Восток в новейший период (1945-2000 гг.)

Вторая мировая война крайне неблагоприятно отразилась на экономическом положении Афганистана. Хотя страна и не принимала участия в войне, зависимость ее экономики от мирового рынка остро ощущалась именно в эти годы, когда экономические связи с внешним рынком были нарушены. Особенно пострадало в годы войны крестьянство, основной производитель сельскохозяйственной продукции, большой ущерб сельскому хозяйству был нанесен засухой 1943/44 г. и продовольственным кризисом 1944/45 г.

Политическая ситуация в Афганистане серьезно обострилась в 1944 и 1945 гг. в связи с вооруженными антиправительственными выступлениями отдельных пуштунских племен, недовольных налоговой политикой властей. Предпринимавшиеся правительством М. Хашим-хана усилия для вывода страны из кризисной ситуации не дали результатов.

Первый опыт либерализации

В 1946 г. к власти пришел новый кабинет во главе с Шах Махмуд-ханом, дядей короля Мухаммада Захир-шаха. Его программа была рассчитана на получение внешней экономической и финансовой помощи, в основном американской, с которой связывали планы развития основной отрасли экономики страны — сельского хозяйства. Ее предполагалось использовать при создании ирригационной системы на юге Афганистана, в бассейнах рек Гильменд и Аргандаб.

Со сменой кабинета появились новые веяния в общественно-политической жизни, в основе которых лежали декларации короля и нового премьера о демократии и реформах. Правительство выпустило из тюрем и вернуло из ссылки политических заключенных, осужденных еще в довоенный период. Некоторые из них заняли крупные посты в системе государственного управления. Были объявлены свободные выборы в парламент.

Основные требования оппозиционных сил, сформировавшихся в различные общественные движения, включали отмену экономических привилегий крупных монопольных торговых объединений, демократизацию, принятие новой конституции, предоставление более благоприятных возможностей для деятельности средней и мелкой буржуазии.

Первой в 1947 г. возникла политическая организация «Виш зальмиян» («Пробудившаяся молодежь»). В ее рядах были представители мелкой буржуазии, чиновничества, интеллигенции, служители культа. Видными участниками движения явились чиновник Нур Мухаммад Тараки, возглавлявший его левое, радикальное крыло, историк Абдулхай Хабиби, поэты Абдуррауф Бенава и Гуль Пача Ульфат. Большинство членов организации были пуштунами.

Одним из направлений борьбы оппозиционных кругов являлось требование свободы печати, осуществление которого давало возможность для легальной пропаганды оппозиционных идей. В январе 1951 г. правительство приняло новый закон о печати, который разрешал издание частных газет и журналов. Незадолго до этого начали складываться другие либерально-демократические оппозиционные группировки. Наиболее значительными из них были «Ватан» («Родина»), во главе с видным деятелем младоафганского движения историком Мир Гуламом Мухаммадом Губаром и «Нида-и хальк» («Глас народа»), руководитель — доктор Абдуррахман Махмуди. В 1951 г. они стали издавать в Кабуле свои одноименные печатные органы.

К изданию своей газеты первой приступила группировка «Виш зальмиян» — в марте 1951 г. вышел номер ее газеты «Ангар» с программной статьей Н.М. Тараки. В ней содержались основные требования оппозиционных кругов: «хлеба, одежды, работы, равных возможностей для всех людей». Важнейшей задачей на пути преобразований считалось формирование «подлинно демократического правительства», которое «передало бы в руки народа свою судьбу». Реализацию этой задачи предполагалось осуществить в рамках конституционной монархии.

Основной формой политической борьбы либеральных демократов на рубеже 1940-1950-х годов стала их парламентская деятельность. В 1949 г. прошли относительно свободные выборы в парламент седьмого созыва, и в нижней палате образовалась группа депутатов от оппозиции, объединившихся в Национальный фронт. Центральным пунктом их выступлений явились обвинения в адрес правительства в нарушении конституционных положений. Наиболее острые дискуссии развернулись вокруг вопросов о принудительной покупке зерна у населения по ценам ниже рыночных и об использовании принудительного труда — бегара, в основном на строительных и дорожных работах. Значительная часть выступлений была посвящена критике деятельности американских компаний в Афганистане.

В целом деятельность депутатов оппозиции не принесла существенных изменений в систему государственного управления и экономическую структуру. В то же время их основные требования во многом определили главные направления политической борьбы различных общественных сил на последующем этапе.

В апреле 1950 г. возник Союз студентов Кабульского университета. Среди его активных членов был студент юридического факультета Бабрак Кармаль. Члены Союза использовали театральные подмостки, а также различные дискуссии для пропаганды своих взглядов. Их основные требования включали проведение реформ в социально-экономической и культурной областях, в сфере государственного управления, осуществление свободы слова и печати.

Некоторая часть интеллигенции в этот период оказалась вовлеченной в политическую деятельность в рамках организации, созданной в 1950 г. двоюродным братом короля, генералом Мухаммадом Даудом, так называемого Национального клуба. Организация выступала с радикальных националистических позиций в поддержку движения зарубежных (т. е. пакистанских) пуштунов.

Деятельность оппозиционных группировок достигла наибольшей остроты в мае 1952 г. На выборах в парламент 8-го созыва, состоявшихся в апреле того года, в результате вмешательства властей в избирательную кампанию ни один из кандидатов оппозиции не получил депутатского мандата. Тогда лидеры оппозиционных группировок организовали в Кабуле массовую демонстрацию протеста против фальсификации результатов выборов. К участникам демонстрации присоединилось столичное студенчество.

Власти развернули широкое наступление на оппозиционное движение. Были закрыты частные газеты, оппозиционные группировки разгромлены, а их руководители арестованы и посажены в тюрьмы. Впрочем, судьбы лидеров оппозиции сложились по-разному. Так, Н.М. Тараки был отправлен в США на должность пресс-атташе афганского посольства. А. Хабиби незадолго до событий покинул Афганистан и в Пакистане стал издавать журнал «Азад Афганистан» («Свободный Афганистан»), выступая с критикой королевского режима. А. Бенава был выслан в Индию. М.Г.М. Губар был осужден на четыре года тюремного заключения, такому же наказанию подвергся и Б. Кармаль. Наибольший срок тюремного заключения, 9,5 лет, получил доктор А. Махмуди. В 1962 г., выйдя из тюрьмы, он умер от туберкулеза. Многие деятели оппозиции после выхода из заключения отошли от политики. Некоторые из оппозиционеров пошли на сотрудничество с режимом и в дальнейшем заняли важные посты в государственном аппарате.

В начале 1950-х годов Афганистан более интенсивно вовлекался в мировую политику. В поисках своей ниши в ней он вернулся к традиционной стратегии балансирования между великими державами — СССР и заменившими Великобританию США, стараясь не поступаться принципами нейтралитета.

При этом расклад сил в регионе оказался неблагоприятным для Афганистана Если со стороны северного соседа (СССР) он мог рассчитывать на благожелательную позицию, то западный сосед (Иран) демонстрировал традиционно прохладное отношение, а на юго-востоке в 1947 г. появилось государство (Пакистан), связи с которым долгое время были неровными, зачастую враждебными.

В последние годы британского колониального господства в Индии Кабул предложил Лондону решить проблему самоопределения пуштунов, населявших пограничные с Афганистаном северо-западные районы. При этом афганцы заявили об отсутствии притязаний на эти территории, настаивая лишь на праве пуштунов самоопределиться и создать свое государство — Пуштунистан. После провозглашения Пакистана Кабул вступил в переговоры с его властями. Однако те проигнорировали требования, что послужило причиной возникновения острых противоречий между двумя странами.

Уже в 1947 г. на границе начались вооруженные столкновения, которые продолжались до 1949 г., угрожая перерасти в открытый конфликт. В 1949 г. Кабул заявил о непризнании «линии Дюранда» (навязанной британскими колонизаторами в 1893 г. линии разграничения между Афганистаном и британскими владениями в Индии) в качестве государственной границы с Пакистаном. Афганистан стал поддерживать движение зарубежных пуштунов за самоопределение. В 1949 г. в Кабуле собралась Лоя джирга (Великое собрание) для решения вопросов отношений с Пакистаном, которая одобрила политику всемерной поддержки пакистанских пуштунов и их требований о создании «свободного Пуштунистана».

В начале 1950-х годов в роли посредника выступали США. При этом стратегические цели Вашингтона и Лондона шли дальше пуштунской проблемы. Уговаривая Кабул отказаться от его требований к Пакистану, они пытались вовлечь Афганистан в планируемый ими военный блок. Однако Афганистан не выразил готовности присоединиться к стратегическим планам Запада в регионе.

Формировавшаяся в те годы концепция неприсоединения стран Азии и Африки к различным военным блокам показалась весьма привлекательной и для молодого поколения афганской элиты. Его представители считали, что назрела необходимость пересмотра старых ориентиров внешней политики, не угрожающего вместе с тем основам доброжелательности в отношениях с США и другими странами Запада.

В условиях обострившихся экономических неурядиц и общей внутриполитической нестабильности правительство Шах Махмуд-хана в сентябре 1953 г. подало в отставку.

Откат к авторитаризму

Пост премьер-министра был занят кузеном короля генералом М. Даудом, который и до этого занимал видные государственные посты (министра обороны, внутренних дел и др.). Программа его правительства была ориентирована на содействие развитию капиталистических отношений при расширяющемся участии государства в экономической деятельности. В ее основе лежала политика «руководимой экономики».

В начале 1950-х годов Афганистан продолжал испытывать серьезные экономические затруднения, что вынудило его вновь обратиться за помощью к США: в 1953 г. Кабул запросил кредит в 36 млн. долл. на ряд экономических проектов. Из Вашингтона было получено в 1954 г. лишь 18,5 млн. долл., причем исключительно на финансирование затянувшегося Гильмендского ирригационного проекта.

Очередная попытка Кабула просить у США экономическую и военную помощь, предпринятая в 1954 г. в условиях нового обострения афгано-пакистанских отношений, вновь натолкнулась на отказ. И тогда М. Дауд решил обратиться к Советскому Союзу. Москва живо откликнулась на инициативу Кабула, и в том же году было подписано советско-афганское соглашение о строительстве в Кабуле хлебокомбината и асфальтобетонного завода. Расширение связей с СССР имело тем большее значение для Афганистана, что складывавшаяся к середине 1950-х годов обстановка на Среднем Востоке наносила ущерб интересам страны: в 1954 г. между США и Пакистаном был подписан договор об оказании американской военной помощи последнему.

Активизация военно-политических усилий США, к которым присоединилась Великобритания, включала поддержку позиции официальных кругов Пакистана в вопросе о Пуштунистане, что вызвало болезненную реакцию Кабула. В 1954 г. правительство М. Дауда объявило о прекращении действия англо-афганского договора 1921 г. При этом Кабул вновь подтвердил свою готовность решать проблему Пуштунистана путем переговоров.

Год спустя, в 1955 г., Афганистан отказался вступить в только что созданный под эгидой США и при участии Великобритании Багдадский пакт (позже переименованный в СЕНТО после выхода из него Ирака) и принял участие в Бандунгской конференции неприсоединившихся государств Азии и Африки.

Поддерживаемый Западом Пакистан объявил об административных реформах, которые вели к ликвидации населенной пуштунами Северо-Западной пограничной провинции. После нападения толпы на здание пакистанского посольства в Кабуле Пакистан в мае 1955 г. закрыл все афганские консульства и торговые представительства, запретил транзит товаров в Афганистан через пакистанскую территорию. В ответ афинское правительство заявило о введении в стране чрезвычайного положения и начале всеобщей мобилизации.

