След золотого обоза

ТАКАЯ ЦЕННАЯ БУМАЖКА

Чернявый спешил. Даже забыл проверить, хорошо ли закрыл дверь синей будки, в которой чистил обувь. Он почти бежал, грея в кулаке небольшой клочок бумаги.

«Она стоит миллионы», — не покидали его слова, сказанные незнакомцем.

Тяжело дыша, он добрался, наконец, до своего дома и сразу же поднялся на чердак, предварительно трижды тихонько свистнув, чтобы Семенов ненароком не прострелил ему голову.

— Принес? — послышалось из темноты.

— Да, но сперва дайте дух перевести.

— Ладно. Что слышал от гостя?

— Я его и разглядеть не успел. Зашел человек в надвинутой кепке, назвал пароль и вместе с деньгами сунул мне эту бумажку. А с порога уже добавил, что, мол, надо спешить.

— Это я и без него знаю, — буркнул поручик, доставая из-за дымохода башмаки.

Хозяин спустился с чердака, осторожно вышел на улицу и, осмотревшись, быстро вернулся обратно.

— Тихо…

— Тогда пойдем, Лозенко. Теперь обратно — в штаб, за новыми погонами, — Семенов поднялся, стряхивая с себя солому.

К окраине города деникинцы добрались окольными путями. Когда позади осталась последняя хата, Семенов присел на корневище поваленного ветром клена.

— Спрячь. Попадешь к красным — проглотишь незаметно. А я и так запомнил, что там написано. Доберешься к своим — вручишь бумажку господину полковнику.

— А вы? — удивился Лозенко. — Разве вы не пойдете со мной?

— Никуда я не денусь, — успокоил офицер, — но если туго придется — беги. — Он замолчал, оглянулся, потом добавил:

— А я прикрою. Оружие то при мне…

Дальше первым двинулся Лозенко, за ним неподалеку шел Семенов. Пробравшись мимо хуторка, где справа и слева слышались выстрелы, они оставили позади огороды с высокими сорняками и пересекли овражек. Сразу же за шеренгой деревьев их должен был ждать казачий разъезд.

Оставалось немного, как вдруг, словно из-под земли, раздалось:

— Стой! Руки вверх!

Напротив Лозенко вырос молодой красноармеец с винтовкой, направленной в его сторону. Из-за соседнего пригорка поднялся еще один.

— Да что вы, ребята… Я ж свой, — забубнил деникинец. — Вот в город ходил, думал, лошадку какую себе прикупить. Новая власть нам землю дала, а обрабатывать ее не на чем…

— Какую еще лошадку! Бои же везде идут! — прервал его красноармеец.

— Идут, да только есть тоже что-то нужно.

— Ишь ты, покупатель! Руки-то все ж подыми, а мы обыщем! Посмотрим, кто ты такой!

Услышав это, Семенов, спрятал наган в рукав свитки и, выйдя из сорняков, направился к красноармейцам.

— О, смотри, еще один! — крикнул второй боец.

В это время Семенов приблизился и, резко выхватив наган, выстрелил в юное, чуть покрытое прозрачным пушком, лицо первого парня. Тот выпустил из рук винтовку и медленно завалился на левый бок.

Второй, обыскивающий Лозенко красноармеец, повернулся, было, к поручику, но выстрел из нагана оборвал и его жизнь…

— Беги! — крикнул Семенов напарнику и молнией метнулся в кусты.

Тот не заставил себя долго ждать.