Вена: история города

Глава седьмая 60 000 квадратных метров — поле культуры

Музей Леопольда, конечно, лишь часть культурного комплекса, который хоть и является в некотором смысле единственным в Европе, тем не менее уже с момента проектирования расколол общественное мнение горожан на два лагеря. Более 25 лет венцы обсуждали, должен ли существовать музейный квартал или нет, и если да, то как именно. К единому мнению не пришли даже ко времени открытия, но прошли годы, музейный квартал потихоньку обживался, и все хорошее, что здесь происходило, говорило само за себя. Конечно, местный патриотизм также сыграл свою роль: Вена с ее полутора миллионами жителей теперь относится к десятке крупнейших мировых культурных центров. Музейный квартал получил даже прозвище «Муква» (MQ), а если в просторном внутреннем дворе проводится фестиваль, то приток масс гарантирован.

Причиной споров и сомнений послужила та же уникальность комплекса, за которую не устают его хвалить, а именно — то, что квартал объединяет в себе старинную архитектуру и новые строительные решения. Нетрудно найти множество примеров того, как во многих городах средневековые церкви прячутся среди небоскребов и уже в центре многих старинных музеев встроены современные помещения, чтобы обеспечить надлежащий уровень технологического обслуживания хранилища. А вот в «Муква» все иначе. Здесь старое и новое объединены функционально. И в построенных в XVIII веке по проекту Фишера фон Эрлаха барочных зданиях оборудованы культурные учреждения так же, как и в прилегающих домах, — и таким образом возникло совершенно особенное единство.

Вытянувшийся на 370 метров желтый, как дворец Шенбрунн, фасад императорских конюшен скрывает совсем не то, что ожидает посетитель, когда входит через великолепные ворота и попадает в просторный внутренний двор. Когда приходишь сюда в первый раз, то невозможно сдержать своего разочарования при виде двух неуклюжих кубических построек по углам, абсолютно не гармонирующих с изящным зданием в стиле барокко. И трудно решить, какое из двух сооружений выглядит более вызывающе: мрачный темный базальтовый куб кажется чем-то вроде крепости, войти в которую можно только по крутой боковой лестнице. В этом здании — почти не допускающем внутрь естественное освещение, как становится ясно уже по его внешнему виду — весьма плотно размещены коллекция Музея современного искусства (MUMOK) и собрание Людвига. Другое здание, Музей Леопольда, хоть и сияет снежной белизной и имеет атриум, но выглядит ничуть не лучше. Оба модернистских куба снаружи связаны лестницей с помещениями бывших императорских зимних конюшен, поскольку расположены на склоне. Перепад высот составляет 30 метров, а ведущая от Музея современного искусства лестница и кофейный дом, относящийся уже к расположенному в центре ансамбля барочному корпусу Кунстхалле, по замыслу авторов проекта призваны объединить столь стилистически разные постройки. Оба больших новых музея имеют подземные этажи, поэтому в лифтах, которых к тому же явно недостаточно, вечная путаница из-за нумерации уровней. Однако нарекания к строителям завершились переделками лишь в помещении Музея современного искусства.

Центральный корпус Кунстхалле скрывает за позднебарочным фасадом простые, ясные и чистые формы. Выставочный комплекс, ранее временно размещавшийся в желто-голубых «коробках» ИКЕА на Карлсплатц, обрел наконец свое окончательное пристанище в этих залах, которые отлично подходят для временных экспозиций. Здесь же находятся и два больших театральных зала, Е и G, вполне пригодных для профессиональных постановок, в которых всегда проходят недели Венского фестиваля, а также время от времени гастрольные спектакли. Именно в этих залах удалось спасти то из прошлого убранства, что еще подлежало восстановлению. И хотя на лестничных пролетах и переходах никто и не пытался воспроизводить барочные украшения, тем не менее они отлично сочетаются с отреставрированными интерьерами. В стенах залов кипит активная танцевальная жизнь. Они прекрасно для этого оборудованы и потому здесь работают не только лучшие представители мира танца со всего света, но и местная экспериментальная студия.