В это трудное время Афганистан вновь обратился за помощью к Советскому Союзу, направив в мае 1955 г. делегацию в Москву. В июне того же года был подписан советско-афганский договор о транзите товаров через территорию обеих стран. И хотя Пакистан вскоре согласился снять ограничения на внешнеторговые операции Афганистана, отношения между двумя странами оставались напряженными. В ноябре 1955 г. в Кабуле состоялось заседание Лоя джирги, которая обсуждала вопрос о появлении в Пакистане новой административной единицы (Западный Пакистан) и последствиях этого события для зарубежных пуштунов. Джирга единогласно одобрила курс правительства в вопросе о Пуштунистане и потребовала от пакистанских властей предоставления пуштунам права на самоопределение.

В декабре 1955 г. в Кабул прибыла с визитом советская правительственная делегация во главе с председателем Совета министров СССР Н.А. Булганиным и первым секретарем ЦК КПСС Н.С. Хрущевым. В результате переговоров было принято решение о продлении на десять лет срока действия Договора 1931 г. о нейтралитете и взаимном ненападении. При этом советские руководители поддержали позицию Афганистана по вопросу Пуштунистана. Советский Союз предоставил Афганистану кредит в размере 100 млн. долл. на льготных условиях (2 % годовых, срок погашения — 30 лет) на развитие экономики.

В 1956/57 г. началось осуществление первого пятилетнего плана. Ею главными задачами было объявлено развитие сельского хозяйства, электроэнергетики, добывающей и обрабатывающей промышленности, транспорта и связи, а также просвещения и здравоохранения. План предусматривал рост валовой продукции за пятилетие на 18–20 %, увеличение объема сельскохозяйственного производства на 16 %, промышленного — на 74 %. Общая сумма капиталовложений в первую пятилетку намечалась в объеме 10,6 млрд. афгани. Значительную часть ассигнований предполагалось покрыть за счет иностранной финансовой помощи, около 70 % которой (115 млн. долл.) было предоставлено в виде кредитов Советским Союзом.

Советская технико-экономическая помощь явилась важным вкладом в выполнение первой афганской пятилетки: при содействии СССР в стране началось строительство крупных экономических объектов, составивших основу государственного сектора, — гидроэлектростанции, автодороги, туннеля Саланг, ирригационного комплекса, а также проведение геолого-разведочных и проектно-изыскательских работ.

В 1956 г. было подписано советско-афганское соглашение о поставках вооружений Афганистану на сумму 32,4 млн. долл., благодаря чему Москва получила возможность непосредственно участвовать в подготовке афганских вооруженных сил. Уже в начале 1960-х годов в афганской армии появились советские технические советники, а в советских военных учебных заведениях — первые группы афганских курсантов.

Итоги выполнения первого пятилетнего плана по основным показателям оказались ниже плановых наметок. Среднегодовой темп прироста валового общественного продукта составил 1,5 %. Но в эти годы был построен ряд крупных объектов в государственном секторе, в том числе инфраструктурного характера, что создавало предпосылки для ускорения развития экономики в последующий период.

Во второй половине 1950-х годов расширилась сеть начального, среднего и профессионального образования. Осуществление пятилетнего плана развития просвещения обеспечило быстрый рост числа учебных заведений и учащихся: если в 1955 г. во всех учебных заведениях училось 120,5 тыс. человек, то в 1961 г. — 235,3 тыс.

В рамках новой социальной политики были урезаны привилегии сепаратистски настроенной верхушки кочевых и полукочевых племен, которая вместе с ортодоксальным духовенством составляла скрытую оппозицию режиму. В 1959 г. власти отменили обязательное ношение женщинами чадры. Это способствовало включению женщин в сферу общественной и экономической активности.

В 1962 г. был принят второй план экономического и социального развития страны (1962–1967). Основной упор делался на развитие базовых отраслей экономики — горнодобывающей промышленности, энергетики, транспорта, сельского хозяйства. Общие ассигнования на реализацию плана составили 26,6 млрд. афгани, из них 18 млрд. за счет внешней помощи. И хотя второй пятилетний план был назван «планом индустриализации», большое значение, как и прежде, придавалось развитию сельского хозяйства.

Советский Союз вновь проявил готовность оказать существенную помощь Афганистану в выполнении пятилетнего плана. Подписанное в Москве в 1961 г. соглашение о техническом сотрудничестве предусматривало оказание советского содействия в проведении геолого-разведочных работ, изыскании и добыче нефти и газа, создании предприятий химической промышленности, строительстве дорог, развитии сельского хозяйства и подготовке кадров.

Масштабная советская экономическая помощь Афганистану, поддержка его позиции по вопросу Пуштунистана и особенно военная помощь вызвали серьезные опасения на Западе, полагавшем, что страна окончательно оказалась в советской зоне влияния. В условиях холодной войны США продолжали соперничество с СССР за влияние в Афганистане. Вашингтон проявил заинтересованность в более тесном экономическом и военном сотрудничестве с ним, разработал долгосрочные программы в области образования, помог в сооружении дорог с твердым покрытием, аэропортов, ирригационных сооружений.

Улучшившиеся афгано-американские отношения были закреплены взаимными визитами на высоком уровне. В июне 1959 г. США посетил М. Дауд. В том же году Кабул посетил с визитом американский президент Д. Эйзенхауэр, который на встрече с королем и премьер-министром подтвердил намерение продолжать оказывать технико-экономическую помощь Афганистану.

Однако во второй половине 1950-х годов связи с СССР получили еще большее развитие. М. Дауд трижды приезжал в Москву с визитами — в 1956, 1959 и 1961 гг. В 1957 и 1962 гг. Советский Союз посетил король Мухаммад Захир-шах. Во время первого визита Дауда Москва обещала предоставить Афганистану кредит в 15 млн. долл. на организацию поставок газа в советскую Среднюю Азию. В 1960 г. в Кабул приезжал Н.С. Хрущев. По некоторым данным, он обещал афганцам оплатить все расходы по второй пятилетке при условии, что они разрешат советским советникам работать во всех афганских министерствах. Король отказался принять это предложение.

Между тем режим М. Дауда к концу своего правления столкнулся с проблемами, нерешенность которых, в конце концов, привела к его отставке. Наиболее серьезная из них — отношения с Пакистаном. Будучи убежденным пуштунским националистом, М. Дауд занимал жесткую позицию политической и военной конфронтации с Пакистаном. И хотя конфликт 1955 г. между двумя странами был улажен с помощью США, Ирана и Египта, он не изменил своему курсу. Тем самым он нажил себе немало противников среди проамерикански настроенной части политической элиты Кабула, недовольной к тому же его сближением с Москвой.

В августе 1961 г. Пакистан заявил о закрытии своих консульств в Джалалабаде и Кандагаре и потребовал закрытия афганских консульств и торговых представительств на своей территории. В ответ Кабул заморозил свои дипломатические отношения с Пакистаном и закрыл границу. Это повлекло за собой быстрый рост объема и масштабов советско-афганских торговых и экономических связей, что не могло не вызвать беспокойства Вашингтона, опасавшегося дальнейшего втягивания Афганистана в орбиту советского влияния. США давно уже использовали тезис «угрозы с севера» в своих отношениях с Афганистаном, и на сей раз они увидели реальные, как им казалось, основания для своих опасений.

Становилось все более очевидным, что проблема Пуштунистана «перегрелась». Внутри правящей верхушки созрел консенсус относительно необходимости выработки приемлемого решения. В качестве первого шага на пути к нормализации отношений с соседом рассматривалось возобновление дипломатических связей и открытие границы. Это понимал и М. Дауд, согласившийся уйти в отставку и тем самым дать возможность пришедшему ему на смену правительству разработать новый курс в отношении Пакистана. В мае 1963 г. король принял его отставку.

Конституция 1964 г. «Демократический эксперимент»

В 1963 г. новое правительство возглавил Мухаммад Юсуф, бывший министр горных дел и промышленности в кабинете М. Дауда. Новый глава кабинета подтвердил сохранение прежнего курса в экономической политике, но с расширением содействия частным инициативам. Его экономический курс был сформулирован как «смешанная руководимая экономика».

В политической области правительство заявило о намерении внести определенные изменения в систему государственного управления, в частности разработать новую конституцию с целью расширения гражданских прав подданных, подготовки нового избирательного закона, создания политических партий.

Одновременно были предприняты усилия для нормализации афгано-пакистанских отношений: в мае 1963 г. при посредничестве иранского шаха возобновились афгано-пакистанские переговоры. В итоге были восстановлены дипломатические отношения, открылись консульства в обеих странах, и Афганистан получил право транзита своих товаров через территорию Пакистана.

Среди преобразований, проводившихся новым кабинетом, важнейшее место заняла конституционная реформа. Созванная в сентябре 19641. Лоя джирга утвердила новый Основной закон, который 1 октября 1964 г. был подписан королем и вступил в силу.

Конституция 1964 г. явилась важным шагом в развитии современных политических институтов в Афганистане. В ее преамбуле декларировалась цель — «установление политической, экономической и социальной демократии». Подтвердив, что в Афганистане сохраняется конституционно-монархический строй. Основной закон сохранил за королем верховные полномочия. В то же время конституция запретила членам королевской семьи занимать посты премьер-министра, министров, депутатов парламента, членов Верховного суда. Они не имели права создавать политические партии или состоять в них (ст. 24).

Конституция декларировала ряд гражданских свобод — неприкосновенность собственности и жилища, равенство подданных перед законом, свободу слова, печати, собраний, обязательное начальное образование. Официальной религией страны был провозглашен ислам ханифитского толка. Вместе с тем Основной закон ограничил влияние мусульманских богословов, особенно в области просвещения и судопроизводства, переданных под непосредственный контроль государства.

Важным новшеством в государственной жизни Афганистана явилось определенное расширение парламентаризма. Впервые было зафиксировано, что законодательная, исполнительная и судебная ветви власти отделены друг от друга и действуют независимо.

Конституция учреждала парламент из двух палат — Национального совета, депутаты которого избираются путем всеобщих, тайных и прямых выборов сроком на четыре года, и Совета старейшин, две трети членов которого также избираются, а остальные назначаются королем. Последний обладал правом распустить парламент, а его члены, в свою очередь, получили право выносить вотум недоверия правительству. Крупным достижением следует признать предоставление права на создание и деятельность политических партий (ст. 32).

Выборы в парламент состоялись в августе-сентябре 1965 г. В нижнюю палату парламента было избрано 216 депутатов. Большинство избранных депутатов представляли консервативные круги крупных землевладельцев, ортодоксального мусульманского духовенства, крупного торгового капитала.

24 октября 1965 г. правительство М. Юсуфа должно было получить вотум доверия в новом парламенте. Однако в этот день у здания парламента собрались тысячи студентов и учащихся лицеев, требуя разрешения присутствовать на заседании нижней палаты. Заседание было отложено до следующего дня.

25 октября под влиянием левых радикалов (Б. Кармаля и его соратников) недовольные студенты вновь вышли на демонстрацию. Тогда власти бросили на разгон демонстрации полицию. В ходе столкновения пострадал ряд ее участников. В итоге, несмотря на полученный 26 октября вотум доверия, 29 октября кабинет М. Юсуфа подал в отставку.

