Во власти Скорпиона. Большая игра

Глава 8

На следующее утро ко мне приезжает баронесса Спинорогова. Я как раз завтракаю на террасе — кофе, омлет, свежий хлеб с мёдом. Солнце уже пригревает, но воздух ещё свежий.

Александра Игнатьевна выглядит бодро, хотя под глазами лёгкая тень — видно, что после всех этих светских раутов спит мало.

— Граф, доброе утро, — говорит она, садясь напротив без лишних церемоний.

Я машу рукой слуге, и через минуту перед ней появляется такая же чашка кофе.

— Рассказывайте, — говорю я, отодвигая тарелку. — Как прошло выступление?

Она улыбается, и в её глазах вспыхивает огонёк.

— По списку, ваше сиятельство. Кривошеева заарканила без проблем. Старик так и задышал тяжело, когда я намекнула на размеры возможных ставок. Голубев тоже клюнул — он, кажется, уже мысленно считает, сколько денег сможет с вас содрать. Подходили ещё несколько человек из слабых родов, спрашивали детали. В общем, слух пошёл. Ждите повышенного внимания к своей персоне.

Я киваю, это ожидаемо. Без алчности местной аристократии моя затея была бы бессмысленна.

— На этом всё или есть ещё что сказать?

Лицо Александры становится серьёзнее. Она отставляет чашку, слегка наклоняется вперёд.

— Есть один человек — барон Сипин. Подошёл ко мне почти в самом конце, когда я уже собиралась уходить. Спрашивал про игру — деликатно, осторожно, без лишних эмоций. Но интерес был… слишком уж профессиональный. Не такой, как у остальных.

— Сипин, — повторяю я. — Фамилия говорящая?

— Именно, — кивает баронесса. — Сип — падальщик. Значит, он работает в связке. Кто-то охотится, убивает, а он прилетает, когда дело уже сделано, и чистит кости.

— Вопрос — с кем он в паре? С Пересмешниковым? Или с кем-то повыше?

— К сожалению, выяснить это мне не удалось. Он очень осторожен.

Я задумываюсь, постукивая пальцами по столу. Новый игрок. Неожиданно, но в каком-то смысле логично. Если Пересмешников действует через подставных лиц, то Сипин может быть одним из них. Или же он представляет интересы кого-то ещё — Султана, может быть.

— Хорошо, — говорю я. — Спасибо за информацию. С Сипиным я разберусь сам. Если он действительно падальщик, то рано или поздно проявится рядом с добычей. Осталось только понять, кого он считает добычей.

Александра делает глоток кофе, потом смотрит на меня с лёгкой усмешкой.

— А вы, граф, не боитесь, что добычей можете оказаться вы? Мне не показалось, что он был заинтересован мной…

— Да половина Ялты жаждет превратить меня в дичь и поохотиться, — пожимаю я плечами. — Так что один падальщик погоды не сделает. Кстати, а Пересмешников сам проявил интерес?

— Нет, — качает головой баронесса. — Ни намёка. Он вообще вчера на рауте почти не светился. Но это не значит, что он не будет играть.

— Конечно, не значит, — соглашаюсь я. — Он будет играть. Но не сам. Через марионеток. Через доверенных людей, которых внесут в список, а он будет дёргать за ниточки из-за кулис.

— И что вы собираетесь с этим делать?

— Взять его в разработку, — говорю я. — Лично. Если он хочет играть, придётся показать своё «прекрасное» личико. Я заставлю его выйти из тени. Пора нам познакомиться ближе.

Александра смотрит на меня с одобрением, потом вдруг вспоминает ещё одну деталь.

— Ах да, ещё были представители торгового дома «Ворон и сыновья». Подходили, много спрашивали про игру, уточняли правила, интересовались, можно ли внести предоплату для гарантии участия… Но в итоге так и не записались. Сказали, что им нужно посовещаться.

— «Ворон и сыновья», — повторяю я. — Слышал про них. Не аристократы, но деньги серьёзные. Торгуют чем только можно — от зерна до артефактов. Имеют связи на материке. Если они войдут в игру — ставки могут вырасти в разы.