Наряду с прочим используются и два прилегающих двора бывших конюшен. Отдельное крыло отведено Венскому архитектурному центру. Его выставки, информационно-коммуникационный центр, библиотека и отнюдь не в последнюю очередь кофейня занимают немалую площадь. С архитектурной точки зрения интересно решен интерьер кафе, причем в значительной степени благодаря сохранившимся старинным фрагментам.

В другом дворе, со стороны улицы Мариахильфер, расположился Детский музей. Это совершенно особенное место, все его экспонаты интерактивны, они рассчитаны на активное сотрудничество с детьми. С одной стороны, это выставка, а с другой — скорее, творческая мастерская с продуманными пояснениями. Детский музей не принимает отдельных посетителей, сюда приходят группами по предварительной записи.

Здесь же находился и Музей табака, который когда-то открылся в маленьком дворике на улице Мариахильфер, а позднее вполне естественно присоединился к музейному кварталу. Довольно быстро выяснилось, что хотя его старинные экспонаты и рассказывали многое об истории табачного дела, а присоединение к музейному кварталу сулило обоюдную выгоду, но посетителей оказалось все же слишком мало. Быть может, отчасти потому, что все остальное в этом квартале кажется значительно более интересным. Осенью 2003 года Музей табака в конце концов тихо закрыли, потому что не нашлось охотников брать на себя все возрастающие расходы на его содержание ради 7–8 посетителей в день. К счастью, многие из его вызывающих любопытство экспонатов можно видеть и сегодня. Прежняя выставка стала частью Венского театра джунглей при Детском музее, что традиционно сопровождалось трехдневным праздником. Помещений множество, и здесь предлагаются увлекательные программы для больших и маленьких, и это разнообразит фестивальную жизнь города мероприятиями, адресованными прежде всего юным.

Но существует еще одно выставочное помещение — под названием Q21, которое предоставляет место для небольших и независимых культурных инициатив. Это место похоже на коридор, здесь располагаются музейные киоски, где продаются красивые сувениры, книги и открытки, но, кроме прочего, тут можно проводить небольшие тематические выставки и презентации. Но поскольку Q21 занимает верхний этаж, то его можно использовать еще лучше: венский общинный совет построил здесь десять квартир-мастерских, которые предоставляются на определенный срок юным художникам и стипендиатам, прошедшим строгий отбор. Q21 рассчитывает, по меньшей мере, на их работы, ведь если надежды оправдаются, то рано или поздно мастерская станет первым выставочным залом новой мировой знаменитости.

К музейному кварталу сооружен выход из станции метро. И вновь не просто так: переход на станции второй линии с улицы Мариахильфер на Бабенбергерштрассе украшен статуями, а спуск — увеличенными рисунками, чтобы пассажиры могли не только услышать, но и почувствовать, куда они попали. При подъеме и спуске изображения начинают срастаться в четыре монументальных фигуры. Скульптуры Руди Ваха — наполовину итальянца, наполовину тирольца — призваны заинтриговать всех прибывших и побудить их пойти в музейный квартал, чтобы разобраться в конце концов, о чем же, собственно, идет речь.

Музейный квартал представляет собой архитектурный ансамбль позднего барокко. Реконструкция была произведена через 280 лет после его возведения. В 1720 году Карл VI поручил архитектору Фишеру фон Эрлаху построить императорские конюшни. И гениальный зодчий, как всегда, создал нечто поистине поразительное. Правящая династия использовала помещения по прямому назначению вплоть до 1850 года, когда они оказались слишком тесными. Леопольд Майер получил заказ на расширение комплекса. И вплоть до падения монархии здесь по-прежнему размещались конюшни и манеж, который использовался зимой, поскольку находился вблизи от Хофбурга. После образования республики здание, которое с тех пор называется Мессепаласт (Дворец ярмарок), было занято под проведение торговых ярмарок и выставок. Все более ветшавшие стены видели отныне лишь книжные базары да благотворительные мероприятия, и так вплоть до первой австрийской эротической выставки.