Новое правительство сформировал Мухаммад Хашим Майвандваль, бывший посол Афганистана в США. Основное содержание программы нового кабинета, по заявлению его членов, сводилось к привлечению широких слоев населения к участию в политической деятельности. Новый премьер-министр подчеркивал намерение правительства серьезно заняться вопросами положения рабочих и мелких земледельцев, создать условия для свободной деятельности партий и СМИ. Основной курс экономической политики существенно не изменился. Вновь избранный парламент в соответствии с положениями ст. 32 конституции после долгих дискуссий утвердил законопроект о политических партиях.

В 1960-е годы продолжалось экономическое развитие страны в рамках первого (1956–1961) и второго (1962–1967) пятилетних планов. За этот период в стране появились новые отрасли промышленности — авторемонтная, горно-добывающая, химическая, цементная, домостроительная. Объем продукции, производимой на государственных предприятиях, за годы двух пятилеток вырос в 4,4 раза. Промышленное строительство сопровождалось подготовкой национальных кадров, большинство которых готовились на крупных стройках. Их общее число (в основном рабочих и техников) к 1967 г. составило 30 тыс. человек.

При содействии Советского Союза было построено значительное число объектов — автотрасса Кушка-Герат-Кандагар протяженностью 680 км, автомагистраль Кабул-Шерхан, порт на р. Пяндж, ГЭС Наглу, Джалалабадский ирригационный комплекс, газопромыслы на севере страны и газопровод Афганистан — Средняя Азия, посредством которого был начат экспорт афганского газа в Советский Союз. Общая сумма советской помощи Афганистану к 1967 г. составила 600 млн. долл.

В 1960-е годы продолжалось технико-экономическое сотрудничество Афганистана и с США. Американская помощь оказываюсь Афганистану в сельском хозяйстве, образовании, промышленности, энергетике, дорожном строительстве. Американцы построили за эти годы сеть автотрасс, международный аэропорт в Кандагаре, продолжили сооружение Гильмендского ирригационного комплекса, завершили строительство зданий Кабульского университета. К 1967 г. общая сумма американских грантов и кредитов Афганистану составила 350 млн. долл. Заметный вклад в развитие афганской экономики вложила ФРГ, преимущественно в промышленность и энергетику. Ее инвестиции в афганскую экономику к 1966 г. составили 54,4 млн. долл.

В 1967 г. был разработан третий пятилетний план социально-экономического развития Афганистана (1967–1972). В отличие от первых двух, где главное внимание уделялось созданию инфраструктуры, основной объем капиталовложений в третьей пятилетке направлялся на производительные отрасли — промышленность и сельское хозяйство. Большая часть инвестиций (более 70 %) покрывалась за счет иностранной помощи. Всего на цели развития по третьему пятилетнему плану предполагалось ассигновать 33 млрд. афгани, из них 32,4 % на промышленность, 29,4 % на сельское хозяйство, 16,7 % на просвещение и здравоохранение, 12,4 % на транспорт и связь.

Между тем само правительство Майвандваля не внесло ничего принципиально нового ни в структуру и характер государственного управления, ни в экономическое развитие страны. Его практическая политика свелась к пустым декларациям.

После отставки Майвандваля в ноябре 1967 г. его преемником стал Нур Ахмад Эттемади, бывший министр иностранных дел. По сравнению с другими премьерами периода «демократического эксперимента» он провел в своем кресле самый продолжительный срок — до мая 1971 г.

Время его правления оказалось нелегким и насыщенным бурными политическими событиями. Наиболее значимыми по остроте и масштабу были студенческие волнения. Толчком к активизации студенческого движения послужило введение в действие осенью 1968 г. Закона об университетах, который запрещал студентам и преподавателям заниматься политической деятельностью. В ответ в Кабуле прошли бурные демонстрации студентов, требовавших его отмены. После острых дебатов парламент отменил закон. Но студенческие волнения продолжались. Тогда власти закрыли Кабульский университет.

В отличие от Майвандваля Н.А. Эттемади расширил полномочия своих министров. Это не прибавило эффективности их работе. Тем не менее, по истечении срока своих полномочий в 1969 г. Эттемади был вновь назначен премьер-министром. Именно в годы его правления обострились отношения между правительством и парламентом, что, в конце концов, привело к его отставке 16 мая 1971 г.

В июне 1971 г. новым премьер-министром стал д-р Абдул Захир. Он был секретарем Лоя джирги 1964 г., утвердившей конституцию. Новый глава кабинета был из обоймы близких к королю «непотопляемых» технократов. Ему пришлось столкнуться с массой сложных проблем — усилением студенческой борьбы, нарастанием оппозиционного исламистского движения, наконец, с жесточайшей засухой 1971–1972 гг. Страна неумолимо втягивалась в общенациональный кризис, который разразился в начале 1970-х годов.

К концу правления А. Захира усилился конфликт между правительством и парламентом. В результате 5 декабря 1972 г. король принял его прошение об отставке. Очередным премьер-министром был назначен д-р Муса Шафик. Он оказался самым деятельным и энергичным из всех премьеров периода «демократического эксперимента». Король возлагал на него последние надежды по спасению своего режима.

Новому премьеру удалось сделать немало за короткий срок своего правления. Он добился согласия короля подписать законопроект о политических партиях, провинциальных советах и муниципалитетах, разработанный еще в 1967 г. Правительство также предполагало подготовить Закон о собраниях и демонстрациях, пересмотреть Закон о печати. Учитывая неэффективность работы парламента, кабинет М. Шафика предполагал перенести парламентские выборы с 1972 на 1974 г., с тем чтобы подготовить новый Закон о выборах.

Впрочем, многие важные начинания премьера не были реализованы: история отпустила ему всего полгода, чтобы вывести страну из кризиса. Несмотря на все его усилия, система была обречена. Причем, как это ни абсурдно звучит, его энергичная деятельность ускорила падение режима: укрепление существовавшей политической системы могло свести на нет шансы рвавшегося к власти М. Дауда и поддерживавших его левых сил.

В годы «демократического эксперимента» законодательная власть в стране осуществлялась парламентом. Выборы 1965 и 1969 гг. можно было назвать относительно свободными, особенно в сельской местности, где поголовно неграмотные избиратели голосовали в основном за своих ханов, маликов и духовных авторитетов или за тех, кого предлагала местная знать. Широко практиковался подкуп избирателей. Правительство и королевский двор нередко вмешивались в ход избирательной кампании. И хотя парламент по конституции был наделен широкими властными полномочиями, он оказался неспособен использовать их в полной мере: законодатели не имели достаточно высокого профессионального уровня, многие рассматривали свою должность как средство обогащения, особенно те, кто во время выборов использовал подкуп избирателей.

Постоянная конфронтация между парламентом и правительством снижала эффективность работы законодательной власти. Парадоксально, что парламент Афганистана в целом не только не способствовал продвижению демократических преобразований, но, наоборот, явился сильнейшим тормозом на пути их реализации.

Важную, хотя и неоднозначную роль в политических процессах 1960-х годов и в судьбе самого «демократического эксперимента» в Афганистане сыграли политические партии. К середине 1960-х годов появились первые идеологически оформленные политические течения, которые в последующем трансформировались в партии и группировки. Многие из них формировались под сильным влиянием внешних факторов. Так, партия афганских коммунистов — Народно-демократическая партия Афганистана (НДПА) — возникла под влиянием растущего авторитета СССР в мире и широкого распространения социалистических идей в развивающихся странах. Кроме того, ей оказывала идеологическую помощь партия иранских коммунистов «Туде». Афганская левоэкстремистская партия «Шоале-и джавид» («Вечное пламя») испытывала мощное влияние идей маоизма, а правоклерикальная «Мусульманская молодежь» много почерпнула из идейного арсенала международной исламистской организации «Братья-мусульмане».

Первой на политическую арену вышла НДПА, созданная на базе нескольких кружков марксистского и социал-демократического толка. Ее учредительный съезд состоялся 1 января 1965 г. Среди делегатов развернулась острая дискуссия вокруг целей и задач создаваемой партии и ее названия. В тот же день был избран ЦК НДПА в составе семи человек. Генеральным секретарем стал Н.М. Тараки, а секретарем ЦК — Б. Кармаль.

Становление НДПА проходило весьма болезненно. С момента основания в ней появились идейные разногласия, в основном между двумя лидерами, по вопросам характера партии, ее тактики и стратегии, форм и методов борьбы. В ее рядах выделилось два крыла — умеренное и радикальное. Лидер радикалов Тараки пропагандировал создание партии пролетарского типа с упором на нелегальные формы борьбы, основу которой составляли бы трудящиеся. Либерально настроенный Кармаль предлагал создать партию общедемократического характера с участием интеллигенции, мелкой и средней буржуазии, чиновничества. При этом он поддерживал открытые, парламентские формы деятельности.

Разногласия между двумя лидерами переросли в конфликт, и в 1967 г. НДПА раскололась на две группировки — «Хальк» («Народ») во главе с Н.М. Тараки и «Парчам» («Знамя») под руководством Б. Кармаля. Каждая группировка обзавелась собственным ЦК и организационной структурой. При этом обе провозглашали одну цель — построение общества, «свободного от эксплуатации человека человеком».

Используя новый закон о печати, НДПА весной 1966 г. начала издавать свой печатный орган — газету «Хальк», в первом номере которой 11 апреля опубликовала свою программу. НДПА, говорилось в программе, выступает за создание национально-демократического правительства, опирающегося на «объединенный национальный фронт всех прогрессивных, демократических и патриотических сил».

Основу аграрной политики НДПА составляла ликвидация феодализма путем проведения демократической земельной реформы в интересах безземельных и малоземельных крестьян и при их непосредственном участии, уничтожения ростовщической задолженности, создания крестьянских кооперативов.

Власти выдвинули против газеты обвинения в нарушении конституционных положений, и в мае 1966 г. она была запрещена. Группировка «Парчам» в 1968 г. основала свой печатный орган — одноименную газету, которая конкретизировала и развивала основные положения программы НДПА.

Особые отношении у руководства НДПА складывались с Москвой. Большинство западных и афинских историков утверждают, что партия была под полным контролем ЦК КПСС. Лидеры НДПА, особенно парчамисты, были частыми гостями советской дипломатической миссии.

Впрочем, публичная деятельность афганских коммунистов не вызывала беспокойства у властей. Правда, они прибегали иногда к превентивным мерам: в 1969 г. были арестованы и посажены в тюрьму два члена ЦК группировки «Парчам» — Г.Д. Панджшири и С.М. Зерай. Однако о массовых репрессиях не могло быть и речи: режим демонстрировал стремление придерживаться демократических норм, провозглашенных в конституции. Тем не менее, пользуясь попустительством и даже слабостью властей, коммунисты шли на открытую конфронтацию со всеми другими политическими силами, в первую очередь с левоэкстремистами и правыми радикалами, разжигая общественное недовольство. Такие действия объективно подрывали и без того робкие и непоследовательные усилия режима по демократизации и либерализации общественно-политической жизни.

Расхождения внутри НДПА по идеологическим и национальным вопросам привели к появлению друз их организаций схожей политической ориентации. Так, выведенный из состава ЦК НДПА таджик Т. Бадахши создал организацию «Кружок ожидания», состоявшую преимущественно из таджиков, узбеков, хазарейцев и представителей других непуштунских этносов. Они выступили за освобождение страны от политического господства пуштунов, объявили своей социальной базой крестьянство и провозгласили своим приоритетом вооруженные формы борьбы.

