Дьявол

Глава 9



Дженна

Уже почти полночь, когда мы подъезжаем к особняку, двор которого освещают садовые фонари.

Я замечаю вооруженных людей и поворачиваюсь к Кассии, которая говорит:

— Не обращай внимания на охранников. Они здесь для нашей защиты.

Ладно, если она так говорит.

Я открываю дверь и, выбравшись из внедорожника, снова оглядываю особняк. Окна на фасаде занимают два этажа, и благодаря горящему внутри свету я вижу черную кожаную гостиную, камин и огромный телевизор.

Боже, я действительно буду здесь жить?

— Добро пожаловать в твой новый дом, Дженна, — говорит Кассия, направляясь к входной двери. Я следую за ней, и когда мы заходим внутрь, она добавляет: — Надеюсь, здесь ты будешь счастлива.

Мои губы приоткрываются от изумления, когда я осматриваю пространство, наполненное роскошью. В воздухе витает аромат свежей краски, а мебель выглядит совершенно новой.

Ошеломленная всем этим богатством, я сгибаю плечи и склоняю голову.

— Давай я покажу тебе, где что находится. — Кассия направляется к лестнице, а я продолжаю разглядывать все эти дорогие вещи, пока мы поднимаемся на второй этаж.

Когда мы доходим до лестничной площадки, с которой открывается вид на гостиную, она объясняет:

— Ты можешь свободно передвигаться по дому, но не заходи в главную спальню. — Она указывает на закрытую дверь. — Это единственное место, куда тебе нельзя.

Я киваю, показывая, что поняла, а затем осматриваю две пустые гостевые комнаты.

— Это твоя комната. — Кассия открывает дверь, и когда мы заходим внутрь, у меня отвисает челюсть.

Между двумя окнами стоит большая кровать, застеленная белым постельным бельем с бледно-розовыми цветами.

Это так красиво.

Я смотрю на туалетный столик и, увидев вазу с букетом розовых роз, чувствую, как меня снова охватывает ошеломление.

Кассия указывает на цветы.

— К цветам прилагается записка, но ты сможешь прочитать ее, когда я закончу показывать тебе дом. Давай спустимся вниз.

Уходя, я еще раз украдкой оглядываю комнату. Все это кажется мне нереальным.

Это место огромное, и к тому времени, как мы добираемся до кухни, я умираю от жажды. Кассия открывает холодильник и говорит:

— О продуктах не беспокойся. Охранники принесут все необходимое, а тебе останется только разложить их по местам. — Она оглядывается по сторонам. — Думаю, это все. У вас есть какие-нибудь вопросы?

Очень много.

Я достаю из кармана телефон и открываю электронную почту, которой пользуюсь только потому, что она нужна мне для входа в приложение, где я смотрю дорамы. Я набираю все, что хочу спросить, а затем поворачиваю экран к Кассии.

Что любит есть мой босс? У него есть на что-нибудь аллергия? Могу ли я готовить еду и для себя? Что мне делать в случае чрезвычайной ситуации, например, пожара или чего-то еще? Как я буду получать зарплату? Вам нужны мои банковские реквизиты?

Кассия усмехается.

— Не переживай о приготовлении еды для босса. В холодильнике полно еды, так что не стесняйся брать все, что захочешь. Если тебе что-то не понравится, просто передай охранникам записку с просьбой больше это не покупать. В случае чрезвычайной ситуации охранники доставят тебя в безопасное место. Зарплата будет перечислена на твой банковский счет, и у нас уже есть эти реквизиты.

На моем лбу появляется морщинка, когда я печатаю следующий вопрос.

Откуда вам известны мои банковские реквизиты?

— Мы наводили на тебя справки, помнишь?

Пояснишь, что это значит?

— Это стандартная процедура. Мы проверяли, есть ли у тебя судимости. Все работодатели так делают.

Я никогда о таком не слышала, но ладно.

Кассия смотрит мне в глаза.

— Еще вопросы?

Я качаю головой.

