Деревенский лекарь

20

Шарн был городком необычным. Окруженный со всех сторон высокими стенами, он едва ли мог похвастаться большим размером, и все ж, являясь удачной точкой для торговли, кишел людьми. Дома в нем были построены почти впритык друг к другу, и чтоб на улочку соседнюю выйти, приходилось добротный крюк делать вместо того, чтоб в переулок юркнуть. Пестрый, разномастный, смешанный и хаотичный – таким он предстал, стоило мне за ворота массивные шагнуть. Минотавры и наги, многорукие и гарпии, кентавры и орки, эльфы и оборотни – все они толпились, ругались, пробирались к бесчисленным лавкам, создавая такой гомон, что игравшего у входа барда и не было слышно вовсе.

Всунув мне в руку мешок с деньгами, Беорт повернулся к орку, уводя нас в сторону от толпы. Щупая монеты сквозь прочную коричневую ткань, я приняла это как должное, поскольку с самого детства придерживалась простого правила: дают – бери, бьют – беги. И все ж мое вытянутое удивленное лицо развеселило многорукого, и тот улыбнулся, несмотря на очевидные напряжение и сосредоточенность.

– Булгур, помоги Миреваэль купить травы и лекарства. Будьте осторожны, крадут здесь часто и успешно.

– Вор далеко не убежать, – гоготнул орк, – Булгур бить больно и быстро.

– Знаю, но до этого лучше не доводить. После этого отравляйтесь в «Свиной Пятак».

– Трактир держать мой дядька.

– Именно, узнай у него, не было ли здесь других отрядов, а если и были, то когда. Мира, – опустив взгляд, командир аккуратно опустил руку на мое плечо. Ладонь его действительно тяжелой оказалась. – Ни в чем себе не отказывай. Тут хватит и на лекарства, и на одежду. Обувь твоя ни к черту, для похода и вовсе не годится. Одежду купи себе удобную, косметику, тряпки для того-самого…

– Ну, и список у вас…

– Мы запасы пополним и снова отправимся, ночевать не станем. Управитесь за три часа?

Пообещав вернуться вовремя, мы с Булгуром в толпу нырнули. Хотя «нырнули» – слишком неподходящее слово, ведь орк буквально подпихивал меня вперед, пока я опасливо озиралась по сторонам, помня слова командира. Не знала я, куда идти, зато Булгур чувствовал себя в городе уверенно, а потому не успела я в себя прийти, как мы уж перед лавкой с травами стояли. Тут и я проснулась, внутрь забежала да обомлела от количества лекарств и растений. Не зря Шарн торговым городом звался! С таким выбором и с таким увесистым кошельком в руках я бы точно сошла с ума, останься одна, но присутствие рядом Булгура отрезвляло. Он почти сразу зацепился языком с продавцом, пока я сметала с витрин все, что знала и когда-то хотела. На небольшой полке с лекарствами я взяла антибиотик, решив все-таки сэкономить на одежде. Опустошив половину кошелька и заполучив два пакета звенящих баночек, я не стала скрывать довольной улыбки.

– Прошлый маленький женщина любить золото, тоже улыбаться. Мира любить трава, странно улыбаться.

– Не говори так, иначе нас неправильно поймут.

Магазин с одеждой чуть дальше оказался, и пришлось нам минут двадцать блуждать по улочкам, вчитываясь в названия. Обувь быстро я себе подобрала, а вот с одеждой растерялась – всю жизнь платья проносила, а, как в походы одеваются женщины, не ведомо мне было. Продавец участливый оказался, долго в мешках своих рылся, скрупулезно вешалки перебирал, покуда размер нужный не нашел. Одел он меня в брюки плотные, к ногам прилегающие, а сверху тунику удлиненную предложил, к широкому поясу которой крепить можно было мешочки и склянки. Купила я еще плащ, чтоб в дожди носить, да так и опустел кошелек мой сладенький.

Как с покупками справились, в трактир направились. Странно, однако ж, мы выглядели: я впереди да орк с пакетами сзади. Понравилось мне деньги чужие тратить, от того и походка вприпрыжку сама собой выходила. Булгур, чтоб день этот еще больше скрасить, подарил мне маленькое карманное счастье. Ножик.

