Ах, ты, мой милый! - сказал кузнец

Звуки земли

В доме у кузнеца были гости.

Когда Парамон вошел, он увидел мальчика, а еще услышал, как чей-то незнакомый веселый голос спросил: “А почему вы никогда бабу Кланю не зовете?”

И баба Дуня сокрушенно ответила: “Так она сама не хочет! Всё одна и одна, как бирюк! На улице поздоровается, спросит чего, а к нам не ходит и к себе не зовет. Сидит одна и телевизор смотрит... Всё сериалы всякие про бандитов и разбойников! И чего она в них хорошего находит!? Характер такой!”

Тут старик-кузнец заметил Парамона:

— О, Парамошечка, познакомься! Это — Алеша!

Парамон протянул руку мальчику, Алеша осторожно и с опаской пожал её.

— А это его отец, Николай Николаевич, — продолжил кузнец.

Парамон протянул руку и ему и вскрикнул.

— Чего он зачирикал? — спросил отец Алеши.

— Не жми так сильно, — забеспокоился старик, сердито поглядев на гостя.

— Я не хотел, просто у меня руки железные! — смутился тот.

Парамон взглянул на его руки: они были совсем не железные, только очень сильные и, как у кузнеца, все в мозолях.

— Вишь, как он чирикает, — ласково головой покачала баба Дуня.

Не дано было ей понимать язык птиц и зверей. И сыну её, Николаю Николаевичу, тоже не дано.

Он рассматривал Парамона, немного удивлялся, что у этой птицы такой странный вид. Но мало ли чудес на свете? Он был моряк, теперь его корабль ходил Северным морским путем. А раньше он на других кораблях по разным морям плавал, к разным берегам приставал. И сколько чудес всяких видеть приходилось! Природа — она загадка, такое сотворить может!

Только рыжий мальчик Алеша, девяти лет от роду, кажется, пытался понимать, что говорил Парамон.

— Ну, мы поладим, — подумал Парамон и предложил: — Бежим к ручью?

О удивленье! О радость! Алеша понял его!

И они вместе с Шариком побежали через дедов огород, а того и не знали, что тут их поджидает приключение.

Приключение потому и приключением называется, что всегда приходит неожиданно. На дорожке стояла коза Марья...

Конечно, Алеше было уже девять лет, но он был городской мальчик, а каждый городской мальчик имеет о козах весьма поверхностное представление. Увидев рога козы Марьи, нацеленные ему в грудь, он испугался, повернулся и кинулся убегать.

Налетел на Парамона — Парамон упал.

Налетел на Шарика — и отдавил ему лапу. Шарик завизжал и стал скакать на трех...

Коза Марья, несмотря на свою глупость, сообразила, что ее боятся, догнала Алешу и боднула его в синие шорты, прямо в яркую наклейку. Хорошо, что это было мягкое место: Алеша не так сильно пострадал, но он упал, и коза Марья собиралась нанести ему еще удар... Глупые нахалы всегда так поступают, когда видят, что их боятся.

Парамон вовремя вспомнил мудрую пословицу: ”Молодец против овец, а против молодца сам овца”. Пословица непонятно откуда залетела, видно, случайно, но очень она ему помогла: Парамон решил быть молодцом против козы Марьи. Он вскочил, чтоб сражаться.

Шарик ему помогал: он так лаял, рычал и щелкал зубами: вот-вот козу разорвёт...

Коза мемекала, Шарик лаял, Парамон громко кричал: “Пошла прочь!”, Алеша показывал сам себе кровавую ссадину на коленке, очень жалел себя и в голос плакал...

Баба Кланя прибежала с палкой козу спасать: три поллитра в день Марья ей молока давала, а забот, считай, никаких, а вот у бабы Дуни с ее коровой Актрисой забот был полон рот, и за это баба Кланя ее осуждала. Впрочем, баба Кланя всех за что-нибудь осуждала.

Палка у нее была длинная, поэтому она по Шарику прошлась и Алешу задела.

Парамон отскочил в сторону, встал во весь рост и, громко крикнув, погрозил бабе Клане кулаком: если ему удасться испугать ее — все будет в порядке. ( Что будет, если он не испугает ее, он не подумал — некогда было).

Баба Кланя замерла.

А когда Парамон с поднятым кулачком шагнул ей навстречу, она взвизгнула, схватила козу Марью за рога и поволокла ее с дедова огорода — подальше от этого страшного существа.

У ручья она ударила козу Марью ногой в бок, та побежала, жалобно блея, к своему сараю, а баба Кланя по тропке за ней, не оглядываясь и мелко-мелко крестясь.

Парамон подошел к Алеше:

— Не плачь, друг! Давай, вытирай слезы — мужчины не плачут!

И откуда Парамон это узнал?!

Алеша его понял и перестал плакать, улыбнулся.

Шарик предложил сочувственно:

— Если колено болит — полижи ссадину! А то хочешь, я лизну. У меня целебная слюна!

И Шарика Алеша понял — вот чудо! Значит, будем дружить, подумал Парамон, а потом он поднял голову и увидел, что рядом стоит отец Алеши с каким-то странным предметом в руках и смеется.

Он помог подняться Алеше с земли и повел в дом к бабе Дуне. Шарик по пути ему колено зализывал, и ссадина почти зажила.

А Парамон сзади шел, тыл честной компании от врагов прикрывал...

Дома отец Алеши включил свой странный предмет, и баба Дуня, и Парамон, и Шарик, и Алеша — все услышали то, что совсем недавно происходило на огороде: противно блеяла коза Марья, грозно лаял Шарик, громко ругалась баба Кланя, всхлипывал Алеша... .

— Зачем записал? — обиделся Алеша. — Сотри!

— Ну что ты, сынок, я вспоминать буду. Снег, лёд, полярная ночь, наш корабль сквозь ледяные поля пробивается, а в включу магнитофон и послушаю, как вы победили глупую козу и злую старуху, и буду смеяться. Вы же — победители!

Так старик-кузнец, баба Дуня и Парамон узнали, что Алешин отец, Николай Николаевич, решил записывать Звуки Земли, чтобы потом слушать их во льдах Арктики.