Восток в новейший период (1945-2000 гг.)

История Пакистана относительно коротка. В качестве самостоятельного независимого государства он появился 14 августа 1947 г. В ходе национально-освободительного движения народов Индостана мусульманское население региона постепенно консолидировалось в рамках борьбы за создание собственного государства. Партии Мусульманская лига, руководил которой выдающийся политический деятель каид-и азам (Великий лидер) Мухаммад Али Джинна, удалось, активно используя религиозные и эгалитаристские лозунги, добиться создания государства, «свободного от гнета чужеземцев и индусского большинства».

В государство Пакистан (букв. «Страна правоверных») вошли территории с преимущественно мусульманским населением: Западный Пенджаб, Синд, Белуджистан, Северо-Западная пограничная провинция — СЗПП (они образовали соответственно четыре провинции западной части Пакистана), а также Восточная Бенгалия и Силхетский округ Ассама, которые составили провинцию Восточная Бенгалия (Восточный Пакистан). Площадь нового государства равнялась 947,7 тыс. кв. км; население — ок. 76 млн. человек. Территория Западного Пакистана (т. е. нынешнего государства Пакистан) составляла 806 тыс. кв. км с населением в 34 млн. человек (ок. 45 % всех жителей страны). Самой крупной этнической группой Западного Пакистана (60 %) являлись пенджабцы.

История Пакистана делится на несколько этапов. В основу ее периодизации положен принцип смены государственно-политических форм и методов правления.

Период действия конституционно-парламентских институтов (1947–1958)

Пакистану досталось от прошлого тяжелое наследие: общая экономическая отсталость, низкая производительность труда, преобладание аграрного сектора с низшими формами производственных отношений, нехватка продуктов питания, низкий культурный и образовательный уровень населения. В первом полном финансовом году национальный доход в расчете на душу населения составил ничтожную сумму в 230 рупий (примерно 70 долл.).

В Пакистане оказались только восемь городов, население которых было более 100 тыс. человек. Из промышленных предприятий, отошедших к Пакистану (9,6 % их общего числа в неразделенной Индии), значительную часть представляли собой небольшие кустарного типа заведения по первичной переработке сельскохозяйственного сырья. Основную часть промышленных товаров приходилось ввозить из-за границы.

Почти все население страны проживало в деревне, где господствовало крупное помещичье землевладение. В Западном Пакистане 6 тыс. лендлордов имели больше земли, чем 3,3 млн. крестьянских семей. Прямым наследием прошлого являлось существование джагиров, т. е. помещичьих владений, освобожденных от каких-либо налогов. Полуфеодальная аренда в сочетании с ростовщическими методами приносила крупным помещикам большие доходы, что делало их мало заинтересованными в развитии технической базы сельского хозяйства; задавленные нуждой крестьяне не имели для этого необходимых средств и возможностей. Большую опасность представляли эрозия, засоление и заболачивание почв. Урожайность продовольственных культур была очень низкой.

Крайне тяжелым было положение системы просвещения. В стране не хватало преподавателей, учебных пособий, соответствующего оборудования. Мало было высших и специальных учебных заведений, колледжей, школ всех ступеней. Лишь 7 % жителей Пакистана были грамотными. На момент раздела в стране имелось два университета (в 1947 г. был открыт третий).

Помимо этих коренных проблем развития нового государства появились проблемы, связанные с разделом Индии. К ним, прежде всего, относились вопросы ликвидации ущерба, понесенного в результате кровавых индусско-мусульманских погромов, а также наплыва миллионов беженцев-мусульман (и связанные с этим вопросы их размещения и трудоустройства) и эмиграции в Индию таких же масс немусульман, что обусловило возникновение острого вопроса о собственности лиц, переселившихся из одной страны в другую. Сложными были вопросы окончательной демаркации границ двух государств; положения религиозных меньшинств, оставшихся в Индии и Пакистане; распределения вод пограничных рек и ирригационных систем; разделения общих авуаров и бывшей англо-индийской армии; государственной принадлежности множества княжеств.

Решение этих проблем затянулось на многие годы, осложняя и обостряя отношения между Пакистаном и Индией. Так или иначе они были, в конце концов, урегулированы, что, однако, не принесло ослабления напряженности во взаимоотношениях двух стран, поскольку длительная борьба вокруг спорных вопросов ожесточила обе стороны, а решение некоторых из них вызвало полное неприятие одной из сторон. К их числу относится проблема княжеств, и, прежде всего, Кашмира (по условиям раздела правители княжеств имели право сами принимать решение о вхождении в Индию, Индийский Союз или Пакистан с учетом географического положения княжества и интересов его населения, исходя из его религиозной принадлежности).

Судьба небольших княжеств была решена довольно быстро. Что же касается кашмирского вопроса, то он не решен до сих пор и является главным и самым острым раздражителем пакистано-индийских отношений. Кашмир — одно из крупнейших индийских княжеств (240 тыс. кв. км с населением на момент раздела 4,5 млн. человек), находившееся в непосредственной близости от территорий Китая, Индии, Пакистана, Афганистана и в то время СССР. Важное стратегическое положение, природные и экономические ресурсы, наличие на его территории многих рек, протекающих на остальной части Индостана, делали его «яблоком раздора» между Индией и Пакистаном. Но самым главным было, конечно, расхождение в идеологических подходах к решению этой проблемы. Для Пакистана включение в состав Индии этой, населенной преимущественно мусульманами, территории означало подрыв самой базы, на которой было создано это государство. Для Индии присоединение Кашмира к Пакистану нанесло бы серьезный удар по принципу секуляризма, который в Дели был объявлен основой государственного строительства.

Правитель Кашмира, индус по религии, склонялся к мысли о присоединении к Индии. Чтобы предотвратить такой ход событий, в октябре 1947 г. началось вторжение в Кашмир вооруженных отрядов, сформированных на пуштунских территориях Пакистана. В западной части княжества был образован Азад Кашмир (Свободный Кашмир), находящийся под полным контролем Пакистана. Махараджа княжества заявил о своем желании присоединиться к Индии и попросил у Дели помощи. 26 октября 1947 г. вступление Кашмира в Индийский Союз было оформлено официальным соглашением. Переброшенные по воздуху подразделения индийских войск остановили наступление пакистанских отрядов. Вооруженный конфликт в Кашмире длился больше года. В конце 1948 г. при посредничестве ООН между Пакистаном и Индией было достигнуто соглашение о прекращении военных действий с 1 января 1949 г. Тогда же была установлена линия прекращения огня, разделившая Кашмир на территории, контролируемые обоими государствами. У Пакистана кроме Азад Кашмира оказались северные территории, находившиеся под его прямым управлением. В целом под контролем Пакистана находились 40 % территории княжества и около трети его населения.

Поскольку проблема оставалась нерешенной. Совет Безопасности принял резолюцию о необходимости проведения в Кашмире плебисцита. Обе противостоящие стороны согласились с этим; однако впоследствии, в связи с тем, что на территории княжества продолжали оставаться вооруженные силы обеих стран, Индия посчитала, что в таких условиях проведение плебисцита и особенно реализация его результатов невозможны. Отрицательную роль сыграл также отход Пакистана от начального нейтралистского курса, создание военно-политического союза с США и вступление его в военные блоки СЕАТО и Багдадский пакт (с 1959 г. — СЕНТО).

Отказавшись от проведения плебисцита, Индия взяла курс на экономическую и политическую интеграцию «своей части» Кашмира. Пакистан, естественно, не признал эти действия и продолжал настаивать на проведении плебисцита в качестве решения спора. Индия видела нерешенность кашмирской проблемы только в пребывании пакистанских войск и администрации на территории штата Джамму и Кашмир и требовала их отвода.

Как уже отмечалось, в первые годы существования Пакистана его внешняя политика в целом носила нейтралистский характер. Этот период был временем поиска союзников, которые обеспечили бы поддержку Пакистану в решении его сложных внутренних проблем и помощь на международной арене, прежде всего, в противостоянии с Индией и Афганистаном (последний протестовал против вхождения районов, населенных пуштунами, в состав Пакистана).

Правящие круги Пакистана посчитали, что наилучшим образом обеспечит их интересы союз с США. Вашингтон также отводил этому государству важную роль по укреплению своих позиций в азиатском регионе, рассматривал его как средство давления на Индию с ее политикой неприсоединения. К середине 1950-х годов был оформлен союз Пакистана с США. Америка стала главным источником внешней помощи, основным торговым партнером Пакистана. Ему предоставлялась также значительная военная помощь. Союз с США обусловил одностороннюю ориентацию Пакистана на западные державы, вхождение в созданные ими блоки СЕАТО (1954 г.) и Багдадский пакт. В этот период Пакистан был сторонником блоковой системы в международных отношениях и выступал против политики неприсоединения, называя ее «аморальной».

Внутриполитическая жизнь в Пакистане с самого начала отличалась большой нестабильностью и репрессивностью действий властей. Правящая элита была слаба и экономически, и политически. Она не имела большого опыта «цивилизованной» борьбы с оппонентами, практики политических компромиссов и маневра. Выход из возникающих сложностей она обычно искала на пути ужесточения внутреннего курса, усиления насильственных действий, широкого привлечения армии к контролю над ситуацией.

Тяжелым ударом для страны стали смерть в сентябре 1948 г. основателя Пакистана М.А. Джинны и убийство в октябре 1951 г. его преемника, первого премьер-министра — каид-и миллат (вождя нации) — Лиакат Али Хана. Пришедшие им на смену руководители оказались довольно слабыми, недостаточно готовыми к замене своих выдающихся предшественников и малоэффективными в управлении государством.

В течение почти всего «гражданско-демократического» периода не только не соблюдались, но даже не были провозглашены основные права граждан. Карательные органы постоянно использовали против оппозиции пресловутые акты «об охране общественной безопасности», которые позволяли арестовывать любого гражданина, включая и члена парламента. Политическая нестабильность в данный период была обусловлена неспособностью функционирования конституционно-парламентской системы, механически перенесенной в Пакистан, где еще не сложились для этого объективные и субъективные условия. Экономическая и социальная отсталость районов, составивших Пакистан, отсутствие среднего класса, наиболее заинтересованного в буржуазной демократии, традиционные представления в стране о власти и многие другие факторы не способствовали успеху парламентской демократии. Не следует забывать, что почти половину территории Пакистана занимали княжества. В этих заповедниках нищеты и бесправия население было лишено элементарных человеческих прав, в них не существовало никаких выборных органов власти, князья обладали абсолютной властью во внутренних делах своих владений.

В результате формально существовавшая парламентская система была крайне неэффективна и не способна хоть в какой-то мере реформировать и модернизировать общество, обеспечить развитие его основных сфер.

Позитивную роль в общественно-политическом процессе в Пакистане могла бы сыграть конституция, принятая в 1956 г. Она устанавливала и закрепляла фундаментальные принципы и формы буржуазно-демократической системы — всеобщие и прямые выборы, ответственность правительства перед парламентом, представительский характер полномочий президента и реальную власть премьер-министра, федеративное устройство государства с достаточно широкими правами автономий. Законы, несовместимые с основными правами человека, провозглашались в ней утратившими силу. Если бы такая конституция была введена в действие в начале существования государства, как это было в Индии, то, возможно, политические процессы в Пакистане пошли бы в ином направлении. Но конституция вступила в действие тогда, когда деградация провозглашенных ею норм и институтов зашла слишком далеко и что-либо изменить уже было невозможно. Дискредитация парламентской демократии продолжалась, что давало в руки ее противников довольно веские аргументы.

До принятия конституции Пакистан оставался на положении британского доминиона, вся его система управления основывалась на введенном еще в 1935 г. Законе об управлении Индией и Законе о независимости Индии, принятом парламентом Англии в 1947 г. В соответствии с последним, законотворческую работу и подготовку конституции нового государства выполняло Учредительное собрание. Его депутатами стали члены выбранного непрямым путем в июне 1946 г. Учредительного собрания Индии, представлявшие территории, вошедшие в состав Пакистана. Председателем собрания избрали М.А. Джинну, который был также генерал-губернатором доминиона и возглавлял его правительство. Подавляющее большинство депутатов Учредительного собрания были членами Мусульманской лиги или поддерживали ее. Оппозицию представляли небольшая группа от Национального конгресса Пакистана (выражавшего интересы индуистской общины) и несколько левых депутатов, порвавших с Мусульманской лигой.

В 1950-е годы в Пакистане возникло много политических партий. Часть их была создана деятелями, вышедшими из Мусульманской лиги. Группа бывших членов Лиги в 1950 г. образовала партию «Азад Пакистан» («Свободный Пакистан»), вставшую в ряды левой оппозиции. Значительный урон правящей партии нанес выход из ее состава большой группы видных политических деятелей, которые в 1956 г. создали Республиканскую партию. Результатом резкой активизации политической жизни в провинциях явилось появление здесь множества националистических и национально-демократических партий и организаций. В западной части страны — Врор пуштун (Братство пуштунов), Синд авами махаз (Народный фронт Синда), Балуч парти (Белуджская партия) и др. В Восточной Бенгалии начали действовать: Ганатантри дал (Демократическая партия), Кришак шрамик парти (Крестьянско-рабочая партия). Авами лиг (Народная лига), созданная в 1949 г. и несколько раз менявшая впоследствии свое название, и Национальная народная партия (образована в 1957 г.), хотя и являлись общенациональными организациями, все же основную базу для своей деятельности имели в восточной части страны. В рассматриваемый период активно действовала Коммунистическая партия Пакистана, основанная в 1948 г. (основные ее кадры составили мусульмане из числа членов Компартии Индии).