«Свиной Пятак» стоял в самом сердце города, за поворотом которого мелькали юбки красивых девушек, пристававших к проходящим мимо мужчинам. Некоторые из них останавливались, что-то спрашивали, а после удалялись под руку в сторону жилых домов. Впервые я девиц таких видела, в нашем городе они не водились: там, кроме герцога Артрийского, богатых людей не было.

– Нечего туда смотреть, – сказал Булгур, подпихивая меня к дверям таверны.

– А что ж, Булгур, ты когда-нибудь…

– Мира много говорить, Булгур щелбан давать.

– Я поняла…

В старом здании, несмотря на ранний час, было много людей. Заняв почти все столы, они гоготали, пили алкоголь, играли в карты и поддразнивали хрупкого музыканта, старательно игравшего на пианино в углу. Почувствовав на себе тотчас десятки внимательных взглядов, я стушевалась, опустила голову, оправив рукава новой одежды. Орка же чужое внимание не смутило вовсе: уверенно подойдя к барной стойке, он крепко пожал руку возрастному родственнику, что громко рассмеялся и несколько раз хлопнул племянника по плечу. Сев рядом, я чувствовала себя так, как дети, коих родители на работу приводят. Старый орк своими действиями лишь укрепил мои мысли, когда вместо будничного предложения выпить поставил передо мной стакан молока. Не став спорить, я вежливо поблагодарила бармена.

– Какой хороший человека, – поглаживая бороду, сказал хозяин таверны. – Но маленький, не под тебя, Булгур.

– Мира – хлипкий человека, новый лекарь. Я защищать, чтобы она не умирать.

– Когда ж ты сам остепениться? Мать твоя спрашивать, хотеть больше внуки.

Разговор неожиданно ушел в семейное русло, и я, послушно допив молоко, лишь поджала губы, когда мне неожиданно налили еще. Решив рассмотреть окружение, я осторожно скользнула взглядом по барной стойке, решив не трогать её лишний раз во избежание заноз. Рядом с нами на высоких стульях никто не сидел, и едва ли кто-то решился бы подойти к двум огромным оркам, обсуждающим семью. По левую сторону от стойки была дверь, ведущая к уборным, по правую – дверь к кухне, поскольку оттуда то и дело выбегали пышногрудые девицы с подносами. Медленно обернувшись, я тут же встретилась с горящим взглядом незнакомого оборотня, после чего решила сидеть ровно и лишний раз не двигаться. Заметив мое смущение, Булгур обернулся, грозно посмотрев на мужчину, увидевшего во мне не то кусок мяса, не то приятный способ развлечься.

– Хуль ты палить? – рявкнул он.

– Кто палить, тот уходить! – вторил ему дядька, и оборотень, цыкнув, отвернулся в противоположную сторону.

– Дело есть, – вновь резко сменив тон на семейный, сказал орк, – командир просить узнать, не ходить ли в город другой отряд? Мы идти в Пустошь. Глаз Богиня. Понимать?

– Понимать, – вновь почесав бороду, ответил хозяин таверны, – я видеть несколько отряд. Точно сказать, что герцог Гото послать свой люди. Жестокий люди, они быть здесь день назад.

– Герцог Гото…Плохо, плохо…неважно.

– Видеть еще наги. Думать, что это герцог Ширетас. И слышать, но не видеть, что три дракон в Пустошь лететь.

– Имя? – настороженно спросил Булгур, и я внутренне напряглась, увидев, как сильно сжались его кулаки.

– Не знать, но слышать, что один дракон черный…

– Неужели он?..

– Кто знать…Сказать командир, он пусть думать. Опасный поход.

Обменявшись с дядькой еще несколькими новостями, Булгур в конце концов вновь пожал ему руку, молча стащил меня со стула и направился к выходу. Заметно ускорившись, он иногда подгонял меня, легонько подпихивая пакетами под зад. Ровно через три часа мы стояли на том же самом месте, и, запыхавшись от быстрой ходьбы, я послушно залезла в повозку, решив занять себя травами и баночками.