Свою партию попытался создать и премьер-министр М.Х. Майвандваль. Основные положения ее программы сводились к достижению «прогрессивно-демократических идеалов». Поэтому организация получила название Партия прогрессивной демократии. Цели, задачи, тактика борьбы, а также философия «прогрессивных демократов» были освещены в печатном органе партии — газете «Мосават» («Равенство»), которая начала издаваться в январе 1967 г. Однако партия не смогла стать политическим представителем какого-либо социального слоя и осталась немногочисленной группой лиц, поддерживавших ее лидера.

Во второй половине 1960-х годов громко заявила о себе левоэкстремистская группировка маоистского толка «Шоале-и джавид», организационно оформившаяся в 1968 г. Основными целями организации были объявлены борьба против американского империализма и «советского ревизионизма», поддержка международного национально-освободительного движения. Особую вражду ультралевые питали к НДПА в полном соответствии с тогдашним характером отношений между СССР и Китаем.

В самом начале своей деятельности левые экстремисты понесли ощутимые потери. В июне 1968 г., пытаясь возглавить забастовку рабочих авторемонтного завода «Джангалак», они устроили шумный митинг, который завершился открытой потасовкой. В столкновении с полицией были убиты несколько рабочих. Среди арестованных участников забастовки оказалось все руководство партии (14 человек). Все они были брошены за решетку на длительные сроки. Их газета «Шоале-и джавид» была закрыта.

Однако ультралевые не прекратили борьбу. Они развернули активную работу среди студентов Кабульского университета и Политехнического института, где им удалось добиться довольно сильных позиций. Большинство ее членов представляли национальные меньшинства (в основном таджики и хазарейцы).

Непримиримыми противниками афганских левых и ультралевых выступали исламские радикалы, занявшие крайне правую часть политического спектра. В отличие от умеренно лояльного мусульманского ортодоксального духовенства новое политическое движение выступило в оппозиции режиму.

Первые кружки исламистов в Афганистане появились в 1965 г. на теологическом факультете Кабульского университета (фактический руководитель — декан факультета Гулам Мухаммад Ниязи) и в 1969 г. на инженерном факультете Кабульского политехнического института (лидер — студент Гульбеддин Хекматьяр). В 1969 г. оба кружка объединились в партию «Мусульманская молодежь». В числе ее основателей и руководителей были также профессор богословия Бурхануддин Раббани и студент Абдуррасул Саяф.

«Мусульманская молодежь» с самого начала заявила о себе как экстремистская организация студенчества. Руководство партии установило контакты с движением «Братьев-мусульман» в Египте и пакистанской «Джамаат-и ислами», положив в основу своей программы их идеи. Деятельность исламских фундаменталистов разворачивалась в двух направлениях — борьба против коммунистической идеологии и либеральной политики правительства. В мае 1970 г. клерикалы устроили шумные демонстрации в Кабуле и других городах, выступив с нападками на НДПА и с критикой политики правительства.

Остальные партии в Афганистане занимали более умеренные позиции, как правило, не участвовали в публичных политических акциях и ограничивались рамками пропагандистско-парламентской деятельности. Среди них наиболее заметной была «Афган меллят» («Афганская нация»), или Социал-демократическая партия. Социал-демократы издавали газету под тем же названием, которая излагала основные идеи партийного руководства — создание «единого духа нации» на принципах пуштунского национализма.

Наконец, единственной партией, не скрывавшей своей лояльности к монархии, была Иттихад-и мелли (Национальный союз), известная также под именем «Вахдат-и мели» («Национальное единство»). Ее создал литератор, депутат парламента Халилулла Халили. В 1966 г. он был назначен послом в Саудовскую Аравию и отошел от партийной деятельности.

Таковы были основные политические партии в Афганистане. 1960-е годы завершались мощным подъемом социальной и политической борьбы, очертившей первые контуры общенационального кризиса. В эту борьбу вовлекались представители различных слоев трудового населения. Наиболее крупные выступления охватили страну в 1968 г. С апреля по август в Афганистане прошло более 40 забастовок трудящихся, в которых приняло участие около 30 тыс. человек.

В 1969 г. в активную политическую борьбу вновь включилось столичное студенчество — учащиеся Кабульского университета и открытого в 1968 г. Политехнического института. Борьба студентов на этом этапе отличалась большей организованностью. В августе 1971 г. был создан Союз студентов Кабульского университета и принят его устав.

Демократический характер некоторых статей конституции, появившиеся на их основе политические движения и в целом политика модернизации афганского общества не могли не оказать влияния на армию. Офицерский корпус стал пополняться выходцами из среднего класса. Получившие образование за границей афганские офицеры начинали осознавать ущербность существовавшей системы власти. Особенно это касалось выпускников советских вузов, которые наряду с военной подготовкой подвергались идеологической обработке, негласно изучая в СССР марксистско-ленинскую философию.

Важнейшим фактором, вызвавшим политическое брожение среди офицеров, стала деятельность бывшего премьер-министра М. Дауда. Выйдя в отставку в 1963 г., он не порвал связей с армией, где у него были сильные позиции. В конце 1960-х годов М. Дауд привлек на свою сторону молодых националистически настроенных офицеров, многие из которых обучались в Советском Союзе. Стремясь к захвату власти, генерал в начале 1970-х годов установил тесные контакты с группировкой «Парчам», в первую очередь с ее военным крылом. Так сложилась антимонархическая оппозиция во главе с М. Даудом.

Республика М. Дауда Возвращение к авторитаризму

В ночь с 16 на 17 июля 1973 г. в стране произошел государственный переворот, который возглавил М. Дауд. Монархия была свергнута. Афганистан был объявлен республикой. Король, находившийся на лечении в Италии, отрекся от престола и признал себя гражданином республики.

На другой день после переворота М. Дауд выступил с обращением к народу. Он обвинил монархический режим в провале реформ и коррупции, обещая ввести «реальную и разумную демократию». Вслед за этим был сформирован новый орган законодательной власти — Центральный Комитет Республики, который возглавил сам Дауд. В его состав вошли наиболее активные деятели пришедшей к власти коалиции, в том числе два «парчамиста» и один «халькист».

19 июля 1973 г. ЦК Республики собрался на свое первое заседание, на котором М. Дауд был избран главой государства. В новом правительстве он занял посты премьер-министра, министра обороны и иностранных дел. В состав правительства вошли четыре офицера — сторонники НДПА. Остальные посты достались соратникам самого главы государства.

С самого начала новый глава государства показал себя жестким и властным правителем. Тремя его указами от 27 июля 1973 г. были заложены основы республиканского государственного строя: распущен парламент, упразднен Верховный суд — оплот высшего мусульманского духовенства, фактически приостановлено действие конституции 1964 г., запрещена деятельность всех политических партий, включая НДПА, закрыты частные газеты, на всей территории страны введено военное положение.

23 августа 1973 г. глава государства выступил со своей программой, в которой поставил задачу реформирования общества на основе «участия всего народа в экономической, социальной и политической жизни страны». В экономике была поставлена цель усилить роль государственного сектора, поддерживать, направлять и контролировать частное предпринимательство, осуществить земельную реформу «в интересах большинства народа». В социальной области — улучшить условия труда, в том числе принять новый «прогрессивный и демократический» закон о труде, ввести всеобщее бесплатное начальное образование, содействовать «развитию прессы и демократических изданий», обеспечить равные права женщин.

В первые же месяцы после переворота правительство осуществило ряд важных мероприятий в социально-экономической сфере, касавшихся значительной части населения. Новый режим принял меры по стабилизации цен на товары первой необходимости. На государственных предприятиях и в учреждениях вводился 7,5-часовой рабочий день, устанавливалась оплата за внеурочный труд. Правительство увеличило вдвое минимальную заработную плату — с 450 до 900 афгани. Было узаконено право на оплачиваемый отпуск, на социальное страхование, увеличен пенсионный фонд. В этот же период были национализированы некоторые частные компании, обвиненные во взяточничестве, казнокрадстве, контрабанде, в их числе крупнейшая текстильная компания «Спинзар». Осенью 1973 г. был учрежден Банк промышленного развития. В 1974 г. все частные банки в стране были национализированы.

Вместо принятого ранее четвертого пятилетнего плана на 1973–1977 гг. правительство разработало новый, семилетний план, рассчитанный на 1976–1982 гг. Он включал более 200 социально-экономических проектов и предусматривал в первую очередь строительство крупных плотин, ГЭС, автодорог, механизацию сельского хозяйства, разработку полезных ископаемых.

6 августа 1975 г. был опубликован текст Закона о земельной реформе, который декларировал ограничение помещичьего землевладения 100 джарибами (20 га) поливных земель. Излишки предполагалось конфисковать, с последующей компенсацией помещикам, и передать крестьянам на условиях выкупа в рассрочку.

В складывавшейся новой политической системе, которая замыкалась на «основателе республики», не нашлось места политическим партиям. Впрочем, несмотря на официальный запрет, они продолжали функционировать, хотя и снизили уровень политической активности, тем более, что лишились публичной трибуны — парламента и прессы, возможности организовывать митинги и демонстрации. Прямую поддержку режим получил лишь от группировок «Парчам» и «Хальк», которые оказались непосредственно причастными к событиям. Другие партии заняли выжидательные позиции с разной степенью недоверия к республиканской власти, что было равнозначно оппозиции.

Радикальные партии правого и левого толка враждебно встретили провозглашение республики и соответствующую смену режима. В целом все они к 1975 г. заняли антиправительственные позиции, считая М. Дауда и его правительство просоветским режимом.

Наиболее активно против республиканского режима выступили афганские исламисты, которые подверглись широким преследованиям. Часть их лидеров эмигрировала в Пакистан. Среди них профессор Б. Раббани и Г. Хекматьяр. Последний весной 1972 г. был посажен на полтора года в тюрьму за участие в драке в университете, во время которой погиб студент из ультралевой группировки. После прихода к власти Дауда он был освобожден, но ему пришлось бежать, спасаясь от преследований со стороны нового режима. Пакистанское правительство З.А. Бхутто тепло встретило лидеров афганских исламских экстремистов, поддержанных исламской фундаменталистской партией «Джамаат-и ислами».

В декабре 1973 г. в Кабуле была предпринята еще одна попытка государственного переворота, на сей раз организованная исламскими радикалами. Заговор был раскрыт, а его участники арестованы и преданы суду.

Неудача не обескуражила исламскую оппозицию. В июле 1975 г. в Панджшере и нескольких других районах, расположенных поблизости от границ с Пакистаном, вспыхнули вооруженные антиправительственные выступления, организованные членами группировки «Мусульманская молодежь». В числе руководителей мятежников были Г. Хекматьяр и Ахмад-шах Масуд, не завершивший учебу студент инженерного факультета Кабульского политехнического института. Исламских радикалов поддержали сторонники ультралевых. Власти были вынуждены использовать войска для подавления мятежа. Часть его руководителей, в том числе Г. Хекматьяр и А.Ш. Масуд, вновь бежали в Пакистан, другие были схвачены и отданы под суд.

В период республиканского правления заметное место в политической жизни Афганистана заняла НДПА, особенно группировка «Парчам», сторонники которой приняли активное участие в антимонархическом перевороте. После переворота группировка фактически легализовалась. Участвуя в структурах государственной власти, «парчамисты» пошли на прямое сотрудничество с режимом, отодвигая на второй план свою партийную принадлежность.

