Цивилизация. Альфонс

Глава 19

На следующий день, когда свет «солнца» только начал пробиваться сквозь плотное небо, я вышел из дома, чтобы немного размяться перед завтраком. Нагулять аппетит, которого совершенно не было. Но то, что я увидел, заставило меня замереть!

«Какого чёрта?»

У моего жилища столпилось около десятка местных жителей. Они стояли, переминаясь с ноги на ногу, и о чём-то беседовали, не заметив моего появления. Сначала я подумал, что случилось что-то плохое: может, нападение или пожар? Но потом я заметил в их руках корзины и мешки, наполненные чем-то. Догадался сразу — бабища из бани, как и ожидалось, растрепала о моем мыле. И теперь эти люди пришли, чтобы заполучить кусочек этого «чудодейственного дара».

Местные пришли не с пустыми руками, а с вещами на обмен, что подтверждало: ничто в этом мире, по крайней мере в деревнях, не даётся даром. В корзинах виднелись овощи, фрукты, какие-то травы и коренья. Несколько человек принесли с собой шкуры животных, а один даже притащил здоровенный кусок мяса.

Я не мог сдержать улыбку. Слухи о моём мыле, похоже, скоро сделают меня популярным в этой деревне. И ведь мыло — это лишь начало. В этом мире, где наука находится в зачаточном состоянии, можно не только показывать, но и обучать. Можно делиться знаниями, которые я привез с собой из цивилизованного мира. Возможности безграничны.

Повернул голову право, посмотрел на раба Харуна, который собирал золу недалеко от дома. Увидел, как он то и дело отвлекается, поднимает голову и щурится, внимательно наблюдая за происходящим. Он явно был удивлен таким ажиотажем вокруг его господина.

Улыбка моя, однако, стала меркнуть. А что, если я ошибся в своих выводах? Что, если все эти люди пришли вовсе не за моим мылом? В животе предательски заурчало, напоминая о том, что я еще не завтракал. Неужели я так самонадеянно решил, что они пришли именно за мной?

Я внимательнее присмотрелся к толпе. Лица у них были сосредоточенные, даже торжественные. Никто не толкался, не кричал, не пытался прорваться вперед. Создавалось впечатление, что они просто ждут чего-то. Или… кого-то?

А что, если сегодня какой-то особенный день? Какой-нибудь местный праздник, связанный с почитанием духов или предков? Может быть, это подношения не для меня, а для… шамана?

Черт возьми! Настроение стремительно портилось. Гордость и предвкушение легкой наживы сменились неприятным ощущением неловкости и осознанием собственной недальновидности.

Ну и, я решил, что пора начинать.

— Доброе утро! — громко поздоровался я, привлекая их внимание. — Что привело вас сюда в такую рань?

Толпа как по команде, синхронно, повернулась ко мне. Взгляды, до этого рассеянные и неопределённые, теперь были устремлены прямо в меня. А затем, люди зашумели, перебивая друг друга. Каждый хотел первым предложить свой товар в обмен на мыло.

«Фух, слава богу они по мою душу, а не за этим наркошей…»

Раздались возгласы, предложения, просьбы. В руках замаячили корзины, шкуры, кусок мяса.

Пришлось поднять руку, призывая к тишине. Не сразу, но гам постепенно стих. Люди ждали, затаив дыхание.

— Хорошо, хорошо, — произнес я, стараясь говорить громко, но спокойно. — По порядку, пожалуйста! Рассказывайте, что принесли, а я решу, что мне нужно, а что — нет. Мой «дар» — вещь ценная, на всякую ерунду менять не стану.

Я велел всем ждать, махнув рукой, и направился в дом. Айя, склонившись над очагом, помешивала какое-то варево в большом глиняном горшке. Она озадаченно посмотрела на меня, затем на толпу, которую было видно через дверной проём и обратно на меня, вопросительно вскинув брови. Я лишь пожал плечами и, не вдаваясь в объяснения, прошел в комнату.

В углу на полу, прикрытые куском домотканого полотна, лежали заветные бруски мыла. Взяв несколько штук, я ощутил их увесистость и гладкость. Чувство легкой гордости за свой труд снова наполнило меня.

Вернувшись к ожидающей толпе, я поставил на землю деревянный чурбак и положил на него несколько кусков мыла. Ножом срезал насколько тонких лепестков с бруска, чтобы аромат был ярче и не прогадал, запах тут же разнесся, вызывая у всех присутствующих явное оживление.

Первой выступила женщина средних лет с корзиной, полной овощей.

— Ученик Говорящего с духами, — начала она, — возьмите мои овощи! Они свежие, с моего огорода. Я отдам все за кусочек вашего «дара»!