В 1977 году стало окончательно ясно, что далее просто подновлять здание бессмысленно, и было решено создать здесь новый культурный центр. После бесконечных дебатов и протестов всей округи в 1990 году международное жюри выбрало план реконструкции — проект принадлежал известному венскому архитектурному консорциуму. Но последнее слово еще не было произнесено. По требованию венцев проект «башни-читальни» был отклонен. Эта кампанила высотой в 70 метров, где должны были разместиться библиотека и читальные залы, помимо прочего была призвана закрыть вид из Внутреннего города на несокрушимый бункер с башней для зенитных пушек, оставшийся со времен Второй мировой войны. Но венцы сочли, что достаточно с них уже одной башни, которая портит вид панорамы, открывающейся из Хофбурга, и проект отклонили. Из-за этих дебатов строители приступили к работам в музейном квартале с опозданием.

Начало строительных работ в апреле 1998 года стало памятным днем. Город и строители устроили «день разграбления» — каждый мог прийти, чтобы выломать, сломать или унести с собой все, что захочет. Три дня не иссякал поток жителей и жительниц Вены, организованно и с применением техники крушивших и уносивших арматуру, лампы, фонари, радиаторы, кто на память, кто для дальнейшего использования. Идея была отличная и оправдала себя. Казалось бы, весь старый хлам, который нельзя использовать при перестройке, надо просто выбросить. Но и здесь венцы не разочаровали: они сработали быстро, чисто и аккуратно.

Собственно строительство продвигалось сравнительно быстро и твердо по графику. Это был прекрасный пример сотрудничества федеральных и местных властей, свободного от мелочных политических игр и подчиненного одной цели: преобразить Вену. Федеральные власти оплатили 75 % стоимости всех работ, что составило 2 млрд шиллингов (145 млн евро), а общинный совет Вены — 25 %, права собственности поделили в том же соотношении. Вот только с расходами на эксплуатацию все обстоит не так гладко. Стоит вспомнить, что в последнее время в мире многое существенно изменилось и при всей ее щедрости Австрии приходится экономить даже на культуре.

Ансамбль, занимающий 60 000 квадратных метров, — лишь преддверие исторического центра Вены в расположенном выше и совершенно отличающемся 7-м районе. От двух «сапожных будок» лестница ведет вверх, и, поднявшись, вы оказываетесь в совершенно другом городском квартале. Всего несколько шагов — и вы в мире богемы. Настроение в романтических маленьких уголках, галереях, кафе, гостиницах совершенно иное, чем то, что мерещилось перед входом в музейный квартал, где в барокко особняков и дворцов Рингштрассе воплотились помпезность, сила, мощь и богатство империи. Между двумя городскими уровнями расположены шедевр позднего барокко — отреставрированные бывшие конюшни, а за старыми фасадами — современные новостройки.

Во многом собрания, представляющие те или иные стили в разных галереях, пересекаются и дополняют друг друга. Материалы коллекции Музея Леопольда логически продолжают экспозицию находящегося на другой стороне улицы Музея истории искусств, завершающуюся началом XX века. А вот собрание Музея современного искусства, существенно пополнившееся в последние десять лет под руководством венгра директора Лоранда Хедьи, вновь фокусируется на эпохе модерна, на творчестве Шиле, Климта, Кокошки. И все это дополняется современным искусством в стенах Кунстхалле и Q21.

Число посетителей значительно возрастает во время уже традиционной акции «Длинная музейная ночь»: в одну из суббот в начале лета или осени все музеи можно посетить по единому билету в течение ночи, организовываются специальные программы, работает общественный транспорт. Предлагается посмотреть абсолютно все, что вызывает хоть какой-то интерес.

На территории музейного квартала жизнь бьет ключом. Венцы приняли в свое сердце новый квартал и, похоже, хотя точно утверждать трудно, даже мрачное угловатое здание Музея современного искусства. Здесь постоянно что-то происходит: регулярно проводятся музыкальные вечера, кинопросмотры, прослушивание коллекционных записей. Даже палатки, в которых во время недели Венского фестиваля публика встречается с любимыми артистами за воротами квартала, тоже являются частью Музейного квартала. Все кофейни и кафе переполнены, и в первую очередь расположенные поблизости в 7-м районе. Недаром венцы долго возмущались, что жертвами строительства пали многие винные кабачки и пивные, столь милые и памятные их сердцам.