Возвращение демонического мастера. Книга 12

Глава 6

— Лорд, можно вопрос? — поняв, что мне не сбежать, я решил прояснить одну важную вещь. — Можете рассказать, что это за штука?

Я тронул металлическое пятно, что все ещё красовалось у меня на груди. Кажется, мое сердце сейчас было целиком сделано из металла, и я не был уверен в том, что это возможно исправить.

— Ты о Копье Пустыни?

— Да. Я слышал легенды, что Небесный Царь подарил это оружие Гондри Радрифу и что оно покоится у него в гробнице.

Рю тоже развесил уши. Он, увы, оказался скверным источником информации насчет этого оружия. Дракон лишь рассказал то же самое, что я сейчас пересказал Лорду.

— Как легендарное Копье Пустыни оказалось у Сайруса Роддей?

— Это долгая история, — задумчиво произнесла женщина.

Лорд сидела перед домом на деревянной лавке и наслаждалась безмятежным утром. Я ради этого разговора решил составить её компанию, а после меня, судя по всему, ждут тренировки с Аррой Шэнем, когда тот вернется. Он покинул дом ещё до рассвета, но Лорд сказала, что он скоро вернется. Я, разумеется, первым же делом попытался сбежать, но ничего не получилось, а раз так, то придется пока смириться и искать другую возможность уйти. Не будут же они меня вечно тут держать.

— Если коротко, то всё началось со смерти Мингара. Его убил Лорд Меча.

— Тот, кого хочет освободить Альянс Тени, — напомнил я.

— У них не получится. Для этого нужен особый ключ. Темница Вечной Тьмы — это последняя крепость Пусторожденных, но, на наше счастье, они не успели в ней укрыться. В любом случае, от неё существует только два ключа, и оба сейчас находятся у Лордов. Справедливости и Закона. И я готова поставить что угодно, что ни один из них не позволит заполучить эти ключи.

— А если это всё-таки случится? — настаивал я. — Вряд ли бы организация вроде Альянса Тени, возглавляемая самим Лордом Знаний, умнейшим человеком в мире, не имела плана.

— Возможно, — Лорд задумалась. — Может, мы что-то упускаем, но это оставим на потом. Ты же спрашивал о копье, и мы отвлеклись. Лорд Меча убил Мингара, после чего сменил титул на Лорда Смерти, и именно так началась Война Небес и Мрака, которая была самой кровопролитной и смертоносной войной со времен войны с Пусторожденными. И мой отец, к несчастью, тоже участвовал в ней, — она потупила взгляд. Мне хотелось расспросить о деталях, но пока не стал, куда важнее информация о копье. — И потерю сына Небесный царь воспринял очень болезненно, я бы даже сказала, ненормально болезненно. Мингар был не просто его единственным сыном, а единственным ребенком за все те тысячи лет, что он правил. Его смерть настолько травмировала царя, что он не смог его отпустить. Долгие годы он хранил его тело, надеясь однажды вернуть его к жизни, пока Лорды не исполнили его просьбу и не смогли привести Говорящую с мертвыми, Риосс Танэль. Она воевала на стороне врага, Легиона Павших, и мечтала уничтожить и Небесную столицу и весь мир заодно. Я помню её, безумная и смертоносная женщина, потерявшая смысл жизни — моего отца.

Эти слова породили у меня ещё больше вопросов, но я продолжал слушать.

— Даже скованная цепями она вселяла ужас. Я знала её прежде, в конце концов, она была моей мачехой, но я не знала ту женщину, которую привели к Небесному царю. Настолько горе изменило её. Пока она была в темнице, я пыталась с ней заговорить, но в её залитых безумием и жаждой крови глазах я не нашла ни крупицы прежней Риосс Танэль, — Лорд ненадолго замолчала, прикрывая глаза. Похоже, что прошлое до сих пор ранит её, несмотря на пройденные годы. Возможно, тут как у меня с Юл или Мирионом. Прошло так много времени, но шрамы прошлой жизни все ещё болят. — И тем не менее, Небесный царь не стал слушать предупреждений своих приближенных. Он захотел заручиться помощью Говорящей с мертвыми, чтобы вернуть к жизни Мингара.

— И с чего бы ей помогать ему?

— С того, что она тоже хотела вернуть своего мужа.

