Ты будешь наказана

Глава 50

Я захожу в палату как на иголках.

Сразу замечаю её. Бледную, осунувшуюся, но ничуть не испортившуюся. Всё равно прекрасна даже так. С кругами под глазами, капельницами в руках.

На меня не смотрит.

А я специально хлопаю дверьми громче. Но не сильно, чтобы не тревожить её.

И всё равно не обращает на меня никакого внимания.

Только демонстративно поднимает гордо подбородок.

Обиделась.

Я улыбаюсь. Любит устраивать концерты.

Подхожу к её кровати, опускаюсь рядом на стул.

Смотрю вниз.

Взгляд приковывается к забинтованной руке. Та самая, простреленная. Не тревожу её, прикасаюсь пальцами к здоровой ладони. И опять же, аккуратно, боясь причинить ей боль.

Мало ли, у неё она тоже болит?

— Явился? — в ней просыпается стерва. — Или потерялся по пути?

Виноват. Я к ней три или четыре дня не заходил.

— Искал тебе подарок, — признаюсь.

Она поворачивает ко мне голову.

— И где он? — осматривает меня прищуренными глазами.

— Дома тебя ждёт.

И я ведь не вру. Он правда ждёт дома. Я купил ей котёнка. Пушистого и белого. Голубоглазого. Она недавно опомнилась немного о нём. Ну, собак ей видимо хватает.

— Ты меня обманываешь, — выпаливает. — Докажи.

Я улыбаюсь.

Обвиваю её пальцы сильнее.

— Ты мне не веришь?

Ну, сука, если сейчас не выйдет — придётся что-то думать ещё.

— Верю, — она тут же расплывается в улыбке. Сколько же ей надо минут, чтобы она меня простила! — Почему ты не приходил?

Заглядываю в её карие глаза, и соврать даже не могу.

— Чтобы не мешать восстанавливаться. Вдруг тебе со мной не комфортно. И вообще ты по моей вине…

— Арс! — резко вскликивает и тут же хватается на живот. Я вскакиваю со своего места и тянусь к кнопке вызова врача. — Стой.

Зависаю в воздухе.

— Всё нормально, сядь, — останавливает. — Просто не беси меня.

Я сжимаю зубы.

Я её люблю, но ненавижу, когда мной помыкают. Но держусь. Так, Арс, ты её ведь не перевернёшь, по жопе не отшлёпаешь. Больная она. Терпи. Потом всё из неё выбьешь. И дух, и оргазмы и всё остальное.

— Ты придурок, Арсанов, — прикрывает глаза и расслабляется. — Когда я очнулась, я в первую очередь хотела увидеть тебя. А не Арчи.

Она морщится.

— Знаешь, о чём я думала, когда мне этот придурок в живот стрелял? — насупившись, бубнит. — О тебе. Я так боялась, что ты не выбрался.

Она всхлипывает.

— А ты даже не пришёл. Знаешь, что я подумала? Что Арчи специально говорил, что ты жив, чтобы я не расстраивалась.

Вот об этом я не подумал.

Вообще рядом с ней мозги отключаются.

— Виноват, — даже спорить не буду. — Замолю все свои грехи.

— Да неважно, — взмахивает головой. — Я тебя увидеть хотела, а ты…

Всхлипывает и отворачивается.

— Но я рада, что ты хотя бы жив, — трёт глаза пальцами. — Я так перепугалась за тебя! Ты, больной придурок! Хотя бы предупредил, что сиганёшь в горящий дом! И вообще! Они в порядке?

Она тут же из обидчивой девочки превращается в обеспокоенную.

— Живы все, — про то, что состояние у них сейчас не очень — молчу. Зачем только нервировать? Хотя не всё так плохо. Только у Лайки проблемы. — Всё позади, попка. Можешь больше не бояться, больше тебя никто не тронет. Только если я.

Она поднимает на меня заплаканные глаза.

— Но чисто в целях удовольствия и ласки! — поднимаю руки вверх, сдаваясь и так и не отпуская её ладошку. — Может, в качестве наказания…

Она ойкает.

— Ну, всё, не порть момент, — пытается улизнуть. А я сильнее сжимаю её пальцы. Глажу по коленке второй рукой. — Просто посидим, помолчим. А потом ты расскажешь мне, что случилось с Владом.