В совершенно иной ситуации после переворота оказалась группировка «Хальк». Она тоже поддержала новый, республиканский режим, но не получила от этого никаких политических дивидендов: М. Дауд отвергал всяческую возможность сотрудничества с марксистскими радикалами, относясь к ним крайне враждебно. И хотя «халькисты» постоянно подчеркивали свою лояльность режиму, они фактически остались в подполье.

Тем временем позиции самого главы государства значительно укрепились. Занимая ключевые посты в госаппарате и спекулируя на лозунгах демократии, он сумел получить довольно широкую поддержку. В этих условиях Дауд все меньше ощущал потребность в сотрудничестве с левыми. Под давлением усиливавшегося правого крыла режима он начал пересмотр своего политического курса, стремясь ослабить влияние левых в государственных структурах. В результате в 1974–1975 гг. были сняты со своих постов министры-«парчамисты» и отправлены на дипломатическую работу за рубеж. Их места занимали деятели консервативных взглядов, убежденные антикоммунисты, лично преданные Дауду.

Второй этап эволюции республиканского режима (1975–1977) характеризовался усилением тенденции его перерастания в военно-бюрократическую диктатуру, созданием государственно-правовых основ власти национальной буржуазии, окончательным распадом антимонархической оппозиции. Осенью 1975 г. был утвержден новый Закон о наказаниях, нацеленный на сдерживание политической активности в стране.

В ноябре 1975 г. глава государства объявил о введении в стране однопартийной системы. В конце того же года пат его руководством началось формирование правящей Партии национальной революции (ПНР). Однако статус партии, цели и задачи ее деятельности были определены позднее, в принятых в 1977 г. новой афганской конституции и уставе партии.

В условиях растущей напряженности в стране в 1976 г. Дауд объявил о начале подготовки проекта новой конституции, которая могла бы придать легитимность его правлению. 21 января 1977 г. ее проект был опубликован в печати. 30 января 1977 г. была созвана Лоя джирга, на которой был утвержден новый Основной закон и М. Дауд был избран президентом страны на шестилетний срок.

Принятая конституция закрепила правовые основы республиканского строя, отразив новое соотношение политических сил в стране. Конституция формально провозгласила Афганистан «республиканским, демократическим, независимым, единым и неделимым государством» (ст. 20), в котором единственным носителем национального суверенитета является народ.

Высшая законодательная власть по конституции принадлежала президенту, который формировал правительство. Ему были предоставлены исключительно широкие полномочия: он обладал всей полнотой партийной власти; не парламент, а президент назначал министров и контролировал их деятельность, распускал парламент, назначал новые выборы, объявлял чрезвычайное положение (ст. 78). Правительство несло ответственность перед президентом. Центральным советом правящей партии и парламентом (ст. 94). Усиливая исполнительную власть за счет законодательной, М. Дауд учел негативный опыт деятельности королевского парламента, неспособного контролировать правительство и принимать простейшие решения.

Высшая законодательная власть по конституции реализуется однопалатным парламентом — Национальным советом, который, согласно ст. 48, «является выразителем воли народа и представляет всю нацию» и избирается прямым тайным голосованием сроком на четыре года. Очередные выборы в парламент были намечены на сентябрь 1979 г.

После принятия конституции президент М. Дауд отменил военное положение, сформировал новое правительство, куда вошли все прежние министры, кроме его заместителя, последнего остававшегося там из сторонников левых сил, М.Х. Шарка. После этого М. Дауд предпринял практические шаги по созданию Партии национальной революции, опубликовав 17 июля 1977 г. ее устав. Он содержал принципы вступления в партию, в частности, отмечалось, что член ПНР должен соблюдать верность «священной религии ислама, родине, республиканскому режиму и национальному вождю». К ноябрю 1977 г. был сформирован Центральный совет ПНР, а к апрелю 1978 г. в партии насчитывалось около трех тысяч человек.

Во внешней политике режим начал дистанцироваться от Москвы и переориентировался на Иран, Египет и страны Персидского залива в надежде получить значительную финансовую помощь. В целом Дауд стремился найти равноудаленную от двух великих держав (СССР и США) позицию, балансировать между ними и их союзниками и использовать их соперничество на мировой арене в своих интересах.

В первые годы существования республики советско-афганские отношения развивались по восходящей линии: товарооборот между двумя странами увеличился в три раза; в марте 1974 г. было подписано новое торговое и платежное соглашение, предусматривавшее предоставление Афганистану режима наибольшего благоприятствования во внешней торговле: в декабре 1975 г. на очередной десятилетний период был продлен срок действия советско-афганского Договора 1931 г. о нейтралитете и взаимном ненападении.

Что касается Ирана, который, по мнению Москвы, начал при поддержке США вытеснять СССР из региона, то, по всей вероятности, ее опасения были преувеличены. Просто Дауду нужны были деньги, которые иранский шах, получавший в те годы большие суммы нефтедолларов, мог предоставить Кабулу. В середине 1970-х годов Кабул провел переговоры с Тегераном о планах своего экономического развития. Была достигнута договоренность о предоставлении Ираном кредита на сумму 2 млрд. долл. сроком на десять лет — почти столько же, сколько Афганистан получил за всю свою современную историю как от Запада, так и от СССР и стран социалистического лагеря. Когда М. Дауд в апреле 1975 г. опять посетил Тегеран, шах согласился выделить еще 400 млн. долл. Вскоре, однако, иллюзии стали рассеиваться. Иран не мог осуществить амбициозные планы шаха, и тот, в конце концов, был вынужден отступить. В результате Афганистану реально достались от Ирана небольшие суммы. В то же время помощь советского блока превосходила суммарную помощь других стран.

Однако в политической сфере не все было так гладко. Москва была явно раздражена давлением Дауда на левые круги и его расширявшимися связями с Ираном и консервативными арабскими режимами. Афганский президент, в свою очередь, был обеспокоен растущей политической активностью советских дипломатов и спецслужб в Кабуле в их попытках объединить группировки «Хальк» и «Парчам» и, как он полагал, подтолкнуть их к захвату власти.

Между тем политическая жизнь в Афганистане замерла: не выходили частные газеты, не функционировали открыто политические партии, до созыва парламента было еще далеко, не было ни профсоюзов, ни других общественных организаций.

В этих условиях обе группировки НДПА были вынуждены выработать новую тактику, учитывая, что возникла потенциальная угроза самому существованию партии. Все это время Москва оказывала нажим на их руководство в стремлении заставить их объединиться. Лишь 3 июля 1977 г. произошло совместное заседание ЦК, результатом которого явилось формирование объединенных органов партии — Политбюро и ЦК на паритетной основе. Генеральным секретарем вновь стал Н.М. Тараки, одним из трех секретарей ЦК — Б. Кармаль. На этом заседании было решено, что вся партия перейдет на нелегальное положение и начнет подготовку к ликвидации авторитарного режима. НДПА развернула пропагандистскую работу среди населения, особенно эффективную в армии и среди молодежи.

Непосредственным толчком к свержению режима Дауда послужило убийство одного из лидеров группировки «Парчам» Мир Акбара Хайбара 17 апреля 1978 г. Церемония его похорон 19 апреля превратилась в мощную политическую манифестацию. Ее возглавили лидеры НДПА, которые обвинили режим и поддерживавшие его США в убийстве видного марксиста. В ответ М. Дауд отдал приказ об аресте руководства партии, и 26 апреля семь ее руководителей, в том числе Н.М. Тараки и Б. Кармаль, были брошены за решетку.

Апрельская революция НДПА у власти

27 апреля 1978 г. офицеры-члены НДПА во главе своих подразделений начали штурм президентского дворца. Глава государства, его семья и часть министров были убиты. В тот же вечер были освобождены из тюрьмы руководители НДПА. Они выступили по радио, объявив о свержении режима Дауда. Власть перешла к Революционному совету (РС) во главе с Н.М. Тараки.

Было сформировано новое правительство. Премьер-министром стал Н.М. Тараки, его заместителем — Б. Кармаль. Остальные посты были поровну поделены между «халькистами» и «парчамистами». Афганистан получил новое официальное название — Демократическая Республика Афганистан (ДРА). Новое правительство сразу же получило широкое международное признание.

9 мая 1978 г. были опубликованы «Основные направления революционных задач правительства ДРА» — программа радикальных социально-экономических реформ: осуществление земельной реформы в интересах крестьян и при их участии, ликвидация всех видов угнетения и эксплуатации, демократизация общественной жизни, уничтожение национального гнета и дискриминации, провозглашение равноправия женщин, ликвидация неграмотности и безработицы. В области внешней политики ДРА провозгласила проведение политики неприсоединения, позитивного нейтралитета, поддержки национально-освободительных движений, упрочения отношений дружбы и сотрудничества со всеми соседями.

Важное место в реализации программы заняли мероприятия, проводившиеся в интересах крестьянства. Декрет № 6 РС (июль 1978 г.) декларировал ликвидацию задолженности крестьян ростовщикам и помещикам. Декретом № 7 (октябрь 1978 г.) было провозглашено равноправие мужчин и женщин. Положения Декрета предусматривали фактическую отмену калыма, запрещение насильственных и ранних браков и т. д. В ноябре 1978 г. был принят Декрет № 8 о земельной реформе, а в январе 1979 г. началось ее осуществление. В соответствии с Декретом излишки земли конфисковывались у крупных собственников и безвозмездно передавались крестьянам. В ходе первого этапа (январь-июль 1979 г.) землю получили 300 тыс. семей безземельных и малоземельных крестьян и кочевников.

Под руководством НДПА были созданы общественные организации молодежи, женщин и профсоюзы, которые должны были стать помощниками партии в выполнении революционных задач. Было открыто более 600 новых школ, курсы по ликвидации неграмотности.

Во внешней политике приоритетным направлением стало развитие дружественных связей с Советским Союзом и другими социалистическими странами. 5 декабря 1978 г. в Москве был подписан Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, который предусматривал также военное сотрудничество двух стран.

Однако при проведении важных реформ НДПА проявила излишний радикализм и неоправданную поспешность, незнание характера социальных отношений в деревне, она зачастую игнорировала национальную специфику и исторические традиции. При отсутствии четких социальных границ в обществе партия поставила нереальную задачу ликвидации эксплуататорских классов, т. е. по существу осуществления социалистической революции. Революционные реформаторы недооценили исключительно важную роль, которую играли ислам и мусульманское духовенство в духовной и общественной жизни населения. Поэтому навязываемые народу реформы оказались непонятыми и непринятыми и вызвали массовое сопротивление.

Так, освобождая крестьян от долговой кабалы, правительство не смогло создать альтернативные источники их кредитования. Декрет о браке серьезно ущемлял традиционное влияние духовенства в семейно-брачных отношениях и расценивался как нарушение вековых традиций. При проведении земельной реформы нарушались освященные исламом права частной собственности, так как изъятие ее у крупных собственников не сопровождалось компенсацией. Землю конфисковали не только у крупных, но зачастую и у средних и мелких собственников. Новых собственников земли не могли обеспечить водой, семенами, орудиями труда, удобрениями. При этом землю получила незначительная часть нуждающихся. Наконец, реформа проводилась сверху, без непосредственного участия самих крестьян. В результате под влиянием пропаганды мулл крестьянство не только не поддержало реформаторскую политику правительства, но и выступило против него, составив в последующем социальную базу антиправительственного движения.

