Сводные. Игра на вылет

Глава 19

Сергей.

После утренних уроков Колючки сразу же поехал в тренажёрку, абонемент оплачен до конца года, хоть здесь мне повезло. Сначала тягал железо, потом боксировал с грушей и завершил спаррингом. Измотал себя дальше некуда и всё для того, чтобы выкинуть из головы одну дикую особу. Не получилось.

Сегодня не планировал появляться на треке, хотел просто завалиться на кровать и проспать часов двенадцать, но меня просто тянет туда, потому что знаю – там будет она, упрямая Колючка. И да, я хочу посмотреть на её заезд. Одно дело, когда ты сам её противник, другое – когда смотришь со стороны.

Приехав, долго выискивал взглядом приметный "Субару", и когда уже хотел сваливать домой, увидел машину на старте. Сначала Колючка была второй, но даже так она старалась обогнать соперника, а её обходной манёвр вызвал восхищение. И когда её тачка вырвалась вперёд, мне даже стало жаль этого лузера на "Ниссане". Хотя я мало знаю Колючку, но уверен, если она выгрызла себе лидерство в гонке, хрен кто это отберёт.

Вижу, как она после финиша обнимает этого Артёма, как его руки ложатся ей на талию, и мои ладони непроизвольно сжимаются в кулаки. Они вместе? Мне хочется подойти и вырвать Колючку из его рук. А ещё дать ему по роже.

Повинуясь порыву, спускаюсь с трибун к парковке, желая выловить сводную, пока она не уехала с этим хлюпиком. Пробираюсь сквозь толпу, все увлечённо вытягивают головы и тихо переговариваются, а издалека слышен разговор на повышенных тонах. Когда мне удаётся подойти ближе, с удивлением вижу Колючку и Алиева.

Ильдар Алиев самый отмороженный из моих знакомых, настолько, что с ним опасаются иметь дело. Наркотики, бухло, сомнительные компании и криминал. Не знаю, что он делает с девчонками, но те после ночи с Алиевым шарахаются от него как от сатаны. Ведёт он себя словно хозяин этой вселенной, благо папаша депутат отмажет от любой грязи своего единственного сыночка.

И этот мудак сжимает локоть Колючки, она чуть морщится от боли, но тут же снова вскидывает подбородок и смотрит в глаза Ильдару. Бесстрашная.

– Тебе нечего тут делать, сгинь отсюда раз и навсегда, иначе пожалеешь, – встряхнув её, Ильдар злобно ухмыляется. – А если тебя так это волнует, могу трахнуть напоследок, хоть познаешь, что такое настоящий мужской член.

И тут мой мозг переклинивает окончательно.

– Тогда я его отрежу и сожрать тебя заставлю, Алиев, – громко произношу, подходя ближе. – Грабли свои убрал от неё.

Он медленно поворачивается и скалится в улыбке.

– Жаров, какими судьбами? Решил уже здесь баб цеплять, клубов тебе мало? – но руку Колючки так и не отпускает.

– Грабли, Алиев, – беру в захват его запястье и с силой сжимаю, заставляя расслабить хватку.

– Что так качественно ноги раздвигает, раз ты решил впрячься? – усмехается, окинув Колючку взглядом, и вырывает руку из моего захвата. – Заценю при случае.

– Ещё раз рот откроешь, зубов не досчитаешься, – сквозь зубы произношу, хватая его за грудки. Не знаю, что мной движет, но внутри поднимается ярость, такая, что я готов двинуть ему по морде прямо сейчас. – Если хочешь силой померяться, давай со мной на спарринге. Или ты только на девчонках тренируешься, а со мной страшно? – приподнимаю брови, с удовольствием наблюдая, как багровеет его лицо.

В один зал ходим, Алиев знает, на что я способен, особенно если меня разозлить.

– Ладно-ладно, – поднимает вверх ладони. – Не трону я её, – отпускаю его, чуть толкнув в сторону.

– Когда будешь трахать, объясни своей бабе, что не нужно соваться туда, где ей не место. Иначе она закончит, как и её отец-неудачник.

Не успеваю отреагировать, как Колючка подлетает к Алиеву и залепляет ему смачную пощёчину такой силы, что его голова дёргается в сторону, а звук от удара словно эхом проносится по всей парковке. Зачёт.

– Ах ты сука! – ревёт Ильдар и заносит руку для удара, но я перехватываю её и с силой сжимаю.

– Спарринг, Алиев, – жёстко произношу, впиваясь в него взглядом. – Нормальные мужики девушек не бьют.