— Стойте-стойте, — перебил я её, поднимая руку. — Овощи — это хорошо, конечно, но на всякое такое… сами понимаете. Мне нужно что-то посущественнее. Большой кусок мяса, например. Или шкуру хорошую. Сало вон, тоже пойдет.

Женщина немного поникла, но не отступила.

— Мяса у меня нет, ученик Говорящего с духами, но овощи мои самые лучшие в деревне! А еще у меня есть мёд. Настоящий! — выпалила она, доставая из-под корзины небольшой глиняный горшочек.

Я приподнял бровь. Мед — это уже что-то весомое, интересно, где она его достаёт?

— Покажи, — коротко бросил я.

Женщина с готовностью протянула мне горшочек. Я поднёс его к лицу, заглянул в отверстие и да… там было что-то желтоватое и приятно-пахнущее!

Я зачерпнул пальцем немного тягучей жидкости и отправил в рот. Вкус, конечно, оставлял желать лучшего. Дерьмовый, если честно. Но это реально мёд, сладкий, хоть и горчит ужас как. Видимо, пчелы тут питаются какой-то хренью.

— Ладно, по рукам, — ухмыльнулся я, ставя горшок рядом с мылом.

Женщина засияла и… начала высыпать овощи у моих ног, освобождая корзину для заветного бруска.

«Капец», — подумал я, глядя на эту кучу овощей.

Вот она, деревенская щедрость во всей красе. Всё вручную перетаскивать придётся, да и мыть! Были бы здесь пакеты, как в «Пятерочке»… ух. Придется как-то выкручиваться. Эх, цивилизация, как же тебя не хватает в такие моменты!

Я отрезал от большого куска мыла небольшой ломоть и протянул ей. Она взяла его обеими руками и прижала к груди.

— Благодарю тебя, ученик Говорящего с духами! Да благословят тебя предки!

Следующим выступил мужчина с огромным куском мяса на плече. Плотная обёртка из широких листьев была надорвана в одном месте, но даже там мясо не было заветренным. Похоже, надорвали специально, чтобы продемонстрировать качество и свежесть товара.

— Ученик, — пробасил он. — Это мясо дикого кабана. Самое лучшее мясо в округе! Отдам тебе за кусок твоего мыла. Говорят, оно лечит от всех болезней!

Я оценивающе посмотрел на мясо, даже понюхал. Кусок действительно был внушительный. И свежий — еще не успел испортиться.

«От каких к черту болезней? Белены объелись что ли? Лечит он…» — пронеслось у меня в голове. Ну да ладно, не буду же я разуверять этих темных людей. Пусть верят.

— Хорошо, — сказал я. — Но сам понимаешь, мясо твоё протухнет раньше, чем я его съем. Поэтому…

Я только было, хотел сказать, что много он за него не получит, но тот перебил меня:

— Я согласен, ученик! — воскликнул мужчина. — Все отдам! Только поделись своим даром!

Я ухмыльнулся. Жадность — двигатель торговли.

— Отлично, — сказал я.

Мужчина с трудом сбросил мясо с плеча на землю и развязал тонкую веревочку, позволяя листьям распасться. Я внимательно осмотрел мясо. Да, оно и вправду было отличным. С жирком, сочное и свежее. А сало там — то, что нужно — идёт одной плоской полоской, удобной, чтобы отрезать на мыло.

— Ладно, — сказал я. — Держи.

Я отрезал четверть от бруска мыла, кусочек грамм на пятьдесят и протянул его мужчине. Тот схватил его обеими руками и приложил к груди:

— Благодарю тебя, ученик! Благодарю!

И так продолжалось довольно долго. Люди подходили один за другим, предлагая свои товары в обмен. Кто-то приносил фрукты, кто-то травы, кто-то шкуры зверей. Я торговался, выбирал лучшее и отрезал мыло.

Через час толпа начала редеть. У меня же набралось целая куча всякой всячины. Овощи, фрукты, мясо, шкуры, мед, травы — все это теперь лежало возле моего дома. Мне даже пришлось попросить Харуна помочь все это перенести внутрь.

Когда последний посетитель ушел, я облегченно вздохнул. Торговля прошла успешно. Я получил все, что хотел, и даже больше. Теперь у меня был запас еды на… неделю, а может и больше! И даже кое-что для дальнейшего производства мыла.

Я посмотрел на Харуна, который с трудом тащил здоровенный кусок мяса в дом.

Раб кряхтел, но нес мясо старательно, хоть и было видно, как ему тяжело. Глядя на него, я подумал, что неплохо бы смастерить какие-нибудь носилки или тележку. Но пока это только планы, сейчас главное — сохранить мясо, ибо кусок реально был внушительным!