Обстановка в стране на первом этапе революции резко обострилась также в результате усилившейся внутриполитической борьбы. Поставив вне закона все политические партии после апрельского переворота 1978 г. и получив монополию на власть, НДПА не смогла выступить единой руководящей политической силой. Уже в июне 1978 г. в партии произошел раскол: власть захватили «халькисты». Лидеры группировки «Парчам» во главе с Б. Кармалем были сняты со своих постов и отправлены послами за границу. В августе того же года в Кабуле был раскрыт антиправительственный заговор «парчамистов». Были арестованы и притворены к длительным срокам тюремного заключения несколько министров — соратников Б. Кармаля. Обвинения в организации заговора были адресованы непосредственно руководителям «Парчам», которые были отозваны на родину. Однако, опасаясь репрессий, они покинули свои посты и остались в эмиграции.

Вслед за этим «халькисты» развернули беспрецедентную кампанию гонений против членов и сторонников группировки «Парчам». Ее организатором стал ближайший сподвижник главы государства Хафизулла Амин. Всю осень 1978 г. шли повальные аресты «парчамистов». Кроме них репрессиям подверглись все несогласные с режимом, в первую очередь духовенство. Еще ранее, через несколько недель после переворота, были казнены некоторые видные деятели прошлых режимов — премьер-министры Муса Шафик и Нур Ахмад Эттемади. Осенью 1979 г. такой же участи подверглись лидеры некоторых леводемократических партий, в том числе Т. Бадахши.

Тем временем внутри захватившего власть халькистского руководства, в свою очередь, произошел раскол на базе соперничества в борьбе за высшие посты в государстве между «великим вождем саурской (апрельской. — Авт.) революции» Н.М. Тараки и его «верным учеником» Х. Амином. В марте 1979 г. последний занял пост «первого министра» и возглавил кабинет, в июле стал членом Политбюро ЦК и единственным заместителем председателя РС ДРА, а также фактическим министром обороны.

В сентябре 1979 г. в Кабуле произошел очередной государственный переворот, в результате которого власть узурпировала экстремистская группировка «халькистов» во главе с Х. Амином. 8 октября по его приказу был убит Н.М. Тараки. Было сформировано новое правительство, куда Х. Амин ввел своих родственников и соратников. В политике Х. Амина возобладали волюнтаризм и левацкие перегибы, которые вели к формированию тоталитарного режима. В итоге его социальная база необычайно сузилась, а сама партия быстро превращалась в инструмент личной власти узурпатора, утрачивая роль и функции политической организации. В тоталитарной системе власти «карманной» правящей партии была уготована роль революционного фасада, а на первое место в организации власти выдвинулись репрессивные органы.

Резко ухудшилось и состояние вооруженных сил. Бесконечные перестановки в среде офицерского корпуса, репрессии, массовое дезертирство, падение морального духа среди солдат не только ослабили боеспособность армии, но и резко сократили ее численность — с 90 до 40 тыс. за три месяца правления Х. Амина.

Как уже говорилось, после свершения «саурской революции» все партии, кроме НДПА, были поставлены вне закона. Левоэкстремисты и левые националисты ушли в подполье и пополнили лагерь противников режима. Ядро сопротивления составили исламские политические партии. Две из них возникли в Пешаваре в 1976 г. в результате раскола партии «Мусульманская молодежь» — Исламская партия Афганистана (ИПА) во главе с Г. Хекматьяром и Исламское общество Афганистана (ИОА), которое возглавил Б. Раббани. В 1979 г. от ИПА откололась фракция во главе с Юнусом Халесом, образовавшим самостоятельную партию под тем же названием. Кроме этих фундаменталистских организаций в Пешаваре появилось несколько более умеренных партий традиционалистского толка. Среди них — Национальный фронт спасения Афганистана во главе с С. Моджаддиди (февраль 1979 г.). 12 марта он издал фетву о начале джихада против правительства ДРА. Несколько ранее, в 1978 г., сформировались Национальный исламский фронт Афганистана под руководством главы суфийского религиозного ордена кадирия С.А. Гилани и Движение исламской революции Афганистана во главе с М.Н. Мухаммади.

Усилиями этих партий на пакистанской территории при поддержке местных властей были созданы лагеря и базы по подготовке вооруженных отрядов, которые затем перебрасывались в Афганистан для ведения боевых действий против Кабула. В последующем все эти партии были официально зарегистрированы пакистанскими властями и получили политическую, материальную и военную поддержку со стороны ряда стран региона (Пакистан, Саудовская Аравия, Египет) и Запада (США, Англия, ФРГ, Франция и др.). Штаб-квартиры этих партий находились в Пешаваре, где они издавали свои печатные органы.

К концу 1979 г. в стране развернулись крупномасштабные боевые действия, при этом моджахеды уже контролировали 18 из 26 провинций Афганистана. Критическая ситуация в стране вынудила руководителей ДРА неоднократно обращаться за военной помощью к Советскому Союзу. В ответ на эти просьбы и ссылаясь на Договор от 5 декабря 1978 г., а также на ст. 51 Устава ООН о праве государств на самооборону, 27 декабря 1979 г. СССР начал вооруженное вторжение в Афганистан. По заявлению Москвы, эта акция была предпринята «для оказания содействия афганскому народу в отражении внешней вооруженной агрессии». В тот же день части советского спецназа штурмовали резиденцию Х. Амина — дворец Тадж-бек. Глава государства в ходе штурма был убит.

Новым главой ДРА стал Б. Кармаль, прибывший в страну на советских танках. Ликвидация режима Х. Амина положила начало так называемому новому этапу апрельской революции, основными задачами которого были объявлены «создание подлинно демократического общества», восстановление законности, расширение демократических свобод, включая свободу создания прогрессивных патриотических организаций, решение проблем земельной реформы.

Состав новых органов ДРА был сформирован почти исключительно из членов НДПА. Причем вновь разгорелась борьба между «парчамистами» и «халькистами» за посты в высших органах власти. Б. Кармаль был «избран» генеральным секретарем ЦК НДПА, председателем Революционного совета и главой правительства. Большую часть постов в РС и правительстве получили «парчамисты». В состав нового правительства вошли также трое беспартийных.

Из тюрем были выпущены более десяти тысяч заключенных. Основные направления политики нового режима были изложены в принятых в апреле 1980 г. программных документах НДПА — «Тезисы ко второй годовщине Апрельской революции» и «Основные принципы ДРА» (временная конституция), которые провозгласили основные права и свободы, закрепили право частной собственности, гарантировали свободу вероисповедания и обеспечение прав верующих и духовенства. Власть трудящихся, говорилось в документах, опирается на широкий Национальный отечественный фронт, действующий под руководством НДПА, которая, в свою очередь, является руководящей и направляющей силой общества и государства.

Большое внимание уделялось расширению и укреплению рядов НДПА как руководящей силы общества. В марте 1982 г. в Кабуле состоялась общенациональная партийная конференция, на которой была принята «Программа действий НДПА», сформулировавшая основные задачи революционной власти на предстоящий период — достижение единства партии и подавление вооруженной оппозиции. Был пересмотрен подход к земельной реформе: от конфискации излишков земли освобождались лояльные режиму землевладельцы, вода была объявлена государственной собственностью.

Между тем внутриполитическая и экономическая ситуация в Афганистане продолжала осложняться. Раскол в партии не был преодолен, борьба между фракциями продолжалась. В страну приехали тысячи советских советников: они работали в партии, армии, госаппарате, общественных организациях, на промышленных предприятиях, в учебных заведениях, СМИ. Советники осуществляли задачу «советизации» Афганистана: в экономической, политической и общественной жизни активно внедрялись нормы и институты советской модели развития. Ни одно значимое решение не принималось без санкции соответствующих советников, которые, по существу, заменили афганских должностных лиц. В области просвещения активно распространялась советская система преподавания. Среди учебных предметов превалировали основы марксизма-ленинизма, русский язык как иностранный заменил английский.

Москва предпринимала усилия для скорейшей интеграции кабульского режима в сферу своего международного контроля: Афганистан получил статус наблюдателя в экономической организации советского блока — Совете Экономической Взаимопомощи (СЭВ) и был включен в список стран «социалистической ориентации», фактически утратив право считаться нейтральным, неприсоединившимся государством.

Несмотря на увеличение советской помощи, усиливалась стагнация национальной экономики. Темпы проведения земельной реформы были резко замедлены — к 1984 г. землю получила лишь треть нуждавшихся. Из них 48 % являлись только формальными собственниками земли и не обрабатывали ее вследствие нехватки техники, семян, удобрений, воды или из-за боязни посягнуть на чужую собственность, что осуждается исламом. Правда, в промышленной сфере на «новом этапе революции» был достигнут определенный рост производства, в основном за счет предприятий государственного и смешанного секторов.

С началом нового этапа апрельской революции возросли масштабы эмиграции афганцев за рубеж. Основная часть беженцев осела в соседних Пакистане и Иране. К концу 1980-х годов их численность превысила 5 млн. человек. Советское военное присутствие в Афганистане еще более дестабилизировало внутриполитическую ситуацию.

Вторжение советских войск в Афганистан вызвало серьезную озабоченность мирового сообщества. В январе 1980 г. участники очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН подавляющим большинством голосов осудили советскую акцию и потребовали немедленного вывода войск с его территории. Роль ведущего спонсора афганской оппозиции взяли на себя США, которые сначала тайно, а затем все более открыто стали оказывать военную и финансовую помощь афганским мятежникам. В Афганистан с середины 1980-х годов устремились тысячи наемников и добровольцев из арабских и других мусульманских стран, которые выступили на стороне противников кабульского режима. Афганский конфликт приобрел международный характер.

Центром движения сопротивления оставались исламские оппозиционные партии, базировавшиеся в Пешаваре. В 1985 г. им удалось наконец объединиться в семипартийный Союз моджахедов Афганистана, в состав которого кроме шести уже упомянутых партий вошел созданный в 1982 г. Исламский союз за освобождение Афганистана во главе с просаудовским богословом Абдуррасулом Саяфом.

Оппозиция создала на большей, «освобожденной» части территории Афганистана свою военно-политическую структуру: органы местной власти, называемые эмиратами или исламскими комитетами, фронты и вооруженные формирования. Таким образом, на всей территории страны сложилась своеобразная система двоевластия: власть НДПА в провинциальных и других крупных городских центрах, оппозиции — в сельской местности.

В этих условиях Москва была вынуждена наращивать военную мощь своего «ограниченного контингента», численность которого в середине и конце 1980-х годов достигла 120 тыс. человек. Это вызывало соответствующую реакцию США и их союзников, методично расширявших масштабы военной и гуманитарной помощи афганской оппозиции. Однако ни одной из противостоящих в Афганистане сторон не удавалось добиться решающего перелома. Создалась тупиковая военно-политическая ситуация.

Эрозия режима НДПА и его падение

Приход к власти в СССР М.С. Горбачева в 1985 г. внес значительные изменения в советскую политику в Афганистане и в ситуацию в нем самом. Наряду с расширением военных действий новое советское руководство стало разрабатывать пути политического выхода из афганского тупика как в международном плане, так и посредством изменения внутренней политики и политической системы ДРА.

В декабре 1985 г. Б. Кармаль выдвинул «Десять тезисов», которые означали крутой поворот в его политике. Основной смысл документа сводился к необходимости расширения политического и социального представительства в государственных органах, отказа НДПА от монополии на власть и поощрения частного капитала. В состав РС были введены беспартийные деятели.