– Вы оба ещё пожалеете, – шипит сквозь зубы, вырывая руку. Разворачивается и уходит, расталкивая толпу.

– Поехали, – бросаю через плечо Колючке. – Домой тебя отвезу, пока твоя очаровательная задница не нашла себе ещё приключений. – Расходимся, концерт окончен, – зло выкрикиваю столпившимся.

– Я на машине, если ты забыл, – сиплым голосом произносит, и, развернувшись, замечаю, что её пальцы дрожат. Она прячет руки за спину, стараясь не показывать, что испугалась. Облизывает пересохшие губы, запуская покалывание вдоль позвоночника. Снова подвисаю, уставившись на неё. Колючка смотрит мне в глаза, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься на на неё прямо сейчас. Похоже её губы это мой фетиш.

– Встретимся у гаража, – она молча кивает, а я добавляю: – Иди вытри сопли своему защитничку, – и, криво усмехнувшись, ухожу к своей тачке.

Подъехав к гаражу, жду ещё полчаса, уже начиная злиться. Она специально или утешает этого Артёма, который даже защитить её не смог. Ударяю по рулю, когда мозг подкидывает картинки их объятий.

– К херам всё! – завожу мотор, собираясь поехать и напиться в ближайшем баре, и вижу в зеркало заднего вида свет фар. Машина. И одна.

Жду, пока Колючка загонит свою “Супру” в гараж и усядется в мою тачку. В полном молчании трогаюсь с места и выруливаю на грунтовку промзоны.

– Что у тебя за тёрки с Алиевым? – первым начинаю разговор, хочу узнать, где она перешла ему дорогу.

– Ты гонку видел? – просто киваю в ответ, и она продолжает: – Так вот, на “Ниссане” был Алиев.

– Понятно теперь, от чего он в бешенстве, – из груди вырывается смешок.

– Он ещё ни разу не смог выиграть, если в заезде с ним участвую я, – гордо произносит, скрестив руки на груди. – Вы же, мажоры, существа ранимые, вам претит гонять с девчонкой, словно мы не люди а так, второй сорт.

– Не сравнивай меня с этим имбецилом, – цежу сквозь зубы, и межлу нами снова повисает молчание.

Когда доезжаем до дома отца, она берётся за ручку двери и поворачивается ко мне.

– Спасибо.

– За что? – прищурившись, спрашиваю, прекрасно зная, о чём она, но мне хочется, чтобы Колючка сказала это вслух.

– За то, что защитил от Алиева, – поджимает губы. – Что не дал ему меня ударить.

– У меня с ним свои счёты, – пожимаю плечами.

– Понятно, – усмехается, отвернувшись.

– Что тебе понятно?– хмурюсь, подавшись к ней. – Договаривай.

– Жаров такой плохой мальчик, что не может совершать таких хороших поступков, как вступиться за девушку, – улыбнувшись, смотрит мне в глаза. – Нужно же поддерживать имидж козла.

– Ты меня не знаешь, чтобы делать какие-то выводы, – наклонившись ближе, смотрю ей в глаза. – Сейчас я хочу тебя трахнуть прямо здесь, в этой машине, у дома наших родителей, – шепчу, приближаясь к её губам.

Она подаётся вперёд, и когда между нашими губами остаётся лишь несколько миллиметров, и я в предвкушении уже расслабляюсь, поворачивает голову так, что мои губы касаются лишь её щеки, и жарким шёпотом на ухо произносит:

– Обойдёшься, Жаров.

Отстраняется, но я хватаю её ладонью за затылок, притягивая к себе и упираюсь лбом в её лоб.

– Однажды ты мне сдашься, Колючка, – веду носом по её щеке к виску, вдыхая запах, сводящий меня с ума. Чувствую, как член в штанах оживает, меня ведёт от этой невыносимой девчонки как никогда.

Она кладёт свою ладонь на моё колено и ведёт вверх к паху, вызывая дрожь во всём теле, моя ладонь спускается с затылка к спине, я прикрываю глаза, отдаваясь ощущениям, но она тут же отстраняется, и я слышу резкое:

– Спокойной ночи тебе, Жаров, – распахиваю глаза, и Колючка выходит из машины. – Пусть сегодня тебе приснюсь я, – захлопывает дверь и идёт к воротам.

– Блять, – стону, откидываясь на сиденье. Она снова меня прокатила, но мне начинает нравиться наша игра.

Чем дольше ожидание, тем ярче удовольствие.

– Ты всё равно мне сдашься, Колючка.