Сводные. Игра на вылет

Глава 42

Кира

– Я хочу тебя. В качестве платы за помощь, – Жаров прожигает меня взглядом, от которого мне становится жарко.

Моя дерзость и уверенность улетучиваются, вмиг вспотевшие ладони скользят по ручке двери машины, а я стараюсь ухватиться за неё словно за спасательный круг. Какого чёрта я превращаюсь в долбанное желе рядом с ним? Каждый раз перед встречей с Жаровым мне кажется, что я сильная, на меня не подействуют его слова и взгляды, но в итоге я готова растечься лужей у его ног. И мне всё труднее скрывать это от него.

Да что со мной не так?

Это же Жаров, долбанный мажор! И я прекрасно знаю, что ему нужно – моё тело, секс без обязательств и отношений, без ответственности и чувств. Только вот я не смогу так.

Моё дурацкое сердце уже отвечает на его прикосновения трепетом, чувствами, которых не должно быть. Он же сожрёт меня. Сожрёт и не подавится, а потом скажет: было классно, но нам не по пути. Иногда я задумываюсь: он отталкивает всех, потому что до такой степени боится отношений, или, действительно, чёрствый сухарь, которому плевать на других? А я не хочу проверять, какое из этих утверждений является правдой, ведь после не соберу себя по кусочкам. Уже нет.

Потому что уже начинаю видеть в нём хорошее, уже начинаю привязываться, и чем дальше, тем глубже я увязаю в этом. А мне нельзя. Нельзя позволять играть со мной просто так, ради забавы и ещё одной галочки в списке его побед. Потому что ещё немного, и я окончательно пропаду – влюблюсь в этого мажора, отдам всю себя тому, кому это совершенно не нужно. А склеивать свою душу я буду очень долго, потому что его отец теперь мой отчим, а значит, встречаться мы будем часто, и забыть Жарова, вырвать из сердца и стереть из собственных мыслей мне не удастся. А жить с этим будет равносильно медленной смерти.

– У тебя слишком высокие требования, – вскинув вверх подбородок, я делаю шаг назад, отпустив наконец ручку двери, которую сжимала всё это время до побеления костяшек.

– Отнюдь, – качает головой. – Я хочу тебя, ты хочешь меня – это обоюдное удовольствие, Колючка. Соглашайся, – делает шаг ко мне.

Предательская дрожь проходится по всему телу в предвкушении его близости. Понимаю – если сейчас откажу, он ведь уедет, и я буду на треке одна. А Алиев тоже в сегодняшней заявке на гонку, и что бы не говорил мажор на счёт Ильдара, сомневаюсь, что после всего произошедшего он просто так сдастся. Скорее, сделает по-своему, но тихо и не при свидетелях, а я не могу пропустить ещё одну гонку из-за долбанного страха перед ним.

– Хорошо, – произношу с вызовом. – Договорились. Но только при условии, что выигрыш будет нашим. Если нет – договор аннулируется.

Пусть постарается, для меня это важно, а там уж я найду способ, как увильнуть от выполнения соглашения. Что-нибудь придумаю.

– Тогда готовься к выигрышу, Колючка, – ухмыльнувшись, делает ещё пару шагов и оказывается совсем близко.

Слишком близко.

– Закрепим договор поцелуем? – медленно наклоняется, пока моё сердце отбивает чечётку.

Его губы в нескольких сантиметрах от моих манят поддаться искушению – чуть двинуться вперёд и впиться в них с той сумасшедшей страстной яростью, что сейчас пылает в груди, целовать, пока губы не онемеют, пока держат ноги, но я, сжав ладони в кулаки, нахожу в себе силы отстраниться, отступив на шаг.

– Рано, Жаров, – качаю головой, продолжая пялиться на его губы.

– Как скажешь, – поднимает руки в сдающемся жесте. – Садись уже, довезу тебя до гаража, нужно подготовиться, гонка действительно будет жаркой.

Разворачивается и идёт к водительской двери, весело напевая еле слышно:

'Cause I wanna touch you baby

And I wanna feel you too

I wanna see the sunrise

On your sins just me and you*

– Поехали, – ухмыльнувшись, облизывает нижнюю губу.

Вот же сволочь! Он прекрасно считывает мои эмоции!

– Обещаю не приставать до гонки, – садится на водительское сиденье и открывает переднюю пассажирскую дверь изнутри. – Вечером ты всё равно моя, и выполнишь условия сделки.

Ну это мы ещё посмотрим, мажор.

Сажусь на сиденье, и автомобиль тут же срывается с места. Мой взгляд против воли останавливается на руках Жарова – его длинных пальцах, крепко сжимающих руль, и сознание моментально подкидывает воспоминания той ночи и безумного секса у стены клуба, словно его руки сейчас на мне – исследуют каждый миллиметр тела. Невольно сжимаю бёдра, стараясь унять так некстати нахлынувшее возбуждение, и закрываю глаза, отвернувшись к окну.

– Ты уже знаешь, кто будет участвовать? – хриплый голос Жарова внезапно разрывает тишину, проходя вибрациями по моей коже, от чего она покрывается мурашками.

– Я, ты, Алиев и ещё двое парней, – вздыхая, отвечаю, повернув голову к нему. – За тебя я уже подала заявку.

– Настолько была уверена, что я соглашусь? – криво усмехнувшись, окидывает меня взглядом, задержавшись на ладонях, нервно комкающих ткань спортивок. – Не похоже на тебя.

– В крайнем случае аннулировала бы заявку, – пожимаю плечами.

– Ну да, – произносит и замолкает, и эта пауза говорит больше слов.

Он знал, что я соглашусь на его условия. Конечно, знал, после того, что я ему рассказала, в этом можно и не сомневаться. Сама дала ему козырь в руки, Кира. Сама.

А может, в глубине души я тоже знала, что он поставит именно такое условие и ждала этого?

Потому что сама его хочу, но не могу сдаться просто так, без сопротивления, а тут, как ни крути, деться мне будет некуда. Зато потом можно будет утешать себя тем, что я сделала всё, что могла, чтобы не допустить этого.

-----------------------------------------

“Потому что я хочу дотронуться до тебя, малыш.

Я тоже хочу тебя почувствовать,

Я хочу увидеть восход солнца

Над твоими грехами. Просто я и ты”

Текст из песни “Dusk Till Dawn” исполнителей Zayn Sia.