Правые силы создали ряд религиозно-общинных партий. Главной из них стала возникшая еще в 1941 г. в Индии по инициативе видного исламиста Абул Ала Маудуди организация Джамаат-и ислами (Исламское общество). В 1942 г. появилась организация клерикалов-традиционалистов — Джамиат-ул-улама-и ислам (Общество мусульманских богословов). Наконец, в 1948 г., уже в Пакистане, была создана партия Джамиат-ул-улама-и Пакистан (Общество пакистанских богословов), а в 1953 г. — Низам-и ислам (Исламский порядок).

Осложнение внутренней ситуации не вело к консолидации правящей верхушки, а, наоборот, ослабляло ее, усиливало расхождения, обостряя фракционную борьбу. Неуклонно теряла свои господствующие позиции Мусульманская лига. Уже в 1951 г. на выборах в Законодательное собрание Пенджаба за нее проголосовали только 52 % избирателей. Следующие провинциальные выборы в СЗПП и Синде показали дальнейшее падение ее влияния. Наконец, на выборах в Восточном Пакистане в 1954 г. она потерпела сокрушительное поражение, завоевав всего лишь 10 депутатских мандатов из 309.

Мусульманская лига, чтобы удержать страну под своим контролем, пошла на широкие репрессивные меры. Пришедшее к власти в Восточной Бенгалии в результате выборов правительство, в котором преобладающие позиции занимала Народная лига, было разогнано, а в провинции ввели чрезвычайное положение (май 1954 г.). В октябре 1954 г. чрезвычайное положение было распространено на всю страну. Учредительное собрание было распущено, правительство сформировал генерал-губернатор. Все это сопровождалось массовыми арестами, введением цензуры и т. д. Одновременно для ослабления политического значения Восточного Пакистана правящие круги пошли на объединение всех субъектов федерации западной части страны в единую провинцию, которая стала называться Западный Пакистан.

В мае 1955 г. чрезвычайное положение было отменено, и в следующем месяце состоялись непрямые выборы нового Учредительного собрания (его депутаты избирались провинциальными законодательными собраниями). В этом высшем представительном органе страны Мусульманская лига получила всего 25 мест из 80. В последующие годы она или находилась у власти только в коалиции с другими партиями, или была отстранена от нее.

Образование нового Учредительного собрания и принятие конституции не остановили потока негативных политических событий. Переносились предусмотренные новой конституцией сроки проведения первых всеобщих выборов. Постоянно менялись правительства в центре и провинциях, часто вводилось чрезвычайное положение, непрерывно менялся партийный состав законодательных органов, создавались и рушились коалиции политических партий. Происходили террористические акты против политических лидеров. 9 мая 1958 г. был убит крупный политический деятель Пакистана, руководитель Республиканской партии Хан Сахиб.

В обстановке растущей внутренней нестабильности и дискредитации существующей государственно-политической системы в Пакистане 8 октября 1958 г. был осуществлен переворот и установлено военное положение. Главнокомандующий пакистанской армией генерал Мухаммад Айюб Хан (в октябре 1959 г. ему было присвоено звание фельдмаршала) стал главным военным администратором и вскоре президентом страны. Были распущены все законодательные собрания, запрещены политические партии, митинги и демонстрации, арестованы лидеры демократического и национального движений, отменена конституция.

Так завершился первый период существования Пакистана. Возможно, это был самый сложный, противоречивый и беспокойный отрезок пакистанской истории, что во многом объясняется трудностями вхождения этого региона в фазу независимого существования. Разумеется, и за этот период были достигнуты определенные позитивные результаты в различных сферах жизнедеятельности пакистанского общества.

В целом ускорилось экономическое развитие страны, особенно промышленное. За десять лет объем промышленного производства вырос более чем в четыре раза. С 1955 г. Пакистан не только удовлетворял потребности внутреннего рынка в хлопчатобумажных изделиях, но и экспортировал их за границу. На р. Инд было сооружено несколько крупных гидроэнергетических объектов. Был создан довольно масштабный государственный сектор, что давало возможность более рационально использовать скудные финансовые ресурсы. В Пакистане увеличилось число городов, повышалась грамотность населения, росла численность учебных заведений. В 1947 г. был открыт Синдский университет, в 1950 г. — Пешаварский, в 1951 г. — Карачинский, а также ряд специализированных вузов. В 1957 г. была отменена куриальная система выборов в парламент.

Военные у власти (1958–1971)

Переворот в октябре 1958 г. был проведен под лозунгами ликвидации недостатков, порожденных прежними правительствами, и превращения Пакистана в сильное, процветающее государство. Пороки прежних режимов отождествлялись с парламентской демократией. Тем самым оправдывались ее ликвидация и установление «сильной власти».

Новое руководство установило в стране жесткий репрессивный режим. Была запрещена деятельность политических партий, молодежных организаций, введена строгая цензура. Длительное тюремное заключение грозило участникам политических митингов и демонстраций, забастовок, оппозиционным деятелям. Были арестованы многие видные деятели демократического и национального движения, лидеры профсоюзных и крестьянских организаций, прогрессивные деятели культуры.

Правительство М. Айюб Хана, используя суровые меры военного положения, пошло на реформирование пакистанского общества, определенную его модернизацию. Первым и наиболее важным мероприятием, объявленным уже в январе 1959 г., была аграрная реформа. Ее целью было содействие развитию предпринимательства в сельском хозяйстве, подъему этой отрасли экономики, ослабление недовольства миллионных масс крестьян.

Главное в аграрном законодательстве было ограничение помещичьего землевладения 500 акрами орошаемой и 1 тыс. акров неорошаемой земли. Излишки с выплатой компенсации изымались у помещиков и за выкуп распределялись среди крестьян, в первую очередь среди арендаторов. Закон разрешал помещикам оставлять дополнительные участки, если на них велось предпринимательское хозяйство (животноводческие фермы, конные заводы, выращивались технические культуры и т. д.). Реформа 1959 г. провозглашала ликвидацию системы джагирдари и запрещение принудительного труда крестьян — бегара. Помещикам запрещалось увеличивать ренту или долю арендаторов в государственных налогах и сгонять их с земли. Следует отметить также запрещение дробления земельных участков меньше установленного размера и обязательную консолидацию раздробленных помещичьих владений. Закон предусматривал помощь кредитами, оборудованием, удобрениями и пр. тем землевладельцам, которые применяли капиталистические методы ведения хозяйства. Поощрялось создание на пустующих государственных землях частных ферм.

Аграрная реформа 1959 г. даже по тем временам была довольно ограниченной. Она затрагивала верхушку земельной аристократии — примерно шесть тысяч крупнейших помещиков. У них изымалось 2,5 млн. акров, что составляло 5 % всех земельных угодий Пакистана. Таким образом, не стоял вопрос и о существенном увеличении крестьянского земледелия. За счет помещичьей верхушки укреплялись позиции более широких кругов помещиков (так называемых средних помещиков), которых насчитывалось до 60 тыс. и многие из которых так или иначе были связаны с предпринимательской деятельностью. Важно, что из представителей именно этой части помещиков (в основном Пенджаба и СЗПП) набирался офицерский корпус вооруженных сил Пакистана. Некоторые стороны аграрного законодательства должны были привлечь на сторону правящего режима зажиточную верхушку крестьян. Главное, что эти законы в большей мере закрепляли ее права и предоставляли большие возможности для предпринимательской деятельности.

Реформа 1959 г. была направлена на некоторую модернизацию самой отсталой отрасли народного хозяйства. В связи с этим ставилась задача подъема технического уровня деревни, повышения урожайности основных культур, увеличения их общего сбора. В какой-то мере эти цели были достигнуты. Сколь бы ни были скромны аграрные реформы, но в совокупности с мерами по улучшению технической оснащенности сельского хозяйства, успехами в ирригационном строительстве, использованием высокоурожайных сортов семян («зеленая революция» — с 1967 г.), увеличением посевных площадей и т. д. они обеспечили с начала 1960-х годов медленный рост сельскохозяйственного производства, включая продовольственные культуры. К началу 1970-х годов Пакистан, ввозивший до этого времени значительное количество зерна, уже имел чистый излишек зерновых.

В феврале 1959 г. была провозглашена «новая промышленная политика», которая ставила целью расширение национального производства с помощью частного капитала. Было создано специальное Бюро поощрения частных инвестиций, в том числе и иностранных, оно обеспечивало льготные условия для создания новых предприятий, приобретения оборудования, сырья и т. д. Государство предоставило частному капиталу широкое поле деятельности. В производственной сфере в исключительном ведении государства остались производство вооружения, атомная энергетика, транспорт и средства связи. Государство вкладывало свои средства в те отрасли, которые частный капитал по тем или иным соображениям не желал осваивать. Но после их создания в госсекторе происходила широкая передача их в частный сектор. В течение 1959 г. частным предпринимателям были проданы ряд цементных, сахарных и текстильных предприятий.

Власти активно привлекали иностранный капитал и создавали для него льготные условия. Было снято обязательное прежде условие участия пакистанского национального капитала в тех отраслях, куда иностранные инвесторы производят свои вложения. Иностранному капиталу были гарантированы свободный перевод прибылей, от двойного налогообложения освобождались американские, английские, японские и западногерманские инвесторы, а работающие на пакистанских предприятиях иностранные специалисты — от подоходного налога. Правительство Пакистана торжественно обещало не национализировать иностранные предприятия.

Основной цели промышленной политики — развитию национального производства — содействовали и изменения налоговой системы. Их основная задача сводилась к поощрению частных инвестиций (местных и иностранных).

Одновременно с промышленной и налоговой реформами были внесены изменения и в торговую политику в интересах развития местного производства и привлечения средств крупной пакистанской буржуазии из сферы оборота в материальное производство. В целях увеличения валютных запасов были приняты меры по расширению экспорта товаров. Для поощрения вывоза был снят контроль над экспортом почти всех товаров. Была сделана попытка уменьшения ввоза за счет развития импортозамещающих отраслей. В этих целях снижались импортные пошлины на промышленное сырье, идущее на производство готовой продукции, предназначенной для вывоза. Были приняты меры для повышения конкурентоспособности пакистанских товаров.

Особо нужно отметить, что власти предприняли большие усилия по привлечению иностранного капитала, особенно в производственную сферу. Ряд прямых и косвенных льгот понижали налог на прибыли этих компаний до уровня налога на доходы национальных компаний. На несколько лет освобождались от подоходного налога иностранные специалисты, были ослаблены существовавшие ранее ограничения по их найму.

В результате реформ и действий правительства М. Айюб Хана в Пакистане окрепли тенденции к более быстрому и разностороннему развитию экономики. Этому содействовали также отход от односторонней ориентации на западные державы, расширение сотрудничества с социалистическими странами и афро-азиатскими государствами.

В 1949/50-1959/60 гг. среднегодовые темпы роста валового продукта составляли 2,5 % и в незначительной степени превышали темпы роста населения; в целом доход на душ) населения за этот период вырос всего на 2 %. В 1959/60-1967/68 гг. валовой продукт ежегодно возрастал на 5,7 %, подушевой доход за этот период увеличился на 26 %.

Несмотря на успехи сельскохозяйственного производства, его доля в ВВП уменьшалась более быстрыми темпами, чем прежде, и составила в 1967/68 г. 46,1 % (в 1959/60 г. — 53,2 %). Снизился процент самодеятельного населения, занятого в сельском хозяйстве. Ускорился процесс урбанизации.

Особенно значительные сдвиги произошли в промышленности. Доля ВВП, создаваемого в этой сфере, увеличилась с 9,5 % в 1959/60 г. до 12 % в 1967/68 г. Высокими (ок. 13 %) были и среднегодовые темпы роста промышленного производства. В экспорте росла доля готовых изделий, а в импорте за счет потребительских товаров на первое место вышли машины, оборудование, промышленное сырье. По темпам роста крупная промышленность значительно обгоняла мелкую, а тяжелая — легкую. В рассматриваемые годы началось развитие ключевых отраслей тяжелой промышленности (металлургия, машиностроение, химия), тогда как до этого происходил рост лишь вспомогательных отраслей тяжелой промышленности. В стране заработали нефтеперерабатывающие заводы, предприятия по производству химических удобрений, цемента, вторичного проката, авто- и тракторосборочные заводы, комплекс тяжелого машиностроения и т. д. Серьезное развитие получила горно-добывающая промышленность, увеличилось производство электроэнергии. В 1967 г. был сооружен крупный гидроэнергетический узел Мангла на р. Джелам (приток Инда).

