Сводные. Игра на вылет

Глава 40

Кира

Захожу в свою комнату и прямиком направляюсь в душ, хорошо бы смыть с себя события предыдущего вечера и ночи. И хотя как раз о ночи я почти ничего не помню, пошлых намёков Жарова достаточно, не думаю, что он преувеличивает.

Как бы я не напрягала память, не пыталась выхватить из сознания хоть какие-то обрывки воспоминаний – ничего не выходит, только головную боль заработала. Но уверена на сто процентов, что Жаров не врёт – между нами ничего не было, он не тот человек, который использует невменяемое состояние девушки, чтобы просто перепихнуться. А в моём случае ему нужно знать – я осознавала, что делала, я сдалась сама, по доброй воле, а не под действием какого-то наркотика. Да и стал бы он врать? Нет, конечно, сказал бы прямо, что трахнул меня в своей же квартире, на своей же кровати, и туда я пришла сама. Нет, он говорит правду.

Головная боль усиливается, а к ней добавляется слабость и тошнота, поэтому после душа я, еле передвигая ноги, добираюсь до кровати и ложусь, укутавшись в одеяло чуть ли не с головой. Когда в комнату заходит мама, первое желание – притвориться спящей, чтобы избежать вопросов о гонках, которые у неё непременно будут, поэтому я закрываю глаза в надежде, что она уйдёт, и у меня будет время до утра. Время подумать над ответами и справиться с дикой головной болью.

– Я знаю, что ты не спишь, – голос мамы звучит совсем близко. – Кир, что происходит? Почему снова гонки?

– Мам, ты всё неправильно поняла, – открываю глаза, мама стоит перед кроватью, скрестив руки на груди. – Просто Сергей обмолвился о том, что едет посмотреть гонки, а Машка загорелась, ну хотелось ей, не видела ни разу.

– Маша?

– Ну да, Селиванова, моя одногруппница, – переворачиваюсь на спину, пытаясь лечь поудобнее. – Ты видела её как-то в торговом центре.

– И вы поехали? – мама осторожно садится на край кровати.

– Ну она попросила меня составить ей компанию, – прикрываю глаза, не в силах смотреть на маму.

Боже, ну куда меня несёт? Ненавижу врать, но и сказать правду не могу, да маму инфаркт стукнет, если она узнает всё. А я не хочу делать ей больно, не хочу, чтобы её снова захлестнули воспоминания, она только-только начала новую жизнь и счастлива наконец после стольких лет горя и одиночества.

– А дальше? – тон мамы не оставляет сомнений, что рассказать я должна всё.

– Ну мы съездили, посмотрели пару заездов, – потираю виски кончиками пальцев. – Потом она предложила у неё переночевать, мы давно не виделись. А сегодня я Сергея попросила заехать и отвезти меня домой. Плохо себя чувствую, голова болит и слабость, наверное, простыла. А Машка хотела ещё раз побывать, но Сергей сказал, что мне лучше остаться дома. Вот, собственно, и всё.

– Нужно измерить температуру, – мама берёт с тумбочки у кровати градусник и протягивает мне. – Кир, я ведь просила тебя…

– Мам, прости, – шёпотом произношу, накрывая её ладонь своей. – Больше не поеду.

– Спасибо, – тихо проговаривает она и, встав с кровати, подбирает сброшенные мною наспех вещи.

Когда электронный градусник издаёт тихий писк, мама молча подходит ко мне и забирает его, хмурясь.

– Небольшая температура, – кладёт его обратно на тумбочку и идёт к двери. – Сейчас принесу горячего чаю с лимоном.

Мама заставляет меня выпить весь чай, гладит по голове и целует совсем как в детстве, когда я болела, вызывая у меня улыбку, и, велев отдыхать, выходит из комнаты.

Я тут же беру телефон и набираю номер Артёма. После пары гудков слышу взволнованное:

– Кира! Ты как? С тобой всё в порядке?

– Тём, всё нормально, – спешу успокоить его, представляя, как он переживал за меня. Я бы в подобной ситуации тоже с ума сходила, не зная, как он и что с ним.