Кажется, я начал понимать, почему Аррой Шэнь до сих пор жив, но это было вопреки здравому смыслу.

— Но как это возможно? Как я понимаю, с момента гибели Мингара прошли годы.

— Как и с гибели моего отца, — кивнула Лорд. — Сила Говорящей с мертвыми поразительна, но и у неё есть пределы. Чем больше прошло времени со смерти, тем меньше шансов на успех. Есть, конечно, ухищрения вроде «ловушки душ», но это в любом случае нужно делать до, а не после смерти.

Про ловушку душ я отлично знал. Именно с помощью подобного артефакта и силы Юл Эй в двенадцатом витке раз за разом перерождались приговоренные. Весь город был одной большой ловушкой, и каждый день Юл с помощью артефакта возвращала их к жизни. Но рассказывать об этом Лорду не видел смысла.

— Эти два безумца, страдающие от горя, сошлись на том, что нужны друг другу. Риосс не могла вернуть своего мужа без посторонней помощи, а Небесному царю требовалась сила Говорящей с мертвыми. А итогом стала катастрофа, и на наше счастье, заниматься своими экспериментами они стали не в Небесной столице, а в третьем витке, там, где был Радриф. Я не знаю, что именно там случилось, практически все, кто участвовал в этом безумии, погибли, но факт в том, что Риосс Танэль распахнула полноценные врата в мир мертвых, чуть ли не слила его с нашим миром, и всё ради того, чтобы вернуть с того света возлюбленного.

Лорд ненадолго замолчала.

— И видимо, у неё это получилось. Я слышала истории о том, что отца видели потом, но я считала, что это все чушь и фантазии. Что же до Мингара, ему повезло меньше. Возможно, что-то пошло не так, возможно, Риосс изначально и не собиралась помогать Небесному царю и обманула его. Итог ты видел: Мингар превратился в безумного и очень могущественного злого духа. Столь сильного, что превосходил сильнейших воинов, а сам Небесный царь, поняв, что его обманули, убил Риосс в порыве гнева, что лишило нас возможности их запечатать. Все, что смогли сделать сильнейшие заклинатели, это временно сковать это чудовище, а затем возвести вокруг него сложную систему сдерживания. Она удерживала и его, и врата в мир мертвых под контролем. Гондри Радриф был назначен ответственным за эту темницу и со временем воздвиг вокруг него город. Очень быстро стало понятно, что злой дух не собирался просто так сдаваться и желал освобождения, но был найден выход. То, что в дальнейшем называли жатвой. Жертвоприношения.

— Получается, его кормили жертвами?

— Да, вначале это были просто преступники, свезенные с разных концов света, но приговоренные требовались Небесному царю для другого дела, так что их количество было ограничено. Тогда Гондри пошел иным путем: он превратил Радриф в бурлящий котел, полный противоречий, и с тех времен мало что изменилось.

— Значит, все те восстания и смертельные схватки на арене — всё это чтобы кормить Мингара?

— Да, и это работало. Он «ел», после чего погружался в сон, но в этом году всё пошло наперекосяк. Появление двух Костяных палачей и слишком обильная жатва, видимо, нарушили привычный ход вещей и окончательно пробудили его ото сна.

— А копье?

— Копье было оружием, которым Небесный царь хотел убить своего воскресшего сына. Оно было выковано лучшими оружейниками Небесной столицы из материалов, найденных в самой Бездне. Но куда важнее то, — Лорд повернулась и внезапно ткнула пальцем мне в грудь, в то самое железное пятно, — что, как я слышала, в это оружие было вложен прах самой Риосс.

Эта новость обескураживала, и я даже не знал, что на это можно сказать. Какой безумец додумался поместить прах человека в оружие?

— И крайне иронично, что оно в итоге досталось тебе. Как ты, наверное, понял, в итоге это не сработало. Копье Пустыни пусть и обладало уникальными, могущественными свойствами, но этого было мало, чтобы убить Мингара. В лучшем случае оно было крайне эффективно против злых духов, но от Мингара было невозможно избавиться, пока существуют врата с миром мертвых. Поэтому сдерживающую печать усилили с помощью силы Копья Пустыни. Любопытно, что это копье обладает своей волей, не такой, как у человека, но тем не менее. И оно выбирает себе владельца. В Радрифе ты, наверное, слышал о том, что оно затеряно под городом.

— Да, — кивнул я.