Проведенные в 1960-е годы преобразования экономики Пакистана были, несомненно, положительным явлением в жизни страны. В то же время эти перемены носили ограниченный характер и не устранили полностью пережитков феодального и колониального прошлого, что затрудняло поступательный процесс, обостряло старые проблемы и создавало новые, наиболее значительная из которых — диспропорциональность и несбалансированность развития народного хозяйства страны. Причина этого была, прежде всего, в отставании сельскохозяйственного производства. Из всех преобразований, проведенных режимом М. Айюб Хана, модернизация в наименьшей степени затронула аграрные отношения в деревне.

Сложные и противоречивые процессы сопровождали в то же время и развитие промышленности, которое происходило в условиях сравнительной узости внутреннего рынка и зависимости от внешних источников поступлений важнейших элементов основного капитала. Темпы развития отдельных отраслей были крайне неравномерными. Довольно быстрое развитие некоторых отраслей тяжелой промышленности происходило при незначительном собственном производстве машинотехнического оборудования, в условиях нехватки металла, узкой топливно-энергетической базы. Подобное положение препятствовало не только созданию новых предприятий, но и полному использованию уже установленных мощностей.

В результате увеличения капиталовложений в экономику Восточного Пакистана ее развитие ускорилось. Однако по темпам роста ВВП Западный Пакистан обгонял восточную провинцию, что сделало нереальным решение главной задачи во взаимоотношениях двух частей страны — достижение их экономического паритета. Как и раньше, Восточный Пакистан за счет своего экспорта покрывал часть огромного внешнеторгового дефицита западной провинции. Такое положение вызывало растущее недовольство восточнопакистанского населения и было важной причиной событий 1971 г.

Относительно высокие темпы экономического развития Пакистана в 1960-е годы потребовали напряжения всех внутренних ресурсов, мобилизации дополнительных средств, что, прежде всего, нашло свое отражение в росте налогов. Важным обстоятельством являлся опережающий рост косвенных налогов. Что касается прямых налогов, то при общем росте частнокапиталистического предпринимательства поступления от них почти не увеличивались абсолютно, а относительно даже уменьшались. Иными словами, дело не только в том, что изменения жизненных условий основных масс населения не были значительными, а в том, что существовал серьезный разрыв между темпами роста экономики и их влиянием на материальное положение населения. Через некоторое время это привело к острым социальным потрясениям. Наибольшие выгоды от ускорившегося экономического развития страны извлекла крупная буржуазия, пользующаяся поддержкой государства, в частности в сфере налоговой политики. Даже в официальных документах отмечалось, что быстрое развитие экономики «сопровождается растущей концентрацией капитала и богатств, и экономической мощи в руках относительно небольшого числа крупных предпринимателей». Так, в целом прогрессивное реформирование экономики Пакистана привело к обострению основных социальных противоречий между экономическим ростом и распределением его результатов.

Исходя из назревших потребностей общества, правительство М. Айюб Хана стремилось в какой-то степени преобразовать, «осовременить» важнейшие сферы идеологической и политической жизни страны. Особое внимание было обращено на систему народного образования и такую важную в условиях Пакистана область, как религия. Необходимо было расширять сферу образования, охватывая им возможно большее число людей, а также улучшать качество образовательного процесса, чтобы приблизить школу к практической жизни. В стране не хватало технических кадров, специалистов сельского хозяйства, медработников и др. Одновременно росла безработица среди людей с высшим гуманитарным образованием.

Так как государство было заинтересовано в духовном воспитании подрастающего поколения, его обучение и воспитание было проникнуто духом ислама. В средней школе ввели преподавание основ ислама как обязательный предмет. Изучение Корана стало обязательным для мусульманских детей, посещающих христианские миссионерские школы. Созданный в 1963 г. Совет по развитию образования одну из своих основных задач видел в «выработке у учащихся исламского взгляда».

В то же время некоторые основные программы — по снижению уровня неграмотности среди взрослого населения, расширению обучения женщин — проводились в жизнь крайне медленно. Принятые амбициозные планы введения всеобщего начального и среднего (восьмилетнего) образования остались на бумаге. Их выполнение упиралось как в недостаток государственного финансирования, так и в бедность общества, нищету подавляющей части жителей. Бедность зачастую не позволяла детям посещать школу (необходимость работы по домашнему хозяйству, отсутствие учебников, одежды, обуви и т. д.). Это обусловливало и острую проблему отсева учащихся.

Стремление переложить основные тяготы реформирования образовательной системы на самих трудящихся, провести в первую очередь те изменения, которые выгодны правящей верхушке, вызывало недовольство общественности, придерживавшейся левых взглядов. Одновременно деятельность властей подвергалась критике и справа, со стороны религиозно-общинных сил, которые были заинтересованы в неизменности положения во всех сферах внутренней жизни страны и усматривали угрозу своему положению в любой модернизации общества. Яростным атакам подверг планы реформирования А.А. Маудуди, требуя разработки «средств и путей создания подлинно исламской системы образования».

Важнейший вопрос политики военного режима — его отношение к исламу. Разумеется, власти в большой степени использовали религию для укрепления своего положения. Ее значение возрастало еще больше в условиях полиэтнического состава страны, к тому же состоявшей из двух отдельных частей. Поэтому ислам являлся главнейшим средством укрепления единства государства. Наконец, только ислам, по утверждению его идеологов, мог обеспечить равенство членов уммы, обеспечить их процветание, способствовать построению «процветающего государства для всех». Отметим, что рассматриваемые события происходили в условиях начавшегося кризиса общепакистанского национализма, неспособности государства обеспечить улучшение жизненных условий широких масс населения.

Военные власти предприняли меры по усилению роли ислама и контролю за ним со своей стороны. В 1960 г. ими создается Центральный институт научных исследований ислама, а в 1962 г. — Академия ислама для подготовки богословов и священнослужителей. Принятая в 1962 г. конституция содержала немало исламских положений: Пакистан объявлялся государством, основанным на исламских принципах социальной справедливости, ни один закон не должен противоречить исламу, пост главы государства может занимать только мусульманин и т. п. Военные власти многое сделали для усиления роли ислама, и это не было всего лишь уступкой религиозно-общинным силам (хотя и это имело место), а отвечало их стремлению — с помощью религии еще больше утвердить и освятить в сознании людей господство правящего блока.

В Пакистане с момента его возникновения (и задолго до этого) шла борьба между так называемыми традиционалистами и фундаменталистами, с одной стороны, и модернистами — с другой. Первые выступали за укрепление и восстановление «классических норм» ислама, выступали против нововведений, вредных для религии. В противовес им «модернисты» стремились привести общество и его идеологию в большее соответствие с требованиями современности.

Лидеры военного режима довольно резко критиковали клерикалов, препятствующих прогрессу и превращающих «подлинно творческое», «динамичное» учение ислама в догму. М. Айюб Хан неоднократно отмечал, что ислам все больше отрывается от жизни и становится «безжизненным предметом, неспособным к развитию и ограниченным территорией мечетей и мавзолеев. В то время как человечество делает огромные успехи в науке, наша религия остается статичной». В то же время официальная пропаганда объявляла, что сам по себе ислам является «самой прогрессивной религией, способной идти в ногу со временем». Поэтому основная задача заключается в том, чтобы «возродить истинный дух ислама в свете современного прогресса и научных достижений».

Однако, когда вопрос переходил в практическую плоскость, правительство действовало довольно нерешительно. Это объяснялось ожесточенным сопротивлением тех групп, которым модернизация была невыгодна с точки зрения их интересов, а главное — опасением ослабить и даже подорвать ту могучую объединяющую силу, которую представлял из себя ислам. Непоследовательность и нерешительность властей в отношении мер, направленных на «осовременивание» пакистанского общества, ярко проявились в его действиях по реформе политической системы и семейного права.

Вторая конституция Пакистана, принятая в 1962 г., носила более секулярный характер, чем другие пакистанские конституции. Большим достижением можно считать изменение названия государства — оно стало называться Республика Пакистан (слово «исламская» было опущено). Конституция провозгласила свободу вероисповедания. Была отбита атака исламистов, требовавших восстановления куриальной системы выборов. Созданный Совет исламской идеологии, имевший право давать заключения по вопросу соответствия любого законопроекта принципам ислама, по сути являлся консультативным органом при президенте, который назначал по своему усмотрению его членов. Е то состав был представлен юристами, правоведами, историками и др., но богословы в него обычно не допускались.

В то же время конституция 1962 г. содержала немало положений, которые по существу делали ислам государственной религией. Как и в предшествующей конституции, провозглашался «суверенитет Аллаха над всей вселенной» и указывалось, что Пакистан основан на «исламских принципах социальной справедливости».

Наиболее острые столкновения между традиционалистами и модернистами шли вокруг Закона о семье и браке. Принятый в 1962 г., он формально запретил полигамию. Однако вопросы, связанные со вторым и последующими браками, были переданы в руки местных органов власти, которые не являлись юридическими органами. Вся обстановка, в которой работали местные органы власти в этой сфере, практически делала формальным провозглашенное законом запрещение многоженства. Также чисто формальным оказалось еще одно важное положение закона — о возбуждении женщиной развода. Нельзя не отметить, однако, что принятое законодательство имело прогрессивное значение с точки зрения защиты прав женщин.

После отмены военного режима в 1962 г. нападки коммуналистских сил, считавших, что конституция носит недостаточно исламский характер, резко усилились. Согласно первой поправке к конституции, принятой уже в 1963 г., восстанавливалось прежнее название государства — Исламская Республика Пакистан, а Совету исламской идеологии вменялось в обязанность изучить все существующие законы с точки зрения приведения их в соответствие с принципами ислама. Можно сказать, что период правления военных во главе с М. Айюб Ханом был в религиозном плане наиболее спокойным и умеренным. В дальнейшем, под влиянием внутренних и внешних факторов, исламизм различных фундаменталистских и традиционалистских сил перешел в широкое наступление.

Осуществленные при М. Айюб Хане изменения государственно-политической системы вызывали недовольство как слева, так и справа. Вместе с тем нельзя не отметить, что они носили системный характер. Руководители военного режима, особенно на первых порах его существования, были противниками парламентской демократии. Кстати, тогда это не вызывало большого недовольства на мировой арене. Государственные деятели, ученые, эксперты считали главным, чтобы система государственного управления соответствовала конкретным условиям страны и обеспечивала в ней порядок, стабильность и безопасность.

Для решения этих принципиальных задач власти провели некоторые предварительные реформы органов власти на местах. Несколько расширены были их экономические функции, предприняты меры по улучшению подготовки чиновничьих кадров. Реформирование государственной системы правительство начало с низших уровней власти. В условиях сильнейшего централизма эти органы практически не играли никакой роли, не решали сколько-нибудь важных вопросов. Подобное положение не соответствовало интересам правящей элиты, которую не устраивало отсутствие достаточной оперативности аппарата на местах и недовольство подобным положением широких слоев населения.

После довольно тщательной, но быстро проведенной подготовительной работы в октябре 1959 г. было объявлено о введении в стране системы «основ демократии». Она предусматривала формирование пяти ярусов органов самоуправления, соответствующих единицам административно-территориального деления: деревня, район, округ, область, провинция. Нижнее звено системы составили органы самоуправления в деревнях, поселках и группах деревень. Каждый из органов состоял из десяти избранных населением депутатов и представлял одну тысячу жителей. При приблизительно равном населении Западного и Восточного Пакистана в обеих провинциях было создано одинаковое число органов самоуправления (по 4 тыс.) и их членов (40 тыс. человек в каждой провинции). Последние образовали коллегию выборщиков для избрания президента, парламента и провинциальных законодательных собраний. Таким образом, прямые всеобщие выборы заменялись непрямыми выборами небольшой группы выборщиков. В вышестоящих органах самоуправления увеличивалось число избранных непрямым путем, а также чиновников различных департаментов и лиц, назначенных вышестоящими органами. Таким обратом, вся система местного самоуправления находилась под контролем государственных чиновников и по сути дела являлась частью бюрократического аппарата. Срок полномочий всех звеньев системы устанавливался в пять лет.

Зимой 1959/60 г. состоялись выборы в органы низшего звена создававшейся системы «основ демократии». В выборах участвовали лица, достигшие 21 года. На их основе были сформированы органы управления на всех уровнях. 14 февраля 1960 г. были проведены выборы президента. М. Айюб Хан был единственным кандидатом на этот пост. За него проголосовало подавляющее большинство членов избирательной коллегии. В 1962 г. прошли выборы в Национальное собрание страны (парламент) и законодательные собрания провинций. Следует отметить, что власти придавали большое значение системе «основ демократии» и внимательно следили за ее деятельностью. В правительстве было создано специальное Министерство по делам местного самоуправления. Власти реагировали на все замечания в адрес функционирования схемы «основ демократии», в определенной степени корректировали ее. Так, в 1967 г. была увеличена численность нижнего звена системы (т. е. коллегии выборщиков высших представительных органов) — с 80 тыс. до 120 тыс. человек.

Вообще говоря, деятельность органов местного самоуправления заметно оживилась, особенно с введением программ общественных работ. Большое внимание уделялось развитию сельского хозяйства, пропаганде передовых методов агрикультуры. Но особенно велика была политическая роль органов «основ демократии». Созданные режимом М. Айюб Хана, выражающие интересы тех слоев, которые составили социальную базу этого режима, эти органы превратились в опору правящей Мусульманской лиги после отмены военного режима. Структура партии соответствовала структуре системы «основ демократии». На всех уровнях между организациями Мусульманской лиги и органами «основ демократии» существовали тесные связи.