– Ты куда пропала? Что вообще произошло? – его голос кажется мне каким-то странным… если бы я разговаривала с подругой, предположила бы, что та долго рыдала, а потом закинула в себя минимум бутылку красного полусладкого.

– Тём, – осторожно начинаю. – А ты где сейчас?

– В баре… да неважно, – слышу глухой стук.

Всё ясно.

– Тём, я дома, со мной всё в порядке, правда, – спешу успокоить друга, пока он не нализался и не натворил чего-нибудь. – Меня Жаров вчера домой отвёз…

– Сергей? – удивлённым тоном переспрашивает. – Рассказывай всё.

И я рассказываю. Абсолютно всё, без утайки, даже и не подумав умолчать о чём-то, потому что знаю – Артём настоящий друг и даже если осудит, оскорблять или стебаться не будет никогда.

– И утром он привёз меня домой, – заканчиваю свой рассказ, и в трубке воцаряется тишина. – Тём?

– Кирюх, прости меня, – слышу судорожный вздох. – Прости, пожалуйста, это я виноват во всём.

– Прекрати чушь нести! – меня бесит, что он перекладывает вину на себя. – Ты-то причём тут? Это ты план Алиева разработал? Или специально оставил меня одну?

– Нет, конечно, – тихо звучит в трубке. – Но я повёлся на чёртов звонок. И прежде, чем уехать, должен был отправить тебя домой, но я подумал, что там Андрей с пацанами, что ты к ним присоединишься. И даже предположить не мог… Прости.

– Я тебя ни в чём не виню, – жёстким тоном по слогам проговариваю. – Всё обошлось, и давай больше не возвращаться к этой теме.

– Хорошо.

– И хватит уже бухать! – прикрикиваю на него. – Ты гонщик, а не алкаш, так что бери себя в руки и домой. Проспись. У нас впереди ещё несколько гонок. Скоро конец сезона, а я не собрала ещё нужную сумму.

– Я понял, Кир, – язык уже его не слушается, видимо, сидит он в баре уже порядком. – Всё, сейчас домой.

Мы с Тёмой прощаемся, договорившись созвониться завтра, и я откидываю голову на подушку, закрыв глаза. Головная боль немного отступила, но мои мысли занимает не Тёма и не Алиев с его дикой выходкой, не то, что могло случиться по его вине, а чёртов мажор.

Вы знаете это лёгкое покалывание, которое испытываешь, когда кто-то нравится? Когда от одной мысли о нём словно по всему телу проходится волна микроскопических иголок? Это здравый смысл покидает тело, оставляя лишь чувства и эмоции, которые захлёствают разум мощным цунами, от которого уже нет спасения. Тебя смывает этой огромной волной в сторону объекта твоих желаний, и всё. Ты тонешь в этом человеке безвозвратно.

Вот и я, кажется, пропала.

Изначально во мне кипела только ненависть к человеку, который манипулировал мной, заставлял делать что-то против моего желания. А потом…

Ненависть и страсть – самый взрывоопасный коктейль, стоит поднести к фитилю огонь, и взрыва не избежать. Только огонь уже съедает изнутри, и взрыв – лишь вопрос времени, и мне ясно, кто из нас двоих останется с пеплом вместо сердца. Меня уже ломает от желания прикоснуться к Жарову, поддаться его напору, наплевав на всё. Если бы я на сто процентов была уверена, что мажору нужны отношения, а не просто секс, что у него тоже есть ко мне хоть какие-то чувства, хоть намёк на них, я бы, даже не раздумывая, не сопротивляясь, уже поддалась своим желаниям. Особенно после того, что он для меня сделал.

И не знаю, сколько ещё я смогу держаться.

----------------------------------------------

Иии... мы подходим к переломному моменту в отношениях Киры и Сергея)))

Только вот что из этого в итоге получится.... Думаю, для моих любимых читателей это будет сюрпризом))

Спасибо ,что вы со мной ❤️

Мне было бы очень приятно увидеть ваши отклики в комментариях. Для вдохновения, которое никак не хочет возвращаться...