Трон галактики будет моим! Книга 8

Глава 7 В бой пятнистые наемники идут!

Какого черта? Нас атакуют?

— Внимание всем! — передал я широковещательный запрос. — Готовность к бою. Даю направление. Выход флота противника на более высокой орбите через десять секунд! Десять, девять…

Я не мог просчитаться. Или мог? У них не может быть больше свободных сил. Все кого они могли наскрести для космической операции мы уже видели. Или не все? Не важно. Сейчас не важно. Важно, как проекции орудийного огня моего разделенного на части флота перекрывают область их выхода из прыжка.

У меня тут достаточно кораблей чтобы вломить любому, кто ни на грянет.

Две секунды до выхода! Одна. Ни одной. Выход!

Чего блин? А это еще, что такое?

Это не походило на резервную флотилию Мастеров Никто. Это была сборная солянка того что было под рукой и берите, что нам не гоже. И Октавия подтвердила, это были корабли занесенные в Первопрестольский корабельный реестр.

Формально все четвертого класса, но… Какая-то переоборудованная из гражданского судна посудина, с пушками, но минимальной защитой, баржа с пулеметами, так сказать. Корвет, типа. Старый корабль орбитальной полиции, были когда-то на Первопрестольной и такие, на базе корветов же, но крайне беззубые. Да, а вот еще один такой же. А вот и настоящий корвет. Корвет ничо так, только экономичной серии, далеко на таком не заберешься, ему бы не уходить далеко от той же Первопрестольной или где он там базируется…

Всего четверо. Это что за непрошенное явление?

— С корветов запрос на входящее соединение, — сладко проворковала Октавия.

— Соединяй! Эй на корветах? Куда вас несет? — заорал я в едва открытом канале. — Вы совсем охренели? Вы кто такие? Чего вам здесь надо?

На экране нарисовался тот, кто это был и тот, кому тут было надо.

Ага. Так это у нас Агата Кристицина, самолично. Офигеть, вот это сюрприз! Сидит в противпергузочном кресле и мне блистательно улыбается.

А я был искренне уверен, что это она без мыла проскочила на «Принца Евгения», и её там по стенкам за гравитационных помещений во время прыжка размазало. Получается, это не она была. Зря надеялся.

— А вы что здесь делаете, сударыня? — злобно оскалившись процедил я.

— Не ждали, Ваше Высокопревосходительство? — довольно поинтересовалась эта отопительная стервочка.

Да чтоб тебя… Не ждал.

— А я последовала вашему ценному совету и собрала собственный флот, — улыбнулась мне во всю ширь Агата.

Ну охренеть теперь. Вот так и раздавай ценные указания! Следить надо за метлой-то. А то могут услышать и обратить против тебя самого. То ни одного, флота, а вот теперь два.

Ладно, выдыхай, бобер. Это враги, но не из тех, что стреляют в спину. Эти гораздо хуже, высасывают у тебя кровь, не давая тебе никогда умереть до конца, кровососы финансовые…

Хотя…

Возможно, тут кроется для меня некая возможность, скажем так.

Хм! А ведь действительно! Еще как кроется! Как овцу быком!

— Получается, вы собираетесь участвовать в боевых действиях, сударыня? — вкрадчиво поинтересовался я.

— Да вот ещё, — надменно парировала Агата. — Зачем мне это?

А придется…

Похоже, мне на халяву еще четыре корвета пожаловало! А неплохо операция начинается! Я расплылся в довольной улыбке.

— Но-но-но! — возмутилась Агата, мгновенно прищурившись. — Вы эти свои грязные мыслишки бросьте, дорогой адмирал! Я собираюсь защищать только инвестиции моих работодателей! А не то, что вы там сейчас себе надумали!

Ух ты! Считала мои намерения по умильно-маслянной роже? Да с тобой, похоже, в покер на раздевание лучше не играть!

Ну да, куда ты теперь денешься-то, с подводной лодки.

— Ну, что вы, Агатушка, драгоценная вы моя, — ласково проворковал я, словно успокаивал нервную пугливую лошадку, — Я очень рад вас тут видеть, примем со всем гостеприимством, свойственным нам флотским, прошу к нашему шалашу, и вообще…

Мы тут мы еще посмотрим, кто из кого в итоге больше крови высосет…

— Получите маршрутное предписание, сударыня, — произнес я. — Октавия, проследи. Выделяем вам орбиты, безопасные для ваших кораблей, их и придерживайтесь. Не хотелось бы в неразберихе расстрелять с перепугу такую славную компанию. Дружественный огонь, знаете ли, вполне возможен.

— А вас можно напугать до такой степени? — прищурилась Агата.