С начала 1960-х годов росло недовольство существованием военного режима. Оппозиция усиливалась и слева, и справа. Представители левых считали, что в условиях военного режима отсутствуют возможности для демократического выбора народа, ущемляются его основные права. Правые круги рассчитывали, что парламентские институты дадут им определенные возможности для выражения своих интересов на общегосударственном уровне. За отмену военного режима выступали крупные в прошлом политические деятели (М.М. Даултана, М.А. Хуро, М.А. Чоудхури), которые были отстранены военными от политической деятельности и всеми силами стремились вернуться к ней.

Да и сами военные начали подумывать о возвращении в казармы. Основные социально-экономические и политические задачи, которые стояли перед ними после взятия власти, были в основном выполнены. Хотя проводимое ими реформирование общества в целом носило положительный характер, но практическая отдача для населения была невелика. Недовольство различных социальных и национальных групп нарастало, и дальнейшее пребывание военных у власти привело бы к серьезной дискредитации самого режима и его руководителей.

Для отмены военного режима, собственно говоря, было все готово. Стабильность будущей системы была найдена в президентской форме правления с ничем не ограниченными правами главы государства. Основы этой системы уже действовали: косвенные выборы, схема «основ демократии», отсутствие политических партий и т. д. Оставалось лишь собрать все это в единую организационно-процессуальную систему и представить ее в виде Основного закона государства.

Был выбран наиболее недемократический путь создания конституции. Вместо всенародно избранного Учредительного собрания конституцию подготовила назначенная правительством в феврале 1960 г. комиссия в составе одиннадцати человек; ее текст был утвержден кабинетом министров в январе 1962 г., и 1 марта она была обнародована президентом М. Айюб Ханом. В действие конституция была введена 8 июня 1962 г., и одновременно с этим отменялось военное положение. М. Айюб Хан ушел с действительной военной службы и оставил пост главнокомандующего пакистанской армии.

Как уже отмечалось, новая конституция устанавливала в стране республику президентского типа. В руках президента была сосредоточена огромная исполнительная власть, главой которой он являлся, он обладал также законодательными, финансовыми и судебными полномочиями. Для помощи в осуществлении своих функций президент назначал по своему усмотрению членов кабинета министров. Поста премьер-министра не существовало, правительство возглавлял президент. Он же назначал и смещал губернаторов провинций, членов Верховного суда, генерального прокурора, послов. Он являлся верховным главнокомандующим вооруженными силами страны, назначал высших чинов в армии, в военно-морском флоте и военно-воздушных силах.

Значительными были чрезвычайные полномочия президента. Он мог объявить в стране чрезвычайное положение в случае угрозы войны, агрессии или внутренних беспорядков. В этом случае президент получал право издавать указы, имеющие силу закона, причем парламент не мог отменить такой указ. В период чрезвычайного положения президент мог приостановить действие основных прав граждан и судебный контроль над их осуществлением. Сроки существования чрезвычайного положения зависели от решения президента. Так, в сентябре 1965 г. в связи с вооруженным конфликтом с Индией М. Айюб Хан ввел чрезвычайное положение и отменил его лишь в феврале 1969 г.

При сильной централизации исполнительной власти были все-таки несколько расширены права автономии. Конституция 1962 г. определила сферу исключительной компетенции центра. Все остальные полномочия предоставлялись провинциям. В ведение провинций передавались железные дороги. Никакая поправка к конституции, если она затрагивала права какой-нибудь провинции, не могла быть внесена в парламент без предварительного ее одобрения законодательным собранием данной провинции. Главный город Восточного Пакистана — Дакка — объявлялся второй столицей государства. Государственными языками стали бенгальский и урду. Все эти положения говорят о том, что создатели конституции 1962 г. самым серьезным образом подходили к территориальному устройству государства, особенно опасаясь неблагоприятного развития событий в Восточном Пакистане.

Отмена военного режима активизировала политическую деятельность в стране. Под широким напором оппозиции властям уже в июле 1962 г. пришлось разрешить деятельность политических партий. Возобновила свою деятельность Мусульманская лига, ставшая правящей партией (с декабря 1963 г. ее возглавил президент М. Айюб Хан). Мусульманскую лигу покинула значительная группировка, которая создала свою партию по тем же названием, но стала в оппозицию к правительству. Она объединяла старых политических деятелей, в чем-то ущемленных правящим режимом. Возобновили деятельность Народная лига, выражавшая интересы широких слоев населения Восточного Пакистана (в 1966 г. ее руководителем стал видный политический деятель Муджибур Рахман), и Национальная народная партия (ННП), выдвинувшая программу преобразований социалистического толка. На правом фланге наиболее сильные позиции имели организации Исламское общество и «Исламский порядок».

Новой звездой на политическом небосклоне стала созданная в 1967 г. Пакистанская народная партия (ПНП). Ее возглавил Зульфикар Али Бхутто, видный деятель режима Айюб Хана, занимавший одно время пост министра иностранных дел. После вынужденной отставки в 1966 г. он перешел на сторону оппозиции. Партия привлекала широкие массы популистскими лозунгами, провозглашая: «Ислам — наша вера, социализм — наша экономика, демократия — наша политика».

Несмотря на рост оппозиционных настроений и оживление политической деятельности, властями, казалось, была создана неприступная государственно-политическая крепость, рассчитанная на долгое существование. Такое мнение сложилось после удачно проведенной ими кампании по подготовке и проведению выборов в органы местного самоуправления, а также президента и высших законодательных органов в конце 1964 — начале 1965 г. В связи с выборами сложился крупный блок оппозиционных сил, состоявший как из левых, так и правых. Кандидатом от оппозиции на пост президента баллотировалась Фатима Джинна, сестра Мухаммада Али Джинны. Но за М. Айюб Хана проголосовало 64 % членов избирательной коллегии, а за Ф. Джинну — лишь 35 %. На выборах центрального парламента и законодательного собрания Западного Пакистана пропрезидентская Мусульманская лига получила абсолютное большинство мест, а в высшем законодательном органе Восточного Пакистана она добилась относительного большинства. Лига сформировала и центральное правительство, и оба провинциальных.

Причин последовавшего через четыре года краха системы власти было несколько. Прежде всего, следует отметить, что результаты выборов при ограниченном электорате не показывали реального положения в стране и истинный расклад основных политических сил. Далее, чрезвычайно важно, что после политического безмолвия периода военного режима страна стала быстро наверстывать упущенное за предшествующие годы. В движение за демократические преобразования, улучшение жизненных условий включились самые широкие слои населения — рабочие, учащиеся, мелкая и средняя буржуазия, беднейшие крестьяне, представители интеллигенции. Во главе оппозиционных сил стояли опытнейшие политические лидеры, умело направлявшие удары по правительственному лагерю, используя его малейшие ошибки внутреннего и внешнего порядка.

Правительство попыталось навести порядок, как прежде, суровыми репрессиями. Но, во-первых, восстановление хоть и усеченной парламентской демократии серьезно затруднило использование этого метода. А во-вторых, как уже отмечалось, М. Айюб Хан ушел с поста командующего сухопутными силами, и это, как показали последующие события, было с его стороны большой ошибкой.

Наконец, крайне негативные последствия для Пакистана имел происшедший осенью 1965 г. пакистано-индийский вооруженный конфликт. В августе-сентябре вдоль всей линии прекращения огня в Кашмире шли ожесточенные бои при участии регулярных войск с обеих сторон. С начала сентября боевые действия развернулись в приграничных районах обоих государств. Одновременно происходили столкновения на границе между Восточным Пакистаном и Индией. В военных действиях участвовали крупные пехотные соединения, танки, артиллерия, авиация. Конфликт вызвал в Пакистане значительный рост военных расходов, сокращение ассигнований на экономические нужды, рост налогов. Резко сократилась экономическая помощь западных стран. Главный союзник — Вашингтон сразу же ввел эмбарго на экономические и военные поставки (оно было отменено только через десять лет). Все это привело к ухудшению экономического положения Пакистана и еще раз показало опасность односторонних связей. Именно с этого времени усилилась возникшая ранее тенденция на диверсификацию экономических, политических, дипломатических и прочих связей — с СССР, КНР, другими социалистическими и развивающимися странами. Важным шагом в этом направлении было принятие Индией и Пакистаном предложения главы советского правительства А.И. Косыгина о проведении встречи в Ташкенте с целью нормализации отношений между ними. На переговорах в январе 1966 г. между руководителями Индии и Пакистана при участии А.И. Косыгина стороны приняли Декларацию, в которой заявили о твердой решимости восстановить мирные отношения друг с другом.

Вооруженный конфликт с Индией имел для Пакистана не только негативные экономические и социальные последствия, он также резко активизировал внутриполитическую борьбу в стране. Конфликт, его последствия и государственный курс в отношении Индии привели к серьезным противоречиям внутри правящего режима, ярким проявлением чего явился уход в оппозицию бывшего ярого его сторонника З.А. Бхутто. Его примеру последовали и некоторые другие ведущие деятели режима М. Айюб Хана. Под влиянием событий, связанных с конфликтом 1965 г. в Восточном Пакистане, усилилось движение за расширение прав провинции. Отражением этого явилось выдвижение Муджибуром Рахманом в феврале 1966 г. программы из шести пунктов, где основным требованием было предоставление Восточному Пакистану полной региональной автономии с оставлением в ведении центра только внешней политики, обороны и финансов. Проницательные наблюдатели отмечали, что «война 1965 г. катастрофически ослабила узы между Восточным и Западным Пакистаном». Без всякого сомнения, можно сказать, что многие семена кризисов 1969 и 1971 гг. были посеяны именно конфликтом 1965 г.

Внутриполитическая обстановка в Пакистане резко обострилась в 1968 — начале 1969 г. С требованием восстановления парламентской системы правления выступали все политические партии. В Западном Пакистане настойчиво выдвигалось требование замены единой провинции четырьмя провинциями по лингвистическому принципу. Массовые демонстрации, митинги, забастовки охватили всю страну. Терявшее власть правительство металось от одной крайности к другой, от репрессий к уступкам, совершая при этом немало ошибок. Репрессии лишь усиливали ярость оппозиционеров. Уступки поощряли на выдвижение новых требований. Особое беспокойство правительству приносил З.А. Бхутто, бывший сподвижник президента. Молодой, энергичный, не лишенный политико-организаторских способностей, он поднимал недовольных, играя на националистических чувствах масс, на растущем исламском радикализме. (Пройдет примерно десять лет, и новый руководитель Пакистана З.А. Бхутто окажется точно в такой же безвыходной ситуации. Его попытки выйти из нее только ухудшали дело.)

В самый последний момент тяжело больной М. Айюб Хан попытался вырваться из заколдованного круга путем значительных уступок. В феврале 1969 г. было отменено чрезвычайное положение (введенное в связи с конфликтом 1965 г.). М. Айюб Хан заявил, что не будет выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах. Правительство объявило о решении установить в стране парламентскую систему и ввести всеобщие прямые выборы. В феврале-марте работала конференция «круглого стола», на которой велись переговоры правительства с оппозицией. Но все было напрасно. И 25 марта 1969 г. в условиях растущей политической нестабильности президент М. Айюб Хан сложил с себя все полномочия и передал власть руководству пакистанской армии во главе с ее командующим генералом Ага Мухаммадом Яхья Ханом.

В стране было введено военное положение, распущены законодательные органы и правительство. Генерал А.М. Яхья Хан возглавил военную администрацию, а затем принял на себя обязанности президента страны. Политические партии не были запрещены, но деятельность их ограничивалась. С установлением в марте 1969 г. военного режима перестала действовать вторая конституция страны.

Перед новым военным режимом стояла главная задача — сохранить единство Пакистана, предупредить отмежевание восточной провинции. С этой задачей режим не справился, хотя использовал для этого широкий спектр действий как репрессивного, так и либерально-демократического характера.

С одной стороны, были введены военные суды, запрещены митинги и демонстрации, суровые меры были приняты против деятельности, которая могла рассматриваться как направленная на ослабление связей между Восточным и Западным Пакистаном.

С другой стороны, чтобы привлечь на свою сторону народные массы, военная администрация снизила цены на пшеницу, установила минимум зарплаты для неквалифицированных рабочих, обещала увеличение жалованья низшим категориям служащих, была отменена или отложена выплата части недоимок по налогам с крестьян, низших служащих и других малообеспеченных слоев населения. Была объявлена широкая программа развития «Полосы племен». Большие реверансы были сделаны, естественно, в сторону Восточного Пакистана. Было обещано вдвое увеличить в армии число офицеров-уроженцев этой провинции, предоставить разного рода экономические льготы, расширить прием восточных пакистанцев на высокие должности в центральном аппарате. В правительстве, которое сформировал А.М. Яхья Хан в августе 1969 г., половину министерских постов получили представители Восточного Пакистана.

