Волшебная сказка Томми

Ну что, более-менее разобрались? Тогда вернемся в постель...

Я почувствовал, как Чарли потянулся. Слегка приоткрыв один глаз, я увидел, как его нога высунулась из-под одеяла, и услышал, как его руки легонько ударились о деревянное изголовье. А потом он повернулся ко мне, и я почувствовал, как его щетина щекочет мне ухо. (В смысле волосяного покрова он настоящий неандерталец — если судить по тому, сколько раз в день ему приходится бриться.)

А потом он шепнул:

— У тебя спички есть?

Я хотел притвориться, что сплю и не слышу, но рассмеялся и все испортил. Открыв глаза, я повернулся к нему:

— Есть. Но я все равно люблю мальчиков.

Теперь мы смеялись оба. Это наша коронная фраза. Мы повторяем ее постоянно. И дело не в том, что нам обоим ужасно нравится тот анекдот про спички. Просто это первое, что мы сказали друг другу в плане вербального взаимодействия на той вечеринке в «Планете Голливуд». Я вышел из туалета, и мне ужасно хотелось курить, но зажигалка куда-то делась, и я уже отчаялся ее найти, и тут я вижу, что Сейди беседует с каким-то парнем, и подхожу к ним и спрашиваю у него: «У тебя есть спички?» А он смотрит на меня, такой весь серьезный, красивый и интересный, и говорит: «Есть. Но я все равно люблю мальчиков».

Вот тогда я и понял, что он мне нравится.

Он мне понравился сразу — и нравится до сих пор. Он улыбнулся и принялся меня щекотать, и я подумал: какого черта?! Что я пытаюсь себе доказать?! Он потрясающий, Чарли. Он самый лучший.

И я вдруг осознал, что, несмотря на все устрашающие размышления, о которых я говорил раньше, на самом деле все не так страшно. И не надо преувеличивать. Все хорошо. Надо расслабиться и получать удовольствие. Тем более что у меня выходной.

Да.

Замечательно.

Все именно так, как должно быть.

Однако меня все равно угнетал вопрос о принадлежности члена. Рука Чарли скользнула по вышеназванному предмету, а потом он убрал руку из-под одеяла и принялся снова тереть глаза. Но сперва посмотрел на меня и спросил:

— Ты вчера на какой был планете? Имени Джеки Коллинз?

Мы опять рассмеялись. Я покраснел от смущения. Я люблю Чарли. Он привстал, опираясь на локоть, и поцеловал меня в макушку. Я на секунду закрыл глаза, а когда открыл снова, Чарли смотрел на меня. Его взгляд был внимательным и печальным, губы — слегка приоткрыты, как будто он собирался сказать что-то важное.

— Мне бы очень хотелось, чтобы он был моим, Томми.

Это у Чарли такая привычка: заводить разговор о вещах, на которые я обязательно отреагирую неадекватно, и он это знает. Хотя, может быть, и не знает. Может, поэтому он и заводит подобные разговоры. Мне так не хотелось его обижать. Но ведь он должен был догадаться, что мой ответ явно ему не понравится. Я тяжело сглотнул, лихорадочно подбирая слова, но Чарли меня спас. Он сказал:

— Не волнуйся, я знаю, что он не мой.

— И твой тоже, но только немножко, совсем чуть-чуть, — прошептал я.

А потом сел на постели, сбросив на пол одеяло, и положил член на ладонь.

— Он твой вот на столько. — Я отмерил кусочек большим и указательным пальцем.

Чарли улыбнулся.

— А ничего так кусочек, большой, — сказал он, прижав голову к моему животу.

— Там еще много чего интересного. — Я подтолкнул его голову вниз, пока он не успел ничего сказать.

Да, Чарли, он офигительный.