Ну вот чего она? Ну, напугала же вот, пяти минут еще не прошло. И я конечно не пугливый, но нервный, знаете ли, сначала стреляю, потом придумываю за что…

— Очаровать меня совершенно точно можно, — усмехнулся я. — Жду вас на мой адмиральский обед на борту моего нового флагмана, в любое удобное вам время.

— А что, так можно было? — пробормотал позади меня впечатленный Батый.

А то. Уметь подкатывать со всей изящной напористостью линкора — это старое тайное флотское искусство. Перенимай, вольный сын степей, пока есть возможность, из первых, моих, рук.

— Я подумаю, — отрезала Агата, и прервала связь.

Я довольно откинулся в кресле и проговорил:

— Ну, подумай, подумай…

Ладно, нервный был момент, но я с ним разобрался. Корабли Агаты (кстати, какие, однако, богатые, но прижимистые буратино стоят у неё за спиной!) покорно заняли предписанные им позиции, растянувшись по эллипсу с разницей в четверть окружности. Как раз на такой орбите, где мимо них ни одна вражина, что будет целится клюнуть нам в темечко, пока мы возимся с планетой, мимо не пройдет. В любом случае, они сцепятся и выгадают мне время на ответный маневр. Уже хорошо. Мелочь, а душа радуется. Не вижу ничего плохого в том, что госпожа страховщица немного подстрахует и меня со своим Страховым Флотом.

— Ну, что, практиканты? — довольный я развернулся к студентам занимающим пустующие кресла резервных офицеров в глубине командного пункта. — Не надейтесь, я о вас не забыл! Продолжим!

Единый студенческий стон был мне ответом, на что я только рассмеялся. Да, детки, это вам не учеба, это уже служба. А служба никакого другого времени не оставляет, только скупо выделяет крохотную пайку на личные занятия.

А вы у меня будете учиться, учиться и еще раз учиться. Все как я вам лично завещал еще в прошлый раз.

— Ну так что? Ваши предложения, господа практиканты? — осведомился я. — Что будем делать дальше?

— У вас же есть план? — осторожно осведомился Ваня. — Или тут вы тоже импровизируйте?

— Конечно есть, — согласился я. — Все импровизации тщательно запланированы. Но я хочу знать, что вы предложите.

Практиканты, вижу, не на шутку задумались.

— Давайте, ребятки, — подбодрил я их. — Это не экзамен, набрасывайте идеи. Вас за это не расстреляют.

— Может быть, сканирование поверхности? — задумчиво произнес Ваня. — Составление актуальной географической карты планеты?

А он неплох этот Ваня. Молодец.

— Уже делается, — довольно сообщил я, включая режим обновления голографической карты планеты в реальный режим. — И делалось ещё до прибытия флота.

— Каким образом — до прибытия?

Я прищурился. Многим уже было известно, что у меня есть навык гиперброска, но озвучивать я это не хотел. Пусть это будет для них технической головоломкой.

— Наши корабли и заброшенные заранее спутники непрерывно собирают актуальную информацию и скидывают её нам в аналитические центры. География, урбанистика, инфраструктура, стратегические и тактические данные по перемещению планетарных вооруженных сил Мастеров Никто. Но мысль верная, неплохо, Иван. Что-то ещё?

Батый нахмурился и выдал:

— Разведка боем?

— Рано, — не стал совсем уж обламывать я обладателя заслуженного имени. — Но дойдет и до неё. Потом. Позже.

— Организация блокады и перехват всех судов, пытающихся покинуть планету, — блеснул накопленными знаниями Раевский.

— Хорошо. Но уже сделано, — коротко ответил я. — Ещё? Ну же? Есть идеи? Нет? Ладно. Я так скажу. Установление контакта с противником.

— Чего? — удивился вслух Батый. — Зачем это?

— Затем, что война кончится, — ответил я. — И нам нужно будет убедиться, что на той стороне действительно поняли, что они проиграли.

— Так нам, что? Их ещё и убеждать придется? — нахмурился Битый. — Да поставить всех к тележному колесу — и всех дел! Убеждать их ещё…

— История знает примеры, когда разнузданный геноцид не оказывал ожидаемого воздействия, — усмехнулся я в ответ. — И даже вовсе наоборот. Мы воюем с одной из старейших бандитско-пиратских франшиз в галактике, у них огромный опыт партизанской войны. И из всех «Мастеров Никто» местная ячейка одна из крупнейших, и одна из самых радикальных и непримиримых. Хотя они умеют договариваться с дворянскими флотами, когда это требуется. В любом случае, такой канал полезен, и мы его как раз устанавливаем.

Батыя я, судя по всему, вовсе не убедил, ну да я не собирался. Кто хочет, учится, кто не хочет, в того и не вобьешь.