Правительство провело некоторые позитивные меры в области государственного управления. В 1970 г. был отменен указ об образовании единой провинции Западный Пакистан, который, как и прежде, стал представлять федерацию четырех провинций — Пенджаб, Синд, СЗПП, Белуджистан. В том же году была отменена система «основ демократии»; на местах восстанавливалось выборное самоуправление посредством всеобщих и прямых выборов.

В декабре 1970 г. впервые были проведены всеобщие прямые выборы парламента и законодательных собраний провинций. В Национальном собрании из 300 депутатских мест 162 были предоставлены Восточному Пакистану. На выборах победу одержала Народная лига, получившая 160 мест в Национальном собрании. На втором месте оказалась ПНП, завоевавшая 81 депутатский мандат. Военный режим отказался перераспределить власть в соответствии с волеизъявлением народа и попытался решить проблему военным путем. Армия обрушилась на сторонников Народной лиги (деятельность которой была запрещена), на другие национально-демократические организации. Муджибур Рахман и ряд его соратников были брошены в тюрьму. По всей провинции происходили столкновения между войсками и отрядами повстанцев (мукти бахини). Масса беженцев устремилась в Индию. В ответ на действия пакистанских военных властей 26 марта 1971 г. вместо провинции Восточный Пакистан была провозглашена независимая Народная Республика Бангладеш. Действия отрядов мукти бахини с индийской военной помощью привели к полной капитуляции пакистанских войск 16 декабря 1971 г. В декабре 1971 г. вооруженный конфликт между Индией и Пакистаном распространился и на западный район, включая Кашмир, где действия пакистанских войск также были неудачны. 20 декабря 1971 г., в обстановке всеобщего недовольства в стране, генерал А.М. Яхья Хан, который завел страну в глубокий кризис, подал в отставку и передал обязанности президента и главы администрации по поддержанию в стране военного положения лидеру ПНП Зульфикару Али Бхутто.

Авторитарный режим З.А. Бхутто (1971–1977)

Администрация З.А. Бхутто пришла к власти в очень сложной обстановке, после кризиса, который был самым острым из всех случившихся до этого.

После образования Бангладеш территория Пакистана сократилась на 15 %, а население почти на 54 %. Разрыв экономических связей, сложившихся за 24 года пребывания в составе одного государства, военный конфликт с Индией, резкое уменьшение иностранной помощи поставили экономику страны в тяжелейшее положение. Почти прекратился рост ВВП, снизилось сельскохозяйственное и промышленное производство, развивалась инфляция, и быстро росли цены, особенно на товары первой необходимости.

Вся страна переживала глубокий кризис. Ее армия потерпела сокрушительное поражение от ненавистного противника, более 90 тыс. пакистанских военнослужащих и гражданских лиц оказались в индийском плен). Резко ухудшилось внешнеполитическое положение Пакистана.

Надо отдать должное З.А. Бхутто — он развил кипучую деятельность во всех сферах внутренней и внешней жизни государства. Уже в начале января 1972 г. был установлен государственный контроль (национализация без компенсации) над 31 крупным частным предприятием в ведущих отраслях обрабатывающей промышленности. В 1972 г. проведена национализация страховых компаний (по страхованию жизни) и всех крупных частных банков. В госсектор были взяты компании по торговле нефтепродуктами, а также крупнейшие судоходные компании. В 1973 г. была национализирована экспортная торговля хлопком. Государственное регулирование было установлено на торговлю сахаром, хлебом, а также на всю импортную торговлю.

Эти меры ослабили влияние крупного капитала на экономическое развитие страны, дали возможность правительству сосредоточить в своих руках значительные финансовые средства. В довольно короткие сроки новым властям удалось восстановить позиции Пакистана на внешних рынках.

Важным было решение правительства о новой аграрной реформе, согласно которой потолок землевладения был снижен с 500 акров орошаемой и 1000 акров неорошаемой земли до 150 и 300 акров соответственно. За отчуждаемые земли никакой компенсации владельцам не выплачивалось, а отобранные земли подлежали бесплатному распределению среди безземельных и малоземельных крестьян. Осуществление мер, предусмотренных реформой, было бы чувствительным ударом по традиционной земельной аристократии, но бюрократические преграды во многом выхолостили ее содержание.

Правительство объявило о проведении ряда социальных преобразований — было реформировано трудовое законодательство и значительно расширены права профсоюзов. Возросло социальное страхование, улучшилось медицинское обслуживание рабочих, правительство декретировало повышение минимума заработной платы в некоторых отраслях промышленности. Во всех государственных учебных заведениях с 1 октября 1972 г. обучение стало бесплатным. Была проведена национализация многих частных школ и колледжей. День 1 Мая объявили Национальным праздником труда.

В апреле 1972 г. было отменено военное положение. Были разрешены политические митинги и демонстрации, сняты запреты на деятельность ННП, чьи позиции были наиболее сильными в Северо-Западной пограничной провинции, и других партийных организаций. Были отменены привилегии и пенсии бывших князей.

З.А. Бхутто пытался проводить сбалансированную внешнюю политику. Пакистан вышел из СЕАТО (что стало естественным после потери восточной провинции), а также из Содружества наций (в «наказание» за поддержку, которую Великобритания оказала Индии в период войны 1971 г.). Бхутто активно участвовал в различных международных мероприятиях, расширял имеющиеся и устанавливал новые связи с лидерами различных государств. В марте 1972 г. состоялся визит З.А. Бхутто в СССР, в ходе которого был заключен целый ряд важных соглашений, в том числе о строительстве с советской помощью крупного металлургического завода в Карачи. Дальнейшему росту сотрудничества двух стран содействовал и визит Бхутто в СССР в 1974 г. Позитивным фактом стала нормализация отношений с Индией. Летом 1972 г. произошла встреча руководителей двух государств в Симле. Симлское соглашение содержало программу решения конкретных проблем: взаимный отвод войск, установление в Кашмире «линии контроля», которая возникла после окончания военных действий и заменила прежнюю линию прекращения огня, восстановление коммуникационных связей, сотрудничество в области науки и культуры и т. д. Одновременно соглашение в Симле определило перспективы отношений между Пакистаном и Индией на основе развития дружественных связей, установления прочного мира на субконтиненте, устранения противоречий мирным путем посредством двусторонних переговоров (последнее, прежде всего, относилось к кашмирской проблеме). В 1973 г. была проведена репатриация пакистанских военнопленных и интернированных гражданских лиц, находившихся на индийской территории. В феврале 1974 г. Пакистан объявил о признании Народной Республики Бангладеш.

В целом внутренняя и внешняя политика правительства З.А. Бхутто в рассматриваемый период была довольно результативна. В то же время обозначились и основные направления действий оппозиции, которые впоследствии привели режим к падению. Нормализация отношений с Индией и Симлское соглашение вызвали недовольство правых религиозно-общинных сил, возглавляемых организацией Джамаат-и ислами (Исламское общество). Под давлением фундаменталистов власти объявили секту ахмадия немусульманским меньшинством. В дальнейшем именно исламизм, подпитываемый из-за границы, стал наиболее опасным противником режима. Власти, особенно после отпадения восточной провинции, сурово преследовали «регионализм», куда относились этнические, национально-демократические, культурные движения в провинциях; антигосударственной была объявлена идея «о наличии в Пакистане более одной нации». Федеральное правительство получило право запрещать создание и деятельность политических партий, чьи цели признавались опасными для суверенитета и единства Пакистана.

14 августа 1973 г. вступила в силу новая, третья конституция Пакистана. Естественно, что ее подготовка активизировала политическую деятельность в стране и на этой основе — борьбу различных течений и направлений. Разногласия в основном шли по вопросам о характере республики (президентской или парламентской), о взаимоотношениях центра и провинций, социально-экономических отношениях и т. д. Конституция 1973 г. принципиально отличалась от прежних двух процедурой ее разработки — первая конституция была выработана органом, сформированным в результате непрямых выборов. Конституция 1962 г. была «дарована» народу сверху, третья же конституция была создана Национальным собранием, избранным на основе всеобщих выборов по принципу «один человек — один голос». Памятуя о судьбе прошлых конституций, в третьей записано, что отмена или попытка отмены конституции «незаконными средствами» является государственной изменой. Таким путем ее создатели надеялись предупредить военный переворот. Однако этот шаг мало что дал на практике. В дальнейшем военные диктаторы, взяв власть, приостанавливали действие конституции, изменяли ее, вносили массу поправок.

Конституция 1973 г. закрепила основные социально-экономические и политические принципы деятельности ПНП и провозгласила возможность аналогичных шагов в будущем. Основной целью государственной политики было объявлено уничтожение всех форм эксплуатации и постепенное осуществление главной цели — «от каждого по способности, каждому по труду». Эти положения вызывали ожесточенное сопротивление правой оппозиции. Одновременно, в условиях роста исламизма, в Основном законе для уравновешивания отмеченных социальных принципов были усилены религиозные положения. Впервые конституция страны провозгласила ислам государственной религией. Президентом и премьер-министром могли быть только мусульмане. Все законы страны должны соответствовать исламу. Созданный Совет исламской идеологии должен был обеспечить приведение всех существующих законов в соответствие с исламом. Любой законопроект должен был получить разрешительное заключение Совета.

С точки зрения государственного устройства Пакистан по-прежнему представлял федерацию, состоящую из четырех провинций, столичного округа Исламабад и расположенных на северо-западе, вдоль границы с Афганистаном районов племен, управляемых центром. Как и в прежних конституциях, в третьей в ст. 257 записано: «Когда народ княжества Джамму и Кашмир решит присоединиться к Пакистану, отношения между ним и этим княжеством будут определены в соответствии с пожеланиями народа княжества». Таким образом была подтверждена традиционная позиция Пакистана по кашмирскому вопросу и определено, что решение проблемы Кашмира повлечет за собой изменения конституции Пакистана.

Впервые в государственную систему страны была введена верхняя палата парламента — сенат, непосредственно выражающий интересы субъектов федерации. В сенате провинции представлены поровну. Распределение полномочий между центром и провинциями, в отличие от второй конституции, усилено в пользу субъектов федерации и практически повторяет схему, содержащуюся в конституции 1956 г. Также имеется список наиболее важных вопросов, составляющий сферу исключительной компетенции центра, и список совместной компетенции центра и провинций. В конституции 1973 г. отсутствует имевшийся в первом Основном законе перечень вопросов, находящихся в исключительной компетенции провинций. Вместо этого вопросы, не вошедшие в первый и второй список (так называемые остаточные полномочия), отнесены в ведение провинций.

Нижняя палата — Национальное собрание — имеет преимущества перед верхней. Законопроекты, касающиеся особо важных вопросов, вносятся только в нижнюю палату и после принятия передаются в сенат, который может лишь затормозить процесс прохождения билля, — отвергнутый сенатом проект при повторном одобрении его нижней палатой становится законом. Все остальные проекты вносятся в любую палату, и если одна из них отказывается принять его, то созывается совместное заседание обеих палат, где большинство присутствующих являются членами Национального собрания (237 депутатов против 87 сенаторов). Наконец, при принятии финансовых законопроектов верхняя палата полностью отстранена от процесса — финансовый билль принимается только нижней палатой. В целом можно отметить, что конституция создала механизм власти, в значительной степени обеспечивающий интересы провинций, что обусловлено было и объективными потребностями развития федерации, и самим опытом государства. В то же время конституция сохранила сильные позиции центра.

По конституции 1973 г. Пакистан — парламентская республика, основным признаком чего является ответственность правительства перед парламентом и избрание президента членами высших законодательных органов.

Формально президент обладает довольно широкими полномочиями. Он производит назначения на многие высшие государственные посты — губернаторов провинций, членов Верховного суда Пакистана и высших судов провинций, руководителей трех родов войск и др. Он созывает сессии обеих палат парламента, их совместные заседания, может прервать работу палат, досрочно распустить Национальное собрание.

В то же время конституция ограничила власть президента. Он потерял право назначать премьер-министра и членов кабинета, не является главнокомандующим вооруженными силами страны, не обладает правом отлагательного вето. Указы главы государства должны иметь подпись премьер-министра. В отличие от конституции 1956 г., в соответствии с нынешней, президент не является частью высшей законодательной власти. Эта власть полностью является прерогативой парламента страны. Но самое главное состоит в том, что согласно ст. 48 в осуществлении своих полномочий президент должен обязательно действовать по совету премьер-министра. Отметим, что подобной категоричности не было в конституции 1956 г.

Высшая исполнительная власть сосредоточена в руках правительства, премьер-министр является главой этой власти. Он избирается большинством голосов нижней палаты парламента, формирует правительство, назначая министров и государственных министров из членов парламента. Любой член правительства может быть уволен в отставку главой правительства. Кабинет министров несет коллективную ответственность перед Национальным собранием. Премьер-министр по должности возглавляет ряд государственных органов, прежде всего, Национальный экономический совет — высший экономический орган страны.