— Тогда я пойду. Если тебе понадобится связаться со мной, охранники знают, как это сделать. Пойдем, я познакомлю тебя с Оскаром. Он руководит твоей группой охранников.

Моей группой?

Когда мы выходим из дома, мужчина, которому на вид около сорока, подходит ближе. Он не пытается пожать мне руку, но пристально смотрит прямо в глаза. Это так нервирует, что я быстро опускаю взгляд и крепко обхватываю себя руками.

— Я Оскар, мэм. Если вам что-нибудь понадобится, просто дайте мне знать.

Я быстро киваю и машу ему рукой.

— Охраняй ее ценой своей жизни, — приказывает Кассия тоном, которого я раньше не слышала. Я бросаю взгляд на ее лицо и, увидев, как властное выражение становится еще более жестким, невольно сглатываю.

Черт. Я что, неправильно ее поняла?

— Конечно, — отвечает Оскар.

Кассия переводит взгляд на меня, и черты ее лица мгновенно смягчаются.

— Спокойной ночи, Дженна.

Я неуверенно улыбаюсь ей и, когда она направляется к внедорожнику, быстро возвращаюсь в особняк. Я закрываю за собой дверь и запираю ее на единственный замок.

Я скучаю по засовам, что были на двери моего старого дома.

Обернувшись, я все еще сжимаю сумочку с рюкзаком и снова любуюсь всей этой роскошью.

Это место, должно быть, стоит миллионы. Кто бы ни был его владельцем, он чертовски богат.

Я бросаю взгляд на кухню и тут же направляюсь туда. Ставлю сумки на гранитную столешницу и открываю холодильник.

Здесь столько еды, и это все мое?

Я беру с дверцы бутылку воды, откручиваю крышку и пью, одновременно хватая блестящее красное яблоко. Откусив большой кусок, я жую, любуясь овощами и фруктами.

Свежие фрукты, а не те залежавшиеся продукты, которые я раньше воровала на заправке.

Я открываю морозилку, и когда вижу мясо, мои глаза становятся вдвое больше.

О. Мой. Бог.

Стейк.

Я хватаю пакет и закрываю холодильник, после чего бросаюсь к раковине, чтобы разморозить мясо.

Сегодня вечером я приготовлю жаркое. Если это все уловка, чтобы убить меня, то, по крайней мере, я умру сытой.

Я фыркаю от своих мыслей и, пока мясо размораживается, снова открываю холодильник и достаю морковь, цветную капусту и грибы.

Когда я начинаю готовить, мое лицо озаряется улыбкой. А когда сажусь за стол, поставив перед собой тарелку с кучей жареного мяса, меня охватывают сильные эмоции.

Неужели это действительно происходит со мной?

Все трудности, с которыми мне пришлось столкнуться, чтобы выжить, проносятся у меня в голове. Я накалываю на вилку ломтик стейка, и, откусив кусочек, чувствую, как к глазам подступают слезы.

Когда вкус взрывается у меня на языке, а мясо тает во рту, слеза невольно скатывается по моей щеке, но я даже не пытаюсь ее смахнуть.

Боже. Пожалуйста, пусть это будет правдой. Я обещаю, что буду работать не покладая рук.

Я смакую каждый кусочек, полностью сосредоточившись на питательной еде, а не на просмотре дорамы.

Наевшись до отвала, я убираюсь на кухне и проверяю, что все лежит на своих местах.

Я подхватываю свои сумки и, выйдя в коридор, поворачиваю налево и иду в гостиную. Несколько секунд я смотрю на большой телевизор, а потом поднимаюсь по лестнице на второй этаж.

Войдя в спальню, я в очередной раз восхищаюсь красотой постельного белья и цветов, а затем замечаю, что мой багаж стоит у шкафов.

Вспомнив, что Кассия упомянула о записке, я подхожу к туалетному столику и, увидев сложенный пополам лист бумаги с моим именем наверху, беру его.

Дженна,

Спасибо, что приняла мое предложение. Пожалуйста, чувствуй себя как дома. Как только ты освоишься в новой обстановке, мы встретимся, а пока отдыхай.

