Ах, ты, мой милый! - сказал кузнец

Волшебные стихи

Парамон очень заволновался: какой он, этот Алеша? Будут ли они дружить? А будет ли он понимать язык Парамона?

Но потом он вспомнил — гости это, конечно, хорошо, но чем Сову Матвеевну кормить?

Старик-кузнец подумал и предложил:

— У нас сегодня каша есть. И сальца отрежу... Да, старость — не радость! — потом он расщедрился и еще яичко вареное порубил, все в узелок завернул и скомандовал: — Тащи!

Сова Матвеевна была очень голодна, но ела степенно, не торопясь, с уважением к себе и другим.

Поела, почистила страшный кривой клюв, вздохнула:

— Ну что ж! Это лучше, чем ничего! А в знак благодарности, Парамон, я прочту тебе стихотворение.

— А что это такое — “стихотворение”?

— Не задавай глупых вопросов! Слушай!.. Только я не знаю начала и не помню конца... Но это не важно. Слушай же внимательно, Парамон. Вполне возможно, что тебе когда-нибудь надо будет блеснуть эрудицией, и ты прочтешь стихотворение, и все скажут: ”Ах, какой он образованный!” Слушай же:

Парамону очень понравилось это стихотворение, а так как у него было только одно ухо, куда влетело стихотворение, а другого уха, чтоб оно вылетело, у него не было, то Парамон сразу все запомнил и решил, что он непременно, когда увидится вновь с Луной, расскажет ей и про волшебную ночь, и про волшебную птичку...

Сова Матвеевна вздохнула, промолвила:

— Видишь, ты стал меня кормить, и память моя улучшилась. Я больше теперь вспоминаю, правда? Ох, мышку бы мне!.. Я тебя научу, как ловить мышей, — оживилась она. — Ничего трудного нет, надо только терпение. Найди норку, сядь возле нее и замри, будто ты не птица, а камушек или просто тень. Вот так и сиди, и сиди... Мышка обязательно выглянет. А ты все сиди неподвижно. Понял? А как она совсем из норы покажется... Тут ты ее хлоп — и тащи ко мне!

Сова Матвеевна говорила, а сама как-то бочком, бочком и все больше из дупла высовывалась, все ближе и ближе к Парамону...

Он на всякий случай отодвинулся.

А Сова Матвеевна опять — ближе, ближе. И глаза уже засверкали.

Парамон не то, чтоб испугался, но все-таки ему не по себе стало: еще съест!

Он отодвинулся подальше и решил уходить:

— До свиданья, Сова Матвеевна! — помахал он рукой. — Я скоро опять приду! — и уже вдали от дупла похвастался, чтоб она не думала, что он такой уж беззащитный. — А я кота Ваську в бегство обратил!

Сова Матвеевна заухала, захохотала.