Войдя в дом, я застал Айю, которая уже вовсю орудовала ножом, нарезая овощи для обеда. Она мельком глянула на кусок мяса, который Харун с облегчением бросил на пол, и фыркнула.

— Много, — коротко бросила она, даже не взглянув на меня.

— Знаю, — ответил я. — Но ничего, справимся. Ты же знаешь, что делать?

Айя кивнула, не отрываясь от своей работы. Она прекрасно знала. В этих краях не было холодильников и морозильников. Мясо либо съедали сразу, либо, нарезав тонкими пластинами, чуть подвяливали с травами, а потом сушили над очагом. Айя явно собиралась часть мяса приготовить сегодня, а остальное — высушить. Так оно могло храниться довольно долго, особенно если его правильно обработать.

Идея сушки меня не очень радовала. Сушеное мясо — это, конечно, лучше, чем ничего, но вкус у него так себе. Вспомнились мне способы хранения мяса, которые практиковали в древности. Засолка, например, а еще можно было хранить мясо в зерне. Мясо заворачивали в листья крапивы, потом — в полотенце, сбрызгивали хлебным вином. Ну, то есть, водкой и зарывали в кадку с просом или в зерно. Зерно впитывало влагу и не давало мясу гнить. Но для этого нужно было много зерна и сам алкоголь, которого у меня пока не было. О таком способе я только читал в какой-то выживальческой книге и не знал наверняка, работает ли он.

Засолка, пожалуй, была самым перспективным вариантом. Соль в этом мире была, хоть и не в избытке. Понять бы, где её раздобыть, да научить Айю солить мясо. Это несложно: нарезать мясо на куски, натереть солью и оставить вялиться в прохладном месте. Главное — следить, чтобы мясо не испортилось. Еще можно было закоптить мясо. Копченое мясо хранилось как бы не дольше, чем соленое. Всё зависит от способа заготовки. Но для такого нужна была коптильня. А коптильню нужно было строить.

В перспективе, стоило бы заняться изучением местных способов хранения продуктов. Наверняка у местных жителей были свои секреты, которые они передавали из поколения в поколение. Нужно будет узнать у них эти секреты. А потом, на основе этих знаний, можно будет создать что-то своё, более эффективное и современное. В отличии от селян я, по крайней мере, понимал процессы, происходящие в мясе во время копчения или засолки, знал о микробах, бактериях, и личинках насекомых. Думаю, мне удастся на основе собственных и местных знаний найти самый удобный способ хранения.

Эта мысль меня воодушевила. В этом мире, где наука находилась в зачаточном состоянии, даже самые простые знания могли принести огромную пользу.

Я вышел из дома и огляделся. Вокруг царила тишина и спокойствие. Харун возился с золой.

— Ну что, Харун, — сказал я, улыбаясь. — Удивлён, что столько всего принесли?

Харун лишь промолчал, бросив на меня быстрый взгляд. Я заметил в его глазах что-то странное.

Взгляд Харуна кольнул, словно иголкой. Попытался понять, что его так задело. Неужели он завидует? Завидует обилию даров? Но ведь он — раб. Он должен быть рад, что хозяин сыт и доволен. Хорошо мне — хорошо и Харуну. Ему и еды дают вволю, и лишний кусок мяса перепадает, да и работой я его сильно не мучаю. Чего это он⁈ Или его гложет что-то?

Я постарался отогнать эти неприятные мысли. Сейчас не время для самокопания. Нужно думать о том, как распорядиться всем этим богатством. Войдя в дом, я огляделся. Айя продолжала возиться с овощами, ловко шинкуя их острым ножом. Комната наполнилась ароматами трав и свежих овощей. Я подошел к Айе, и стараясь привлечь её внимание, поцеловал в макушку.

— Посмотри, что дало нам мыло! На неделю, а то и на две еды хватит! И шкуры есть, и мед. Даже мясо!

Айя оторвалась от своей работы и посмотрела на меня с интересом:

— Твой мыло — сильный дар, — тихо произнесла она, покачав головой. — Духи щедро наградили тебя, муж мой. Отец будет доволен дарами и будет гордиться тобой!

Ага, духи, конечно. Щедрые такие ребята. «Духи», блин. Это ж надо так людям мозги промыть! И вроде я понимал, что мои древние предки также поклонялись всяческой хрени, но… Мракобесие, одним словом. Хотя, с другой стороны, может, оно и к лучшему. Верят во всякую чушь — легче управлять. Главное, чтобы до костров инквизиции не дошло. Хотя, учитывая местный уровень цивилизации, вряд ли я до инквизиции доживу.

Кстати, шаман гордиться мной вряд ли будет и хотелось бы знать, где этот старый извращенец шляется целыми днями.