Однако эти меры радикально не изменили характера государственного правления. Нежелание Б. Кармаля делиться властью, в конце концов, стоило ему всех постов. В апреле 1986 г. он отправился в Советский Союз «на лечение». А когда вернулся через две недели, у НДПА был уже другой руководитель — бывший министр национальной безопасности, а в последнее время секретарь ЦК Наджибулла.

Новый генеральный секретарь сразу же занялся консолидацией своей власти: в июне 1986 г. на пленуме ЦК он расширил состав этого органа за счет своих сторонников, одновременно исключив ряд видных «кармалистов». В ноябре 1986 г. Наджибулла занял пост председателя РС, сместив Б. Кармаля.

Смена режима не ограничилась появлением нового лидера. Новая власть делала ставку на политический компромисс: в январе 1987 г. Наджибулла выдвинул программу национального примирения, предусматривавшую прекращение огня, приглашение оппозиции к диалогу и формирование коалиционного правительства. Однако осуществить этот курс не удалось: НДПА шла на незначительные уступки, оставляя себе ключевые позиции в предполагаемом коалиционном кабинете. Противники режима требовали немедленного вывода советских войск и отставки Наджибуллы. Диалога не получилось.

Тем не менее, Наджибулла, стремясь придать своему правлению легитимность, в ноябре 1987 г. созвал Лоя джиргу, которая приняла новую конституцию и избрала его президентом страны, переименованной в Республику Афганистан. Конституция декларировала основные гражданские права и провозгласила ислам государственной религией. В документе был подтвержден новый политический куре — на национальное примирение.

В рамках этой политики президент Наджибулла пошел на либерализацию режима и в целом общественно-политической жизни страны. Летом 1987 г. в Афганистане была провозглашена многопартийная система, впрочем, весьма ограниченная: были легализованы политические организации леводемократического толка, которые вместе с НДПА образовали «блок леводемократических партий».

В апреле 1988 г. состоялись выборы в парламент на многопартийной основе. НДПА получила в Национальном совете (нижней палате) лишь 22,6 % депутатских мест; другие легальные партии — в общей сложности 9 %. Остальные места достались независимым кандидатам. Национальный фронт получил 15,4 %. Всего были избраны в верхнюю палату 64 сенатора и 184 депутата нижней палаты.

В мае 1988 г. президент Наджибулла сформировал новое, «коалиционное» правительство, которое возглавил бывший вице-премьер республиканского правительства М. Дауда М.Х. Шарк, давно поддерживавший тесные связи с «парчамистами». Больше половины министерских постов досталось беспартийным, но НДПА сохранила за собой ключевые позиции в МВД, МГБ и МИД, а также два из четырех постов вице-президента. Часть постов в правительстве оказалась вакантной: они были оставлены для представителей оппозиции.

Однако многопартийность, провозглашенная президентом Наджибуллой, оказалась для режима упущенным шансом — ни один из деятелей оппозиции не вошел ни в парламент, ни в правительство. Тем не менее, сам факт функционирования нескольких политических партий и появление выборных органов законодательной власти свидетельствовали о начавшейся эрозии авторитарной природы режима, с одной стороны, и о его стремлении найти более широкую и представительную опору, придать ему более привлекательный и респектабельный облик — с другой.

Тем временем набирал силу мирный процесс урегулирования афганского конфликта. Многолетние усилия на этом пути СССР, США и спецпредставителя генерального секретаря ООН Д. Кордовеса увенчались успехом — 14 апреля 1988 г. были подписаны Женевские соглашения между кабульским режимом и Пакистаном. Гарантами их выполнения стали СССР и США. Причем лидеры афганской оппозиции не были допущены к переговорам. Соглашения предусматривали обязательства обеих сторон «уважать суверенитет друг друга и не вмешиваться во внутренние дела». Гаранты, со своей стороны, обязались «воздерживаться от любой формы вмешательства во внутренние дела Афганистана и Пакистана». В соответствии с Женевскими соглашениями 15 мая 1988 г. Советский Союз начал выводить свои войска из Афганистана, и 15 февраля 1989 г. вывод был завершен.

Он повлек за собой серьезное изменение ситуации в Афганистане. Оставшись один на один с оппозицией, Наджибулла был вынужден заняться консолидацией государственной власти, разъедаемой коррупцией, клановой и внутрипартийной борьбой, личными амбициями лидеров НДПА. 18 февраля 1989 г. в стране было введено чрезвычайное положение, в соответствии с которым полномочия парламента были переданы правительству, приостановлено действие ряда положений конституции, запрещены митинги, демонстрации и забастовки, созданы специальные суды вооруженных сил и безопасности. Все члены партии, включая женщин, прошли военную подготовку и получили оружие.

Афганская исламская оппозиция выступила с осуждением подписанных в Женеве соглашений, считая кабульский режим нелегитимным и не имеющим права представлять интересы страны, и объявила о продолжении вооруженной борьбы против правительства Наджибуллы до победного конца.

В апреле 1989 г. лидеры исламской оппозиции сформировали в Пешаваре «переходное правительство Афганистана» во главе с президентом С. Моджаддиди и премьер-министром А. Саяфом. Его формирование осуществлялось под прямым воздействием начальника межведомственной разведки Пакистана генерала Хамида Гуля и на субсидии Саудовской Аравии.

С целью создания нового имиджа правящей партии в июне 1990 г. в Кабуле состоялась национальная партконференция, на которой НДПА была переименована в партию «Ватан» («Отечество») и принят ее новый устав, содержавший формальный отказ партии от «руководящей роли».

Тем временем политическая ситуация в стране продолжала обостряться. 6 марта 1990 г. министр обороны генерал Шахнаваз Танай поднял вооруженный мятеж против президента, дворец которого был подвергнут бомбардировке. Вспыхнувшие в городе бои повлекли за собой многочисленные жертвы среди мирного населения. Однако мятеж в тот же день был подавлен. Генерал Танай и его ближайшие соратники бежали в Пакистан, где присоединились к Хекматьяру. Власти произведи массовые аресты.

В течение 1990–1991 гг. продолжалась эрозия кабульского режима, который скорее плыл по течению, нежели определял характер общественно-политических процессов в стране. Дальнейшую судьбу Кабула решило соглашение, подписанное в сентябре 1991 г. госсекретарем США Дж. Бейкером и министром иностранных дел СССР Б. Панкиным, о прекращении с 1 января 1992 г. поставок оружия конфликтующим сторонам в Афганистане.

Весной 1992 г. развал военно-государственной и партийной структуры кабульского режима принял необратимый характер. Армия оказалась расколотой между «халькистами» и «парчамистами» и в значительной мере деморализованной. Всё новые районы переходили под контроль оппозиции. Наджибулла стремительно терял своих союзников. Так, в марте 1992 г. объявил о разрыве с Кабулом и перешел на сторону моджахедов генерал А.Р. Дустом, командир узбекской дивизии. В Магари-Шарифе он создал свою политическую организацию — Национальное исламское движение Афганистана (НИДА) и захватил контроль над рядом северных провинций. Влиятельные «халькисты» радикального толка открыто устанавливали контакты с Г. Хекматьяром, а в конце апреля президента Наджибуллу предали ближайшие друзья и соратники — «парчамисты».

Режим моджахедов: фрагментация власти

28 апреля 1992 г. вооруженные отряды оппозиции (А.Р. Дустома и А.Ш. Масуда) без боя вошли в столицу. Президент Наджибулла пытался бежать, но был задержан в аэропорту людьми генерала Дустома и получил убежище в миссии ООН в Кабуле. Столица оказалась поделенной между четырьмя военно-политическими группировками моджахедов: северо-западная и центральная часть города вместе с президентским дворцом отошла к А.Ш. Масуду, в юго-западной разместилась шиитская партия «Вахдат-и ислами» («Исламское единство»), созданная в 1990 г. на базе проиранских шиитских группировок во главе с А. Мазари, район столичного аэропорта был занят отрядами генерала А.Р. Дустома, в южных пригородах укрепился Г. Хекматьяр.

Афганистан был провозглашен Исламским Государством Афганистан. В первые же дни были сформированы новые высшие органы государственной власти — Совет джихада (законодательная власть), куда вошли лидеры крупнейших группировок моджахедов, и Руководящий совет (исполнительный орган). В соответствии с ранее достигнутой договоренностью на время переходного периода — 6 месяцев до всеобщих выборов — была установлена должность сменяемого президента. Первым главой государства был назначен лидер НФОА С. Моджаддиди. Через два месяца его сменил Б. Раббани.

В новом правительстве были представлены семь партий пешаварского альянса и две шиитские партии — «Вахдат-и ислами» и Партия исламского движения (создана весной 1979 г.). Премьер-министром был назначен соратник Хекматьяра А.С. Фарид. Однако это правительство обладало весьма ограниченным территориальным контролем. Каждая группировка имела в Кабуле свою зону контроля. Формально была создана правительственная армия, и А.Ш. Масуд получил пост министра обороны, но на практике все партии сохранили свои вооруженные формирования. Большая часть провинций осталась под властью или находилась в зоне влияния местных полевых командиров.

Летом 1992 г. в Кабуле начались вооруженные столкновения между группировками за передел власти. Основная борьба развернулась между Б. Раббани и Г. Хекматьяром. Лидер ИПА начал обстреливать город ракетами из своей штаб-квартиры в Чарасьябе, в 20 км к югу от столицы. Одновременно в Кабуле вспыхнули бои между шиитами партии «Вахдат-и ислами» и отрядами Исламского союза за освобождение Афганистана А. Саяфа.

В этой ситуации Б. Раббани отказался передать власть следующему кандидату в президенты. В декабре 1992 г. он созвал в Кабуле так называемый Совет особо уполномоченных и компетентных, который избрал его президентом страны сроком на два года. Однако лидеры большинства группировок бойкотировали заседание Совета, поэтому продливший полномочия Б. Раббани оказался нелегитимным президентом. Это вызвало новый виток вооруженной борьбы.

Весной 1993 г. военно-политическая борьба обострилась еще более — сложились две противостоящие друг другу коалиции, в формировании которых не последнюю роль сыграл этнический фактор. В одной из них объединились узбек Дустом, таджик Масуд и лидер исмаилитов Надери. Эта коалиция поддерживала таджика Раббани и заявляла, что выражает интересы национальных меньшинств севера. Во вторую входили фундаменталисты-пуштуны Хекматьяр и Саяф. К ним примкнула шиитская партия «Вахдат-и ислами».

Одновременно с военными стычками предпринимались новые попытки сформировать органы центральной власти мирным путем. В апреле 1993 г. в Джалалабаде собрались руководители моджахедов (кроме Раббани и Халеса). Совещание приняло крайне драматичный характер и грозило при негативном исходе, т. е. в случае отказа его участников достичь согласия, привести к новой вспышке вооруженных столкновений. В итоге было подписано Джалалабадское соглашение, по которому основные партии (кроме НИДА Дустома) разделили посты в новом правительстве. В июне 1993 г. такое правительство было создано во главе с премьер-министром Г. Хекматьяром.

В условиях усилившейся борьбы различных военно-политических группировок в Афганистане нарастала фрагментация власти. Кроме центрального правительства, созданного на фракционной основе, в стране возникли региональные и локальные очаги власти, степень лояльности которых кабульскому режиму зависела от политических позиций и партийной принадлежности местных лидеров.

