След золотого обоза

КАК ОТВЕСТИ УГРОЗУ?

...Поручик Дзюба выбежал за полковником почти сразу после того, как тот отправился к генералу. Он догадывался, что произошло что-то необычное, и, возможно, теперь ему, наконец, удастся выяснить, получил ли Денисенко сообщение о намерении деникинцев, изменил ли маршрут, или уже сейчас Мокреев с Пальчевским поделят захваченное золото?..

Дзюба стал под стеной амбара. Рядом мелькнула тень.

— Чередниченко? — тихо окликнул он.

— Беда, господин поручик, — подал голос коновод.

— Какая беда?

— У Орла передняя нога распухла. Пойдемте, ваше благородие, посмотрите.

— Подкову проверял?

— Да не подкован он на передние.

Зашли в конюшню. Чередниченко плотно прикрыл ворота и, улыбаясь, начал рассказывать:

— Кому беда, а нам — радость. Встретил я ординарца полковника Соснова, а тот мне на ухо: привезли, мол, в штаб сейфы с большевистского эшелона. Генерал Мокреев сам занят был, и поручил полковнику заняться их осмотром. Соснов с офицерами взялись, было, только дверцу первого открыли, а изнутри как бабахнет! Кто сразу упал, кто с испугу в огороды кинулся…

— Правда? Так это здорово, Григорий! — не сдержал радости Дзюба. — Молодцы! А Василек-то каков! Хорошего помощника ты мне дал… Ну, а теперь мне надо идти, пока Пальчевский не вернулся. Будь поблизости, можешь понадобиться.

Дзюба услышал тяжелые шаги полковника и быстро юркнул за ворота.

Пальчевский вдруг словно постарел.

— Господа, — не поднимая глаз на присутствующих, глухо заговорил полковник, — вынужден извиниться перед вами. Я поспешил с сообщением об успехе, которого, к сожалению, мы не имеем. Золотой запас красные отправили другим путем. Каким? Неизвестно, но до утра мы должны найти его, иначе... — Пальчевский замолчал и строго посмотрел на своих подчиненных. — Иначе быть не должно!

Полковник, наконец, овладел собой. Он четко отдавал приказы. Офицеры, не получившие их, должны были все время находиться у штаба и ждать в любую минуту его вызова.

Услужливый Дзюба, всегда с подчеркнутой преданностью готовый выполнить любое задание, и на этот раз был наделен особым доверием начальства. Пальчевский назначил его своим посыльным и сразу дал поручение: вызвать Семенова, который по возвращении из Киева отлеживался на сеновале соседнего дома.

Семенов явился заспанный, помятый, удивленно щурясь на свет.

— Отдохнули? — вернул его к действительности басовитый голос Пальчевского.

— Благодарю, господин полковник, но, извините, не успел. Мы с Лозенко ни умылись, ни побрились — сразу спать залегли.

— Прекрасно. Вид у вас, что надо. Возьмите Лозенко, еще несколько человек и отправляйтесь обратно в Киев. Найдите Чернявого и передайте, чтобы он немедленно связался с Кротом. Нам нужно знать, куда из городского банка исчез золотой запас. Связного с донесением пошлете ко мне, а сами — вдогонку за золотом. И пусть вам повезет!

Дзюба проводил через двор Семенова, тепло распрощался с ним и направился к конюшне.

— Григорий, ты здесь? — прикрыв ворота, крикнул он в темноту.

— Здесь, господин поручик, — зашелестев сеном, коновод приподнялся с пола.

— Один?

— Один. Если лошадь не брать.

— Значит, так, друг: в губчека действует агент по кличке Крот. Пальчевский только что послал к нему людей — узнать об изменении маршрута эшелона с золотом.

— Стало быть и мне пора отправляться. Я вас правильно понял?

— Да, Григорий…