Скиф

Глава 10

Глава 10

Рука затекла под Лизкиной головой, и Макс нехотя пошевелился. Давно проснулся, а Лиза крепко спала, не среагировав, даже когда он, скользнув ладонью ей под щеку, высвободил онемевшую руку.

Еще некоторое время Виноградов лежал, крепко обнимая Лизу сзади и слушая ее спокойное, глубокое дыхание. Каждый ее вздох означал неотвратимые перемены. Каждая минута, проведенная рядом с ней, меняла его жизнь, будущее, казалось бы, давно предрешенное.

Ему нравилась Лизкина маленькая, но уютная квартира. Нравилось спать на ее не очень удобном диване – в постели, насквозь пропахшей ее духами и ею самой. Его всё еще накрывало, и ни с того ни с сего возникал в горле липкий комок. Накатывало ощущение бессилия и чего-то неправильного в их с Лизой отношениях, безысходного. Тогда он прижимался губами к ее волосам, вдыхал их запах и чувствовал, как внутренняя темнота потихоньку отступает.

Это его война. Его борьба. Только его.

Скользнув пальцами по животу и обратно, погладил ее грудь, поцеловал плечо. Снова ее захотел, но Лиза не откликнулась ни на поглаживания, ни на поцелуи. Приподнявшись на локте, Макс подул ей на лицо, на ресницы. Не тут-то было, Лизок спала без задних ног и просыпаться не собиралась. Он коснулся губами ее щеки, выбрался из постели и, натянув на нее одеяло, ушел в ванную.

Приняв душ, Скиф, обтерся полотенцем, обмотал им бедра и выдавил зубную пасту на щетку, собираясь чистить зубы.

Неожиданно в дверь позвонили, и Макс, не вынимая щетки изо рта, пошел выяснять, кто к ним пожаловал.

– Что случилось? – пробубнил он, впуская Чистюлю в квартиру.

– Вы еще не готовы? – спросил Керлеп, останавливаясь в пороге.

– К чему готовы? – снова пробубнил Макс и снова скрылся в ванной.

Почистив зубы и умывшись, он вытерся полотенцем, оделся и вышел в прихожую.

– Нас, вообще-то, Скальские на обед пригласили, – объяснил Илья, всё еще стоя в дверях.

– Видимо, только вас. Нас никто не приглашал, – бросил Макс, застегивая пряжку ремня.

– На телефон посмотри.

– Не ори, Лиза спит, – одернул Керлепа и мотнул головой в сторону кухни.

– Лиза уже не спит, – отозвалась Третьякова и завозилась на постели.

– Добрый день, Лизавета.

– Добрый, Илюша. – Она спала голая, потому, прежде чем встать, укуталась в одеяло поплотнее. – Что стряслось? Ты к нам какими судьбами? – сонно глянула на него.

– Прости, что вот так нагрянул. Думал, вы уже встали, и мы поедем вместе.

– Ага, тебе прям ближний свет за нами заезжать, – усмехнулся Скиф и, вытащив телефон из кармана, глянул на экран. Точно. Пригласили. Высветились пропущенные звонки от Кира, Евы и несколько сообщений.

– Ближний. Он, наверное, Марьяшу домой отвозил. Она недалеко от меня живет.

Окончательно стряхнув с себя сон, Лизка сползла с дивана и, придерживая на себе одеяло, поплелась в ванную.

– Кстати, как там наша ботаничка? Жива-здорова? Кофе будешь? – спросил Макс.

– Кофе буду, – согласился Чистюля и, деликатно проигнорировав вопрос о ботаничке, отодвинул для себя стул. – О, какие у вас игры, – усмехнулся.

Перед тем как лечь спать, Лизка прибралась, потому в кухонной зоне царил полный порядок. И только на стуле, за который взялся Илья, осталась плетка.

– Ой, Чистюля, отъебись, – покривился Макс и закинул плетку на холодильник.

– Всё-таки отшлепала тебя Лизавета, да? – Керлеп расхохотался.

– Заткнись, тебе говорю.

