ЗМиМ Замок Гнома. Подгорный Лорд -2

День 17 (часть 2).

Я стоял посреди разграбленной человеческой деревни, и не очень понимал, что делать. Бросать все так, как есть и мчаться в Замок было не очень правильно – по крайней мере надо было разобраться с потерями и ущербом, нанесенным нападением орков. С другой стороны – на примере этой же деревни, приди мы на час позже – от деревни остались бы одни головешки, а от жителей – в лучшем случае изнасилованные и избитые женщины, в худшем случае куча трупов, или даже обглоданных костей. То есть спешить на помощь Аль-Мансуру имело смысл. Отдав приказ своим воинам собрать всех жителей деревни на площади, я через несколько минут оглядывал толпу жавшихся друг к другу стариков, детей и женщин. Особняком стояли мужики, хмуро поглядывая на чуждое им воинство. Гномы, конечно не орки, питаться человечиной не будут, но и хорошего тоже немного: чужак, он и есть чужак.

- Есть староста? -Крикнул я перед толпой.

Народ начал перешептываться. Наконец ответил высокий крепкий мужчина –

- Погиб староста. В самом начале нападения попал под меч орка. Вон он лежит, недалеко от ворот.

Да, жаль, старый староста был лояльным ко мне, а новый – кто его знает, какой будет? Я пригляделся к говорившему, и вроде мне показалось, что уже где- то его видел.

- Как зовут?

- Митко, господин Лорд. Бывший легионер Империи.

Я его вспомнил – бывший разбойник, пожелавший перейти из разряда заключенных и потенциального лота для продажи в разряд работников в статусе «бесправный раб». Про них я совсем забыл, как-то вылетело из головы, а оказывается кто-то из моих подручных воплотил задумки в жизнь. Но ставить недавнего заключенного и разбойника старостой деревни, как-то … не правильно, наверно. Но и выбирать лучшего тоже времени не было. Придется брать, что есть.

- Значит так. Митко, назначаешься временным старостой деревни. Убрать трупы, собрать трофеи, починить ворота и разрушенные строения. Наладить быт и снабжение деревни. Срок до завтрашнего вечера. Все слышали?

Конечно можно было оставить пару-тройку воинов в деревне, на всякий случай, но Замок важнее, и если не получится удержать Аль-Мансур, то и деревня мне уже не понадобится. А есть что-то и произойдет с деревней – отбить в последствии можно будет.

И опять мы тащимся по пыльной дороге – постоянные туда-сюда хождения крестьян успели протоптать вполне приличную тропу к Аль-Мансуру. Надо бы потом замостить ее, что ли. Тем более, что на деревню я собирался сделать ставку в производстве пропитания – полурослики, это, конечно дело хорошее и выгодное, но кто его знает, что там им в голову придет? Да и мало их очень. В общем пропитания для гномов много не бывает! К тому же поставки кожи из Лесной должны были снять проблему с кожгалантереей: ремни, сумки, приличные ботинки и сапоги, плащи, перевязь и так далее. К тому же из кожи должны были получаться неплохие строительные ремни и различного рода перетяжки. В общем кожа мне нужна. Да и торговые караваны по мощеным дорогам лучше и охотнее передвигаются.

Через несколько часов, когда солнце уже начало склоняться к закату, мы подошли к воротам Аль-Мансура. И тут встала еще одна проблема: ворота оказались закрыты. Чем я думал, когда сюда спешил? А, да, я рассчитывал на толпу противника перед воротами, а его и нет. Ворота закрыты, противника нет, и судя по отсутствию пожаров город не захвачен. Может мне показалось? Или система глюканула? Но тогда был бы наблюдатель на площадке над воротам, а его тоже нет.

Ничего не пойму.

Несколько минут я размышлял что лучше: разбить ворота топорами, или попробовать пройти через подземный ход, но мои мысли прервал голос сверху:

- Лорд МайК! Наконец то Вы подоспели с подмогой!

Я поднял голову и узнал Младшего Управляющего Калема. Его голова скрылась за стеной и вскоре послышался звук отдвигаемого засова на воротах. Створка приоткрылась, и Калем впустил нас в мой собственный Замок.

- Рассказывайте, Калем. – без предисловий сказал я.

- Мятеж, Лорд МайК. Господин Старший Управляющий Бодрум склонил нескольких шахтеров к выступлению против Вас. И кроме того он заручился поддержкой разбойников, которые были заперты в подземелье. В настоящий момент они пытаются штурмовать донжон, где засели оставленные Вами воины. К счастью эти воины не были из старого набора рода Ульфрик, а уже из новых, поэтому они сохранили верность.

- А ты, Калем? Ты почему к мятежу не примкнул?

- Лорд, это дело совести каждого гнома. Я верен своей присяге и Вам, как новому главе рода Ульфрик.

- А Командующий Регвальд и Гнумикус, они что?

