Скиф

Глава 23

Глава 23

Как только за друзьями закрылась дверь, в воздухе сгустилось напряжение.

Макс улегся в постель, а Лиза присоединяться к нему не спешила. Она приняла душ и переоделась в пижаму, но всё еще слонялась по квартире, занимаясь делами, которые легко можно было отложить на завтра. Понимала, что им с Максимом предстоит нелегкий разговор, и боялась этого разговора. Боялась неприятных слов и что придется делать какой-то выбор.

Виноградов вроде бы спокойно отреагировал на новость о беременности, но истинные его мысли были пока неизвестны.

– Ты долго еще будешь носиться по квартире? – с раздражением спросил он.

– Я хотела порядок навести, потому что, мне кажется, завтра я вообще не встану.

– Ты уже на десять раз всё перемыла.

– Зубы почищу…

– Ты уже чистила.

– А потом опять чай пила.

Лизка шмыгнула в ванную и долго умывалась. Целую вечность чистила зубы и водила щеткой по волосам, надеясь, что Макс заснет после такого нервного дня и приличной дозы алкоголя, но он и не думал.

Когда она пришла, он уже не лежал, а сидел на диване, уставившись в тихо бубнящий телевизор.

Лиза осторожно забралась в постель, но не прижалась к Максу, как обычно, а, не глядя на него, принялась усердно взбивать подушку.

– Не помогли таблетки, да? – сказал Виноградов.

Лизка вздохнула, чувствуя, как от волнения леденеют пальцы.

– Помогли бы, если бы я их пила…

– А ты не пила… – сделал он вывод.

Руки у Лизки опустились, и она, набравшись смелости, посмотрела Виноградову в глаза:

– Нет, не пила. Бросила. Я могла бы соврать, что всё вышло случайно. Что таблетка не подействовала или я ее пропустила, не вовремя выпила… Но нет, я сама бросила пить противозачаточные.

– Может, надо было мне об этом сказать?

– Не надо было, – проворчала она, пряча за раздраженным тоном свою неуверенность. – Зачем? Чтоб опять услышать, что всё это не про тебя? Сам же говорил…

– Так это когда было, Лизок! Тебя Ева научила вчерашний день вспоминать?

– Но было же! Ты тогда говорил, что тебе не нужны постоянные отношения, семья – это не про тебя. Я думала, мы расстанемся, ничего у нас не получится. Думала, что я тебе не нужна. Потому решила родить. Пусть у меня останется частичка тебя, даже если ты меня бросишь. Я хочу этого ребенка и рожать буду в любом случае. Даже если ты будешь против.

– Чего-чего? – спросил Максим, будто не рассылав последнюю фразу. – В каком случае?

Лиза сделала глубокий вдох и повторила:

– В любом случае. Я не могу ничего от тебя требовать, так как это было мое решение… – Она прерывалась, вздыхала, а потом выдыхала уже слова: – Я это понимаю и заставлять тебя не буду. У меня всё есть, малыш тоже не будет ни в чем нуждаться…

– Ой, всё, блять! – Макс оборвал ее сбивчивую, неуверенную речь. – Где-то я это уже слышал. Что-то похожее было про свободные отношения. Я уже понял, что ты у меня самостоятельная. Сама пришла, сама забеременела, сама родишь, сама воспитаешь… Всё сама! На хера я тебе вообще нужен?

– Как это на хера… – проронила Лиза с внезапным облегчением. – Потому что я тебя люблю. И малышу, вообще-то, нужен папа.

– Неужели? Слава богу! Хоть в чем-то пригожусь.

– Не говори ерунды, – засмеялась Лиза, радостно вздохнув.

– И когда ты узнала?

– Несколько дней подозревала, а сегодня тесты сделала. Три штуки. Все положительные.

– И молчала!

– Я же не знала, как ты отреагируешь. Думала, как сказать…

– А что тут думать? Как я еще могу отреагировать, кроме как помереть от счастья, Лизок?! – бушевал он.

– Это ты сейчас так счастлив, что орешь на меня?

– Ты серьезно думала, что я откажусь от тебя или от ребенка? Как тебе вообще такое в голову пришло? Ты должна была сразу мне сказать. Сразу! Еще до того, как сделала тесты на беременность. А не врать, что съела что-то не то.

– Прости, – устыдилась Лизавета и прильнула к нему, пряча лицо у него на груди. – Прости, пожалуйста. Я испугалась. Это же ребенок. Он всё меняет. Наша жизнь теперь будет другой. Всё будет не так, как прежде. Ты правда рад?

– И какого хера ты этому гондону дверь открыла?

– Так я не знала, что это он. Рожи-то не видно было. Он цветочками прикрылся. Я и подумала, что это ты решил мне сюрприз сделать.

– Я? Вот не дарил тебе цветов и не буду! Чтоб знала, что это не я!

