Сводные. Игра на вылет

Глава 22

Две недели спустя.

Сергей

Каждый день с утра я ездил на тот же автодром, нарезал круги, пытаясь довести до совершенства то, о чём твердила Колючка. Поначалу ничего не выходило, я злился, однажды чуть не угробил себя и тачку, но продолжал упорно гонять. Докажу ей, что я не Алиев, который добивается всего через своего папочку. Что я могу сам добиться желаемого – упорством, настойчивостью и выдержкой. Только это останавливало меня от того, чтобы не бросить всё к хренам собачьим.

Каждый трек-день* я приезжал на “Фортуна-Драйв”, даже если не гонял сам. Чтобы увидеть её. Смотрел, но не трогал, как она сама и хотела, хотя это было безумно трудно. Приезжая, ставил тачку на стоянку и глазами искал её, смотрел заезды с её участием, скрепя зубами видел рядом этого Артёма, и руки чесались подойти к ним, взвалить Колючку на плечо и унести отсюда туда, где она будет только моей.

Ни разу не испытывал подобного ни к одной девчонке, ни одну не хотел так, как её, – до тёмных пятен перед глазами. Она – вызов, тот самый приз после пересечения финишной полосы. Желанный, но недосягаемый. Она злит, раздражает и возбуждает одновременно, взрывная смесь эмоций, которые требуют выхода.

Каждый день после тренировок на автодроме я доводил себя до изнеможения в тренажёрке и спаррингах, а вечером, если не было заездов, заваливался в ближайший бар, надирался и трахал очередную бабу, чьё лицо и имя наутро даже не помнил. Но осознавал, что всё не то, что это лишь суррогаты, уже не приносящие никакого удовольствия, только разрядку.

Уверен, что с Колючкой секс будет совершенно другим, и пусть она каждый раз, замечая мой взгляд, делала вид, что мы не знакомы, от спора ей не отвертеться. И с каждым днём желание выиграть его только росло. Я ни одну бабу ещё так долго не уламывал! Да и вообще мне никогда даже усилий прикладывать не приходилось, они сами вешались, стоило только намекнуть. Но Колючка…

Она словно пуля, застрявшая в лёгких, – мешает дышать, жить привычной жизнью, но и достать, просто выкинуть её оттуда нет ни возможности, ни желания. Она навязчивой мыслью засела в моей голове, стала моей панацеей, мой мир сузился до одной вредной и строптивой девчонки. Ведьма, не иначе. И пока я не трахну её, не избавлюсь от всего этого дерьма, что лезет в мои мысли, мешая жить дальше.

Вот и сегодня я припёрся на трек и с трибун наблюдаю, как эта ведьма в лёгкую выигрывает свой заезд. После финиша вылезает из тачки и по традиции обнимается с этим хлюпиком. Стискиваю зубы, впиваясь взглядом в её хрупкую фигуру. И она, словно почувствовав, оборачивается в мою сторону. Разглядеть меня в толпе зрителей, конечно, не реально, и через несколько секунд её отвлекает маршал старта*, она садится в тачку и освобождает полосу, а я иду к парковочным местам, надеясь, что Колючка хоть немного задержится.

– Жаров, – слышу знакомый голос, как только подхожу к своей тачке. – Ты где пропадал? – Герман протягивает мне руку, и я нехотя её пожимаю, но взглядом ищу красную “Супру” и её строптивую обладательницу.

– Везде понемногу, – отвечаю, совершенно не желая тратить время на бесполезные разговоры.

Зависнуть в клубе с Германом можно, но дружбы с такими я избегаю, не интересно. Он пришёл с парочкой таких же мажоров, наверняка делали ставки, как и всегда.

– Выиграли что-то? – изображаю интерес, хотя на самом деле мне глубоко наплевать.

– О да, – компания громко ржёт. – Поставили на бабу, она тут единственная, но гоняет как богиня. А вот и она, – Герман кивком головы указывает в сторону и я замираю, прищурившись. Попалась, Колючка.

Блуждаю взглядом по её фигуре: сегодня она в обтягивающих джинсах, подчеркивающих её охеренные ноги и задницу, в кожанке, хотя я предпочел бы снова увидеть её в платье, и внутри всё сжимается от предвкушения встречи. Она оборачивается, и её взгляд встречается с моим.

– Я бы дал ей оседлать своего жеребца, – противно ржёт один из друзей Германа.

– Губу закатай, – рычу, резко повернувшись к нему. – И член свой поглубже в штаны засунь, иначе я тебе его оторву, усёк? – и, не дожидаясь ответа, быстрым шагом направляюсь к своей Колючке.

Кира

– Кирюха, поздравляю! – Тёма крепко меня обнимает. – Тебе уже надо метить выше.

– Спасибо, – искренне улыбаюсь другу. – Не знаю, я не думала об этом.

– Кир, а зря, – качает головой. – У тебя все шансы есть показать себя. Подавай на квалификацию, скоро будет чемпионат области. Это шанс!

Спину покалывает, будоража каждую клетку, словно кто-то смотрит в упор. По телу проходит волна жара, оседая в груди, резко разворачиваюсь и вглядываюсь в трибуны, но, естественно, лиц не разобрать.

– Освобождаем трассу для следующего заезда, – прерывает нас маршал старта.

– Поговорим позже, – отмахиваюсь от Тёмы, сажусь в "Супру" и беру курс на парковку трека.