— Вы отлично осведомлены, граф, — улыбается баронесса. — Но их настороженность понятна. Они не из наших, им тут не доверяют. И они сами никому не доверяют. Деньги любят, но риски просчитывают до мелочей.

Я откидываюсь на спинку кресла, смотрю на парк за террасой. Мысли уже работают.

— Значит, нужно дать им гарантии. Или создать ситуацию, в которой им будет выгоднее играть, чем оставаться в стороне. Для этого надо знать, что им нужно. Какие у них слабые места, какие интересы, долги, тайны.

— Вы хотите шантажировать торговый дом? — уточняет Александра без особого удивления.

— Не обязательно шантажировать. Можно предложить сделку. Но для этого нужна информация. Много информации.

Я поднимаюсь из-за стола, подхожу к краю террасы. Где-то внизу, у конюшни, слышен смех — это Цыпа дразнит Иру, та гоняется за ним с метлой. Обычная утренняя суета.

— Моя помощница уже занимается сбором данных по всем, кто проявляет интерес к турниру, — говорю я, оборачиваясь к баронессе. — Дам ей задание — найти всё, что можно, про этот торговый дом. Возможные рычаги давления, слабые звенья в руководстве, финансовые потоки, связи в Крыму и за его пределами. Всё.

— А если она не найдёт? — спрашивает Александра.

— Оленька в таких вещах гений, — уверенно говорю я. — Если информации нет в открытых источниках — она найдёт тех, у кого она есть.

— Похоже, вы доверяете ей, — прищурившись, говорит баронесса.

— Считайте её моей правой рукой, — киваю. — Через неделю у меня на столе должно лежать досье, после прочтения которого я буду знать об этом торговом доме больше, чем их собственный бухгалтер. Вы тоже пробейте их по своим каналам. Это ускорит процесс.

Баронесса молча кивает. Видно, что мой подход ей импонирует.

— А что с самим турниром? — спрашивает она. — Когда планируете проводить? И где?

— Есть пара вариантов, — говорю я, не вдаваясь в детали. — А что касается даты… Думаю, через две недели, может, три. Дадим время слухам разойтись, а участникам подготовиться. Ну и нам нужно время всё подготовить, чтобы никто не мог испортить игру.

— А безопасность? — уточняет Александра. — Если будут такие игроки, как Сипин или люди Пересмешникова…

— Безопасность обеспечу, — пожимаю плечами. — Мои гвардейцы будут внутри и снаружи. Алексей будет на входе — одного его вида достаточно, чтобы охладить пыл многих. Ира будет дежурить на случай, если кто-то попытается использовать магию. Да и остальное уже продумано, остались мелочи.

Александра улыбается.

— Звучит как план. Тогда я продолжу работать. Буду подогревать интерес, кидать намёки, следить за реакцией. Особенно за Сипиным.

— Да, — соглашаюсь я. — И будьте осторожны. Если он действительно профессионал, то может заподозрить, что это всё одна большая ловушка, а не просто юный граф идёт по стопам отца-игрока.

— О, не беспокойтесь, граф, — баронесса встаёт, поправляет складки платья. — Я играю в эти игры с тех пор, как научилась ходить. И пока что всегда выходила сухой из воды.

— Надеюсь, так и останется, — говорю я ей и задумываюсь ненадолго.

Допиваю остывший кофе. Мысли крутятся вокруг предстоящего турнира.

Это должна быть не просто игра. Это должен быть спектакль, ловушка, демонстрация силы и начало новой партии в большой игре, которую я вынужден вести.

Сипин, «Ворон и сыновья», Пересмешников… Все они — фигуры на доске. И мне нужно сделать так, чтобы они двигались по моим правилам.

Я подзываю Оленьку, которая как раз идёт по двору, чтобы забрать корреспонденцию.

— Господин? — она подходит ко мне.

— Новое задание, — говорю я, глядя на неё. — Торговый дом «Ворон и сыновья». Нужно собрать про них всю возможную информацию. Финансы, связи, личные дела владельцев, долги, тайны, слабые места. Всё, что может быть использовано как рычаг. Срок — неделя. Ресурсы любые. Можешь задействовать гвардейцев, нанять сторонних агентов, использовать связи баронессы Спинороговой. Вопросы?