Таким образом, по конституции 1973 г. вся полнота власти сосредоточена в руках главы правительства. Сделанная, собственно говоря, «под Бхутто», конституция, наделив его огромными полномочиями, в немалой степени содействовала росту заложенных в характере этого незаурядного деятеля авторитарных тенденций. Этому содействовала и большая приверженность в тот период пакистанского лидера многим идеям Мао Цзэдуна (даже в быту он стремился походить на «великого кормчего» — так же одевался, носил кепку, требовал называть себя «председатель Бхутто» и т. д.). Особенно усердно он пытался воплотить в жизнь маоистский тезис «партия руководит винтовкой». Иными словами, помня прошлые события в стране, судьбы ее гражданских лидеров, он хотел подчинить армию своему руководству. Для этого энергичный, решительный и довольно молодой лидер (в момент прихода к власти ему было около 44 лет) предпринял различные меры законодательного, организационного и пропагандистского характера.

Как отмечалось выше, по конституции 1973 г. вооруженные силы были подчинены правительству, а на деле — его главе. Опытный политик, З.А. Бхутто стремился не привлекать армию к борьбе с демонстрациями, митингами и другими политическими выступлениями (насколько это позволяла обстановка). Сразу после прихода ПНП к власти из вооруженных сил были уволены 43 высших офицера, в благонадежности которых новый лидер страны сомневался. Были упразднены посты главнокомандующих родами вооруженных сил, место которых заняли начальники штабов трех родов войск, составившие Объединенный комитет начальников штабов во главе с председателем. Этот комитет представлял собой высший военный командный орган, в котором в определенной мере был нивелирован пост «главного военного» — руководителя армии. Высший государственно-политический орган по руководству вооруженными силами страны — министерство обороны — возглавил сам З.А. Бхутто.

Режим создал параллельные и независимые от армейского командования военизированные органы политического контроля и принуждения — Федеральную службу безопасности, полувоенные формирования для подавления внутренних беспорядков и Национальную гвардию, подчиненную руководству правящей партии. Опыт многих стран показал, что эти органы безопасности в критический для власти момент не могут противостоять регулярным воинским частям, в то же время их создание и деятельность вызывают негативную реакцию военных кругов. Именно так произошло и в Пакистане.

З.А. Бхутто внимательно следил за положением в армии и постоянно предпринимал необходимые, по его мнению, акции. Особое внимание он обращал на высшие командные посты, на которые назначались проверенные люди. В марте 1976 г. ключевой пост начальника штаба армии занял командующий корпусом генерал Мухаммад Зия-уль-Хак. Его назначили в обход семи генералов как наиболее благонадежного. Позднее З.А. Бхутто называл этот шаг «самой большой ошибкой в своей жизни».

Важно отметить, что в стране постепенно менялось реальное соотношение сил между гражданской властью и армией. Были восстановлены людской и технический потенциал вооруженных сил. Все пленные возвратились на родину. Горечь и разочарование, связанные с событиями 1971 г., постепенно утихли. Авторитет армии снова начал расти. Во время подготовки всеобщих выборов в 1977 г. в стране все сильнее звучали требования установления контроля армии за их проведением. К тому же З.А. Бхутто не удалось устранить армию от решения внутриполитических задач. В 1974 г. воинские части были направлены в Белуджистан для подавления антиправительственных выступлений и оставались там в последующие годы.

В целом позиции режима З.А. Бхутто слабели. Его бурная реформаторская деятельность вначале породила в народе энтузиазм и большие надежды. Однако, как известно, позитивные результаты экономических реформ положительно сказываются в социальной сфере довольно нескоро, а на первых порах имеют чаще негативные последствия. В стране росла безработица, расширялись районы трущоб. Политика национализации сдерживала увеличение внутренних и внешних капиталовложений. Это препятствовало промышленному росту (в 1975/76 г. он составил лишь 1,5 %) и осложняло проблему занятости населения. Не следует забывать и об объективных трудностях — резком сокращении иностранной помощи, воздействии негативных явлений в экономике Запада, особенно энергетического кризиса. В начале 1970-х годов в Пакистане к тому же чуть ли не ежегодно происходили природные бедствия — засухи, наводнения и т. п.

Готовясь к выборам в парламент. З.А. Бхутто провел серию радикально-популистских мероприятий. В 1976 г. было национализировано несколько тысяч мелких предприятий по переработке сельхозпродукции (мельницы, рисорушки, хлопкоочистительные фабрики). В январе 1977 г. было объявлено о еще одной аграрной реформе, предусматривавшей дальнейшее снижение потолка землевладения. Кроме того, были повышены пенсии рабочим при потере трудоспособности. Объявленные меры носили сугубо пропагандистский характер и остались невыполненными. Что же касается национализации малых агропромышленных предприятий, то этим правительство вызвало широкое недовольство тысяч пострадавших от этих мер людей. Национализация к тому же привела к сбоям в снабжении и спаду производства муки, риса, хлопка-волокна.

Усиливался репрессивный характер правительственной политики. Для разгона демонстраций, митингов, стачек использовались вооруженная полиция и воинские подразделения. Подавлялась политическая оппозиция. Была запрещена деятельность ННП — основного противника властей слева.

Реальная обстановка вызывала у людей чувство обманутых надежд и огромное разочарование. Ситуацией умело воспользовалась оппозиция. В январе 1977 г. она объединилась организационно, создав антиправительственный блок из девяти партий — Пакистанский национальный альянс (ПНА). Хотя его основу составили правые религиозно-общинные партии, в него входили также и некоторые национально-демократические и левоцентристские партии. ПНА, таким образом, образовал довольно широкую базу для привлечения всех недовольных как справа, так и слева. Между тем сама ПНП рассорилась со своими политическими союзниками (например, с Всепакистанской мусульманской лигой во главе с А. Каюм Ханом). В партии усилились фракционные течения. Все кадровые вопросы, чистка рядов партии и прием новых членов находились под непосредственным контролем лидера. За все десять лет существования ПНП в ней ни разу не были проведены выборы руководящих партийных органов.

В марте 1977 г. в стране прошли всеобщие выборы. Победу на них одержала ПНП. Однако ПНА не признал итогов выборов и развернул широкую кампанию за отставку правительства. Власти пытались выйти из кризисного состояния путем сочетания уступок и репрессий. После начала массового антиправительственного движения З.А. Бхутто предложил провести в стране референдум по вопросу о доверии премьер-министру. Затем власти выступили с инициативой проведения повторных выборов в законодательные собрания провинций и в случае победы оппозиции обещали новые парламентские выборы. Одновременно правительство ужесточало свой внутренний курс. В апреле в самых крупных и беспокойных городах — Карачи, Лахоре и Хайдарабаде было введено военное положение.

Безуспешной была попытка ослабить фундаменталистов усилением собственной происламской кампании, принятием некоторых мер, таких как запрещение продажи алкоголя, азартных игр и т. д. Резкий антиамериканский демарш, к которому прибег Бхутто в конце апреля 1977 г., также не принес ему пользы. Противостояние правительства и оппозиции затягивалось. В обстановке растущей политической нестабильности и экономических трудностей к власти вновь пришли военные. 5 июля 1977 г. был совершен новый государственный переворот. В стране было введено военное положение, распущены выборные законодательные и исполнительные органы, приостановлено действие конституции. Вся власть сосредоточилась в руках начальника штаба армии генерала М. Зия-уль-Хака, ставшего главным военным администратором, а с сентября 1978 г. и президентом страны.

Военный режим генерала М. Зия-уль-Хака (1977–1988)

Очередной выход военных на государственную арену произошел, как обычно, в условиях экономических неурядиц и острейшей политической нестабильности. В то же время это был своеобразный ответ консервативных, традиционатистских сил общества на попытки его модернизации, предпринятые правительством З.А. Бхутто. Правым удалось, умело используя недостатки и промахи правительства Бхутто, втянуть в борьбу с властями значительные массы трудящихся, общественности, некоторые демократические партии и организации.

Результатом переворота в июле 1977 г. явилось усиление позиций части крупной буржуазии, земельной аристократии, традиционалистов. В их интересах проводилась политика режима М. Зия-уль-Хака. Были отменены или заморожены реформы, объявленные прежним правительством, проводился курс на ограничение государственного сектора в экономике, денационализацию предприятий (правда, робкую и непоследовательную), развитие частного предпринимательства. Во всех сферах пакистанского общества усиленно проводилась политика исламизации.

Режим М. Зия-уль-Хака имел ряд существенных отличий от прежних военных правлений. Прежде всего, следует отметить длительность третьего военного режима, обеспеченную умелым использованием генералом опыта предшественников, стремлением и (бежать их ошибок, отказом копировать их действия в совершенно иных условиях. Судьба генерала А.М. Яхья Хана напоминала о том, сколь опасно доводить конфронтацию с Индией до военных действий.

После переворота в 1977 г. политическая деятельность в стране была ограничена, но не запрещена, продолжали функционировать партии и общественные организации. Представители правых религиозно-общинных партий входили в состав правительства, а в реорганизованном 24 августа 1978 г. кабинете министров не было военных, кроме самого М. Зия-уль-Хака; кабинет, возглавляемый президентом, состоял из чиновников, крупных бизнесменов и членов Мусульманской лиги, организации Исламское общество, Общества мусульманских богословов, Пакистанской демократической партии. Только в конце 1979 г., когда позиции правительства достаточно укрепились и был физически устранен (казнен 4 апреля 1979 г.) самый опасный противник — З.А. Бхутто, власти запретили деятельность политических партий, что фактически касалось демократических партий и Пакистанской народной партии. Возглавившие ПНП вдова ее лидера Нусрат Бхутто и дочь Беназир годы военного режима провели либо за тюремной решеткой, под домашним арестом, либо в эмиграции. Для правых партий запрет носил довольно условный характер, и они по-прежнему оказывали режиму поддержку.

В период правления М. Зия-уль-Хака регулярно проводились выборы в органы местного самоуправления. Усиленно маневрировал режим и в других сферах. Содействуя развитию экономики, правительство пыталось посредством политики в области ценообразования и налогообложения несколько ослабить налоговое давление на широкие слои населения, не допустить слишком большого разрыва между ростом экономики и его результатами для трудящихся масс. В какой-то мере задачами социального характера было вызвано введение традиционных исламских налогов закят и ушр (главной причиной, конечно, были религиозные мотивы). Поступления от них шли на нужды наиболее обездоленной части населения и отчасти облегчали существование остро нуждающихся. Закят и ушр — это прямые налоги, введенные дополнительно к уже существующим. Они вели к определенным отчислениям средств имущих граждан на нужды инвалидов, вдов, сирот, нетрудоспособных и т. д. Разумеется, эта мера имела большой пропагандистский характер. Надо отметить, что правительство имело определенные возможности для социального маневрирования благодаря финансово-экономической помощи иностранных государств в тот период и значительным денежным переводам от массы пакистанцев, устремившихся на работу в страны Ближнего Востока.

Но самым важным направлением политики режима генерала М. Зия-уль-Хака, которая представляла собой искусное маневрирование в масштабах всего государства, была, без сомнения, исламизация практически всех сфер жизнедеятельности пакистанского общества. Подчеркнем, что ни до, ни после этого подобного явления в Пакистане не было. Именно исламизация сыграла основную роль в том, что режим продержался так долго. М. Зия-уль-Хак умело использовал рост исламистских настроений со второй половины 1970-х годов во всем мусульманском мире, включая и Пакистан, в котором к этому времени уже исчерпал себя общепакистанский национализм как идеология широких масс, надеявшихся на лучшую жизнь в «своем» государстве. Пакистанский национализм при Зия-уль-Хаке оказался в еще большей степени пропитан исламской идеологией. В стране по существу сложилась новая государственная идеология, весьма близкая исламизму.

Руководители страны хорошо понимали, что широкие массы привлекают, прежде всего, эгалитаристские положения, содержащиеся в исламе. Поэтому целью своей политики власти объявили создание «подлинного исламского общества», общества «всеобщего равенства и благоденствия», свободного от недостатков и пороков современности. В практической и пропагандистской деятельности внимание обращалось на уменьшение разрыва между бедными и богатыми, создание «подлинно исламских органов власти», «очищение общества» от таких явлений, как употребление алкоголя, азартные игры, порнография и т. д., а также введение жестоких исламских наказаний за некоторые виды «безнравственных» и уголовных преступлений (супружеская неверность, воровство, мошенничество и т. д.).

В сфере государственного строительства «истинно исламским» был объявлен созданный в 1982 г. Маджлис-и-шура (Совещательное собрание), заменивший парламент. Его члены назначались президентом. В случае же восстановления выборного процесса избирательное право следовало предоставлять не всем, а только «настоящим», «правоверным» мусульманам. Военный режим восстановил раздельную систему выборов по религиозным общинам. Вооруженным силам была вменена в обязанность защита не только границ государства, но и его идеологии, т. е. ислама. Учрежденный в 1980 г. Федеральный шариатский суд определял соответствие действующих или принимаемых законов принципам ислама и решал уголовные дела, по которым применялись традиционные наказания.