- Господин Мастер –Артефактор Гнумикус вообще то из рода Мансур, ему такое предложение никто и не стал бы делать, он в любом случае не стал бы поддерживать мятеж рода Ульфрика, кроме того, господин Гнумикус понимает, что перспектив у мятежа нет никаких – прозябание рода в Замке будет примерно такое же, как и в предшествующий месяц. Что касается Регвальда – формально он поддержал Бодрума, но фактически самоустранился от участия в выступлении. Реальной власти у него нет, солдаты из его гарнизона влились в Ваш отряд, а из нового набора никто не считает его полноценным авторитетом. Поэтому Регвальд купил бочонок пива и бочонок грибной браги и заперся у себя в доме.

Пока Калем все это рассказывал, наш отряд полностью зашел через ворота, и мы выстроились полукругом в защитном построении. Сразу за воротами было пусто. В Жилом квартале виднелся разрушенный практически на отдельные блоки дом. Здание Банка зияло выбитой дверью и разбитыми окнами.

Перед дверью Таверны лежало два мужских тела и одно женское. (неужели Роане не повезло?) Вдали, возле донжона, слышались громкие крики и звуки ударов чем-то тяжелым.

Приказав закрыть обратно ворота Замка, я оставил на охране пару гномов –воинов и одного хирдмана, с остальными направился к донжону. И свернув за угол Бастиона нам открылась картина штурма центрального здания любого Замка. Дверь донжона была закрыта, но нападавшие притащив с какой-то стройки толстенное бревно, пытались выбить им запертую дверь. И она уже начала поддаваться. Сверху, из бойниц донжона на мятежников сыпался мусор, и судя по всему камни, которые осажденные выковыривали из стен внутри. Само бревно держали шестеро гномов, судя по всему шахтеров, потому, как никой брони на них и не было, да и почти всех воинов я забрал с собой. Командовал этой шестеркой Бодрум, собственной персоной и хирдман, оставшийся на охране Замка.

Да! Эпичной осадой это никак нельзя было назвать. Хотя и эпичной защитой тоже – судя по всему защитников донжона было едва ли больше, чем осаждающих. И вообще без какого- либо стреляющего оружия – все арбалеты я выгреб и забрал с собой. Хотя легкие арбалеты, вроде, должны были остаться…

Построившись в шеренгу, арбалетчики начали неспешное наступление на осаждавших. И приблизившись на расстояние двадцати метров дали залп из всех арбалетов. Державшие бревно гномы упали, сам Бодрум припал на одно колено, а его помощник из хирдманов схватив топор и подняв щит на уровень лица с ревом понеся на нас. Арбалетчики мгновенно перестроились, уйдя за спины уже моих хирдманов и поддерживающих их гномов-воинов. Зрелище было немного забавное и несуразное: одинокий, впавший в неистовство хирдман, почти как берсерк атаковал строй таких же, как он гномов. В считанные мгновенья противник преодолел метры, разделявшие нас, и врубился в строй. Удар был так силен, что один из моих хирдманов не выдержал и упал навзничь. Его тут же подхватили арбалетчики и утащили в глубину строя, а мятежника начали атаковать со всех сторон, нанося ему отвлекающие удары топорами. В дело вступили щитоломы, и через минуту щит гнома превратился в огрызок, который уже не смог защитить он окончательного финального удара. Один из щитоломов нанес сильный удар в область лица, щит противника не выдержал удара и топор вонзился в не защищенную шею. Обливаясь кровью гном упал под ноги строя, и на этом бой завершился. Двое из мятежных рудокопов лежали без признаков жизни, болты вошли им прямо в лицо, остальные были не опасно ранены, как и Бодрум, пытавшийся подняться на одну ногу и с ненавистью смотревшем на нас.

Пока мы связывали плененных гномов, двери донжона распахнулись, и из него выскочила Зухра – моя официальная жена и глава рода Мансур, дочь предыдущего повелителя Замка Аль-Мансура.

Всхлипнув, она повисла у меня на шее, и сильно стиснула руками. Гномьи, что не говори, тоже обладают недюжинной силой, и вполне способны задушить взрослого разумного голыми руками. Я аккуратно расцепил ее руки, обнял, а второй рукой приглаживал ее растрепавшиеся волосы. Из центрального здания, тем временем появились Мастер-Артефактор Гнумикус, один из воинов, оставшихся на охране Замка и пара женщин-гномий.

В это момент где-то за донжоном послышался женский крик, и Зухра, побледнев, сказала:

- Этот негодяй освободил бандитов, которые находились у нас в подземелье. Двенадцать разбойников сейчас находятся где-то в городе и скорее всего совершают насилие и грабежи.

- У них есть оружие? И кто их предводитель?

- Нет, Бодрум им предложил свободу, но не дал никакого оружия- сказал, что все, что им необходимо, они могут сами забрать у любого жителя. Эти головорезы сразу разбрелись в разные стороны.

Ну, учитывая, что обычно гномы ходят со своими топорами, легкой жизни разбойникам никто не гарантировал, тем не менее я разбил свой отряд на тройки так, чтобы в каждой оказался один хирдман, один гном-воин и один скаут. Одну тройку оставил на охране донжона, одну послал на охрану ворот Замка, остальных разослал патрулировать город, сам же с оставшимися стрелками сперва направился к выбитым дверям банка.