Оля берёт свой блокнот, быстро записывает, потом поднимает на меня свои прекрасные глазки.

— Вопросов нет, господин. Через неделю досье будет на вашем столе.

— Отлично. И ещё — подумай над оформлением зала, пока гипотетического, для турнира. Антураж, так сказать. Нужно, чтобы всё выглядело дорого, солидно, но без излишеств.

— Поняла, — кивает она и удаляется.

Утро только началось, а дел уже прибавилось. Но это хорошо. Бездействие меня убивает быстрее куда вернее, чем любые интриги.

Где-то вдалеке, над морем, кричат чайки. Вспоминаю вчерашнего краба и его зеленоглазых слуг. Ещё одна проблема, которую нужно решать. Мои ребята следят за лавкой, пляжем и прочёсывают город. Но без артефакта, который смог бы обнаружить краба — сложно.

Затем я провожаю Спинорогову к её экипажу, она ловко подбирает подол и исчезает внутри с обещанием продолжать работу. Я уже разворачиваюсь, чтобы вернуться в дом, как замечаю Фёдора. Он стоит в тени дома, переминается с ноги на ногу и сжимает в руках какой-то небольшой деревянный ящичек.

— Господин, можно вас на минуту? — говорит он, когда я приближаюсь.

— Можно, Фёдор. Что там у тебя?

Он с видимой гордостью открывает крышку ящика. Внутри, аккуратно уложенные на мягкой ткани, лежат шесть небольших устройств. Каждое — размером с монету, плоское, из тёмного металла с едва заметной гравировкой. В центре — крошечный макр.

— Следящие артефакты, как вы и просили, — поясняет Фёдор, указывая на них пальцем. — Мы сможем отслеживать направление и приблизительное расстояние.

Я беру одно устройство, поворачиваю на ладони. Оно почти невесомое.

— Неплохо, почти незаметны. Думаю, они и не поймут, что носят эти артефакты.

Фёдор нервно улыбается, потирает руки. Он явно хочет сказать что-то ещё. Ему прямо неимётся, будто в сортир в очереди стоит.

— Говори.

— Господин, я… позволил себе немного поэкспериментировать. Скажем так, усовершенствовал базовую идею.

— Так, интересно. И что они могут?

— Кроме отслеживания, они теперь способны улавливать и передавать звук! — чуть не кричит от радости Федя, но тут же понижает голос. — В радиусе нескольких метров от метки. Конечно, качество не идеальное, и магические помехи могут исказить, но общий смысл разговора будет понятен.

Я замираю, рассматривая артефакт. И в мозгу резко складывается пазл. Я и подумать не мог, что Федя окажется таким отличным слугой для нашего рода.

В очередной раз убеждаюсь, что кровь — не вода, даже если это одна капелька.

— Фёдор, — говорю я медленно, поднимая на него взгляд. — А эти штуки… Они будут работать на Изнанке?

Он моргает, на секунду задумывается, видимо, перебирая в уме технические детали.

— По идее… да. Даже лучше. Фоновая магия Изнанки стабильнее, чем в нашем мире. К тому же макры будут заряжаться автоматически. Изнанка может служить своеобразным усилителем. Сигнал должен быть чётче, помех — меньше. Но нужно будет проверить на месте, чтобы точно…

— Отлично, — перебиваю я. — Значит, так. Пленники пусть посидят ещё. На эту партию устройств у меня теперь другие виды. Сделай мне ещё столько же. Таких же, со звуком. И побыстрее.

Фёдор не спорит, лишь кивает, захлопывая ящичек.

— Понял, господин. Мне нужна пара дней, чтобы повторить результат с таким качеством. Я всё сделаю.

— Хорошо. Жду.

Отпускаю его и, не теряя темпа, направляюсь во внутренний двор. Мне нужно найти Даниила. Я знаю, что он обычно в это время тренируется.

Нахожу его в дальнем углу парка, на расчищенной площадке. Он фехтует. Вернее, не просто фехтует — он танцует с той самой змеевидной шпагой. Клинок то сжимается, то вытягивается, описывает в воздухе немыслимые кульбиты.