«Как там Криоангел?» — молча поинтересовался я через внутренний экран у Октавии.

Очень мне интересно, как поживает формальный военный и политический глава этой планеты, с которым мы не так давно натурально чай у самовара пили… Я уже знал по данным разведки, что именно он прибыл сюда ещё месяц назад. Ещё до нашего решения о захвате Войпеля. И даже на повышение пошёл — то ли путём выборов, то ли путём дуэли сместил прошлого планетарного бригадного генерала. Всю планету под себя подмял и принялся наводить здесь свои порядки, гайки закручивать и флоты собирать. Как мысли мои прочитал, знал, что мы ещё встретимся.

«Генерал Криоангел не отвечает», — сообщила наконец Октавия, ещ раз проверив свои запросы на соединение. — «Возможно, занят».

Да уж, наверняка он сейчас очень занят. Не думаю, что он командовал встретившей нас эскадрой, не его это стиль. Но то, что времени он сейчас не теряет, я уверен. Стоит и мне не тянуть, и переходить к третьей фазе развертывания.

Как раз с «Принца Евгения» на «Прозерпину» перешли пятнистые наемники Килла, во главе с Максом, живым и здоровым, ну, как всегда. Он как раз их построил на причальной палубе, а я оставив студентов еще поразмышлять об управлении операцией, пошел наемников встречать. Ну, что красавцы, пятнистые — все как обычно. Замыкал строй Андрон, лично вытащивший Макса из развалин на носу «Евгения».

— Докладывай, Макс, — разрешил я.

— Бойцы к бою готовы, — Макс, похоже, был в них совершенно уверен. Это хорошо. Это обнадеживает. Отлично, значит можем приступать.

Но, прежде чем отправить наемников в бой, я перед ними выступил со словами ободрения. Люди заслужили пару напутственных слов перед боем, хотя бы потому, что работают на меня.

— Господа, — откашлявшись начал я. — Я уверен, что вижу перед собой один из двух лучших отрядов в радиусе десяти световых лет. Я вижу мужественных бойцов, отважных людей, цвет человечества, готовых на всё ради самих себя и восхищен вами. Я знаю, что вас мучает проклятая неопределенность, кто же? Кто же на самом лучше всех? Они или мы? И это действительно важнейший вопрос! Враг — это ничто, враг это прах под ногами ваших десантных ботинок! Ваш главный соперник, это они! Черные Тигры!

— Да-а-а! — внезапно заорали не на шутку воодушевленные наемники.

Вот блин! А я думал они уловили заложенный в мою речь сарказм.

— И сегодня вы докажете в честном и рабочем соревновании, который из ваших отрядов достоин звания лучшего… и дополнительной денежной премии от меня лично, — добавил я несколько расстроенно.

Очень выбивает из колеи знаете ли, когда публика не на одной волне и не понимает вашего искромётного стэндапа.

— Да здравствует адмирал Иванов! — заорали наемники и, кажется, вполне искренне. Мда.

Впрочем почему и нет? Деньги для этих ребят главное, а я их им пообещал.

Примерно такой же митинг только что устроил их конкурентам Галлахад, на борту «Песца». Там тоже были готовы рвать метать и завоевывать первенство. Пожалуй, и неплохо получилось с этими конкурентными группами. Обещают выложиться по полной. Ну, что ж, посмотрим. Отряд «Леопардов Килла» по команде повернулся и зашагал на погрузку в десантные челноки. Блин, так я их в более приличный цвет их доспехи не перекрасил. Ладно, и так сойдет, пойдут в бой, как есть.

Отряд погрузился в челноки, трапы поднялись, Макс дал знать, что готов к вылету и мы вылет ему разрешили.

Вслед за челноком с палубы в звездное небо за прикрытым силовым пологом створом палубы, ушли, похожие на дротики, полуатмосферные космопланы прикрытия. Они обеспечат высадку десанта на Второй экваториальный орбитальный лифт.

Когда я вернулся в свое кресло в командном пункте, красные отметки челнока с десантом и космопланов уже почти достигли отметки лифта на голографическом глобусе планеты. Практиканты столпились у меня за спиной, возбужденно обсуждая происходящее.

Вот так мы приступили наперегонки к захвату экваториальных лифтов Войпеля силами конкурирующих отрядов наемников.

Флот был наготове внести в атаку свой весомый вклад.

Оставался неясным один весьма животрепещущий вопрос. Криоангел будет защищать лифт или взорвет его по всей длинне к чертям собачьим? Чтоб не достался никому… Я бы взорвал. Устроил бы как минимум кольцевой взрыв из десятка ядерных фугасов. Ствол может и не разорвет но тряхнет от души. Но дистанционный инфраструктурный анализ конструкций обоих лифтов не подтверждает, что подготовка к такой акции вообще велась. А всё остальное лифты должны выдержать.

