Ты будешь наказана

Глава 49

— Перестань, — Арчи хватает меня за руку, и пытается остановить. Чтобы мои руки не превратились в кровавое месиво. А я их уже не чувствую.

— Уйди, — вырываю запястье.

— Ты сам мне позвонил.

— Я не помню.

Мне пора пить таблетки для памяти.

Или бухнуть, чтобы прийти в себя.

Я не помню, как позвонил Арчи. Как погрузил Владу в машину. Привёз в ближайшую больницу. Благо, она была недалеко. Хоть в этом мне повезло.

Но за каких-то ничтожных двадцать минут могло произойти всё, что угодно.

И пока она в реанимации.

Врач сразу дал неутешительный результат. Шанс, что она очнётся — один к ста.

Услышал это — бить стену начал. А тут брат приехал. Чтобы глаза мои его не видели.

Один побыть хочу. Но я, сука, противоречивый. Сам его позвал. Побоялся, что убью их всех. От обычных прохожих, до врачей. А того сосунка, что сейчас везут в подвал моего дома — тем более.

И сейчас брат останавливает меня.

— Хорош.

Редко вижу Арчи таким. Заботливым.

Поворачиваюсь в его сторону.

— Как думаешь, если бы безумие и помешательство всей твоей жизни сейчас умирала, как бы ты себя чувствовал?

Я уже брежу! Говорю эти слова!

— Ты про любовь что ли? — усмехается. — Без понятия, о чём ты. Твои страдания не разделяю, но могу дать тебе один дельный совет. Который тебе наверняка поможет.

Голубые глаза блестят в бесноватом огоньке.

— Порой нужно спать, — изрекает.

— Что?

Пятерня оказывается у меня на затылке. Резкий рывок вперёд и башку простреливает боль.

Вот такой подлянки я от собственного брата точно не ожидал.

И того, что этот удар меня подкосит.

И кажется, вырубит.

По-другому не могу объяснить почему сознание заволакивается чёрной плотной дымкой, а я вырубаюсь в два счёта.

Ну, сукины сын, ты у меня ещё ответишь.

****

Я разлепляю глаза и хватаюсь за голову. В висках пульсирует, во рту сухо, а я проклинаю Арчи за то, что он сделал.

Малолетний гандон.

Встаю, морщусь, и обещаю его убить. За его долбаный совет.

Поспать? Вот так вот он решил уложить меня поспать? А где одеяло? Подушка? И… Влада.

Я раскрываю глаза и вижу пустую палату. В окне — светло. Судя по солнцу и щебетанию птиц — уже утро.

Я что, проспал всю ночь?

Вскакиваю с кушетки и бегу на выход. Несмотря на трещащую башку. Раскрываю двери, выбегаю в коридор и первым делом замечаю Арчи. Стоит ублюдок и ест мороженое.

Видит меня, поднимает руки, сдаваясь.

А я подлетаю к нему.

Хватаюсь за ворот рубашки.

— Ты, малолетний шкет, охренел вообще??

— Тише-тише, — успокаивает.

— Какой нах тише?? — опять кричу.

— Мог бы и спасибо сказать, — недовольно хватает меня за запястье.

— За то, что брата родного ударил? — жаль он уже давно вышел из того возраста, когда его можно лупить по жопе.

— За то, что я не дал тебе мучиться эти десять часов. Тебе что, не интересно как всё прошло?

Бля. Я так был зол на Арчи, что не подумал о самом главном. Словно из головы вылетело. Мозг отказываться принимать тот факт, что Влады может не быть.

— Она жива?

Так и хочется добавить, что ответ «нет» не принимается.

— Жива, — довольная улыбка растекается по суровому лицу. — Всю ночь реанимировали. Но сердце быстро завели. Ты вовремя успел. Ещё несколько минут и …

Я облегчённо выдыхаю

Не слушаю его дальше. Мне уже ничего не важно.

Сажусь на лавочку в коридоре и дышу. Словно всё это время этого не делал. А лёгкие были забиты дымом. И вот сейчас там прояснилось. Я почувствовал свежий воздух. Жизнь.

— Она в порядке, бро. Состояние хреновое, но жить будет. Да вообще все жить будут. Не интересно как доберманы твои? Лечатся. Викинг уже самочку одну оприходовал случайно в ветеринарке.

Он смеётся, а мне пофиг. Я люблю своих собак. Но Владу сильнее.

Запускаю сейчас пальцы в волосы и готов даже пустить скупую слезу.

Но нахрена рыдать, если всё замечательно? Будет.

Обязательно всё будет.

— Слышь, — а пока обращаюсь к брату. К Владе меня пока-что не пустят. Хотя запреты мне никакие не помешают, сам не хочу идти. Увидев её в таком состоянии, точно убью кого-нибудь. Лучше дать ей отдохнуть. Поднабраться сил.

— Мороженое мне купи, — прошу брата. Хоть чем-то порадую себя сегодня. Помимо того, что убью парочку человек.

Проходит день. Второй. Третий.

Я всё ещё не суюсь к Королёвой. Я, человек, что не дружит с головой и что лезет всегда в самое пекло — боюсь. Банально боюсь увидеть её в таком состоянии. Увидеть в её глазах осуждение. Что не смог защитить.

Знал бы, что так произойдёт…

Нет, я всё равно не бросил бы ни Лайку, ни своих доберманов.

Не знаю. Может быть, оставил бы больше охраны. Хотя трое и так погибли в пожаре. Узнал, что перед тем как поджечь, мелкий сукин сын отрубил их. Усыпил газом.

Да и не один он был. Втроём. Только двое убежали, а он остался. Услышал звук машины и спрятался как крыса.

Жалко немного. Лёша, что на охране стоял — умер. Как и Ваня. Придётся новых искать проверенных ребят. У меня много таких в подчинении, но я не доверял им так, как этим двум.

— Ты так и будешь сидеть здесь? — Арчи спрашивает этот вопрос уже в четвёртый раз за последние трое или четверо суток.

— А с каких пор ты сюда ходишь? — выгибаю бровь. Я-то ладно. Прихожу, караулю. Мне просто легче тут, знать, что она за стеной дышит. А этот говнюк что тут забыл? — Беспокоишься?

Потираю ладони в бинтах и усмехаюсь.

Разбил себе немного кулаки, когда бил об стену.

— Делать мне нехрен? — морщится. — Медсестричка тут одна есть. С огромными сиськами.

Я улыбаюсь.

Пусть дальше ищет себе оправдания.

— Она о тебе вчера спрашивала, — внезапно говорит. Сразу понимаю о ком он.

Даа, моя малышка очнулась. Как врач говорит — чувствует себя плохо. Сейчас за здоровьем следят. Здесь как минимум две-три недели лежать. Но домой забирать её не буду. Хрен знает, что случится, пусть тут полежит.

— И что? — почему я, блять, волнуюсь, как школьник у доски?

— Сказала, что ещё один день, и она обидится.

Я вновь улыбаюсь. Невольно.

Ну, сучка же. Моя.

Поэтому встаю со скамьи.

Потягиваюсь.

— Решился сходить к Церберу? — подтрунивает брат.

— Ага, — делаю шаг вперёд. И иду в свой маленький ад, который мне так приятен. И где меня ждёт маленький чертёнок, что вновь, даже в таком состоянии умудряется мной манипулировать.