Ужин движется абсолютно бесшумно, его ноги скользят по траве, а тело изгибается с неестественной гибкостью. Смотрю на это пару минут и думаю, что неплохо бы взять у него пару уроков. В этом мире умение обращаться с клинком явно лишним не будет, особенно если дело дойдёт до дуэли.

Но я пришёл не за этим.

Даниил замечает меня, делает последнее, стремительное движение и замирает, клинок мгновенно складывается в компактную рукоять.

— Граф, — говорит он ровно, лишь лёгкая испарина на лбу выдаёт недавнее усилие.

— Даниил. Прерывай занятия. Готовься к вылазке.

Он даже бровью не ведёт, просто кивает.

— Когда и куда?

— Сейчас. Куда — покажу. Иди, смени одежду на ту, что потемнее и не шуршит. И возьми всё необходимое для тихой работы.

— Понял.

Через пятнадцать минут мы уже стоим с ним у портала в Изнанку. Я приказал привести Иришку. Она выглядит слегка испуганной, когда я объясняю задачу.

— Мне нужен разлом не абы куда, Ира. Хочу попасть в тень моего поместья. В ту самую, куда ты провалилась, когда мы с ректором вызволяли тебя.

— Я… я попробую, господин, — неуверенно говорит она. — Но это было давно, и я тогда не в себе была… Не уверена, что смогу точно настроиться.

— Попробуй, — говорю я мягче. — Ты справилась с более сложными вещами. Это для тебя раз плюнуть, я в этом уверен.

Ира закрывает глаза, дышит глубоко. Её руки рисуют в воздухе сложные знаки. Сначала ничего не происходит, лишь воздух начинает мерцать. Потом появляется едва заметная рябь.

Ира хмурится, губы её шевелятся беззвучно. Видно, что она напряжена.

И вдруг — щелчок, едва слышный. Рябь уплотняется, превращается в знакомую багровую поверхность.

— Получилось, — выдыхает Ира, бледнея. — Но он нестабилен. Надолго меня не хватит.

— Нам и не нужно надолго, — говорю я, проверяя подсумок на поясе, где лежат шесть устройств от Фёдора. Половину отдаю Даниилу. — Всё просто. Мы входим, расходимся, прячем эти штуки в ключевых точках особняка и на территории. Там могут быть гвардейцы Пересмешникова. Возможно, придётся драться. Но в идеале — тихо, без зрителей.

Даниил берёт метки, бегло осматривает их и прячет во внутренний карман.

— Это как раз по моей части, — говорит он без тени эмоций.

— Тогда пошли.

Проходим через портал. Знакомое чувство падения — и мы на Изнанке. Стоим в том же самом парке, напротив зеркальной копии моего дома.

Только этот особняк выглядит обжитым, не так, как рассказывала Иришка: в некоторых окнах горит свет, у входа стоят двое гвардейцев в чужой форме, по территории неспешно прохаживается патруль.

Я даю знак Даниилу, и мы расходимся. Он растворяется в тенях у стены, и через секунду я уже не могу его разглядеть. Его движения бесшумны, он буквально сливается с полутьмой изнаночного дня. Я тоже не теряю времени, крадусь вдоль кустов к заднему фасаду.

Работа идёт быстро. Первую метку я закрепляю под карнизом возле чёрного хода. Вторую — в вентиляционную решётку на цокольном этаже. Третью — в дупло старого дерева с видом на главный вход. Каждый раз действую на ощупь, почти не глядя, слушая только шаги патруля и собственную интуицию.

Даниил справляется быстрее меня. Я лишь мельком вижу, как тень скользит по стене, на мгновение замирает у водосточной трубы, потом исчезает. Он работает как призрак, и я снова ловлю себя на мысли, что заполучил в команду уникального специалиста и радуюсь этому.

Через двадцать минут мы снова встречаемся у условленной точки — за оранжереей. Обмениваемся кивками. Всё сделано.

Возвращаемся к точке входа. Ира, бледная как полотно, держит портал из последних сил. Мы выскальзываем обратно в наш мир, и проход тут же захлопывается с тихим вздохом.

Ира почти падает, но я её поддерживаю.

— Всё, господин… больше не могу.