Часть северо-восточных провинций находилась под контролем А.Ш. Масуда. Эти территории были вполне лояльны Кабулу, но Масуд при этом пользовался самостоятельностью в вопросах управления территориями с центром в г. Талукан провинции Тахар.

Другой крупный очаг региональной власти появился в четырех северных провинциях (Кундуз, Джаузджан, Балх, Фарьяб) под контролем генерала Дустома с центром в г. Мазари-Шариф. Здесь он создал полноценную структуру государственных органов, не зависимую от Кабула. На этой территории возникли провинциальные и уездные советы. Исполнительную власть в провинциях осуществляли губернаторы, назначавшиеся Дустомом из числа лояльных ему лиц. Администрация Дустома обладала и международными связями, хотя и не была официально признана ни одним государством. А.Р. Дустом как глава фактически независимого территориально-государственного образования в 1992–1996 гг. посетил с визитами Москву, Тегеран, Ташкент, Ашхабад, Исламабад, Анкару и Эр-Рияд, где встречался с высокопоставленными государственными чиновниками.

Еще один региональный центр власти возник в провинции Герат на западе Афганистана, где влиятельный полевой командир Исмаил Хан создал свою администрацию. В отличие от Дустома он сохранил лояльность Кабулу, но, как и Масуд на северо-востоке, достиг известной степени независимости в управлении подконтрольными территориями (провинции Бадгис, Герат, Гур и Фарах). Исмаил-хан также пытался установить собственные международные связи, наезжая с визитами в соседние Иран. Туркмению и Узбекистан.

В остальных провинциях, подчинявшихся Кабулу лишь номинально, сложился широкий спектр различных форм местной власти. В ряде регионов правили отдельные полевые командиры, формально связанные с той или иной политической группировкой. Как правило, они носили титул вали (губернатор) или амир (эмир) и возглавляли Руководящий совет, формировавшийся из числа соратников местного лидера и влиятельных лиц провинции. Однако в большинстве провинций власть делили представители нескольких политических партий, формируя местную коалицию.

Таким образом, после прихода к власти в Кабуле моджахедов в результате победы «исламской революции» децентрализация власти, фактически начавшаяся уже в период правления Б. Кармаля и Наджибуллы, значительно возросла.

Исламский Эмират Афганистан

В октябре 1994 г. на политической арене Афганистана появилась новая сила — талибы, это были афганские пуштуны — учащиеся пакистанских медресе. Сначала это была небольшая группа, сформированная в пакистанском городе Кветта. Перейдя на территорию Афганистана, она быстро обросла сторонниками и к середине 1995 г. захватила ряд южных провинций страны. Талибы выступили с лозунгом прекращения затянувшейся войны в стране, но при этом вооруженным путем, и создания «подлинно исламского государства». Их «крестным отцом» считается министр внутренних дел Пакистана генерал в отставке Насрулла Бабар, духовным наставником — пакистанская партия Джамиат-и улама-и ислам (Общество мусульманских богословов), а консультантом и спонсором (особенно после 1995 г.) — межведомственная разведка Пакистана.

К осени 1995 г. «семинаристы» были уже на дальних подступах к столице, разгромив основные силы Г. Хекматьяра к востоку от Кабула. К этому времени они успели захватить ключевую западную провинцию Герат, губернатор которой Исмаил-хан, не оказав им должного сопротивления, бежал в Мешхед. Они также легко овладели Джалалабадом. Губернатор Нангархарской провинции Абдул Кадир фактически сдал талибам город и бежал за рубеж. Носители идей прекращения войны и объединения страны под эгидой пуштунов получали растущую поддержку от измученного войной населения, в первую очередь в зоне пуштунских племен. Правительственные войска оказали слабое сопротивление исламистам.

Талибы прочно обосновались в Кандагаре, создав там свою штаб-квартиру. Неспособность лидеров конфликтующих группировок моджахедов объединиться предрешила падение режима Б. Раббани. 27 октября 1996 г. вооруженные отряды исламистов практически без боя вошли в Кабул. Правительство спешно покинуло его накануне захвата талибами, выведя из столицы все армейские подразделения. Ставка правительства переместилась на север, в вотчину А.Ш. Масуда г. Талукан.

Взяв столицу, талибы бросили свои вооруженные отряды для захвата северных провинций. С боями против отступавших частей Масуда им удалось продвинуться до стратегического перевала Саланг на трассе Кабул-Термез, затем они были отброшены на юг, в окрестности столицы. Не сумев прорваться на север через Гиндукуш, они предприняли обходной маневр, пытаясь достичь северных провинций с запада. На севере талибы вступили в затяжные бои с войсками Дустома, объединившегося наконец с Хекматьяром и Масудом в антиталибскую коалицию.

Исламские радикалы, поставив под контроль большую часть территории Афганистана, начали создавать новые структуры власти. Во главе ее стал военный и духовный лидер талибов — мулла Мухаммад Омар, воевавший ранее в рядах моджахедов против советских войск. 3 апреля 1996 г. на собрании полутора тысяч мулл и других священнослужителей в Кандагаре он был провозглашен амир аль-муменином («повелителем правоверных»), а территория, подконтрольная талибам, — Исламским Эмиратом Афганистан.

Талибы отказались от идеи разработки и принятия конституции, утверждая, что в качестве таковой в новом государстве будет служить шариат — мусульманский свод законов. По существу, талибы создали два центра власти. Один в Кандагаре: сначала это были две шуры — Большая и Малая, затем Малая шура была распущена, а Большая преобразована в Высший руководящий совет исламского движения Афганистана во главе с самим муллой Омаром. Другой орган власти был сформирован в Кабуле — Совет министров, состоявший из 23 министерств и называвшийся Попечительским советом Исламского государства. Все высшие органы законодательной и исполнительной власти были укомплектованы лицами духовного звания, и вскоре стало очевидно, что в стране сложился тоталитарный военно-теократический режим.

Придя к власти, талибы развернули беспрецедентную по жестокости кампанию по насаждению «истинно исламских» порядков. В первые же дни они устроили зверскую расправу над бывшим президентом Наджибуллой, нарушив иммунитет миссии ООН в Кабуле. Указами эмира Омара были введены жесткие ограничения на общественную жизнь афганцев. Мужчинам было вменено в обязанность отрастить бороды, женщинам — надеть чадру, не выходить из дома без сопровождения родственников. Они к тому же были лишены права работать и учиться. Женские школы были закрыты. Жесткая регламентация охватила также сферу быта и семейной жизни населения: было упразднено телевидение, запрету подверглись изобразительное искусство, современная музыка, фотографирование и видеосъемка. У людей изымались и уничтожались видеотехника и магнитофоны. За нарушение новых порядков были введены необычайно жестокие средневекового типа наказания: отсечение конечностей, побивание камнями, публичные казни и т. д.

Новая власть, по существу, содействовала расширению производства наркотиков, разрешив крестьянам сеять опийный мак и превратив таким образом страну в один из мировых центров по изготовлению наркотических веществ и их контрабанды на мировые рынки, в том числе в Россию.

К осени 1998 г. талибам в ходе ожесточенных боев удалось захватить северные провинции, в том числе город Мазари-Шариф, вынудив Дустома покинуть страну, и в частности область Хазараджат, вытеснив оттуда вооруженные отряды лидера «Вахдат-и ислами» А.К. Халили. В сентябре 1998 г. они контролировали около 90 % территории страны, оставив своим противникам небольшие анклавы. Потерпевшие неудачу в ходе летней военной кампании талибов президент Б. Раббани и его премьер-министр Г. Хекматьяр также покинули страну, обосновавшись в Тегеране.

Несколько ранее на политическую судьбу талибов и самого Афганистана начинает влиять новый, весьма важный фактор — Усама бен Ладен, который появился в стране еще в 1996 г. и в последующем завязал тесные контакты с лидером талибов муллой Омаром. Ему построили солидную резиденцию в Кандагаре, и он сблизился с «повелителем правоверных», впоследствии выдав за него свою дочь.

За бен Ладеном в Афганистан потянулись боевики его организации «аль-Каида», а также сотни добровольцев и наемников из десятка мусульманских стран. Взрывы в американских посольствах в Кении и Танзании в июле 1998 г., в организации которых подозревались сподвижники бен Ладена, вызвали сдвиг в афганской политике США — от поддержки талибов к их неприятию. В ответ на отказ выдать им бен Ладена американцы в августе того года нанесли ракетные удары по его предполагаемым базам и лагерям в провинции Нангархар и округе Хост.

Бен Ладен тем временем создавал разветвленную сеть баз и тренировочных центров, где готовились кадры боевиков и террористов для его организации «аль-Каида», которые затем направлялись по его указанию во все «горячие точки» планеты (Кашмир, Боснию, Косово, Чечню), где «правоверные» сражались с «неверными». Талибов и организацию «аль-Каида» поддерживали и сотрудничали с ней различные экстремистские организации Пакистана, Центральной Азии (в частности, Исламское движение Узбекистана) и других стран и регионов.

В годы нахождения у власти происходила радикализация политики и практических действий талибов. В феврале 2000 г. они официально признали так называемую Чеченскую Республику Ичкерия и приняли в Кабуле ее посольство. Расширявшаяся поддержка талибами чеченских сепаратистов вынудила российское руководство принимать соответствующие меры: в мае 2000 г. Москва заявила о возможности нанесения превентивных ракетных ударов по лагерям чеченских боевиков на территории Афганистана. ООН, в свою очередь, еще осенью 1999 г. приняла резолюцию с требованием выдачи бен Ладена и ввела санкции против талибов, предусматривавшие запрет на полеты афганской авиакомпании «Ариана» и замораживание активов талибов в зарубежных банках. Поскольку это требование не было выполнено, СБ ООН в декабре 2000 г. ввел военное эмбарго против исламистов, запрещавшее продажу им оружия и предусматривавшее другие ограничения.

Оказавшись в международной политической изоляции, талибы пошли на открытую конфронтацию с мировым сообществом: в марте 2001 г. они бросили ему вызов, взорвав крупнейшие в мире статуи Будды в Бамиане. Летом 2001 г. они развернули широкомасштабное наступление на севере страны, укрепив свои позиции в ранее занятом ими г. Талукан. 9 сентября люди бен Ладена организовали убийство лидера антиталибского альянса А.Ш. Масуда, гибель которого повлекла серьезные последствия для дальнейшей военно-политической борьбы в Афганистане.

Теракты 11 сентября 2001 г. в США перевернули новую страницу в истории Афганистана. В результате непродолжительной военной операции, в которой участвовали войска Северного альянса, США и их партнеров по международной антитеррористической коалиции, талибы потерпели поражение, и их военная, административная и идеологическая машина была сломлена, хотя остатки отрядов талибов продолжали оказывать сопротивление войскам стран НАТО и их афганских союзников. Исламский Эмират Афганистан, генерировавший международный терроризм и наркобизнес и широко практиковавший попрание прав человека, ушел в прошлое, став достоянием истории.

22 декабря 2001 г. в Кабуле начало функционировать новое, временное правительство Хамида Карзая, сформированное на коалиционной основе в начале декабря на конференции в Бонне. Помочь Афганистану восстановить разрушенную войной экономику и вернуть его на путь мирного строительства согласилось мировое сообщество, обещавшее выделить стране на эти цели 4,5 млрд. долл. сроком на пять лет. Начался новый этап в истории страны, этап возвращения к миру и мирному труду.