Обещаю, ты в безопасности, и никто больше не причинит тебе боль.

Э.

Перечитывая короткое письмо, я замечаю данные для доступа к Wi-Fi и другим приложениям, которые, вероятно, есть на телевизоре.

Интересно, что означает Э. Эрик? Эдвард? Кто знает.

Мой взгляд скользит по строкам, а уголок рта невольно приподнимается. Кажется, тот, на кого я работаю, искренне хочет, чтобы я чувствовала себя здесь как дома.

Наверняка эти люди не стали бы так стараться, чтобы обмануть меня, да?

Я прижимаю листок к груди, оглядывая роскошную комнату, и, подойдя к окнам, выглядываю наружу. Увидев озеро, мои губы приоткрываются, а на лице расцветает улыбка.

С радостным возгласом я бегу к кровати и падаю на матрас, который оказывается безумно удобным.

Эмоции бурлят в моей груди: от счастья до облегчения и бесконечной благодарности.

Перевернувшись на живот, я утыкаюсь лицом в сгиб руки, когда на глаза наворачиваются слезы.

— Спасибо, Э, — шепчу я.

Я не знаю, кто ты и почему решил помочь мне, но спасибо тебе огромное. Ты даже не представляешь, как я была близка к тому, чтобы принять таблетки и покончить с собой.

Успокоившись, я слезаю с кровати и иду в ванную. Она просторная, а всю левую стену занимает огромное зеркало.

Я смотрю на свое отражение и вижу, что мое лицо покрыто пятнами. Распустив конский хвост, я провожу пальцами по волосам, которые мягкими волнами ниспадают на бретельку лифчика.

По сравнению с Кассией я выгляжу как бродяга.

Я снова завязываю волосы и, схватив письмо с кровати, выхожу из комнаты. Бросив взгляд на закрытую дверь в конце коридора, я впервые задумываюсь, дома ли мой работодатель.

Блин, надо было спросить об этом Кассию.

Я проверяю время на телефоне и, увидев, что уже почти три часа ночи, бегу вниз, чтобы взять чистящие средства с кухни.

Протирая каждую поверхность и моя полы, я вижу, что они и так безупречно чистые, но продолжаю делать свою работу.

После шести я сажусь на диван и беру пульт, включая телевизор. Он уже настроен, поэтому я сразу захожу в приложение, где смотрю дорамы.

Найдя ту, что сейчас смотрю, я нажимаю кнопку воспроизведения и откидываюсь назад.

Когда персонажи появляются на большом экране, я улыбаюсь как идиотка, потому что чувствую себя так, словно нахожусь в кино.

Не хватает только попкорна и содовой.

Я мельком смотрю на коридор и, поставив эпизод на паузу, встаю и иду на кухню. Открыв кладовку, я начинаю осматривать ее содержимое. Попкорна тут нет, но зато есть несколько упаковок чипсов. Я беру одну, а затем хватаю банку содовой из холодильника.

Вернувшись в гостиную, я снова нажимаю кнопку воспроизведения, и устроившись поудобнее, открываю упаковку, отправляя в рот рифленый чипс.

Боже, вот это жизнь. Я бы могла к этому привыкнуть.

В середине эпизода герой спасает главную героиню от людей, которые пытаются ее похитить, и мои мысли обращаются к мистеру Оливейре.

О нет!

Я сажусь прямо и смотрю на окна.

Понимая, что я, вероятно, больше никогда его не увижу, мои плечи опускаются, а волнение, охватившее меня с момента входа в особняк, угасает.

Я кладу пачку чипсов на журнальный столик и, когда меня охватывает грусть, подумываю о том, чтобы завтра вечером съездить на заправку и посмотреть, придет ли он.

Последние две ночи он не появлялся. После убийства четырех мужчин он, вероятно, будет избегать заправки любой ценой.

Понимание, что я больше никогда его не увижу, тяжелым грузом ложится на меня. Такое чувство, будто я потеряла что-то очень важное.