— Спасибо, Иришка, — говорю искренне. — Отлично справилась. Иди отдыхай. Ты молодец.

После её ухода нахожу Фёдора и веду его в свою небольшую лабораторию, куда уже перенесли приёмное устройство от меток.

— Включай, — приказываю я.

Он поворачивает ручки, настраивает кристаллы. Сначала только шипение и редкие щелчки. Потом, сквозь помехи, начинают пробиваться звуки: отдалённые шаги, скрип двери, обрывок фразы: «…вечерний рапорт графу…»

Работает. Фёдор смотрит на меня сияющими глазами.

— Приём устойчивый, господин! Слышимость хорошая!

— Отлично, — улыбаюсь я. — Теперь твоя задача — слушать. Всё, что происходит там. Особенно разговоры, где упоминают меня, турнир, планы. Всё записывай и докладывай мне лично каждый вечер. Ну или возьми себе помощника из наших гвардейцев. Сашку, например. Он парень толковый.

— Слушаюсь! — Фёдор неожиданно выпрямляет спину.

Видать сам в свои силы верить начинает. Сделал устройство, а оно не просто пригодилось, а уже работает и выполняет очень значимую роль. Ну как тут не радоваться?

Я оставляю его за этим занятием, а сам направляюсь к гаражу. Отправляюсь в Гурзуф, на встречу с Молотом. Надо бы обсудить место для карточной игры.

Вхожу в его дом без препятствий, Молот сидит в своём кабинете и уже не удивляется моей наглости.

— Ну что, нашёл варианты для проведения турнира? — спрашиваю я, присаживаясь напротив него.

— Нашёл, — кивает Молот, отхлёбывая чаю. — Вариантов несколько. Есть подпольное казино в портовом районе. Хозяин — свой, помещение надёжное, охрана серьёзная. Есть небольшой частный театр в центре — можно убрать стулья, поставить столы. Акустика хорошая, вид приличный. Или вот ещё, — он протягивает мне папку, — вилла одного греческого торговца. Он сдаёт её для особых мероприятий. Вид на море, полная изоляция.

Я слушаю и качаю головой.

— Всё не то, Василий. Любое из этих мест можно вычислить. В любое можно привести наряд полиции под массой предлогов, внедрить своего человека или пронести прослушку, какую бы крутую охрану ты ни поставил. Ненадёжно.

Молот разводит руками.

— Тогда не знаю, граф. Других подходящих мест в Ялте и окрестностях я не припоминаю. Разве что выстроить павильон специально для игры, но на это нужно время.

— А я знаю идеальное место, — говорю я, глядя ему прямо в глаза. — Абсолютно безопасное, контролируемое и такое, куда никто не догадается даже сунуться.

— И где же это? — Молот настораживается.

— Тень моего поместья на Изнанке. Та самая, что сейчас под контролем Пересмешникова.

Молот смотрит на меня, будто я только что предложил сыграть в карты у жерла действующего вулкана.

— Вы… это серьёзно? — наконец выдавливает он. — Это же безумие. Пересмешников никогда не согласится предоставить своё владение на Изнанке для вашей игры. Никогда.

— Не лезь в это, — говорю я спокойно. — Я разберусь. Твоя задача — подготовить всё остальное. Столы, карты, крупье, обслуживание. Всё, что нужно для игры высшего уровня. Как только место будет готово — мы начнём.

Молот качает головой, и я вижу в его глазах полное неверие. Он думает, что я сошёл с ума или заигрался. Пусть думает.

— Как скажете, граф, — говорит он наконец, но в его голосе звучит скепсис.

Я встаю из-за стола и усмехаюсь:

— Через пару дней свяжусь. Будь готов.

У меня теперь есть чёткий план. И первая часть уже выполнена — прослушка в копии моего поместья установлена. Теперь нужно заставить Пересмешникова не просто предоставить помещение, а самому пригласить нас туда.

И у меня есть для этого одна идея. Но её время ещё не пришло.

Друзья, всем привет! С этой недели переходим на график публикации 5/2

Суббота и воскресенье — выходные. В будние дни вас непременно будет ждать порция сочной проды! Не переключайтесь.

Григорий и Александр