Сейчас я не могу думать ни о чём, кроме этого чёртова мажора, который никак не желает убраться из моих мыслей и снов. Каждую грёбаную ночь он врывается в мои сновидения и вытворяет со мной такое, что наутро мне стыдно от воспоминаний. Моя адекватность с появлением Жарова помахала мне ручкой и исчезла в неизвестном направлении.

И как бы меня поначалу не раздражала его выходка с шантажом и необходимостью общаться, должна признаться, он улучшил свои навыки. Да, я тайком смотрела его заезды, даже не говоря об этом Артёму. Не знаю, почему, но меня словно магнитом тянет к невыносимому сводному. Хам, наглец, бабник, он совершенно бесцеремонен и дерзок, но… совру, если скажу, что я вздохнула с облегчением после нашей последней встречи. Мне не хватает нашего общения, и, чёрт возьми, он прав – это отдельный вид удовольствия.

Две недели мы не пресекались, но я постоянно чувствовала на себе его взгляд, будоражащий каждую клеточку моего тела, заставляющий кровь бежать по венам быстрее, запускающий сердце на полную мощность.

И вот сейчас, стоя у “Супры” я снова его чувствую, сердце замирает, и я на пару секунд прикрываю глаза, стараясь успокоиться и выровнять участившееся дыхание. Обернувшись, ловлю этот взгляд – Жаров разговаривает с какими-то парнями, его голова чуть опущена, пристальный взгляд исподлобья направлен на меня, и кажется, что по моему телу блуждают нетерпеливые жадные прикосновения его пальцев.

Мне становится жарко, кровь приливает к щекам, чувствую – ещё немного и я перестану сопротивляться и полностью, без остатка отдамся во власть этих эмоций, что словно лавиной накрывают меня, когда он рядом.

Внезапно Жаров что-то резко говорит собеседникам и идёт в мою сторону. Повинуясь порыву, разворачиваюсь и быстрым шагом иду в сторону здания инфоцентра, где располагается административный центр кольцевых гонок.

Да, я трусливо сбегаю! Нет, я не готова прямо сейчас с ним встретиться лицом к лицу. Но когда заворачиваю за угол, Жаров меня догоняет, хватает за локоть, резко развернув, и толкает к стене.

– Поздравляю, Колючка, – нависает надо мной, прожигая горящим взглядом.

– Спасибо, – делаю попытку отойти в сторону, но он преграждает мне путь, уперевшись ладонью в стену.

– Ты меня боишься? – пытается посмотреть мне в глаза.

– Вот ещё, – фыркаю в ответ, стараясь придать своему голосу твёрдость, хотя от его близости внутри всё сладко сжимается. – С чего ты взял?

– Ты избегаешь моих прикосновений, – усмехнувшись, свободной рукой проводит по моей щеке.

– Я избегаю твоих домогательств, – склонив голову, наконец смотрю ему в глаза. – А ты прёшь как танк, игнорируя то, что мне это не нравится.

– Нравится, ещё как. Ты можешь обманывать себя сколько угодно, но я вижу, ты тоже меня хочешь, – шёпотом произносит, наклонившись ниже, и его слова меня отрезвляют.

Делает ещё шаг, прижимая меня вплотную к стене, и тянется к губам. Медленно, словно проверяя мою реакцию, и в последний момент, как тогда, в машине, я отворачиваюсь.

– Я настолько тебе неприятен? – жарким шёпотом на ухо, слегка прикусывая мочку. Меня словно током ударяет, перехватывает дыхание от этой ласки.

– По шкале от одного до ста? На двести, – хрипло произношу, прикрыв глаза от ощущений, плавящих мой мозг.

Жаров проводит носом по моей щеке, глубоко вдыхая, ведёт ниже, чуть касаясь губами кожи, а меня начинает бить мелкой дрожью от невероятных ощущений, отдающих сладкой истомой внизу живота.

– Врунья, – выдыхает в шею и проводит по ней языком, от чего у меня вырывается тихий стон. – Хочешь, ещё как, – сильнее вжимает в стену, и его стояк упирается мне в живот. – Как и я тебя.

– У тебя вообще есть какие-то другие мысли, кроме как, кого и где трахнуть? – нервно усмехнувшись, пытаюсь устоять на ватных ногах.

– Рядом с тобой все мысли улетучиваются из моей головы, остаётся только дикое желание. Ты хочешь, и я хочу, давай поможем друг другу прямо сейчас, – опускает одну руку и ведёт ей от плеча к моей груди. – Переспим и забудем о существовании друг друга.

Эти слова действуют словно пощёчина, я не одна из его одноразовых подружек на ночь. Он забудет, а смогу ли я? Собираю всю волю в кулак и, уперев ладони в его грудь, с силой отталкиваю.

– Закатай губу, Жаров, – холодным тоном произношу. – Развлечение на ночь ты и без моей помощи с лёгкостью найдёшь.

И, не оглянувшись, с ровной спиной и гордо поднятой головой ухожу прочь, зная, что останавливать меня он не будет.

---------------------------------------------------

* Трек-день – время, когда проводятся любительские гонки и пилоты-непрофессионалы выступают на собственных автомобилях – обычных спортивных моделях для дорог общего пользования.

* Маршал старта обеспечивает безопасность на стартовой решетке и правильную расстановку автомобилей перед стартом.