– Ну и ладно, – усмехнулась Лизка. – Чистюлю попрошу – он подарит.

– Ага, попроси!

Лиза переместила руки, обняв его крепче, и погладила по спине.

– Со мной всё хорошо, слышишь? Он мне ничего не сделал, у меня ничего не болит, всё хорошо… – мягко сказала она, стараясь его утихомирить.

Макс глубоко вздохнул, успокаивая беспокойно стучащее сердце. Понимал, что Лиза не такой ждала реакции, но его радость была другой. Она тесно связана с болью и тревогой, перемешана с волнением и какой-то беспомощностью. Он отдавался своему счастью постепенно, будто боялся пустить его в сердце. Боялся откровенно радоваться. Но слова Лизкины уже проникли в сознание. И в сердце, и в душу, и уже что-то меняли внутри.

Виноградов стал целовать Лизку, потом скользнул под резинку пижамных штанов, погладил ее живот. Еще плоский, бархатный. Хотя тело мгновенно среагировало на ее близость, и жаркое возбуждение прогнало волну тревожного озноба, думал он о другом.

– Лиза, я счастлив, что у нас будет малыш. Просто у меня всё немного по-другому. Да, мне не нужны были ни серьезные отношения, ни семья… Да, я ничего не хотел, меня всё устраивало...Так было до тебя, и я говорил почему. Моя жена была беременна, когда погибла. Я потерял двоих, понимаешь... Потому пообещал себе, что больше ни за кого не возьму ответственность, даже за собаку.

– Ты не говорил, что она была беременна…

Он продолжил говорить, не отвлекаясь на ее замечание и не отрывая руки от ее живота:

– Я хочу, чтобы он родился… или она. Я буду постоянно за тебя бояться, переживать. Задолбаю и задергаю своими параноидальными вспышками. Чем больше будет становиться твой живот, тем сильнее я буду волноваться и стану совсем невыносимым. Пару раз ты, наверное, соберешь чемодан и свалишь от меня, сказав, что я достал тебя окончательно. Но это лишь для того, чтобы переступить ту черту. Я очень хочу, чтобы он родился. Я хочу взять этого ребенка на руки.

– Макс… – Лиза всхлипнула и прижалась к его губам.

– Кстати, если соберешься свалить, – с усмешкой договорил он, – можешь у Скальских немного пожить, пока не успокоишься. Они не будут против, а я буду спокоен, что там с тобой ничего не случится.

Лиза рассмеялась:

– Вряд ли я захочу куда-то от тебя свалить, но на всякий случай буду иметь в виду. А на УЗИ пойдешь со мной?

– Естественно. Попробуй только без меня сходить. Сразу поссоримся. Сильно.

***

Трудным был прошедший день, быстро и незаметно пролетел остаток ночи.

Они улеглись спать под утро, но заснуть крепким сном Максим так и не смог. Пролежал несколько часов в полудреме. То ли спал, то ли нет. Обнимал Лизку, слушая мерные, спокойные вздохи, гонял в голове разные мысли, вживался в новое состояние.

Бессонница Виноградова не тяготила, это было странно приятное ощущение. Почти забытое. Что звалось ожиданием чуда. Теперь вся его жизнь наполнится этим ожиданием, всё закрутится вокруг Лизкиного растущего живота. Макс знал, что будет дальше, и от этого знания его чувства становились лишь острее. Всё это ему знакомо, хоть почти и позабыто. Перемены настроения, странные желания, психи, нервы. Ребенок будет отнимать все силы, расти, выжирая маму изнутри. Это тяжело и морально, и физически. Порой опасно для здоровья, но Лиза справится. Выдержит, он в ней не сомневался. Ему тоже будет нелегко, но все эти трудности меркнут с ощущением, когда, приложив руку к округлившемуся животу, чувствуешь толчки малыша. Словишь его ручку или ножку. Всё позабудется сразу, все передряги и сложности.

Лиза попросила разбудить ее утром, так как собиралась на учебу, но Максим будить ее не собирался. Решил, что будущей мамочке надо как следует выспаться. Она вчера из сил выбилась, хотя старалась этого не показать. Лизкино положение и без того теперь утомительно, лишнее напряжение сейчас ни к чему.

Максим легонько провел по ее плечу, погладил разметавшиеся по подушке волосы, почти неощутимо поцеловал в щеку. Лиза не проснулась. Вот и слава богу.

Обняв ее крепче, Виноградов заснул, на пару часов провалившись в сон, на этот раз крепкий и здоровый.

Снова проснувшись, Макс немного полежал, прижимая Лизку к себе, подышал запахом ее волос, затем поднялся. Принял душ, оделся и тихо вышел из квартиры. На улице встал под Лизкиными окнами и, почти не надеясь на удачу, набрал ее номер.