Кривлюсь в этот раз я.

Встаю со своего места. Отпускаю её ладонь, наклоняюсь и целую в уголок глаз, сливая солёные слёзы.

— Спать, — приказываю. — Тебе надо больше отдыхать и набираться сил. Потому что как только ты выйдешь отсюда — я собираюсь оставить тебя без сил.

Даже в таком состоянии я хочу её до боли в яйцах.

— Поспишь и я приду, — обещаю ей. Отстраняюсь и иду на выход. Мне котёнка покормить надо. Этот говнюк мелкий с пипетки пока жрёт. Купил на свою голову совсем кроху. А пока Владу не дождётся — я о нём забочусь.

Поэтому иду на выход.

Открываю двери и перед тем как выйти, неосознанно выпаливаю:

— Отдыхай. Люблю тебя.

Влада. Спустя несколько недель

Выбегаю на улицу и аккуратно кружусь. Свобода! Никакой клиники! Никакого запаха, капельниц. Только боль в животе и ладони. Но болит теперь не так сильно.

Этот почти что месяц дался мне трудно.

Очень. А всё дело в мыслях.

И нет дело не в раздумьях: люблю я Эмиля или нет.

Как я и сказала, перед тем как чуть не сдохла от рук подонка — для меня существует только тот Арс, который был пять лет назад и сейчас, после восстановления памяти.

А так, как мои чувства были к нему крепки всё это время… Сейчас они стали ещё крепче.

— Аккуратней, — шипит Майя. — Ты сейчас упадёшь, и Арсанов опять с ума сойдёт.

Я улыбаюсь.

Эмиль ждёт меня в машине. И пока его нет рядом — я болтаю с подругой.

Я рассказала ей, что мы с Арсановым, ну… В отношениях. Да, обиделась, что Дана узнала об этом первая. Как можно было отказать девушке, что только родила двух прелестных мальчиков?

И она, в отличие от Золотовой, точнее, уже Алиевой, не испугалась. А вот Майя… Пришла в ужас. Понарассказывала столько страшных о нём вещей, на что я только улыбнулась.

Стоило ли ей говорить, что когда я узнала о состоянии Влада, я сказала Эмилю убить его? Вот и я не стала. Неженка Майя не выдержала бы. А она беременна. Ей волноваться нельзя. Девочку хочет. Пока непонятно кто там, но… Я держу за неё скрещенные пальчики.

Вот что за жуть! Все вокруг беременные, с ляльками и замужние!

Только одна я, как розовая овца!

Хотя детей я пока что не очень хочу. На данный момент. Но очень хочу пропасть в процессе их создания.

Секса я хочу. Месяц не было!

А удержаться наедине с Арсановым, когда в последние дни перед выпиской он лез ко мне в трусики…

Да он просто тиран!

Но мне пока что нельзя. Чтобы шов уж точно не разошёлся.

А пока всё у всех прекрасно.

Только от Вики в последнее время мало сообщений. Надо бы узнать, что у неё случилось. Встретимся, пожалуй, на недельке!

А пока…

Я оборачиваюсь.

— Не сойдёт, — довольно проговариваю, когда вижу машину Арсанова. Он стоит у авто, а в салоне сидит Артур. Но если до второго мне нет никакого дела, то до первого… Я лечу к нему на всех порах.

А он только закатывает глаза.

Дожидается, пока дойду до него и обнимает.

Он не любит сюси-пуси на виду. А мне очень нравится! И я злю его специально. Знаю, что ничего не сделает мне.

Зарываюсь носом в его грудь и сильнее обнимаю.

— Я скучала, — произношу честно.

— Мы не виделись два часа, — обвивает талию. — Когда успела?

Я поднимаю на него взгляд. Заглядываю в его карие омуты и расплываюсь в улыбке

— А вот успела, — встаю на носочки и целую его в губы.

Отстраняюсь, но не успеваю сделать это так, насколько хочу.

Арсанов нападает следом. Врезается в мои губы и показывает то, насколько он сейчас голоден. А я отвечаю. Как никогда раньше. Потому что… Люблю.