Лиза провела в ванной около получаса и вернулась в кухню уже готовая к выходу, одетая в джинсы и просторный молочный свитер, накрашенная и вкусно пахнущая духами.

Она чмокнула Макса в губы и уселась пить кофе. Илюша всё никак не унимался, интересуясь, кто кого отшлепал и какие аксессуары для сексуальных игр у них еще в ходу.

– Наручники любим, – ответила Лиза и в подтверждение своих слов притащила ему пушистые розовые наручники.

Скиф и не надеялся, что Керлеп на этом успокоится, потому во время обеда у Кира и Евы ждал его выпада с особым чувством.

Скальские теперь жили в доме, а не в квартире. В их огромной столовой сам Бог велел званые обеды и ужины устраивать. Вот и Ева, наконец, сподобилась пожарить свои фирменные бифштексы, которые задолжала друзьям еще на Мальдивах.

– А чего ты один? Где твоя Марьяна? – с усмешкой спросил Кир у Чистюли.

– Да-да, – поддела Ева. – Мы думали, что ты вместе с ней приедешь.

– Домой отвез.

– Надеюсь, через магазин? – поддержала разговор Лизавета.

– Само собой. Через ювелирный.

– Прекрасно, – одобрила она, а Ева сразу поинтересовалась:

– И что ты ей купил? Признавайся, чтоб мы поняли степень твоего восторга от совместной ночи.

– Мари была великолепна, – вздохнул Илья, таинственно улыбаясь, но продолжать разговор не стал.

– Ах, Мари… – подразнил его Скиф. – Испоганил девку извращуга. Нормальная была ботаничка, скромная…

– Я извращуга? – рассмеялся Керлеп. – Куда уж мне до вас! Садо-мазо-любители!

– Вот, сука, так и знал, что пизданешь… – посмеялся Виноградов.

– Вы про что? – поинтересовался Кир.

– Вон парочка наша пусть рассказывает. Давайте, делитесь опытом, может, нам тоже надо.

Макс вздохнул и серьезно сказал:

– Да, друзья. Мы в отличие от некоторых комплексами всяческими не страдаем и с удовольствием экспериментируем. И достижениями своими не хвастаемся... и не по четыре шлюхи мы за собой не таскаем… Но если вас сильно интересует, то да… Тема охуенная, всем советую, – рассказывал он, забавляясь произведенным впечатлением.

Ева прыснула со смеху.

– Я просто представила… вас… – сказала она и расхохоталась.

– Цыпа, а не надо представлять. Вот прям завтра же гони в секс-шоп и покупай плетку. Вам тоже зайдет.

Молох рассмеялся, уронив вилку на тарелку, а Виноградов продолжил:

– Как отхуяришь его хорошенько, он вообще от твоей юбки не отлипнет. Всю жизнь, как шелковый будет. Главное, не бойся, это не больно. Массажный эффект, знаешь ли. Это как в бане веником париться. Все в бане были? – со смехом оглядел друзей и кивнул: – Вот. Те же яйца только в профиль.

– Не надо ничего покупать, – улыбнулась Лиза, поддержав шутку Макса. – Давай им подарим на ближайший праздник.

– Точно, – согласился Скиф. – Ага, весь наборчик. Плеточек пару штук, наручники, смазки всякие.

– Кляп, – подсказал Чистюля, катаясь со смеху.

– Не-е, – покривилась Лизавета. – Кляп – это неэстетично. Тут эстетика важна, чтоб всё красиво было. Бельишко…

– И будильник не забудь, – вспомнил Виноградов.

– А будильник зачем? – хохоча, спросил Кир.

– Ох, ваше благородие… – картинно вздохнул Скиф, чувствуя, как кровь в венах забурлила от воспоминаний. – Будильник – это тема, это прям огонь. Плетка – хуйня. Вот будильник – это настоящее и садо, и мазо…

– Нет, вы мне объясните, зачем будильник? – не понимала Ева.

– Я потом тебе расскажу, – рассмеялась Лизавета.