Однако телефон зазвонил, что Макса обрадовало. Прислушиваясь к телефонной трели, он шагнул на клумбу и нашарил аппарат под кустом спиреи.

Новый телефон купить не проблема, да и сим-карту можно восстановить, чтобы не терять имеющиеся контакты, ценнее была находящаяся в нем информация. Номера всей их троицы, переписка, фотографии. Мало ли к какому умнику сотовый попадет.

Вернувшись, хотел сварить кофе, но вспомнил, что кофе Лизавете теперь нельзя. Чай будет пить, да и то некрепкий.

Лиза проснулась сама. Открыла глаза, потянулась и улыбнулась, увидев Макса рядом. Он сидел около нее с кружкой. На столике у дивана стоял завтрак.

– Доброе утро, – вздохнула она.

Максим поставил кружку на столик и, склонившись к Лизе, поцеловал ее в губы. Она не позволила ему сразу отстраниться, обняла за плечи, ненадолго притянув к себе и прижавшись щекой к его щеке.

– Который час? – спросила, поняв по яркому свету, льющемуся в комнату, что за окном уже не утро, а давно белый день.

– Рано еще.

– Угу, – Лиза поднялась, взяла со столика его телефон, глянула на экран и возмутилась: – Макс, я же просила разбудить. Мне на занятия надо.

– Я будил, ты не проснулась, – чистосердечно соврал он.

– Ладно, на последние пары успею. Мне всё равно хоть как надо в универ попасть, у меня сегодня консультация по диплому.

Виноградов ответил на ее слова тяжелым вздохом, и Лиза сразу предупредила:

– Давай договоримся, что твоя паранойя не будет касаться моей учебы. Я знаю, что будет непросто, но бросать сейчас я не хочу. Я успею защититься до родов. Должна успеть… Не хочу я академ брать. Потом снова во всё это вливаться… Еще хуже будет.

– Ладно, посмотрим, – нехотя согласился он. Вернее, не согласился, а пока что не стал протестовать. – Как ты без телефона поедешь?

– Блин, – покривилась Лизавета. – Точно. Еще телефон надо покупать и симку восстанавливать.

– Симку не надо. Телефон я нашел и симку вытащил.

– О, как здорово, – обрадовалась Лиза, что одной заботой стало меньше. – А в универе я буду с Евой, так что ты можешь ей звонить, пока я буду без связи.

– Тогда так поступим, – решил Виноградов. – Я отвезу тебя на занятия, куплю телефон, съезжу на работу, потом заберу тебя. Если не успею к тому времени, как вы закончите, поедешь с Евой.

– Хорошо. А мне к Еве поехать или к себе?

– К себе. У тебя, лапуля, сегодня дел по горло, так что не расслабляйся. После учебы будешь чемоданы собирать.

Лиза сначала не поняла, потом рассмеялась:

– Я к тебе переезжаю?

– Конечно, Лизок. А ты как-то по-другому нашу жизнь себе представляла? Я на этом диване больше спать не буду, у меня спина не железная, – посмеялся он.

– Нормальный у меня диван. Удобный.

– Но кровать лучше.

– Лучше, – подтвердила Лиза с улыбкой. – Представь, ты теперь каждое утро будешь меня видеть. То есть первое, что ты будешь видеть, когда проснешься, будет мое лицо. Ты к этому готов?

– Лапуля, если б я не был к этому готов, я бы с тобой не ночевал, – вздохнул он, а потом выдал почти скороговоркой: – И, нет, я не ночевал со шлюхами, не спал с ними в одной постели, не готовил им завтраки. Да, я тебя не разлюблю, даже когда ты станешь толстая. Нет, я не считаю, что беременная женщина некрасивая. Да, я потерплю без секса, если вдруг врачи запретят нам трахаться. Нет, меня не потянет на других баб. Меня вообще никто, кроме тебя, не интересует. Я всё сказал?

– Думаю, да. Если вспомню что-нибудь еще, спрошу.

Лизка довольно рассмеялась и снова обняла любимого. Руки сами к нему липли, висла бы на нем бесконечно, пряталась бы от всего мира. Макс признался, что волнуется за нее, боится. А она больше ничего не боялась. Еще никогда Лиза не чувствовала себя так защищенно и безопасно. С тех пор как они познакомились, появилось это ощущение и с каждым днем только усиливалось. Виноградов – это не островок безопасности. Это броня на все четыре стороны.

– А мы где будем жить? Постоянно. В квартире или в доме? – поинтересовалась она и, отпустив его, принялась за завтрак.

Прав Макс: ей нужно поторопиться.

– Где хочешь, – легко сказал он.

– Хочу в доме. Поближе к Еве с Киром.

– Как скажешь. Тогда давай, поторопись, чтоб мы сегодня всё успели.