Вслух я, конечно, ничего не сказал. Ни про ее папашу, ни про то, что это не духи помогли, а банальная химия: жиры, щелочи, реакция омыления…

Эх, если бы я мог им тут лекцию прочитать про органическую химию! Но куда там? За еретика бы сочтут и на костре сожгут. Так что приходилось держать свои знания при себе и притворяться «говорящим с духами». Зато какой профит!

Ох уж эти темные люди! Верят во всякую чушь. Ну ничего, я им покажу, что такое прогресс! Главное — не переусердствовать, чтобы не заподозрили в контакте с тёмными силами. Буду действовать постепенно, исподволь, как говорится, капля камень точит. Начну с малого — с мыла. А там, глядишь, и до паровой машины доберусь. Хотя, до паровой машины тут, как до луны пешком. Но кто знает? Может, лет через десять-двадцать…

Ладно… шучу-шучу.

Эх, если бы у меня тут был интернет, да компьютер… я бы тут такого наворотил! Но пока приходится довольствоваться тем, что есть. Зато какой простор для деятельности! Меня просто пёрло от первой удачи!

Тут можно стать кем угодно — изобретателем, ученым, магом… Главное — не забывать о своей безопасности и не высовываться слишком сильно. А то ведь и голову с плеч могут снести.

Ну а пока нужно решать насущные проблемы. Мясо нужно высушить, с овощами разобраться, травы рассортировать. Работы — непочатый край. И Харун чего-то ходит хмурый… Надо бы с ним поговорить, выяснить, что его так беспокоит. А то ведь кто знает, что у него на уме. Люди — народ непредсказуемый.

Я сдержал усмешку после слов Айи и, чтобы не выдать своих крамольных мыслей, решил сменить тему.

— Айя, а ты знаешь, как мясо солить? Ну, чтобы оно дольше хранилось? — спросил я, стараясь придать своему голосу как можно более невинное выражение.

Айя задумалась, нахмурив брови.

— Солить? Не знаю. У нас мясо обычно сушат. Или сразу готовят. Соль — редкий товар. Не для мяса её тратить.

«Вот тебе и раз, — подумал я. — Соль для них — роскошь. А я тут размечтался о засолке…»

День выдался богатым на события и дары, но усталость подступила незаметно. Я вырубился раньше привычного и почему-то проснулся, когда уже было совсем темно. Айя сопела под боком, а я не мог уснуть, как бы не старался.

Решил, что свежий воздух будет очень кстати, к тому же, в голове всё не укладывалась ситуация с Харуном. Я решил, что будет справедливо поделиться небольшой частью еды с моими рабами. Пусть знают, что я не зверь и ценю их труд. Небольшой кусок мяса не разорит меня, зато поднимет их дух. Лили тоже будет рада добавки.

Я вышел из дома с парой кусков кабанятины в руках и направился к рабским хижинам. Они располагались чуть поодаль, за нашим домом. Каждая хижина предназначалась для двух рабов одного пола. Условия, конечно, далеки от идеальных, но намного лучше той скотской жизни, которую ведут рабы у других хозяев и хижины были куда лучше, чем та, в которой я жил когда-то.

Подойдя к лачуге, где обитал Харун, я постучал. Ответа не последовало.

«Странно, — подумал я. — Спит?»

Я приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Хижина была пуста.

Озадаченный отсутствием Харуна, я обошел его дом и обратил внимание на ещё три хижины. Двигаясь вдоль домишек, я заметил в отдалении, в тени деревьев, чью-то фигуру. Любопытство взяло верх. Я тихонько прокрался ближе, стараясь не издавать ни звука.

Приблизившись, я услышал приглушенные голоса. За деревьями стояли двое: шаман и… Харун! Я замер, прислушиваясь.

— … собирал золу для хозяина, — говорил Харун. — Он много получил за свой дар.

— Это не дар, — послышался голос Заргаса.

Это не дар… чё⁈ Какого хрена тут происходит⁈ Неужели эта гнида стучит на меня⁈

— Удалось ли тебе разузнать что-нибудь еще? — спросил шаман.

— Нет, Говорящий с духами, состав он не раскрывает. Очень осторожен, — ответил Харун.

Удар под дых! Мой раб, которого я чуть ли не на «руках ношу», шпионит за мной! Шпионит по наущению этого старого хрыча! Ярость вскипела во мне. Предательство от раба, которого я подкармливал, не слишком нагружал работой, ранило очень сильно!

Я стиснул кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не выскочить из укрытия и не размозжить голову этому ублюдку. Но я заставил себя успокоиться.

«Ты подписал себе приговор, Харун. А ты, Заргас — роешь себе могилу!»