Особенно большое внимание уделялось идеологической обработке вооруженных сил. Ислам был положен в основу воспитательной работы при обучении военнослужащих. В армии были введены те же запреты и ограничения, предусмотренные шариатом, что и во всей стране. Муллы в подразделениях были возведены в ранг религиозных учителей, а ислам включен в качестве основного предмета в программы обучения личного состава. Урду заменил в армии английский язык. Исламская идеология была положена в основу разработки военной политики. Вопросы военной стратегии увязывались с концепцией джихада. Глубоко изучалась мусульманская военная история. При наборе на военную службу и продвижении по карьерной лестнице в армии важную роль играло соблюдение военнослужащими религиозных правил и обычаев. Вот почему на рубеже XXI в. был так велик процент связанных с фундаментализмом представителей комсостава, особенно высшего ранга, начинавших службу при Зия-уль-Хаке. Поскольку военные полностью контролируют все, что связано с атомным оружием, отмеченный факт в какой-то мере объясняет существование связей пакистанских ядерщиков с некоторыми мусульманскими странами.

Огромное внимание уделялось проникновению ислама в духовную и культурную жизнь пакистанцев, в систему образования. Все учебники в школах и вузах были пересмотрены с точки зрения их соответствия исламу. В 1980 г. был открыт Исламский университет в столице. В течение 1983 и 1984 гг. к работе приступили около двенадцати тысяч школ при мечетях (медресе).

Росту исламизации в Пакистане и в его вооруженных силах содействовала постоянная конфронтация с Индией, союз с моджахедами Афганистана, поддержка экстремистов в Кашмире. Пакистанские спецслужбы и главная из них — Объединенная военная разведка (ОВР) — помогали появлению военизированных исламорадикальных организаций для подрывной деятельности в Кашмире и Афганистане. Среди этих террористических организаций следует назвать Пакистанскую Сипах-и сахаба-и Пакистан (Армию сподвижников Пророка), Харкат-уль-муджахеддин (Движение борцов за веру), Сипах-и Мухаммад (Армию Мухаммада) и др.

Большую роль для Пакистана в рассматриваемый период сыграли известные события в соседнем Афганистане. Исламабад полностью поддерживал муджахедов в их войне с правительством Кабула и советскими войсками. Пакистан тогда превратился в настоящее прифронтовое государство: на его территории находились штаб-квартиры основных политических партий — противников Кабула, базы и лагеря по подготовке афганских боевиков, через Пакистан поступало для них оружие из США и других западных стран. Были практически сняты все введенные прежде ограничения на отношения с Пакистаном в связи с развитием там военной ядерной программы и нарушением прав человека. И хотя эти обстоятельства не утратили актуальности, с начала 1980-х годов Запад начал налаживать широкие финансово-экономические и военно-политические связи с Пакистаном. США дважды объявляли о предоставлении ему крупных займов на военно-экономические цели — в июне 1981 г. на сумму в 3,2 млрд. долл. и в марте 1986 г. — на 4,02 млрд. Большие средства шли из других западных стран, международных финансово-экономических организаций. Укреплялись связи Пакистана с богатыми мусульманскими странами Ближнего и Среднего Востока. В подобной обстановке Исламабаду удалось различными путями, в том числе через подставные фирмы, приобрести почти все необходимое для производства ядерного оружия.

Однако, несмотря на значительные размеры иностранной помощи, большие денежные поступления от пакистанцев, работавших в странах Персидского залива, благоприятные погодные условия и т. д., экономическое положение Пакистана оставалось тяжелым. Росли дефицитное финансирование, внешняя задолженность, инфляция и цены на товары первой необходимости. Внешний долг страны в 1982 г. составил 12 млрд. долл. Иностранная военная помощь не только не уменьшила собственные военные расходы Пакистана, но, наоборот, стимулировала их рост. Именно в период существования режима М. Зия-уль-Хака была проведена основная работа по созданию атомного оружия, начатая еще при З.А. Бхутто. Руководитель военных ядерных программ А. Кадир Хан отмечал, что в 1985 г. все было готово для проведения ядерного взрыва.

События в Афганистане вызвали большой поток беженцев, которые разместились главным образом на северо-западе Пакистана. Число иммигрантов превысило 3 млн. человек. В тесной связи с афганскими событиями в Пакистане возникла еще одна проблема — наркотики. Пакистан превратился в одного из основных участников международного наркобизнеса, а наркомания в самой стране приобрела опасные размеры.

Несколько лет Пакистан отказывался от всяких дипломатических контактов с Кабулом. Однако обстановка в стране и позиция ООН вынудили Исламабад начать в июне 1982 г. непрямые переговоры с правительством Афганистана. Переговоры проходили в Женеве при участии и посредничестве личного представителя генерального секретаря ООН. Завершились они в апреле 1988 г., когда обе стороны подписали соглашение, по которому взяли на себя обязательства «уважать суверенитет друг друга и не вмешиваться во внутренние дела друг друга». Гарантами этого и других Женевских соглашений выступили СССР и США. В соответствии с этими соглашениями Советский Союз 15 мая 1988 г. начал вывод своих войск из Афганистана и 15 февраля следующего года завершил его. Пакистан постоянно нарушал достигнутые соглашения и продолжал по-прежнему оказывать всестороннюю поддержку афганской оппозиции.

Длительное пребывание военных у власти вызывало недовольство различных групп населения. В оппозиции режиму находилась демократически настроенная общественность, требовавшая восстановления представительных органов управления. Недовольна была значительная часть политической элиты страны, отстраненная от государственной власти. В рядах оппозиции были многие профессиональные группы, права которых ущемлялись военным режимом. Активно выступали многочисленные и влиятельные в стране юристы, сфера деятельности которых была сужена работой военных судебных органов и исламизацией судопроизводства. В антиправительственном движении важную роль играли женские организации, поскольку политика военных властей, поддержанная фундаменталистами, была направлена на ограничение участия женщин в общественно-политической деятельности. Оппозиционное движение в стране протекало на фоне растущего недовольства условиями жизни широких слоев пакистанского населения.

В период правления военного режима М. Зия-уль-Хака в различных районах страны происходили выступления студентов, рабочих, служащих, представителей интеллигенции, религиозных и национальных меньшинств. Наиболее массовым по размаху и острым по форме было антиправительственное движение во второй половине 1983 г., основной базой которого был Синд, где режим М. Зия-уль-Хака вызывал наибольшую неприязнь. Против восставших были брошены вооруженная полиция и регулярные воинские части, нередко применялась авиация. «Наведение порядка», сопровождавшееся многочисленными жертвами, затянулось на многие месяцы и завершилось лишь в начале 1984 г. После этого власти сочли целесообразным начать медленную трансформацию открытой военной диктатуры в гражданский режим с представительными формами правления.

Начало преобразованию военного режима положил проведенный 19 декабря 1984 г. референдум об одобрении проведения политики исламизации. Как следствие положительного результата, а иного и быть не могло, было объявлено «избрание» М. Зия-уль-Хака президентом на следующее пятилетие. В феврале 1985 г. состоялись выборы в Национальное собрание и законодательные собрания провинций; в марте был сформирован сенат. Все эти выборы проводились на непартийной основе, в условиях военного положения; власти контролировали избирательную кампанию на всех этапах ее подготовки и проведения. Оппозиционные организации бойкотировали выборы. Естественно, большинство членов законодательных органов было лояльно к режиму; из их числа были сформированы кабинеты министров в центре и в провинциях. Главой центрального правительства стал малоизвестный тогда политический деятель из Синда М.Х. Джунеджо. Депутаты правительственного большинства вступили в Мусульманскую лигу, которую он и возглавил. Правящей партии противостоял созданный еще в 1981 г. блок основных оппозиционных партий (решающую роль в нем играла ПНП) — Движение за восстановление демократии (ДВД). Основным его требованием были немедленная отмена военного режима и восстановление гражданского правления.

Готовясь к отмене военного положения, М. Зия-уль-Хак в течение 1985 г. провел через послушный ему парламент ряд поправок к конституции 1973 г., которые существенно расширили президентские полномочия. Особенно важной была 8-я поправка, которая передавала президенту основные полномочия, бывшие в руках премьер-министра, согласно первоначальному тексту Основного закона, и делала его таким образом первым лицом во властной иерархии. После этого 30 декабря 1985 г. военное положение было отменено. Президент Зия-уль-Хак при этом остался на действительной военной службе и сохранил пост начальника штаба армии. Впервые в истории Пакистана в условиях гражданского правления в руках одного человека оказалась сосредоточена высшая гражданская и военная власть.

Несмотря на принципиальную близость президента и главы правительства по основным государственным проблемам, между ними существовали и определенные расхождения по ряду вопросов. Наиболее существенными были различия в подходе к афганской проблеме. Президент и его окружение занимали более жесткую позицию, поддерживали наиболее экстремистские круги афганской оппозиции. Расхождения по этой проблеме усилились на завершающей стадии афгано-пакистанских переговоров в Женеве и в отношении выполнения достигнутых соглашений. 29 мая 1988 г. президент распустил законодательные органы и уволил в отставку центральное и провинциальные правительства, возложив на них ответственность за острые социально-экономические проблемы, рост коррупции, спекуляции, преступности. М. Зия-уль-Хак сам возглавил сформированное им новое правительство страны и назначил на 16 ноября всеобщие выборы на непартийной основе. В дальнейший ход событий вмешался трагический случай (по некоторым сведениям, тщательно подготовленный) — 17 августа 1988 г. президент вместе с группой высших военачальников и американским послом в Пакистане погиб в авиакатастрофе.

Конституционно-парламентское правление (1988–1999)

В течение рассматриваемого периода в Пакистане проводились выборы законодательных органов, формировались ответственные перед ними органы исполнительной власти. Усилилась роль судебной власти. Начала формироваться двухпартийная система. Частые политические кризисы решались в рамках конституции, законным путем, без насилия и кровопролития.

Однако и на этот раз попытка налаживания работы современного гражданского государственно-политического механизма оказалась неудачной. Благоприятных для этого процесса факторов оказалось явно недостаточно. Субъективно население страны, как и прежде, не было готово к восприятию демократических форм правления. Военные, пребывая у власти, буквально вытаптывали хилые ростки парламентской демократии — во время их длительного правления в стране была резко ограничена политическая деятельность, бездействовали представительные органы власти, деформировался законотворческий процесс, теряли свое значение партии, укреплялась вера в правление «сильной руки». Беря на себя всю власть, военные препятствовали подготовке управленческих кадров из гражданских лиц. Целые поколения политических деятелей оказались отстраненными от участия в государственной деятельности.

В Пакистане не сложились принципы, нормы и традиции конституционно-парламентской системы. Не была отработана система разделения властей. Почти не действовала система сдержек и противовесов, и возникающие проблемы решались в пользу той ветви власти, которая в данный момент была сильнее. Неудачной оказалась попытка создания двухпартийной системы.

Весь период гражданского правления проходил в условиях постоянной политической нестабильности, острых правительственных кризисов, досрочных роспусков представительных органов и отставок кабинетов министров. Ни один состав парламента и правительства не проработал положенные по конституции пять лет. В условиях острой борьбы за власть претерпевали изменения личностные отношения — вчерашние друзья и единомышленники в борьбе за главенство становились врагами. Возрождение политической жизни сопровождалось нарастанием экономического кризиса, ухудшением положения многих групп населения, невиданным разгулом коррупции и спекуляции. В соответствии с международными критериями Пакистан занимал «почетное» место в тройке самых коррумпированных стран мира. Внутренние трудности страны дополнялись ростом числа кровавых столкновений на религиозной и этнической почве. Именно в 1990-е годы под эгидой фундаменталистских партий возникли основные военизированные экстремистские организации для борьбы с «неверными» в Кашмире и поддержки талибов в Афганистане. Вскоре их террористическая деятельность стала угрожать и самому Пакистану.

События в рассматриваемый период развивались следующим образом. В ноябре 1988 г. в Пакистане состоялись всеобщие выборы на партийной основе Основная борьба развернулась между ПНП и Исламским демократическим альянсом (ИДА) — блоком девяти партий, созданным в преддверии выборов; руководящей силой Альянса была Пакистанская мусульманская лига (ПМЛ), возглавляемая М.М. Навазом Шарифом. ИДА в целом выступал за продолжение политики прежнего режима.

Победу на выборах одержала ПНП. Она завоевала относительное большинство мест в Национальном собрании и, заручившись поддержкой нескольких небольших партий и части независимых депутатов, образовала правительство, которое возглавила Беназир Бхутто. В коалиции с местными политическими организациями ПНП сформировала правительства в Синде и СЗПП. 12 декабря 1988 г. председатель сената Гулам Исхак Хан был избран президентом страны.

Правительство Б. Бхутто сняло запрет с деятельности студенческих и профессиональных союзов, освободило политзаключенных, осужденных военными трибуналами в период военного режима, отменило чрезвычайное положение. Были предприняты попытки расширения сотрудничества с СССР, улучшения отношений с Индией. В декабре 1988 г. произошла встреча глав правительств обеих стран, в ходе которой было подписано несколько соглашений, в том числе о запрете нападения на ядерные объекты этих стран и об обмене списками таких объектов. В отношении афганской проблемы было объявлено о «преемственности курса Пакистана», в то же время подчеркивалась необходимость ее политического урегулирования.