Космопланы прикрытия пошли на облет лифтов, с целью вызвать огонь на себя.

Ну, сейчас начнется…

Ну, да. И началось. С лифта начали палить квадробластерные зенитки, и пулять лазерные спарки для хаотичной резки по площадям, вообще-то предназначенные для уничтожения орбитального мусора, угрожающего суборбитальной конструкции. И малые противоторпеды пошли, весьма жиденькие. Потому прям с ходу сжечь косопомпланы они не успевали, те вращались, меняли курс, и вели ответный огонь. «Прозерпина» малость вздрогнула, когда ее противоракетные батареи начали вносить свой вклад в атаку.

Прямо главными орудиями садить по лифту я не стал, я-то не хотел его разносить в хлам. Я хотел его захватить. Поэтому огневые точки на лифте подавлялись орудиями меньшей мощности, по лифту активно прилетало с моих кораблей, движущихся синхронно с более высокой орбиты, и на поверхности конструкции вспыхивали и гасли облака раскаленного газа, выбрасывая кучи обломков в космос.

Я внимательно следил за всеми аспектами столкновения. Ничего выходящего за рамки, всё идет как должно, почти как по учебнику, параграф «Штурмовые действия в орбитально-лифтовых конструкциях». Никаких неожиданностей. Но для того, чтобы их реально не произошло, я здесь и нахожусь, наготове к любому развитию событий.

Через пятнадцать минут маневрирования под зенитным огнем, челноки начали выбрасывать первые группы наемников на оболочку верхней станции Второго экваториального лифта.

С «Песца» и сопровождавших его «Клото» и «Лахезис», параллельно на отдельные экраны шла примерно такого же рода информация, но там вместо космопланов использовались строительные дроны, вызвавшие и принявшие огонь зениток на себя. «Песецъ», злобно ругаясь сквозь несуществующие зубы, щелкал по вскрытым огневым точкам хирургическими выстрелами слабосильных противоракетных бластеров. «Сироты Войны» его поддерживали с других ракурсов.

И это, конечно, не то, чем старик «Песець» хотел бы заниматься. Ему больше нравилось всаживать единомоментный залп из всех своих орудий противнику прямо в бочину, чтоб, значит, гарантированно в клочья, чтоб его наизнанку выворачивало. Но старик терпел и занимался точечным подавлением батарей противника, сохраняя конструкцию лифта в основном неповрежденной. И терпел редкие попадания долетевших малых торпед в бронещит, словно слон — комариные укусы.

На пятнадцатой минуте «Леопарды Килла» захватили помещения управления верхней станцией лифта. «Черные Тигры Манджаро» повторили их успех через пять минут. Я позаботился, чтобы состав обоих отрядов получил эти данные.

Темп развития операции тут же ускорился. И за свои силы на лифтах я не опасался, если бы Криоангел мог или хотел их разрушить, уже разрушил бы. Значит, не успел подготовиться, это все последствия нашего стремительного прибытия в систему — не оказалось времени для организации действительно впечатляющих сюрпризов.

Тем временем, соревнование непримиримых соперников шло полным ходом.

Через час наемники Килла с боем захватили всю верхнюю станцию лифта и первыми начали спуск вниз вдоль лифтового ствола. Пользоваться самим лифтом в такой ситуации самоубийство. Макс сообщил, что вот кабины лифтов как раз оказались заминированы, и сейчас с этим разбираются наши саперы.

Наемники обоих отрядов спускались по внешним конструкциям лифтов от промежуточной станции до станции, захватывая их наперегонки одну за другой. Практиканты у меня за спиной делали ставки и передавали друг другу выигранные-проигранные ставки. Заняться, им явно было больше нечем, а мне нагружать их было некогда. Всё потом. Чем бы дитя не тешилось — лишь бы под локоть руку родителя с пистолетом не толкало…

Занимавшие лифт силы «Мастеров Никто» и их обслуживающий персонал откатывались вниз под непрерывным нажимом наемников.

Через двенадцать часов «Чёрные Тигры Манджаро» первыми прошли все сто километров лифтового ствола и ворвались в заранее обесточенный точными ударами ракет вокзал под оконечностью лифтового стволом уже на поверхности.

Флот начал работать по их целеуказанию, подавляя огнем с орбиты узлы сопротивления в подлифтовых городах.

Я начал отправлять на оба лифта отряды герберского дворянского ополчения, чтобы закрепить успех и расширить зону контроля под лифтами.

Итак, наземное сражение за Войпель началось.