— Так это правда. Когда владелец копья умирает, оно возвращается в гробницу Гондри Радрифа, которая когда-то была под городом, в ожидании нового достойного кандидата.

— Но когда погиб Сайрус, копье не исчезло.

— Не исчезло. Более того, сделало то, что не делало ни с кем другим. Мы знали, что оно способно менять форму, но чтобы сделать такое? И почему именно тебя? Всё-таки в этом двуединстве Костяного палача и Говорящей с мертвыми есть какая-то незримая магия, связывающая вас. Возможно, именно этого нам и не хватало, чтобы одолеть Мингара окончательно.

— Меня?

Лорд в ответ пожала плечами.

— Как мне научиться им пользоваться? — спросил я. — Это ведь оружие, но пока что оно просто дремлет внутри меня, покрывая кости и некоторые органы.

— Боюсь, что на этот вопрос ты должен найти ответ сам. Возможно, Сайрус Роддей смог бы сказать, но увы, — Лорд уже через миг отвлеклась. — Кажется, отец вернулся. Пойду встречу его.

Ласково улыбнувшись, женщина встала с лавки, направившись ко входу, я проследил за ней и попытался сосредоточиться на оружии, но пока ничего. У него была собственная энергия, не похожая на мою, и оно довольно резко противилась любой попытке взаимодействовать с ней. И я действительно ощущал в этой энергии отголоски чужой воли.

Пока Лорд встречала отца, я отошел чуть в сторону и сел в позу медитации. Духовной энергии тут было не так много, как в третьем витке, но достаточно для обычной медитации. Я привычно начал прокручивать поток через меридианы, но каждый раз спотыкался о чужеродное воздействие оружия. Оно затрагивало те меридианы, что находились у сердца, отчего нарушалась циркуляция энергии.

Поняв всю бесперспективность подобной практики, я досадливо поморщился.

— И как же с тобой быть?..

— Хотел бы я помочь, Нейт, — Рю тоже был тут как тут. Он старался не показываться на глаза, опасаясь, что его, как и Юл, увидит другой Костяной палач. — Но тоже ничего не могу сказать насчет этого странного оружия. Но уверен, что со временем ты разберешься, как им управлять.

— Как будто у меня есть выбор, — усмехнулся я.

Одно мне было понятно точно: тут нужен какой-то другой подход. Может, как к артефакту?

Я задумался. Это не такая уж плохая идея. Коснулся металла, попробовал «прощупать» конструкт, и… оказался поражен тому, что кто-то способен создать такой артефакт. Помню, я гордился браслетом, который мы с Ютатосом создали, но это было что-то запредельным. Конструкт был меньше всего, что я когда-либо видел, будто я всю жизнь писал пальцем, а мне показали работу человека, что рисовал тонкой иглой. Каким инструментом возможно создать столь тонкий конструкт?..

Кое-какие линии казались мне знакомыми, но я при всем желании упускал слишком многое, чтобы понять принцип его работы. Тут лишь для анализа нужно строить сверхсложный артефакт, хотя большинство артефактов я мог «прощупать» и пальцами.

От работы изучения Копья Пустыни меня отвлекло появление Хеля. Тот выскочил из леса и устремился прямо ко мне, с письмом на ошейнике. Приласкав его, я с нетерпением развернул послание и быстро пробежался по нему глазами.

Вести были не то что хорошими, но когда прочел, что Юл в порядке и в безопасности, сразу выдохнул. Супруга рассказала про вероломное нападение на Гаруд, про ожесточенную битву и что, похоже, Альянс Тени всё-таки смог выполнить свою основную цель.

Лорд Меча свободен.

О том, сколько людей погибло, Юл ничего не писала, и вообще была скупа на подробности, но она точно в порядке, а родители вместе со многими гражданскими были спрятаны в изолированном пространственном убежище, как мы и планировали изначально, и пробудут там ещё несколько дней. За это время Юл пообещала решить все вопросы, а для связи мы станем использовать Хельграала, пока я не вернусь домой.

— Смотрю, сегодня ты больше не бегал, — бросил мне старик, хмуро смотря на меня сверху вниз. Не похоже, что я ему нравился, и это было взаимно.

— Понял, что в этом нет смысла, лишь впустую трачу силы.

— Так оно и есть. А теперь пойдем за мной, самое время заняться тобой.