Правительству Б. Бхутто приходилось действовать в крайне сложной обстановке. Существенное влияние на выработку и проведение государственного курса оказывала армия. Сильными были позиции президента и его окружения, выражавшего интересы бюрократической верхушки. Оппозиция всячески препятствовала проведению внутренней и внешней политики правительства. Противники Б. Бхутто неоднократно стремились вызвать правительственный кризис. Исламисты старались ввести шариат (исламское право) в качестве высшего закона в стране. Крайне напряженная обстановка сложилась в Синде, где межнациональные разногласия приобрели характер ожесточенных кровопролитных столкновений. В конце мая 1990 г. армия была призвана восстановить в провинции «законность и порядок».

Вскоре после этого события противникам правительства удалось добиться его отстранения от власти. 6 августа 1990 г. президент объявил о роспуске Национального собрания, отставке премьер-министра и всего кабинета. Члены кабинета министров были обвинены в коррупции, нарушении конституции, злоупотреблении властью в политических целях и ради личных выгод, невнимании к задачам исламизации общества и т. д.

24 октября 1990 г. на досрочных парламентских выборах победу одержал ИДА. Его лидер, руководитель ПМЛ, стал премьер-министром страны. Пребывание Н. Шарифа на посту главы пакистанского правительства также было довольно коротким и было заполнено, как и у его предшественницы, упорным противостоянием с президентом и борьбой с оппозицией. С 1990 г. США прекратили военную и почти всякую экономическую помощь Пакистану как стране, осуществляющей военную ядерную программу (на основе поправки Пресслера к Закону о предоставлении помощи иностранным государствам). Примеру США последовали и некоторые другие «доноры» Пакистана. Его экономическое положение начало ухудшаться; этот процесс был характерен для всего десятилетия. В начале 1990-х годов произошел подъем сепаратистского движения в Кашмире, принявший затяжной характер и отчетливую религиозную окраску. Так как это движение получало разностороннюю помощь со стороны Пакистана, то его отношения с Индией сильно ухудшились.

В период премьерства Н. Шарифа постоянно происходили его столкновения с президентом. Старейший и опытнейший государственный служащий, а затем и политический деятель, жесткий и твердый в своих устремлениях, уже «съевший» одного премьер-министра, Г. Исхак Хан желал подчинить себе другого. Не сумев добиться этого, президент пошел по испытанному пути — в апреле 1993 г. он распустил парламент и уволил правительство. Как всегда в таких случаях, в соответствии с конституцией было создано временное правительство до всеобщих выборов, которое занялось текущей работой. Однако в июне Верховный суд объявил указ президента о роспуске парламента не соответствующим конституции и восстановил деятельность прежних органов власти, уволил временное правительство и отменил все его распоряжения. Это было настоящим потрясением для не готовой к подобным «демократическим акциям» политической системы Пакистана. Возникла опасность дезорганизации и хаоса в работе государственного механизма. Под давлением армейского командования одновременно ушли в отставку и президент, и правительство. Был образован временный кабинет министров из беспартийных «специалистов-технократов» и на октябрь назначены новые парламентские выборы.

Успеха на них добилась ПНП, которая получила наибольшее число мест в парламенте. Так как ее превосходство не было абсолютным, то ПНП пришлось создать коалиционное правительство с участием представителей ряда небольших партий и независимых депутатов. Пост премьер-министра вновь заняла Б. Бхутто. В ноябре был избран новый президент Пакистана, им стал выдвинутый на этот пост ПНП Ф. Легхари.

Слабым местом правящей партии были ее позиции в провинциях, лишь в Синде ПНП получила абсолютное большинство в законодательном собрании, в остальных провинциях преобладали ПМЛ и местные политические партии, оппозиционные ПНП.

Непрочные позиции правительства, сопротивление его противников, которых вскоре стал поддерживать президент, поскольку ПНП пыталась усилить власть кабинета министров за счет полномочий главы государства, — все это парализовало попытки правящей партии выполнить хоть какую-то часть своих предвыборных обещаний (борьба с коррупцией, уменьшение безработицы и т. д.). В середине 1990-х годов резко осложнилось положение в Синде, прежде всего, в его крупнейших городах Карачи и Хайдарабаде. Созданная еще в 1982 г. партия Национальное движение мухаджиров (НДМ), выражающая интересы мухаджиров (говорящих в основном на языке урду переселенцев из Индии и их потомков), развернула борьбу за расширение прав этой группы населения, вплоть до выделения из Синда региона Карачи и создания самостоятельной провинции. Положение ухудшилось, когда в НДМ произошел раскол и обе части прежде единой партии принялись уничтожать друг друга. Резко усилился терроризм. Армия неоднократно привлекалась к действиям по наведению порядка в Синде.

Трудным положением правительства воспользовалась оппозиция для отстранения его от власти. Антиправительственные силы опирались на поддержку президента. К концу своего правления «Несравненная» (так с урду переводится имя Беназир) перессорилась с руководством всех ветвей власти. В числе ее недоброжелателей, кроме президента, оказались высшая судебная инстанция и руководство вооруженных сил, которое было очень обеспокоено ростом социально-экономической и политической нестабильности в стране. 5 ноября 1996 г. президент отправил в отставку правительство своего бывшего союзника Б. Бхутто. На состоявшихся в феврале 1997 г. всеобщих выборах победу одержала ПМЛ, а ее лидер Н. Шариф опять возглавил пакистанское правительство.

Надо отметить, что ПМЛ получила в Национальном собрании почти две трети мест, а вместе с союзниками ее правительство имело поддержку примерно 90 % членов палаты. ПНП потерпела сокрушительное поражение, получив менее девяти процентов депутатских мандатов. Была нарушена традиция, когда соперничающие между собой ПМЛ и ПНП побеждали с незначительным преимуществом. Другими словами, был прерван процесс создания двухпартийной системы.

ПМЛ обеспечила себе большинство и в сенате, ее сторонники были назначены губернаторами провинций. В самой густонаселенной и экономически развитой провинции Пен (жаб кабинет министров возглавил Шахбаз Шариф — родной брат премьер-министра. В таких условиях правительство получило все возможности для проведения собственного курса, игнорируя слабую оппозицию.

Учитывая тяжелое экономическое положение страны, власти провели ряд мер с целью ее оздоровления. Ускорилась приватизация убыточных государственных предприятий, была реорганизована налоговая система, предоставлены разного рода льготы промышленному производству. Был введен сельскохозяйственный налог, против которого всегда выступали крупные землевладельцы (Н. Шариф был первым в истории Пакистана премьер-министром, вышедшим из рядов выросшей и окрепшей за годы независимости финансово-промышленной буржуазии).

Против коррупции, контрабанды и терроризма были применены суровые меры. Однако действенность этой борьбы серьезно ослаблялась тем, что она использовалась для сведения личных счетов, расправы с конкурентами и политическими противниками. Одновременно на международной арене к Пакистану были применены экономические ограничения, а затем и жесткие всеобъемлющие репрессии в связи с проведенными им ядерными испытаниями в мае 1998 г. В результате экономическое положение Пакистана к концу столетия стало катастрофическим: снизились темпы развития народного хозяйства, до рекордно низкого уровня сократились золотовалютные резервы, максимально вырос внешний долг, росла инфляция и т. д.

Свои главные усилия правительство направило на укрепление собственных позиций, расширение полномочий за счет остальных ветвей власти. Уже в апреле 1997 г. кабинет министров добился отмены 8-й поправки к конституции. Ее заменила 13-я поправка, в соответствии с которой широкие права правительства, зафиксированные в первоначальном тексте конституции, возвращались от президента премьер-министру.

Затем Н. Шариф взялся «за обуздание» высшей судебной инстанции, которая в то время поддерживала президента. В августе произошло столкновение правительства и Верховного суда по поводу изменения состава последнего. Разразившийся острый политический кризис фактически парализовал деятельность высших органов власти. Кризис негативно сказался на общей ситуации в стране. Деловые круги были охвачены паникой, на биржах падал курс акций. Основная оппозиционная сила — ПНП использовала сложившуюся ситуацию, чтобы укрепить свои позиции. Подняли голову исламисты. Резко обострились криминогенная обстановка, терроризм на религиозной и этнической основах. В подобной ситуации армейское руководство активизировало усилия по стабилизации положения. В целом военные в этот период свою основную задачу видели в обеспечении политической устойчивости и в этих целях поддерживали правительство как основной фактор стабильности. Так же они поступили и теперь. Под их давлением 2 декабря 1997 г. в отставку ушел президент Ф. Легхари, а его место занял сенатор от ПМЛ М.Р. Тарар.

Таким образом, конфликт в конце 1990-х годов между основными ветвями власти завершился победой исполнительной власти. Помимо всех практических последствий это означало сдвиг в государственно-политической системе Пакистана — от президентской республики к парламентской с верховенством правительства и премьер-министра. Однако все эти изменения происходили в гражданском секторе власти, оставался еще один центр силы — армия с ее огромным политическим весом. «Головокружение от успехов» толкнуло Н. Шарифа на конфликт с руководством армией, в свою очередь, с неудовольствием наблюдавшим за процессом концентрации государственной власти в руках одного органа.

Возникшие противоречия между премьер-министром и начальником штаба армии Первезом Мушаррафом усилились в период инициированного Пакистаном вооруженного конфликта с Индией в Кашмире (район Каргила) в мае-июле 1999 г. В начале операции, когда пакистанцам неожиданным маневром удалось перейти линию контроля и занять часть индийской территории, правительство и военное командование оспаривали лавры победителей, когда же авантюра, в конце концов, завершилась поражением Пакистана, то обе стороны стали обвинять в этом друг друга. Противостояние правительства и армейского руководства достигло апогея в октябре 1999 г., когда премьер-министр попытался снять П. Мушаррафа с его должности. Однако поддержанный военными кругами генерал нанес контрудар — 12 октября он произвел переворот, отстранил от власти и арестовал Н. Шарифа. Действие конституции было приостановлено.

Военное правление на рубеже двух столетий (1999–2002)

Чтобы ослабить негативную реакцию на такое непопулярное в конце XX в. действие, как свержение законного правительства и установление власти военных, последние еде тали много, чтобы их правление отличалось от предшествующих военных режимов. Было введено не военное положение, а лишь чрезвычайное. На своем посту долгое время оставался президент, а генерал Мушарраф имел должность «главы исполнительной власти». Разумеется, все руководство страной было сосредоточено в его руках, а в июне 2001 г. М.Р. Тарар «передал» свои президентские полномочия Мушаррафу.

«Чрезвычайный» режим просуществовал ровно три года — такой срок ему определил, собравшись после переворота. Верховный суд. 10 октября 2002 г. в стране состоялись всеобщие выборы и были формально восстановлены конституционно-парламентские формы правления. Однако генерал П. Мушарраф сохранил президентский пост на том основании, что за него проголосовало большинство пакистанцев, принявших участие в референдуме в апреле 2002 г.

В период военного правления власти объявили о значительных экономических и административно-политических реформах. Огромное значение для всех сфер жизни страны имело резкое изменение внешнеполитического курса Пакистана после терактов 11 сентября 2001 г. в США. Исламабад отказался от помощи афганскому движению «Талибан», которое он до того всячески поддерживал, и принял участие в оказании содействия в разгроме талибов. Вашингтон снял санкции с Пакистана, введенные после произведенных им вслед за Индией подземных ядерных испытаний в мае 1998 г., и стал оказывать ему значительную финансово-экономическую помощь. Содействие извне, жесткие действия военных властей в отношении «своих» экстремистов сделали возможным заметное улучшение социального и экономического положения страны.

За готы независимого существования Пакистана его население выросло с 33,7 млн. до 147,7 млн. на коней XX в. Страна достигла определенных успехов в развитии экономики и культуры. Значительно возросла доля индустриального производства в структуре ВВП. Появились современные отрасли промышленности и экономики. Пакистан, в частности, добился успехов в космических исследованиях, атомной энергетике. Наконец, он первым из мусульманских стран обзавелся ядерным оружием и ракетными средствами его доставки. Сельское хозяйство в целом удовлетворяет потребности быстро растущего населения в продуктах питания. Во много раз увеличилось число школ всех типов, колледжей и университетов. Расширилась сеть медицинских учреждений, снизилась смертность.

Тем не менее, Пакистан и в конце XX в. относился к сравнительно слабо развитым странам аграрно-индустриального типа. ВВП составлял примерно 70 млрд. долл. (по обменному курсу) при доходе на душу населения в 490 долл. За чертой бедности (менее 2 долл. в день по паритету покупательной способности) пребывало 85 % населения, а в нищенском состоянии (менее 1 долл. в день) — 31 %. Грамотность населения не дотягивала до 40 %.

Основным политическим итогом развития Пакистана во второй половине XX в. является крайне медленное движение в сторону демократического парламентаризма. Длительные периоды прямого диктаторского правления военных и общая политическая роль вооруженных сил в жизни страны препятствовали возникновению и развитию элементов гражданского общества, созданию норм и традиций парламентаризма, росту квалифицированных кадров управленческого аппарата.

В течение всего периода своего существования Пакистан развивался в основном в рамках рыночных отношений. Однако он не избежал шараханий в сторону чрезмерного огосударствления экономики и поисков обреченных на неудачу путей. Подобные зигзаги и политические катаклизмы нанесли большой ущерб развитию экономики и во многом обусловили ее незавидное состояние на рубеже XX и XXI вв.