Пилот пограничной службы сблизился с нарушителем и приказал садиться, а после отказа второй номер – наблюдатель то есть, открыл огонь из карабина. Сделал, если не ошибаюсь, восемь выстрелов и добился двух попаданий в мотор, после чего тот вынужден был приземлиться.

– Надо же, какие страсти разворачиваются в Империи! А я – ни слухом, ни духом! Вы-то откуда знаете?!

– Помилуйте, Юрий Викентьевич! Об этом и в газетах писали! За первый перехват воздушного контрабандиста пограничный экипаж даже наградили!

– Да уж, оторвался я от жизни Империи и общества в этом году…

– Ещё бы, такое дело творите! Как наши офицеры между собой говорят, новый пусть не род, но вид войск точно создаёте!

– Ну, это они преувеличивают!

Беляков посмотрел на меня очень серьёзно.

– Не соглашусь. Я изучил этот вопрос – по тем документам, к которым смог получить доступ, конечно. И вы знаете, они правы! Вообще, надо сказать, авторитет у вас в вашей гвардии высочайший. Может вы этого не замечаете, но наши гвардейцы, от рядового до их командира, чрезвычайно гордятся и знакомством с вами, и тем, что служат под вашим началом. Кроме, разве что, некоторых совсем новичков, но и они быстро проникаются. И буквально, уж простите, преклоняются.

– Что-то я не заметил особого преклонения. Иной раз так загнуть могут!

– А это они стараются уважать вашу, Юрий Викентьевич, скромность. Знают, что вы публичных выражений таких чувств не любите, видя в них лесть, вот и стараются в вашем присутствии себя в руках держать. Но, если что, я вам ничего не говорил! А то побьют ещё!

И вот думай, это он всерьёз или шутит? И если всерьёз – то насколько и в какой части? Я-то себя точно ни гением военного дела, ни образцовым командиром отнюдь не считаю.