Ах, ты, мой милый! - сказал кузнец

Тайна Парамона

Обо всех делах и затеях Парамона знал и старик-кузнец и Алеша. Не знали они только о том, как он ждал встречи с Луной.

Это была только его тайна, и её он берег свято. “У каждого, — оправдывал он себя, — может быть своя тайна, ведь от этого никому не плохо”.

И вот бабе Клане ногу плотной повязкой затянули, в кровать уложили.

И вот Алеша Парамону руку пожал и с бабой Дуней тоже спать отправился.

И кузнец Парамону “спокойной ночи” сказал и Шоколадку осторожно в сарай повел, боялся ее на ночь у ручья оставить — продрогнет, ногу с компрессом застудит...

Всё семейство Соловья Соловеевича Соловейчика насытилось, под крылом соловьихи заснуло...

Тишина такая наступила — листок не шевельнется, травинка не колыхнется.

Часто такими поздними вечерами Парамон сидел на порожке своей баньки и ждал.

А Луна появлялась всегда неожиданно. Она специально пряталась за облачком или за большим деревом, ей хотелось удивить Парамона.

И он всегда бывал застигнут врасплох и кричал:

— Здравствуй, Ниночка! Ты в прятки играешь?

Это была их любимая игра.

— Здравствуй, Парамон! А теперь ты прячься, — говорила Луна и смеялась весело.

Так было и в этот раз.

Он спрятался под бузинный куст — Луна нашла его.

Он спрятался за дверью баньки — Луна нашла его.

Он спрятался под крылечко — Луна нашла его, погладила прохладным лучом и засмеялась, увидев, каким грязным он из-под крылечка вылез.

— Ты подглядываешь, — рассердился Парамон.

— Честное слово — не подглядываю! Ну, хочешь, теперь я буду прятаться, а ты искать?

— Давай! — и Парамон крепко зажмурился. — Раз, два, три, четыре, пять — я иду искать! — выкрикнул он считалочку, которой у Алеши научился.

Открыл глаза и растерялся: Луна спряталась, а за каким облаком — не разобрать!

— Ты где?!

Луна не отзывалась.

— Вижу, вижу! Ты за тем облаком, на медведя похожим!

Луна показалась совсем из-за другого и, улыбаясь, сказала:

— Еще разок?

Ах, как хотелось Парамону подглядеть, в какое облако спрячется Луна! Но правила игры — это правила, и нарушать их нечестно, поэтому он опять крепко зажмурился и для верности еще и рукой глаза закрыл:

— Раз, два, три, четыре, пять — я иду искать, а кто не спрятался — я не виноват!

Луна спряталась, да так хорошо, что невозможно определить, где она была. Парамон показывал своей длинной рукой то на облако, похожее на крокодила, то похожее на круглый мяч — всё не то...

Луна не показывалась, только тихо посмеивалась.

Наконец, Парамон сдался:

— Я не знаю, где ты! Покажись!

Луна вышла из-за маленького облачка, там, казалось, и негде спрятаться было, вышла, поклонилась с улыбкой:

— Ну, в другой раз поиграем, а сейчас пора...

— Погоди, — остановил ее Парамон. — Расскажи, что такое Сьерра— Невада!..

— Почему ты спрашиваешь? — удивилась Луна.

— Ты как-то говорила — там тебя ждут.

Луна вспомнила:

— Да-да, я упоминала об этом. Это — горы, Парамон, в Испании есть такие. Вот смотри...

Как это у Луны получилось, Парамон не понял. Только на глади пруда он вдруг увидел дальнюю страну...

Холмы... Холмы, покрытые правильными рядами светло-зеленых оливковых деревьев. Земля между рядами светлых кудрявых деревьев недавно была вспахана... Это было так красиво! Казалось, на них кто-то накинул бархатное покрывало в черные и светло-зеленые полосы... А где-то совсем на горизонте полосатые холмы переходили в невысокие горы с острыми, как зубья пилы, вершинами...

И всё исчезло вмиг.

— А еще Сьерра-Невада в Северной Америке есть, в Калифорнии, — сказала Луна. — Смотри!..

И на глади пруда показалась новая картина. Она тоже была прекрасна, но и пугала.

Парамон увидел отвесные скалы, водопады, низвергающиеся в пропасти, увидел пики высочайших гор, покрытые вечными снегами...

Они были пугающе близко и сверкали так, что глазам было больно, и Парамон зажмурился.

А когда открыл глаза, то увидел — в горной долине высятся огромные деревья... Казалось, они достигали самых высоких горных вершин.

— Слушай, дорогая Луна, а до неба эти деревья не достают?

— Нет, не достают, конечно! Но всё равно это — удивительные деревья, им по три тысячи лет, они самые старые на планете Земля...

— А как их имя?

— Их называют секвойи... До свиданья, Парамон! Я и так задержалась.

Луна протянула ему прохладный луч, Парамон нежно пожал его.

— До свиданья, до свиданья! — закричал он вслед Луне, потом постоял на порожке, вошел, закрыл дверь баньки на крюк и улегся в своё лукошко.

Но сон не шел...

Сначала он думал о дальних странах и мечтал о том, как он их когда-нибудь повидает...

А потом он стал сочинять стихи в честь Луны.

Но с большим трудом сочинились только две строчки:

“Покажи мне гор высотуИ Земли красоту... ”

Парамон с огорчением понял, что стихов он сочинять не умеет.