Печально, но прямо у входа, в луже крови лежал мертвый хоббит – один из родственников Фрида – почтенного торговца, пройдохи и отныне моего банкира. Вся обстановка в помещении была разгромлена, стулья поломаны, стол перевернут. На полу валялись куча бумаги осколки глиняной посуды. Но других трупов не было, значит Фрид мог и спастись.

Починив дверь и вновь повесив ее на петли, мы направились дальше по линии хозяйственных построек: Таверна, Кузница, Бастион Гномов.

В Таверне дверь была наглухо закрыта, судя по зазубринам и отбитым щепам ее пытались сломать, но не получилось. Крикнув, находившимся внутри защитникам, я дождался, когда дверь распахнулась, и убедившись все, все под контролем, спросил, о постояльцах Таверны.

На порог высыпали все, кто защищал Таверну в момент нападения: сам трактирщик, его помощник, Принцесса Ельза, хвала богам, была жива и невредима, также рядом стояла Роана и еще одна из фрейлин принцессы, а также все трое молодых людей, оставшихся охранять принцессу, все люди были вооружены короткими мечами, больше похожими на кинжалы. В реальном бою от них толку будет немного, но в уличной свалке или бое в тесном помещении (например в Таверне) могут оказаться очень неприятным сюрпризом для противника. Также рядом стояли и другие посетители Таверны, гномы – рудокопы, оказавшиеся в этот момент за кружкой пива. Рудокопы в данном случае статус гномов, или социальное происхождение, с ростом города, их профессия могла оказаться отличной от «рудокопа», к примеру, точно в городе уже били гончар, помощники кузнеца, помощники ювелира и так далее. Но игра все равно их определяла, как «гном- рудокоп», и только по увеличенным характеристикам какой-либо профессии, можно было догадаться об их истинном ремесле.

Следующим зданием была Кузница. Тут тоже все было в порядке, мятежники сюда даже не сунулись. Понимая. Что оружия тут не куют, никаких ценностей особо нет, а разбойники, которых Бодрум выпустил в город, штурмовать Кузницу явно побоялись – тут гарантированно был бы отпор привычных к тяжелым молотам гномов.

Бастион Гномов даже не подвергся нападению, даже разбойники понимали, что тут никаких ценностей не будет, а скорее всего Хранители Бастиона выйдут на защиту своих построек.

А вот дальше, уже за задней стеной донжона, располагались грибные фермы и там явно грабители побывали. Именно оттуда раздавался женский крик – оказалось четверо разбойников проникли на фермы, и попытались изнасиловать работавших там гномий. К счастью мой патруль вовремя подоспел на помощь, и пара людей лежали с разбитыми головами, и еще пара стояли связанные на коленях. Выделив скаута для сопровождения пленных обратно в тюрьму донжона, патрулям отдал приказ продолжить прочесывание города. Со своим же отрядом направился в сторону Жилого Квартала.

Дом, разрушенный мятежниками, принадлежал Калему – его практически разобрали на отдельные блоки, очевидно в отместку за отказ присоединиться к восстанию. Остальные дома были жилищами Мастера- Артефактора Гнумикуса, Полководца Регвальда и переселившегося из моего родного Замка Гронира – Ювелира- Артефактора. Хм, интересно, а где жил сам Бодрум? Неужели вместе с другими гномами в общем доме? Или в донжоне?

Гронир с своими учениками дали очень решительный отпор нападавшим, поэтому его дом и не пострадал – дома в Жилом Квартале вообще больше походили на маленькие крепости, как и почти все постройки гномов, Регвальд, вроде как, и не противился мятежникам, а до дома Гнумикуса. скорее всего просто не успели добраться.

В доме последнего, обнаружились еще трое разбойников – они не придумали ничего лучшего, как вскрыть бочонок пива, стоявшего у того в кладовой, и напиться им в стельку. К тому времени, как мы посетили дом Мастера- Артефактора, эта троица мирно спала на полу в обнимку с найденными тут же топорами, явно не боевого, а церемониального назначения.

Связав и эту троицу, мы отправились к площади донжона. Там уже нас поджидали патрули, вернувшиеся с прочесывания города. Двоих разбойников взяли на грибной ферме, троих пленили мы в доме Гнумикуса, и еще двоих поймали другие патрульные. Трое где –то бродили, хотя после допроса пленных, они указали на то, что та троица вполне могла рвануть из города. В это время прибежал один из дозорных, охранявших ворота – приближался отряд Рагнара вместе с толпой пленных викингов, крестьян и хоббитов, которые все еще считались пленными. Кошмар! Чем я их всех кормить то буду?

Встретив Рагнара у ворот, вкратце рассказал о произошедших событиях. И с облегчением передал ему командование гарнизоном. Пусть ищет места для размещения пленных, пусть составляет график дежурства на стенах и воротах. Пусть пока побудет и комендантом Замка – организует приведение в порядок вверенной территории. А я просто смертельно устал, и глаза сами слипаются после столь насыщенного дня. Объявив сбор на завтрашнее утро, я завалился в комнаты Зухры и мгновенно уснул, едва коснувшись головой кровати.